Физфак — люди: Дергачёв Максим Алексеевич
Максим Алексеевич, почему вы выбрали физику и почему именно физфак МГУ?
С детства я хотел стать ученым, понял я это примерно в 8 классе. В 10 класс я уже осознанно шел на физмат профиль. Единственное, мне всегда казалось, что больше люблю математику, но при этом успехов было больше в физике. И так сложилось, что когда заканчивал школу, у меня был диплом олимпиады по физике, которого хватало, чтобы мне засчитали экзамен по физике на максимальный балл. Поэтому выбор встал между физфаком и физфаком, и я выбрал физфак. И это одна из трех вещей, о которых я никогда не жалел: что поступил на физфак, что завел своего первого кота и что выбрал гандбол на физкультуре.
Однако на этапе выбора родители были даже против физики, потому что я в хорошем смысле ребенок 90-х. Вот и мое детство пришлось на такую пору экономической нестабильности. Когда с одной стороны ты мог высоко взлететь, воспользовавшись шансом, а мог и наоборот все потерять. Родителям хотелось, чтобы я занимался чем-то более прикладным, приземленным и стабильным с материальной точки зрения. Но, всё-таки, затем мои родители поддержали меня, когда я уже поступил в университет, и они поняли, что это всерьез.
Но от математики я далеко не ушел, так как я чистый теоретик в том смысле, что установок и экспериментов у меня нет. Однако с коллегами мы периодически занимаемся приложениями физики даже в совсем не физических системах, например, в моделировании транспортного движения, иногда в чём-то экономическом или социально-динамическом. С недавних пор в область моих интересов попала физика живых систем и даже математическое моделирование некоторых медицинских проблем.
С точки зрения классического понимания физики я занимаюсь статистической физикой, то есть физикой коллективных эффектов. Когда частиц или других элементов, составляющих систему, становится слишком много, то это привносит в физику разные новые эффекты. Существуют законы, регулирующие взаимодействие двух или какого-то другого небольшого числа тел. И когда ты это усредняешь, получаешь какие-то интересные новые фишки: то есть в самой системе лежит что-то такое, чего нет в её отдельных элементах. Это всегда интересно.
Какой преподавательской деятельностью вы сейчас занимаетесь?
Сейчас я веду лекции и семинары по термодинамике и статистической физике для дубнинского потока, для маленькой уютной группы порядка 30 человек каждый год. Ребятам приходится довольно много времени проводить в Дубне, поэтому они не успевают на поточные лекции, и специально для них выделили «маленьких» лекторов. И в свое время как-то вышло, что руководство доверило мне эту работу, потом втянулся и понравилось.
Плюс у меня есть лекции по такому новому курсу как инженерная физика. Тут мы спасаем теоретиков и математиков от работы с паяльником. И им был предложен курс по гидродинамике и физической кинетике, что можно воспринимать как ответвление от курса статистической физики.
Что вам больше всего нравится в преподавательской деятельности?
Наверное, больше всего мне нравится академическая свобода. А ещё мне очень везёт на студентов. За всё время, что я преподаю на физфаке, а это с 2015 года, я встречал очень мало человек, с которыми мне было тяжело наладить общение.
Да, понятно, что на четвертом курсе уже у некоторых ребят меняется мотивация: вместо того, чтобы «прикалываться» по науке, они начинают думать о том, как обустроить свою жизнь с материальной точки зрения, сделать карьеру в какой-то другой области. Кто-то элементарно разочаровывается в своем выборе. В общем бывают разные ситуации, поэтому не всегда на четвертом курсе ты имеешь прилежных студентов. Но с другой стороны, там уже, скажем, уважительное общение гарантированно. На первой паре можно договориться: кто хочет учиться, научу замечательно, а кто не хочет – что ж, не будем «пить кровь друг другу».
Еще очень занятно принимать экзамены на четвертом курсе, потому что студент уже заранее с точностью до одного балла знает свою оценку. И соответственно, когда принимаешь экзамен, задаешь один и тот же первый вопрос: «За что мы боремся?» И если человек говорит: «Троечку бы», ну хорошо, и соответственно вопросы задаешь какие-то стандартные и знание задач проверяешь только базовых. А если говорит, что он готов “по-царски”, ну тогда уже и спрос, и уровень задач совершенно иной. То есть, таким образом, и человека в глупую ситуацию не ставишь, когда он не готов, и не тратишь кучу времени, чтобы обсудить что-то очевидное с отличником, который и так всё знает. И это здорово, когда у тебя взрослые студенты, особенно мотивированные.
Кого вы считаете своим наставником на физфаке?
На самом деле я не могу назвать одного конкретного человека, потому что очень много разных людей на физфаке повлияли на меня. И причем даже не всегда эти люди старше меня.
Я могу отметить один такой интересный факт, к которому я не знаю, как относиться. В наши студенческие годы на факультете была целая плеяда преподавателей, которых мы побаивались, которые считались жёсткими и строгими, то есть из серии «на экзамене лучше попасться не к нему». И вот что удивительно. В тот момент, когда я уже закончил обучение, был аспирантом и начинающим сотрудником, начал интегрироваться в преподавательскую деятельность, оказалось, что именно с этими людьми мне кайфовее и приятнее общаться. Оказалось, что именно у этих преподавателей были самые интересные курсы с очень крутой логикой, которая была в них заложена. И мне очень нравится, что с такими людьми ты можешь общаться чуть ближе, а не только в формальном режиме “студент-преподаватель”.
Если же говорить о людях, кто работает со мной на кафедре, я бы выделил двух людей. Первый из них – профессор Савченко Александр Максимович, который руководил моей научной работой со времён магистратуры. Причём, может быть, он даже не столько повлиял на меня в каком-то научном смысле, сколько мы с ним сблизились и подружились. И именно такая человеческая дружба и поддержка подогревала и продолжает подогревать многие мои интересы. Вместе с Александром Максимовичем мы оказались на одной волне и я только рад этому факту.
А второй человек – это заведующий нашей кафедрой квантовой статистики и теории поля Садовников Борис Иосифович. Так случилось, мне пришлось исполнять обязанности заместителя заведующего кафедрой, когда шел переход с бакалавриата на специалитет. И вместе с Борисом Иосифовичем мы очень тесно работали. И он дал мне очень важные советы, как правильно взаимодействовать с людьми. Конечно, и науку с ним мы тоже очень много обсуждали. Но именно его уроки, как уважать людей и как правильно с ними общаться, оказались для меня самыми ценными. Хотя формально у нас не так много совместных статей и работ, но это тоже один из тех людей, кого я считаю своим учителем.
Максим Алексеевич, расскажите, пожалуйста, о своей любви к кошкам.
Будем называть вещи своими именами, я – кошатник, и примкнул к этому классу в 18 лет. У бабушек всегда были кошки, и мне очень нравилось общаться с котами. И когда я начал жить один, первым делом я завел кота. Фактически, он сам пришел ко мне с улицы. Сейчас он уже очень старый, ему 24 года. Наверное, он один из последних котов России, родившихся еще при президенте Ельцине. А младшему котику 4 года, такой пузатый крепыш. Его я забрал у ребят, у которых началась аллергия, причем и у мужа, и у жены. Теперь у меня два пушистых друга.
Есть ли у вас хобби?
Да, конечно, есть. Обратите внимание, что среди ваших друзей и знакомых с физфака очень мало не увлеченных людей, поэтому было бы странно, если бы у меня не было какого-нибудь странного хобби. И на разных этапах жизни эти хобби менялись.
Раньше я очень активно занимался гандболом на полупрофессиональном уровне. В футбол, скажем, играют миллионы людей, и выйти на профессиональный уровень очень сложно. Гандбольный же мир более узкий. Например, на втором курсе вместе с другом мы ездили смотреть матчи Лиги Чемпионов по гандболу, которые игрались в подмосковном Чехове. А потом в какой-то момент мы обнаружили, что с этими игроками мы тренируемся в одном зале и играем вместе в гандбол.
Когда я учился в аспирантуре, я полгода стажировался в Гонконгском университете науки и технологий и тоже нашел там себе команду. В Гонконге принципиально развивают только любительский спорт (в том смысле, что за это зарплаты не платят). И там я дебютировал в Высшей лиге чемпионата Гонконга по гандболу. В тот год моя команда заняла шестое место из десяти команд первого дивизиона. Почти дотянулись до медалей.
Потом, к сожалению, из-за травм пришлось завязать с гандболом, и я открыл для себя спортивную мафию. Играю в нее профессионально. Хобби – это то, чем ты занимаешься, когда у тебя нет четырех работ, поэтому сейчас времени особо ни на что не остается.
Какое ваше самое яркое воспоминание из студенческой жизни?
Я очень любил свою студенческую жизнь, и на самом деле очень много интересных воспоминаний, например, как я сдавал зачет по атомке. Но пусть эта история останется тайной.
Вообще первые года три я просто ходил по территории Московского университета и радовался каждый день, что я учусь именно здесь, в МГУ, а не, например, на Физтехе. Первый раз я попал в кампус МГУ в десятом классе, когда приехал на олимпиаду. И здесь я сразу ощутил особую атмосферу и дух знаний, почувствовал, что даже стены на физфаке дышат наукой.
С каким человеком, из когда-либо существовавших, вы бы хотели встретиться?
Мне было бы интересно пообщаться с различными творческими людьми, но я бы выделил троих. Первый из них – Михаил Александрович Бакунин, всемирно известный теоретик анархизма. Человек прожил жизнь, полностью руководствуясь своими убеждениями: в нем не расходились слово, мысли и дело. Поэтому мне было бы очень любопытно пообщаться с ним.
Второй человек, который мне пришел в голову, Егор Летов, один из самых ярких поэтов нашей культуры или, если хотите, контркультуры. Он прожил очень занятную и насыщенную жизнь, и мне было бы интересно послушать, какими идеями на самом деле руководствовался этот человек в жизни.
И третий человек, с кем бы я теоретически хотел встретиться, Махатма Ганди – индийский политический и общественный деятель. Ганди – один из немногих примеров истории, когда ненасильственный протест смог привести к фундаментальному результату.
О своем научном пути и своих увлечениях рассказал ассистент кафедры квантовой статистики и теории поля Дергачёв Максим Алексеевич.