Как живётся русскому футболисту в Монголии? Интервью Даниила Мусаткина

— Монголия — очень нестандартный вариант для развития футбольной карьеры. Как у тебя появилась такая экзотическая возможность?

— Я всегда хотел стать профессиональным футболистом, и в попытках найти команду стал писать всем своим знакомым. Среди них был японец — я его давно знаю. Он дал мне контакт русского специалиста, который тренирует детей в Монголии. Я с ним связался и договорился приехать на просмотр, когда закончу НГУ им. Лесгафта.

Закончил, приехал. Сначала потренировался с одной командой — мне сказали «нет». Со второй тоже возникли какие-то непонятки. В итоге на пять дней вернулся в Россию, и у меня оставался вариант только с одним клубом — «Фальконс». Снова прилетел в Монголию, и меня наконец-то взяли — на тоненького получилось.

Интересно, что меня не приняли в тот клуб, где работал тот самый русский специалист — главный тренер сказал, что я не соответствую уровню Премьер-лиги Монголии. В итоге 29 сентября я вышел против этой команды в старте и отдал два ассиста — ну и какие тут могли быть вопросы?

К счастью, всё сложилось удачно: «Фальконс» за 21 год ни разу не выигрывал чемпионат, а в этом сезоне мы заняли первое место. Сегодня ещё и финал Кубка будет — возможно, получится забрать два трофея.

— Что собой представляет клуб, в который ты перешел? Расскажи про тренировочные, игровые условия.

— У нас много легионеров — я, японец и пять бразильцев. Плюс бразильский тренер Артур, который на родине обучался, например, с Филипе Луисом, поигравшим в «Атлетико» и «Челси». Так что тренировочный процесс в команде очень хороший — как по физике, так и по тактике.

Не могу сравнить эти условия с российскими, поскольку дома не играл на профессиональном уровне, только на просмотры ездил. Раньше я занимался в «Динамо-2» и «Звезде» — если говорить об этом этапе, то тренировки плюс-минус похожие.

— Какие впечатления от работы с бразильским наставником?

— Он всё говорит по делу: требует от нас дисциплины, организации, умеет поддержать. Говорит, что ошибки — это не проблема, их просто нужно исправлять и не зацикливаться на них.

В Монголии действует лимит на легионеров 3 + 1 — то есть на поле может быть максимум три иностранца из любых стран и один азиат. Японец у нас играет постоянно, а мы с бразильцами меняемся. Я вообще удивился, что Артур оставил меня в команде, ведь он спокойно мог взять на моё место ещё одного бразильца.

— Ты получаешь много игрового времени?

— Не могу сказать, что я железный игрок основы, но я вижу, что Артур мне доверяет. Однажды он выпустил меня в концовке матча, когда мы горели 0:1. Я забил, мы в итоге даже выиграли, а потом Артур подошёл ко мне и сказал, что если бы не лимит, то я бы играл постоянно. Разумеется, тренер больше контактирует с бразильцами, но при этом он не убрал меня из команды — для меня это очень важно.

— Ваша последняя игра в чемпионате завершилась победой со счётом 21:0. Что это была за дичь?

— Да, это смешная история. Я, кстати, приезжал в эту команду («Баварианс») на просмотр, но меня не взяли — сказали, что много легионеров.

В первой половине сезона в составе этого клуба был хороший японец и бразильцы — они хоть как-то на плаву держались. Затем легионеры ушли — как я понял, их по финансам не потянули, ведь для них только на билеты приличные деньги нужны. В феврале мне из «Баварианс» даже писал монгол, который знает русский — приглашал в команду, но я отказался.

Вместо старых легионеров прибыли новые, однако ближе к лету они тоже разъехались. В итоге в клубе остались только 11 монголов — стартовый состав, без замен. Я бы на их месте просто на поле не выходил — техническое поражение 0:3 и хватит.

У нашего бразильца перед матчем было 15 голов в чемпионате, а у лидера бомбардирской гонки — 25. Так он вышел, наколотил 10 мячей и стал лучшим бомбардиром — вот такая история.

— Как болеют в Монголии? Дружелюбные там фанаты или агрессивные?

— Болельщики у определённых команд есть, но это, скорее, родственники и знакомые футболистов. Разумеется, никакой агрессии от них не исходит. Организованные фанатские группировки — это единичные случаи. На принципиальных матчах собирается приличное количество народу, а на рядовые игры люди не особо ходят. Сегодня, на финале Кубка, точно будет много зрителей — всё-таки последняя игра в сезоне.

— То есть вы, лидеры чемпионата, даже домашние матчи играете при полупустых трибунах?

— А какие там домашние матчи? Все игры проходят на одном стадионе! У нас тут всё по-простому (улыбается). Поле, кстати, нормального качества, раздевалки хорошие.

— На каком языке общаешься с партнёрами?

— В основном на английском, но некоторые монголы говорят на русском. Например, один из наших тренеров его очень хорошо знает, так что с ним на родном языке разговариваю. Русский мат, естественно, знают все — даже бразильцы уже выучили.

— То есть кроме тебя русских в команде нет?

— Нет, я вообще один русский на весь чемпионат. Из русскоговорящих в Премьер-лиге только два узбека играют — один из них, кстати, сегодня против нашей команды выйдет в финале Кубка.

— Испытал культурный шок при переезде в Монголию? Что удивило больше всего?

— Пробки! Очень большие пробки, которые с Питером даже не сравнить. Лучше ходить пешком, чем передвигаться на автобусе или на машине. Ещё тут очень суровая зима, точно холоднее, чем в Санкт-Петербурге. Зимой тренировки проходят в манеже, а он располагается максимально далеко от города — постоянно приходится искать того, кто может тебя подвезти. В итоге тратишь на это весь день — пока доедешь, простояв в пробках, пока потренируешься, пока доберёшься до дома… Не знаю, кому пришла в голову идея построить там манеж, это большой минус. А летом всё хорошо — тренируемся на главном стадионе.

Ещё здесь совсем нет сервисов по доставке еды, а очереди в магазинах сумасшедшие. Приходится выбирать время, чтобы закупиться — хожу утром по будням, когда народу не так много. При этом до магазинов нужно добираться на автобусах, что не очень удобно. Ну и цены, конечно, удивили: все продукты завозятся из России, но стоят они в 2-3 раза дороже, чем у нас.

— Клуб вас после тренировок не кормит?

— Нет, конечно. Бразильцы мне жалуются, что каждый день едят одно и то же: рис, яичница, курица и газировочка, чтобы запить. Я тоже сам себе готовлю: макароны, рис, гречка, картошка, курица, яичница, колбаса… Соскучился, конечно, по домашней еде. Ну ничего, недолго осталось терпеть.

— Руководство снимает тебе квартиру в Улан-Баторе?

— Мне сначала предложили жить вместе с бразильцами и японцем — они впятером живут в одной большой квартире. Но потом возник ещё один вариант: у русского тренера, о котором я говорил, есть знакомая — у неё пустует квартира, в которой идёт небольшой ремонт. В итоге она за небольшую плату согласилась мне её сдавать. Плачу за аренду из своей зарплаты. Жить одному и вшестером — это огромная разница, поэтому решил потратиться на удобства. Всё равно это временно — позже появится возможность переехать в другие страны, где будут совсем другие условия. За деньгами я сейчас не гонюсь, мне всё-таки не 30 лет.

— Сколько футболистам платят в Монголии, если не секрет?

— Монголы вообще мало получают, легионеры побольше — от 300 до 1300 долларов в месяц. Но чтобы получать больше 1000 долларов, нужно быть прям хорошим легионером. В Монголию же в основном приезжают для того, чтобы сверкнуть и уехать в другой чемпионат. Никто особо не планирует здесь задерживаться на много лет.

— У тебя есть примеры, чтобы игроки из твоего или других клубов перебирались в другие чемпионаты?

— Я тут играю всего год, при мне таких переходов не случалось, но я знаю, что до меня были. Например, один русский переехал в Тайвань после трёх сезонов в Монголии, а сейчас он играет в Бутане. Японцы отсюда уезжают, в основном, в Индонезию, Камбоджу, Лаос, Макао. Один бразилец даже перебрался в Индию, но там, наверное, агенты постарались.

Для большинства легионеров Монголия — это всего лишь первый этап. Знаю, что многие японцы за свои деньги прилетают сюда на просмотры, потому что понимают, что это их шанс начать или реанимировать профессиональную карьеру.

— Ты тоже за свои деньги прилетел?

— Да, конечно. Это был мой последний шанс. Слава богу, что всё получилось. Раньше я играл на профессиональном уровне только во Второй Лиге Финляндии, но из-за коронавируса всё прекратилось. Кстати, поддерживаю связь с людьми оттуда — там прям было хорошо. Частный дом, натуральный газон, база в пяти минутах ходьбы, от Питера недалеко — я кайфовал.

— Как и с кем проводишь досуг в Монголии?

— Я совсем не тусовочный человек. Мой обычный день проходит так: просыпаюсь, иду на тренировку, потом дополнительно занимаюсь на скакалке или бегаю в парке, захожу в магазин, возвращаюсь домой, ем, смотрю футбол и сплю. Если бы было, с кем куда-то выбираться, то, возможно, и ходил бы по всяким местам, но я здесь один. Может, сейчас, летом, хотя бы на речку выберусь.

— На какой срок у тебя рассчитан контракт?

— До ноября. В конце октября нам предстоит сыграть на Кубке АФК — поедем на 10 дней в Малайзию. В турнире примут участие шесть клубов, в каждой группе по три команды, победители проходят в плей-офф, который будет в марте. 22 августа состоится жеребьёвка — узнаем своих соперников. Это хороший шанс себя показать — я специально готовлюсь к Кубку. Ради этого турнира сюда приезжают буквально все легионеры, и я надеюсь воспользоваться этой возможностью. Там более мягкий лимит по сравнению с чемпионатом, 5 + 1, так что шансы должны появиться.

— Как в Монголии отмечают чемпионство? На автобусе по городу катались?

— Сначала всей командой сходили в ресторан, а потом поехали в ночной клуб. У нас там была отдельная комната, где почти все выпивали — не пил только я и два бразильца. Там хорошо потанцевали, после чего нам пообещали, что после сезона поедем в двухдневное путешествие — снимем дома, покупаемся в речке, пожарим шашлыки… Никаких автобусов, конечно, не было (улыбается).

— На улице тебя узнают?

— Нет, прям на улице ещё ни разу не было. Около стадиона, конечно, подходят, фотографируются, берут автографы — для меня это в новинку. После церемонии награждения тоже подходили, это приятно.

— Что у тебя дальше по планам? Хочешь остаться в Азии, перебраться в Европу или, может, вернуться в Россию?

— Если честно, хочу дальше двигаться по Азии, подняться в чемпионат выше уровнем, чем монгольский. По поводу возвращения — у меня нет агента, а без него продолжить карьеру в любой российской лиге тяжело. Всё зависит от нашего выступления на Кубке АФК — если мы займём первое место в группе, то я останусь в команде, если нет — буду рассматривать другие варианты.

— Насколько реально для «Фальконс» выиграть группу на Кубке АФК?

— Многое зависит от жеребьёвки. Там есть хорошая команда из Индонезии — если она попадёт к нам в группу, то будет очень тяжело. Также на турнире сыграют клубы из Лаоса, Камбоджи, Мьянмы и Тайваня — вот они точно нам по силам. Сейчас главное — без травм подойти к Кубку, где, надеюсь, тренер предоставит мне игровое время. Если удастся там хорошо выступить, то предложения из других чемпионатов наверняка поступят.

Наш тренер, как и я, в Монголию приехал только прошлым летом — как раз чтобы попробовать свои силы на Кубке АФК. Он нам рассказывал, что семья его отговаривала от переезда — Артур мог бы комфортно работать в родной Бразилии. Но Артур — настоящий фанат футбола, и, думаю, он получит предложения из других стран.

— За петербургским футболом следишь?

— Конечно! Правда, по местному времени игры проходят поздно — у нас же +5 часов по сравнению с Петербургом. Разумеется, слежу за «Максимой» — мы с игроками и руководством клуба в очень хороших отношениях. Когда приезжал в ноябре, поддерживал форму в «Максиме», играл за неё в товарищеских матчах. Желаю команде побед и прогресса!