Хуан Перон и импортозамещение здорового человека?

Аргентина - довольно крупная и значимая страна в Южной Америке. Однако наши люди знают о ней довольно мало. Ну да, там есть Буэнос-Айрес, там танцуют танго. Кто-то вспомнит про пастухов-гаучо. Даже в школьном учебнике истории мало рассказывают об этом южноамериканском государстве. Но в истории Аргентины происходило много интересного. Чего стоит период правления Хуана Доминго Перона. Генерал Перон - фигура сложная, противоречивая и несколько романтическая. Одни называют его неприкрытым фашистом, другие - государственником и национальным героем. Тем не менее именно ему ставят в заслугу экономическое процветание государства и создание вполне самодостаточной национальной промышленности.

В свете последних событий тема импортозамещения всё более занимает умы наших сограждан. Хуан Доминго Перон был одним из тех политиков, которые “собаку съели” на этом вопросе. Учитывая же интерес к теме импортозамещения, поговорить об эпохе “перонизма” и его опыте импортозамещения определенно стоит. Друг нашей редакции, латиноамериканист Антон Борейко связал нас со своим молодым коллегой Сергеем Усачевым. Сергей согласился ответить на наши вопросе об Аргентине, генерале Пероне и импортозамещении.

Л. Б. Здравствуйте, Сергей. Для начала, расскажите пожалуйста о себе. Чем занимаетесь, на чём специализируетесь?

С. У. Здравствуйте. В настоящий момент учусь в аспирантуре в Нижнем Новгороде. Интересуюсь латиноамериканским регионом почти с момента начала учебы в вузе и пытаюсь с тех пор углублять свои знания о регионе. Сейчас изучаю современные латиноамериканские элиты и планирую посвятить диссертацию этой теме.

Л. Б. Начнём с предыстории. Что представляла собой Аргентина в 30е годы, накануне прихода к власти Перона?

С. У. В межвоенный период Аргентина бесспорно была наиболее развитым государством Латинской Америки. Но несмотря на это от своих соседей она отличалась не так сильно. Это была страна с экспортно-ориентированной экономикой, где в сельском хозяйстве господствовали докапиталистические отношения, а промышленность целиком контролировали иностранные компании. В мировой экономике она прочно занимала место поставщика сырья и продовольствия. Аргентина была ведущим экспортёром говядины, кукурузы, ячменя, а также крупным поставщиком пшеницы, баранины и шерсти. Особенно активно развивались хладобойная и нефтяная промышленность, росла механизация сельского хозяйства.

Пока глобальная экономика восстанавливалась от последствий Первой мировой войны, спрос на товары из Аргентины был крайне высок. Это позволило государству и нарождающейся буржуазии заметно обогатиться. Однако в 1930-е годы капиталистический мир охватил глобальный кризис. Многие государства стали принимать протекционистские меры. Цены на агропродукцию резко упали, а промышленные товары сильно подорожали. Снизился приток иностранных инвестиций. Стремительно разорялись мелкие фермеры и торговцы. В отличие от других латиноамериканских стран Аргентина располагала финансовыми резервами, накопленными в благоприятные годы, чтобы поддерживать экономику на плаву. Но население ощутило на себе последствия кризиса мгновенно. Поскольку исторически аргентинцы были всегда политически активными, страну охватили стачки и демонстрации.

В этих условиях землевладельческая олигархия и крупная буржуазия решила закрутить гайки. В 1930 году произошёл военный переворот, который привел к власти консервативно настроенных военных. Аргентина вступила в тёмный период своей истории, который называют «потерянным десятилетием». В эти годы при формальном сохранении представительной демократии де-факто установилась авторитарная власть консерваторов-националистов, которые не стеснялись прибегать к террору против политических оппонентов и подтасовывать в свою пользу результаты выборов. Правительства того времени были крайне не популярны среди простого населения.

В условиях раздробленности рабочего движения Аргентины, обострилась борьба между властными группировками. Первую представляли крупные землевладельцы и компрадорские круги, зависевшие от иностранного капитала. Они желали сохранить и приумножить прибыль от экспорта сырья и продовольствия за границу. Ко второй относились предприниматели средней руки и промышленники. Это были представители так называемой «национально-ориентированной» буржуазии, которые получали свой капитал на внутреннем рынке. 1930-е годы прошли под эгидой противостояния этих группировок.

Первоначально власть в стране получила земельная олигархия и компрадоры. Рассчитывая на скоротечность мирового кризиса, власти Аргентины пытались переждать неблагоприятную конъюнктуру и прилагали усилия для спасения экспортоориентированного сектора. Но очень скоро финансовые резервы Буэнос-Айреса иссякли, и перед страной остро встал вопрос выполнения долговых обязательств. Ключевым событием в этом отношении стал пакт Рока-Ренсимена между Великобританией и Аргентиной, подписанный в 1933 году. Договор был призван спасти аргентинский экспорт охлажденного мяса и зерновых в Англию, сократившийся на фоне протекционистской политики правительства Дж. Макдональда. Аргентина получила внушительную квоту на ввоз этих товаров в Великобританию, но заплатила огромную цену. Большую часть этой квоты получили англо-американские предприятия. Аргентина также предоставляла экономические льготы британскому капиталу и освобождала многую продукцию британской промышленности от пошлин.

Аргентино-британское соглашение вызвало возмущение широких общественных кругов и стало водоразделом в политической жизни Аргентины. Подписание пакта Рока-Ренсимена не дало ожидаемых результатов, а с затягиванием мировой рецессии доходы от экспорта продолжали сжиматься. Под давлением промышленников и рабочих правительство взяло курс на импортозамещающую индустриализацию. Начало расти влияние «национально-ориентированной» буржуазии. Используя возмущение населения засильем иностранного капитала, она начала спонсировать националистическое движение, которое должно было подготовить почву для захвата власти у консерваторов, сочувствующих державам «Оси», и вытеснения иностранного присутствия в промышленности. Центральной идеей аргентинского национализма стала «классовая солидарность», опора на национальную идентичность и сплочение на основе антиимпериализма и католичества против «протестантских либеральных демократий» в лице США и Великобритании. Ядром национал-реформистского движения в Аргентине стала «Радикальная сила аргентинской молодёжи» (FORJA). К концу 1930-х годов эта организация фактически стала главной оппозиционной силой правоконсервативному правительству. Именно ФОРХА громче всех критиковала непоследовательность государства в проведении политики импортозамещения. Аргентинские власти пытались не навредить интересам иностранного капитала, от которого зависела экономика страны. Поэтому меры правительства по импортозамещению были половинчатыми и малоэффективными. Параллельно с этим любая оппозиция подавлялась и не допускалась к рычагам власти.

В итоге к началу Второй мировой войны Аргентина стояла на пороге открытого классового конфликта. В стране ввели осадное положение, на улицы против властей выходили сотни безработных и обездоленных аргентинцев. Масла в огонь подливало сотрудничество аргентинского правительства с фашистским блоком. Этот фактор сыграл злую шутку с консервативной группировкой. В условиях войны с державами «Оси» главный торговый партнёр Аргентины — Великобритания — приостановила торговлю с Буэнос-Айресом и заморозила аргентинские счета в лондонских банках. Расчёт компрадоров и земельной олигархии на помощь США не оправдался: Вашингтон отказывался открывать рынок для аргентинского зерна и мяса. Агроэкспортная модель экономического развития окончательно зашла в тупик. Экономические проблемы привели к глубокому кризису правительства, которое теперь держалось только на штыках армии.

Л. Б. Перейдём к биографии Хуана Доминго Перона. Откуда он вышел, как складывалась его военная карьера и политические убеждения?

С. У. Хуан Доминго Перон родился 8 октября 1895 года в семье землевладельца средней руки. Его предки по отцовской линии были выходцами из Италии, а родственники со стороны матери происходили из сельских креолов и индейцев. Как и многие дети представителей средней буржуазии того времени, Перон решил стать кадровым военным. Он окончил кадетскую школу в Буэнос-Айресе, служил в армии. В конце 1920-х годов стал заведующим кафедры военной истории в национальной военной академии. Активно писал книги по истории военного искусства.

Первым политическим опытом для Перона стал военный переворот 1930 года, возглавленный генералом Урибуру. Молодой офицер не играл в нем заметной роли, но стал связным между двумя противоборствующими фракциями военных. Перон поддержал переворот, так как считал, что в условиях мирового экономического кризиса «гражданские власти» Аргентины не способны «гарантировать порядок» и эту миссию должна выполнить военная диктатура.

С середины 1930-х годов Перон находился на военно-дипломатической работе. В 1936-1938 годах он служил военным атташе в Чили, а в 1939 году получил ту же должность в Италии. Там Перон изучал внешнеполитическую ситуацию в Европе. Военное командование поставило перед ним задачу — предложить рекомендации, как следует действовать Аргентине в условиях начавшейся мировой войны. Перон прожил в Европе почти два года. За это время он побывал не только в Италии, но и во многих других странах: Германии, Франции, Венгрии, Албании, Испании и Португалии. Опыт этих лет сыграл заметную роль в развитии его политических воззрений.

Перон заинтересовался фашизмом. Изучая этот феномен, он был поражен тем, как при сильной исполнительной власти удавалось обеспечить массовую поддержку режима обществом. Впоследствии в своей автобиографии Перон писал: «Германия произвела на меня впечатление выдающейся нации в том, что касается современного государства… У меня было впечатление гигантского механизма, функционировавшего с потрясающей точностью, где каждый винтик – на своем месте. Организация была изумительная… Это был огромный плавильный горн, в котором рождалось нечто новое». Экономические успехи Германии и Италии в межвоенное время Перон считал следствием «правильной», «целесообразной» организации общества, созданной фашизмом. Также его привлекало то, что фашистское государство умело вовлекало народные массы в решение общенациональных задач и целей. Перон считал Германию и Италию образцом подлинной «социальной демократии». Сравнивая свою родину с ведущими фашистскими режимами, Перон не мог не вступить в оппозицию к аргентинской власти. По его мнению, либеральные институты не могли прижиться в Аргентине. Они не давали большинству населения социальных прав, а значит в их сохранении не было смысла.

С таким мировоззрением в 1941 году Перон вернулся на родину. Его назначили командиром подразделения горных стрелков, а через год он получил звание полковника. К этому времени его взгляды сформировались окончательно: Перон встал на позиции национализма и поддерживал активное вмешательство государства в экономику.

Л. Б. Как известно, Перон приходил к власти дважды. Давайте поговорим о первом периоде. Как вчерашний военный атташе в Италии стал президентом? На какие силы он опирался?

С. У. В условиях глубокого кризиса политической системы Аргентины единственной

реальной силой в стране была армия. В среде военных возобладало мнение, что гражданские власти утратили контроль над государством. По итогу 4 июня 1943 года армия свергла профашистское правительство и взяла бразды правления в свои руки. Однако видимое единство среди военных было мнимым. Внутри него тоже по-разному представляли путь дальнейшего развития страны. Большинство генералитета рассчитывало на соглашение с основными политическими партиями и поддерживало создание коалиционного правительства. Одна группа военных склонялась к разрыву с «Осью» и сближением с антигитлеровской коалицией, особенно с США. Другая фракция в вооруженных силах придерживалась открыто националистической ориентации. Ее центром была Группа объединенных офицеров (ГОУ), сыгравшая решающую роль в подготовке и проведении военного переворота. Националисты выступали за нейтралитет в войне, видя в этом противовес растущему американскому давлению на Аргентину. Именно её лидером был Х.Д. Перон.

Проамериканская фракция утратила своё влияние в военном правительстве после отказа Вашингтона поддержать их. Предварительным условием поддержки американцы назвали разрыв Аргентиной отношений с Германией и Японией. Но это требование не нашло широкой поддержки в правительстве, и позиции сторонников сближения с США сильно пострадали. Перон сыграл важную роль в укреплении позиций националистов. Находясь в тени, он добился назначения своего ставленника Фарреля сначала вице-президентом, а затем президентом Аргентины в феврале 1944 года. Сам Перон, видя подъём рабоче-крестьянского движения, выдвинул инициативу создания Секретариата труда и социального обеспечения, чтобы взять рабочий вопрос под личный контроль. Чуть позже оставаясь главой этого органа, он стал в июне 1944 года вице-президентом Аргентины.

Вдохновляясь опытом нацистской Германии и фашистской Италии, Перон искал сближения государства с народом. По его мнению, прежде правительство было оторвано от народа, но с приходом национально ориентированных кругов ситуация непременно поменяется. Опираясь на свою родословную, аргентинский военный считал себя воплощением аргентинского государства — результата синтеза европейской цивилизации, привнесенной конкистадорами и иммигрантами из Европы, и местной индейской цивилизации. Это обстоятельство, как он полагал, давало ему право выражать интересы аргентинской нации в целом. Мировоззрение Перона, в целом, отражало представление национальной промышленной буржуазии о перспективах развития страны. Он стал идеальным кандидатом в главы государства. Идея Перона об индустриализации как основе будущей мощи Аргентины и ее гегемонии в Южной Америке нашли поддержку среди этих кругов. Экономически независимое, многоклассовое корпоративное государство стало ориентиром для идей перонизма.

Однако в стране по-прежнему были сильны позиции экспортоориентированной экономической группировки. Чтобы обеспечить перевес в борьбе против них, была необходима общественная поддержка. Благоприятная экономическая конъюнктура позволила Перону проводить активную социальную политику. В 1944-1945 годах была создана национальная система социального обеспечения. Все трудящиеся были объединены в профсоюзы под эгидой Секретариата труда. Правительство повысило реальную заработную плату, немного перераспределив национальный доход в пользу рабочих. Перон искусно использовал существовавшие в профсоюзном

движении идейно-политические разногласия. Деятельность организаций коммунистического толка была запрещена на территории страны. Более умеренные профсоюзы стали подконтрольны государству.

К концу войны продолжавший сохранять нейтралитет в войне военный режим попал в международную изоляцию. Армия теряла рычаги давления на внутреннюю обстановку. Под влиянием демократического движения военное правительство Аргентины все-таки объявило войну державам «Оси» в марте 1945 года. Кроме того, пришлось восстановить политические свободы, разрешить деятельность политических партий и общественных организаций. В октябре 1945 года компрадорская элита при поддержке консервативных военных надавила на Перона, чтобы тот ушёл в отставку. Чуть позже войска столичного гарнизона арестовали генерала. Правительство ГОУ распалось, и в стране разгорелась борьба за власть.

Свержение Перона рабочие массы восприняли как угрозу своим социальным завоеваниям и вышли на его защиту. 17 октября 1945 года более 200 тысяч членов верных генералу профсоюзов заняли центр Буэнос-Айреса, требуя его освобождения и восстановления у власти. Это событие принято считать точкой отсчёта для перонистского движения. Военные мятежники капитулировали, и Перона освободили. Тут же было объявлено о назначении президентских выборов. Общественная поддержка генерала была слишком велика, чтобы с ней не считаться. В 1946 году Перон одержал победу на выборах. Его блок получил большинство мест в парламенте и провинциальных органах власти.

Л. Б. С именем Перона ассоциируется и политика импортозамещения. Насколько нам известно, аргентинцы смогли создать современный на тот момент образец танка “Науэль”, наладить массовое производство мотоциклов и другой техники. Как у них это получилось?

С. У. На самом деле, приписывать заслугу импортозамещения исключительно Перону будет неправильно. Идея самодостаточной, почти автаркичной экономики витала в Аргентине с начала 1920-х годов. Правда, тогда радикальные правительства столкнулись с серьёзным сопротивлением консерваторов и компрадорской буржуазии, отстаивавших агроэкспортную модель экономики.

Разумеется, ничего бы не вышло у перонизма, если бы не усилия социал-демократов 1930-х годов. Например, при министре экономики Федерико Пинеде (1933-1935) были сняты пошлины на импорт средств производства и введены заградительные тарифы на иностранные промышленные изделия. При нём же вместо падающего притока средств от экспорта основным источником доходов государства стали разнообразные пошлины и налоги. В те же годы был создан Центральный банк Аргентины, который возглавил известный экономист Рауль Пребиш. ЦБ стал выполнять регуляторную функцию в экономике, контролируя кредиты и стимулируя спрос. Новая финансовая система позволяла государству заметно влиять на внутренние экономические процессы. Именно тандем Пребиша-Пинедо создал условия и запустил курс импортозамещения в Аргентине, хотя он и протекал тяжело и медленно.

Когда к власти пришёл Хуан Перон страна уже превратилась из аграрной в аграрно-индустриальную и урбанизированную. Капитализм искоренил пережитки феодальных отношений. На первый план вышли отношения между рабочими и буржуазией. Фигура популярного в народе генерала должна была закрепить успех «национально-ориентированного» бизнеса и направить стихийный народный протест в нужное русло. В первые годы заботой перонистского правительства была защита национальной промышленности и обеспечение её дешёвыми кредитами для развития внутреннего производства. Тогда же государство выкупило за приличные деньги и национализировало железнодорожную и телефонную сеть, крупнейшие газовую и нефтяную компании, стратегически важные предприятия. Создание госсектора позволило местной буржуазии получить контроль над источниками сырья и средствами производства для проведения импортозамещающей политики.

Финансирование этих мер происходило за счёт введения монополии внешней торговли. Полученные доходы из аграрного сектора направлялись на промышленное развитие. Немалая часть агроэкспортной прибыли ушла на выкуп иностранной собственности. Для Перона национализация была способом быстро набрать политические очки, хотя часто такие сделки оказывались экономически нецелесообразными.

В то же время импорт промтоваров из-за границы был ограничен. Только основные средства производства продолжали закупаться за рубежом. Были у Аргентины проблемы и с разработкой собственных двигателей, электрогенераторов и турбин. Тем самым, зависимость от иностранной промышленной продукции сохранялась. Невысокий научный потенциал и непомерные финансовые затраты приговорили аргентинское импортозамещение. Вышеупомянутый танк «Науэль» так и не был запущен в массовое производство, а к приходу Перона проект навсегда забросили. Похожая судьба постигла автомобили «Хустисиалиста» и самолёты «Пульки». Единственным реальным успехом стал запуск в массовое производство мотоциклов «Пумарола», которую после перонистов тоже постигла неприятная участь. Правительство регулятивными мерами пыталось расширить внутренний рынок, но опора на агроэкспорт сохранялась, по сути отдавая успех экономической политики Аргентины на откуп колебаниям мировых цен на сырьё и продовольствие.

Л. Б. Аргентина — не единственная страна Америки, где в 30-40е годы 20 века проходили реформы в духе регулируемого капитализма. Нам известно о чём-то похожем при Варгасе в Бразилии, ну и конечно, все слышали о Новом Курсе Рузвельта. Заимствовал ли Перон и его окружения что-нибудь у соседей в этом плане? В чём были местные особенности Аргентины?

С. У. Реформы в духе кейнсианства в Аргентине — это часть объективного процесса, проходившего в капиталистической части мира в межвоенную эпоху. Для Латинской Америки регулирование экономики было особенно актуальным в свете взрывоопасности региона и социальной активности широких слоёв населения. Протесты и стачки крестьян и рабочих вынуждали правительства идти на уступки. Так как на пятой части суши уже был пример государства с другой экономической системой, буржуазии приходилось отступать, чтобы сохранить за собой власть. В Латинской Америке это выразилось в национал-реформизме и продвижении политики импортозамещения. В разные годы почти в каждой латиноамериканской стране приходили к этой идее с разной степенью успеха. Все заимствовали у всех.

Перонизм в этом отношении несильно отличается от курса Жетулио Варгаса в Бразилии или Ласаро Карденаса в Мексике. Но отдельного упоминания заслуживает хорошо известный и авторитетный экономист Рауль Пребиш. Именно его работы оказали решающее влияние на последующие поколения левых Латинской Америки. Идеи Пребиша (особенно теория зависимости) стали дополнительным аргументом для национал-реформистов, которые стремились преодолеть зависимость от иностранного капитала и развивать внутреннюю промышленность и рынок.

Л. Б. Как так получилось, что очень популярный в народе режим пал? Кто пришёл на смену Перону после переворота 1955 года? Все ли его начинания были свёрнуты и отброшены?

С. У. Как было сказано выше, курс импортозамещения Аргентины крайне зависел от мировых цен на сельхозтовары — главную статью экспорта государства. Уже в 1949 году цены на продовольствие стали снижаться. Большую роль сыграл саботаж со стороны латифундистов, недовольных мерами Перона на селе. Они отказывались сдавать землю фермерам в аренду, и огромная пашня фактически изымалась из производства. Наконец, аргентинское мясо и пшеница стали вытесняться с европейского рынка более дешевым экспортом из Австралии, Канады и США. Аргентина вступила в затяжной экономический кризис.

Сокращение экспорта привело к острой нехватке иностранной валюты. Перонистское правительство больше не могло закупать дорогие средства производства, чтобы поддерживать на плаву национальную промышленность. Также развитие внутреннего производства тормозил энергетический кризис, связанный с дефицитом топлива для генерации электроэнергии. Перонисты попытались преодолеть экономические трудности, стимулируя импорт сельхозтехники и удобрений, а также развивая станкостроение. Для финансирования новой политики использовали золотовалютные резервы, которые довольно быстро иссякли. Аргентина постепенно начала открываться иностранному капиталу. В частности, в стране появились заводы «ФИАТ» и «Мерседес-Бенц».

Национально-ориентированная буржуазия видела продолжение индустриализации в усилении давления на рабочих и профсоюзы, то есть в разрыве «классового союза», достигнутого при посредничестве Перона. Экономические трудности подталкивали перонистов на этот путь: зарплаты были заморожены, а социальные выплаты урезаны или отменены. Инфляция привела к падению реальной зарплаты трудящихся. Страну охватили забастовки. Любая оппозиция политике правительства подавлялась крайне жестко. Брожение началось даже в лояльных «карманных» профсоюзах. Авторитет Перона среди населения начал таять. Конфликт перонистов с Католической церковью лишил их последнего значимого союзника.

Дни генерала Перона были сочтены. В армии активизировались оппозиционные режиму группы военных. В июне 1955 году части ВМФ и морской авиации инициировали мятеж. Руководство профсоюзов предложило правительству вооружить рабочих, сформировав из них милицию. Перон категорически от этого отказался. Как он писал в автобиографии позже: «Я не раскаиваюсь в том, что отказался от борьбы. Она привела бы к жертвам и опустошению страны. Я слишком люблю свой народ и слишком много сделал для родины, чтобы желать этого». В сентябре Перон уступил давлению военных, ушёл в отставку и покинул Аргентину.

К власти пришел блок крупной промышленной буржуазии, аграрной олигархии и иностранного капитала. Наступил период жёсткой реакции, направленный на подавление рабочего движения, ядром которого были перонистские профсоюзы. С падением перонизма Аргентина пошла по пути тесного сотрудничества с иностранным капиталом и транснациональными компаниями. ТНК стали активно проникать в отрасли промышленности. Национальный капитал перешел на роль младшего партнера иностранных компаний. Государство утратило господствующие позиции в промышленной сфере, хотя продолжало играть важную роль в стимулировании экономического развития, осуществляя капиталовложения в промышленность, производственную и социальную инфраструктуру.

Аргентина постепенно утрачивала преимущества в мировом аграрном производстве. Слабость аграрного сектора, его нестабильность не могли в достаточной мере обеспечить иностранной валютой необходимый стране промышленный импорт, вели к хроническому дефициту платежного баланса, подрывали процесс накопления. Страна попала в зависимость от займов международных финансовых институтов, которые закрывали бреши в аргентинском госбюджете. Тем самым, Аргентине не удалось выйти из статуса зависимой страны.

Л.Б. В начале 70х годов постаревший Перон снова встал у руля Аргентины. Насколько сильно его курс отличался от прежнего?

С. У. Широкое народное движение перонистов создало условия для возвращения Перона на родину из многолетней эмиграции. Незадолго до его приезда победу на выборах, организованных военной хунтой под давлением массовых протестов, одержал Хустисиалистский фронт. Ключевую роль в этом движении играло левое крыло перонистов — низовых профсоюзных организаций, студенческих и молодежных

группировок, окрепших в период антидиктаторской борьбы. После их победы были полностью восстановлены демократические свободы, объявлена политическая амнистия, отменено репрессивное законодательство военного режима, легализована компартия. Левые партизаны «Монтонерос» вышли из подполья и установили контроль над молодежной перонистской организацией, начали активную работу в профсоюзах.

Обуздать народный подъём и взять его под контроль был призван постаревший Хуан Перон, который доказал способность канализировать общественное недовольство и защищать интересы национальной промышленной буржуазии. 20 июня 1973 года Перон прилетел в Буэнос-Айрес. В это же время в столичному аэропорте произошел расстрел левых перонистов. Эти события повлекли народный подъем, который привёл к организации новых выборов. В октябре Х.Д. Перон одержал уверенную победу и вновь стал президентом.

Как и в период первого правления, он стремился проводить политику в русле «третьего пути». Теперь Перон противопоставлял «марксистскому социализму» свои концепции «социальной справедливости» и «классового мира». Чтобы восстановить союз рабочих и национальной буржуазии Перон инициировал подписание «Социального пакта» между промышленниками и профсоюзами. Рабочим и служащим гарантировали повышение зарплаты на 15%, замораживание цен на 1 год. Профсоюзы на этот период обязались не проводить забастовки. Как и прежде, Перон стремился сочетать политику экономического развития с перераспределением доходов в пользу трудящихся.

Новая экономическая стратегия перонистского правительства предполагала развитие промышленности, повышение роли государства в экономике, ограничение иностранного капитала, преимущественные права для национальных предпринимателей. Деятельность иностранных компаний в ключевых отраслях экономики была ограничена, введены ограничения для иностранцев на вывоз прибыли. Правительство подготовило аграрную реформу, которая ущемляла интересы земельных олигархов и облагала их огромными налогами. На помощь Перону вновь пришла благоприятная внешнеэкономическая обстановка с высокими ценами на зерно. Это позволило Перону укрепить свои позиции в движении. С государственных должностей, из руководства партии и профсоюзов убрали левых перонистов за подозрения в «марксизме». Реформистское крыло перонизма возобладало.

В 1974 году Хуан Перон скоропостижно скончался. Ставшая президентом Аргентины его вдова М.Э. Мартинес де Перон находилась под влиянием правых перонистов, которые постепенно сворачивали прогрессивные элементы политики генерала. Это означало конец союза правительства с национально-ориентированной буржуазией.

Л. Б. Некоторые слышали об Эвите Перон благодаря мюзиклу “Эвита”. Ещё меньше слышали о второй жене Перона — Марии Эстеле Мартинес , впоследствии первой женщине-президенте Аргентины. Насколько серьёзно женщины влияли на Хуана Перона?

С. У. Жены Перона, в особенности его первая супруга, были важным мобилизационным звеном в поддержке генерала народными массами. Эва Дуарте Перон была выходцем из социальных низов, чем снискала особую популярность среди бедняков. Хотя Эва не занимала никаких госдолжностей, она активно участвовала в общественной жизни. Супруга Перона возглавляла перонисткую женскую партию, контролировала деятельность Министерства труда и профсоюзов, а также возглавляла благотворительный фонд. Харизматичная и яркая «Эвита» стала частью двуединого культа четы Перонов. Она не противопоставляла себя мужу и повторяла его слова, что их цель — ликвидация классовой борьбы и её замена сотрудничеством классов. Уже при жизни перонисты называли ее символом социальной справедливости — хустисиализма.

В 1952 году 32-летняя Эва Перон скончалась от лейкемии. Равноценной замены ей так и не нашлось. Перонисты попросили папу Римского канонизировать жену Перона, но Ватикан отнесся к этой затее крайне негативно. Превращение перонизма в «религию» подорвало бы духовную монополию Католической церкви в Аргентине. Открытый конфликт с католиками лишил Перона опоры под ногами и стал ещё одним фактором, приблизившим его поражение.

Последняя жена Хуана Перона М.Э. Мартинес сыграла ключевую роль в консолидации перонизма перед военной хунтой. Она ездила в Аргентину в 1970-е годы от имени мужа и активно боролась с правым крылом перонистов, которые продвигали идею «перонизма без Перона». Бесстрашная «Исабель», рискуя жизнью, встречалась с левыми молодежными группировками перонистов и привлекла на их сторону массы, обеспечив им электоральный успех. Чуть позже она выдвигалась на выборах со своим мужем как вице-президент. После его смерти Мария Мартинес де Перон возглавила государство, заручившись поддержкой общественных кругов.

Л. Б. Перон был не просто харизматическим политическим лидером, вокруг него сформировалось политическое движение со своеобразной идеологией. Её называют перонизмом или хустисиализмом (от испанского хустисия - справедливость). В чём были её особенности?

С. У. Основу перонизма составляют три ключевые политические концепции: государственный патернализм, этатизм и идея «третьего пути». Государственный патернализм оправдывает контроль государства над профсоюзами. Этатизм защищает методы рыночного регулирования и управление экономикой через государственный сектор. Наконец идеология «третьего пути» предполагает синтез лучшего от капитализма и социализма, а также «классовую солидарность». Для перонистов опорой хустисиалистского режима служат вождь, руководящие кадры и организованная масса. Перонистская партия должна связывать массовые организации с президентом — одновременно главой государства и лидером движения.

Дальнейшая трансформация теории перонизма связана с идеей «национального социализма». При этом речь не идёт о социализме в марксистском понимании. Перон категорично противопоставлял свои идеи «интернациональному и догматическому социализму». При этом он не раскрыл социально-­экономическое содержание своего термина. Поэтому течения внутри перонизма по-своему понимают термин, введенный Пероном.

Современный перонизм можно охарактеризовать следующим образом:

Государство — основное звено всей общественной жизни;

Государство играет образующую роль в экономике и социальной сфере страны;

Основа национального процветания — сильное, независимое государство;

Государство стоит на принципах социальной и классовой гармонии, социальной справедливости;

Концепция «третьего» пути развития —­ не социалистического и не капиталистического.

Л. Б. После смерти Перона, а затем и свержения его вдовы Исабель Мартинес де Перон в Аргентине началась смута, известная как “грязная война”. Как так получилось, что вчерашние однопартийцы начали истреблять друг друга?

С. У. Конфликт внутри перонизма зрел очень долго и был лишь вопросом времени. Противоречивость самих идей перонизма, его попытки соединить капитализм и социализм рано или поздно привели бы к расслоению движения и его разделению на радикальное и консервативное крыло. Перонистская молодежь и партизанское движение «Монтонерос» разочаровались в Пероне, видя его умеренность в реализации назревших реформ и соглашательство с промышленниками. Партизаны ушли в подполье и встали на путь вооруженной борьбы, перейдя к тактике индивидуального террора. Утрата поддержки перонисткой верхушки общественными низами создала условия для нового военного переворота, открывшего черную страницу в истории Аргентины.

Военная диктатура Хорхе Виделы на долгое время уничтожила сопротивление власти и отвергло всякую возможность революции и попыток выйти за рамки капитализма. Армия, полиция и спецслужбы развернули беспощадную борьбу с партизанами и левоперонистами. В ходе «грязной войны» они были физически устранены. Но под удар попали не только леворадикалы, но и вполне умеренные профсоюзные активисты, журналисты, студенты, деятели демократического движения. Преследование происходило в условиях секретности, оппозиционеры даже в соседних странах Латинской Америки не были в безопасности. Главной целью диктатуры было запугать аргентинское общество и создать условия для внедрения неолиберальной модели экономики.

Л. Б. Перонистская политическая традиция сохраняется и в современной Аргентине. Однако что это: использование привычного бренда, за которым больше ничего нет, или всё-таки политическое наследие Хуана Перона продолжает жить?

С. У. Перонизм и правда очень силён в Аргентине сегодня. К перонистам можно отнести чету Киршнеров (Нестор и Кристина), которые управляли государством в 2003-2015 годах. Действующий президент Альберто Фернандес — член Хустисиалистской партии и постоянно приводит Хуана Перона в качестве образца для подражания.

Разумеется, сегодняшний перонизм несколько отличается от доктрины, которую выработал когда-то генерал Перон. Сейчас перонисты — это скорее левоцентристы, которые свято верят в регуляторную функцию государства и крайне трепетно относятся к идее о национальном возрождении. Идеология перонизма утратила радикальные элементы, которые в конечном счете предполагали построение «другого» капитализма, свободного от недостатков капитализма западного типа. Тем не менее, идеи компромисса, сплочения вокруг национальной идентичности и классовой солидарности остаются основой современного перонизма. Следовательно, их можно по праву считать наследниками Хуана Перона.

Л. Б. Как относятся к генералу Перону и его политике обычные аргентинцы сегодня?

С. У. Большая часть аргентинцев с теплотой вспоминает Хуана Перона, поскольку в их представлении он олицетворяет идеи социальной справедливости. Они считают его национальным героем, человеком, который ставил интересы нации выше собственных. Однако стоит отметить, что сегодня образ Перон мифологизирован и почти сакрализирован. О противоречивости его политической программы и симпатии к фашизму стараются не говорить. Также аргентинцы не так уж хорошо знакомы с историей перонизма. Поэтому у Перона сложился довольно идеализированный образ, который ближе к пропаганде культа его личности того времени, чем к реальному положению дел при его президентстве.

Л. Б. Ну и, напоследок, традиционный вопрос: что вы могли бы порекомендовать почитать на тему нашей аудитории.

С. У. Интересующимся темой перонизма могу порекомендовать для ознакомления работы И.Е. Шокиной и В.П. Казакова. Интересный взгляд на перонизм представлен в книге аргентинского маркиста Фернандо Надры «Критика национального социализма». Наконец, знакомые с испанским языком могут почитать о перонистской идеологии из первых уст — например, книгу Х.Д. Перона «Del poder al exilio - Cómo y quiénes me derrocaron».