Курильский вопрос

Вопрос о Курилах всегда был камнем преткновения в отношениях между Россией и Японией. Многообещающее заявления недавно ушедшего в отставку премьер-министра Японии Синдзо Абэ, к сожалению, не привели к заметным подвижкам в этом вопросе. Наш автор Глеб Мишутин попытался разобраться в том, как возникла эта проблема и можно ли ее решить. С этими вопросами он обратился к заместителю декана по магистерским программам факультета МО, старшему преподавателю кафедры востоковедения Владимиру Нелидову.

- Насколько сложно вести дипломатические переговоры с японцами, особенно когда дело касается территориальных вопросов?

- Поскольку сама проблема нерешаема — максимальные уступки одной стороны слишком малы для другой, — получается, что как такового диалога, который может привести к конструктивному решению территоральной проблемы, нет. Ограничивается это все тем, что стороны высказывают свои позиции по территориальному вопросу. Япония заявляет о своих претензиях, Россия эти претензии не признает.

- Почему проблема является нерешаемой?

- С одной стороны, Япония считает эти территории незаконно оккупированными СССР, а сейчас и Россией. С другой — Российская Федерация сейчас по ряду причин не готова к каким бы то ни было территориальным уступкам. На протяжении всего этого периода передача Курильских островов Японии невозможна из-за общественного мнения, особенно учитывая, что на российском Дальнем Востоке к этой проблеме относятся очень чувствительно.

В целом нет практически никого, кто бы считал, что японцам можно отдать эти острова. Это невозможно, потому что эти острова имеют большое стратегическое и экономическое значение. Быть может, это значение сейчас не полностью реализовано, но в перспективе оно очень велико.

Даже так называемый гипотетический вариант, то есть следование условиям совместной декларации 1956 г., согласно которой Россия в качестве жеста доброй воли передает Японии два острова из четырех, приведет к тому, что большая часть японских претензий не будет реализована. Эти два острова составляют всего 10 % от всех «северных территорий», как японцы называют Курилы. И даже после такого гипотетического шага, который для России невозможен политически, Япония, скорее всего, будет требовать два оставшихся острова.

- А почему у японцев вообще есть к нам претензии? В конце концов, это нормально, они проиграли Вторую мировую войну. Проигравшая страна отдает часть своих территорий и еще репарации сверху платит.

- Здесь есть и исторические, и юридические причины. Начнем с того, что Советский союз вступил в войну против Японии в нарушение пакта о нейтралитете. Японцы к этому относятся очень болезненно, считают нападение СССР ударом в спину. С этой точки зрения на протяжении большей части Второй мировой Япония не находилась в состоянии войны с Советским союзом. С точки зрения СССР, его обязательства перед союзниками были важнее, чем пакт о нейтралитете. Москва заявила о денонсации пакта о нейтралитете, но был определенный период, когда он сохранял свое действие. И до истечения этого периода Советский союз и напал на Японию.

Второй момент, который имеет большое значение, это то, что, с точки зрения Японии, война закончилась 15 августа 1945 года, в день, когда император фактически объявил о капитуляции. С точки зрения СССР и современной России, дата окончания войны — либо 2 сентября, если следовать официальной историографии, либо 3 сентября. Суть в том, что южные Курилы были оккупированы после 15 августа, когда Япония уже была капитулировавшей страной.

- Если ситуация нерешаема, зачем за нее взялся Синдзо Абэ? Он пообещал довести решение по Курилам до конца, поклялся на могиле своих предков и в итоге ушел в отставку, так ничего и не решив. Мог ли он вообще решить ее, чисто теоретически?

- Если говорить объективно, оценивая прежние факторы, то Абэ, наверное, не мог ее решить. Наверное, это была стратегическая ошибка со стороны японского премьера, хотя, с точки зрения России, можно спорить, была ли эта ошибка нам выгодна или нет. Синдзо Абэ, возможно, под влиянияем своего окружения считал, что проблему можно решить, если построить отношения взаимного доверия с Россией. То есть, создать условия, в которых эта нерешаемая проблема будет решаемой. Грубо говоря, давайте подружимся с Россией так, что б было неважно, чьи это острова, мы сможем решить это полюбовно. Со стороны Абэ это была серьезная ошибка, рано как ошибалось и его окружение, посоветовавшее такой вариант. Сейчас он пожал плоды своей ошибки.

- Для японцев же это не просто геополитика? Там стоит вопрос о национальной гордости, о потере лица?

- Это тоже не нужно переоценивать, равно как не стоит переоценивать роль территориального спора в российско-японских отношениях. В Восточной Азии, если обобщая, территориальные споры есть почти у всех почти со всеми. У Японии с Россией, Китаем и Южной Кореей, у Китая споры почти со всеми соседями, кроме России. Наличие территориальных споров — это своеобразная традиция геополитики в Восточной Азии. То, что экономические связи между Россией и Японией не развиваются так же, как связи между Китаем и Японией, не является следствием плохих политических отношений между нашими странами.

Ситуация, при которой Япония откажется от сотрудничества с США в пользу с Россией, невозможна в силу объективных причин. Вся военная политика Японии полностью завязана на сотрудничестве с США.

- Какой политики в отношении Курил можно ожидать от преемника Абэ?

- Скорее всего, Япония не будет проявлять особой инициативы, не будет совсем радикальных и агрессивных шагов в отношении России. При этом понятно, что такого политического диалога, как при Абэ, не будет. Япония будет заявлять о своих претензиях, но это будет политический ритуал, как это всегда бывает с территориальными спорами и претензиями. Россия приоритетом для Японии не будет, и ждать уступок от Токио тоже не следует.

Автор: Глеб Мишутин