Первый ПСР, Подпорожье и медведи
На первый ПСР я собиралась долго. То болела, то работала, но в эти выходные решила твердо: записываюсь и еду, пора. Поисков было немного, ждала с вечера почти целый день, думала уже не позвонят... Координатор позвонил и предложил поиск в Дунае - недалеко и болота, и я уже обрадовалась: родные места, все детство там провела. Однако, пока группа собиралась, потерявшийся вышел сам - и снова ожидание.
Ближе к вечеру обновляю страницу и вижу себя в группе на самый дальний ПСР — аж в Подпорожье, узнай, как велика родная Ленинградская область. И тут же звонок от СПГ Ани: лес и далеко, едешь? Возврат завтра вечером. Еду, куда же я денусь?
Часов в десять мы выехали, заехали на склад за большой сиреной, перехватили Женю на Мурманке и двинули в Подпорожье. 300 километров по ночной трассе, волнуюсь, подремать почти не удается. Три с лишним часа спустя мы в Подпорожье, Галя замечает, что за бортом +3 градуса. Где-то там в лесу восьмилетний мальчик и его папа.
Сворачиваем в лес — и еще два часа по грейдеру. Встречаем маленького зайчонка, он посмотрел на машину и убежал куда-то в лес, не дав себя сфотографировать. На дереве табличка «Охотничьи угодья "Медвежий угол"» — обнадеживает. Медведей я боюсь.
Долго выясняем, куда ехать: предложенная руководителем ПСР дорога не выглядит проезжей, Галя принимает решение двигаться по грейдеру дальше. Забегая вперед, стоит сказать, что решение было правильным, предыдущая группа потеряла на этой дороге несколько часов.
По пути встречаем штатных спасателей Лодейного поля — даже странно увидеть в глуши огромную машину и много мужчин в форме. Жаль только, ехали они в обратную сторону.
Спустя пять часов мы на месте. Глухой лес, светает, предыдущая группа уже вышла на маршрут, где-то в лесу работает ПСО «Отклик». Темная «Нива» потерявшихся стоит у леса и напоминает, зачем мы здесь собрались.
Ставим сирену, ждем рассвета и включаем: предположительно, она должна бить на несколько километров в лес, разбудить потерявшихся и вывести их к машине. Интересно: я думала, что сирена работает практически непрерывно, а она делает три завывания примерно раз в десять минут.
Наконец, переодеваемся и выдвигаемся на маршрут. Время - около 4 утра. Холодно, лес мрачный и немного пугает. Нам предстоит идти 2,5 километра до первой точки и оттуда уже двигаться галсами. Что такое 2,5 километра для меня, пробегающей в десять раз больше в качестве тренировки, думала я?.. Это было не первое мое заблуждение в этот долгий день и далеко не последнее.
Что такое лес — не такой, как я привыкла видеть, с тропинками, черничниками и редким подлеском, а дикий, настоящий, северный? Мох, поваленные деревья, сучья и ветки, сухостой, подболоченные участки, где одно неверное движение — и ты по колено в воде. Тени за каждым деревом. Следы диких животных: благо я видела только лосиные... а ведь медвежьи там тоже были. Скрипы, призвуки, птицы, которых никогда не слышала ранее. Мне сказали, что лес прекрасный, почти парковый, просто прогулочный. Ясно, сказала я, перелезая через бревно и проваливаясь в болото по щиколотку.
Уже через километр сирену было почти не слышно, сказывалась холмистая местность. Рации тоже работали с перебоями. Вдалеке слышны крики других групп, где-то рядом — свист. Оказывается, Женя отпугивает медведей. Спрашиваю: «Надеюсь, он пошутил?» — «Если бы».
Я боюсь всего. Боюсь медведей, волков, бешеной лисы, гадюки. Боюсь неизвестно откуда образовавшегося в этой глуши гипотетического уголовника-рецидивиста. Боюсь болота, веток, боюсь даже земляники под ногами — а вдруг, это какая-то не такая земляника? Не настоящая. Дикая. Незнакомая. И каждый раз говорю себе: ты здесь не одна, у вас рации, навигация, теплая одежда, а где-то там перенес эту ночь восьмилетний ребенок с папой, где-то там ночуют в лесу бабушки, дедушки и дети, без телефонов, одежды и спичек. Один на один с дикой природой и лишь со слабой надеждой, что кто-то все-таки придет и поможет. Поэтому мы здесь.
А вообще в лесу красиво. Я периодически делаю фотографии: восходящее солнце подсвечивает стволы, вокруг ручьи, арки из поваленных деревьев, болота, мох и клюква, большие неизвестные грибы - все завораживает, все красиво.
Идем вперед, останавливаемся, кричим, слушаем, идем дальше. К 11 утра мы находимся в самой дальней точке от машины - вышли на старую лесовозную дорогу. Если потерявшиеся ее нашли, то они выйдут сами. Рано или не очень рано, но в итоге выйдут, все-таки это не пожилая бабушка, которой может стать плохо. Пока отдыхаем и обдумываем дальнейшие действия, шипит рация. Сквозь помехи слышно: «Вышли, группам возврат». Выдыхаем: с ребенком все в порядке, да и мы тут не останемся на весь день.
Обратно почти 4 километра через лес напрямую. Идем бодро, но с привалами. На одном привале Галя говорит: «Покричи еще в сторону» - «Зачем?» - «Медведей отпугнуть». Опять медведи...
В болоте находим следы сапог — один маленький, один большой - ведут в обратную от выхода сторону. Куда-то туда, на взошедшее солнце, к старой лесовозной дороге. Предполагаем, что разминулись с потерявшимися на пару часов — когда мы заходили в лес, они уже выходили на дорогу. Находим точку выхода и убеждаемся, что предположение скорее всего верное.
На обратном пути собираем лисички — они нужны только мне, я-то в лесу впервые, для меня еще все в новинку. Большая часть растет в пределах полукилометра от дороги — и зачем углубляться в дикий лес? Встречаем группу Ани и Жени, дальше уже весело идем вчетвером. 200 метров, 100, насыпь, машины, встречает другая группа, вышедшая раньше! Фотографируемся все вместе, отдыхаем, едим, переодеваемся.
Впереди еще 5 часов обратной дороги в Петербург.