Интеллектуальные романы

Наиболее востребованные нашими читателями в конце 2019 — начале 2020 года:

Евгений Водолазкин – «Лавр».

Герой романа - средневековый врач. Обладая даром исцеления, он тем не менее не может спасти свою возлюбленную и принимает решение пройти земной путь вместо нее. Так жизнь превращается в житие. Он выхаживает чумных и раненых, убогих и немощных, и чем больше жертвует собой, тем очевиднее крепнет его дар. Но возможно ли любовью и жертвой спасти душу человека, не сумев уберечь ее земной оболочки?

Евгений Водолазкин – «Авиатор».

Герой романа - человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счётом ничего - ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре - 1999 год?

Евгений Водолазкин – «Брисбен».

Глеб Яновский - музыкант-виртуоз - на пике успеха теряет возможность выступать из-за болезни и пытается найти иной смысл жизни, новую точку опоры. В этом ему помогает… прошлое - он пытается собрать воедино воспоминания о киевском детстве в семидесятые, о юности в Ленинграде, настоящем в Германии и снова в Киеве уже в двухтысячные. Только Брисбена нет среди этих путешествий по жизни. Да и есть ли такой город на самом деле? Или это просто мираж, мечтания, утопический идеал, музыка сфер.

Гузель Яхина – «Зулейха открывает глаза».

Роман "Зулейха открывает глаза" начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.
Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши - все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.
Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Яхина – «Дети мои».

Поволжье, 1920-1930-е годы. Якоб Бах - российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность.

Трилогия Дины Рубиной — «Наполеонов обоз» .

Первая книга романа - «Рябиновый клин».

Главное в этой книге - любовь. Такая, какая выпадает не каждой паре, снести которую не каждому дано. Аристарх и Надежда встречаются в детстве, вырастают в этой огромной любви, пока не сталкиваются с предательством, сломавшем их жизни, перевернувшем все намерения и планы. Жизнь вышвырнула каждого за пределы круга любви, чтобы спустя двадцать пять лет, полностью изменившихся, вернуть друг другу.

Вторая книга - «Белые лошади».

Затягивает читателя в воронку любви и предательства, счастья и горя двух главных героев - Аристарха и Надежды. За короткий срок на них обрушивается груз сильнейших потрясений, которые не часто и не всем выпадают в юности. Сильные, цельные натуры, оба они живут на такой высоте чувств, которая ничего не прощает. Судьба буквально расшвыривает в разные стороны двух влюблённых. Каждый из них теперь идет своим отдельным путем, оставаясь навсегда глубоко одиноким, раненым душевно.
По ходу романа продолжает приоткрываться давняя история предка Стаха Бугрова - Аристарха Бугеро, офицера Наполеоновской армии, прожившего в России свою трагическую и таинственную жизнь. И парадоксальным образом оказывается, что история эта вовсе не завершилась полтораста лет назад.

Третья книга – «Ангельский рожок».

Жизни Надежды и Аристарха наконец-то страстно и мгновенно срослись в единое целое, запылали огненным швом - словно и не было двадцатипятилетней горькой - шекспировской - разлуки, будто не имелась за спиной у каждого огромная ноша тяжкого и порою страшного опыта. Нет, была, конечно: Надежда в лихие девяностые пыталась строить свой издательский бизнес, Аристарх сам себя заточил на докторскую службу в израильскую тюрьму. Орфей и Эвридика встретились, чтобы вновь разлучиться: давняя семейная история, связанная с наследством наполеоновского офицера Ариcтарха Бугеро, обернулась поистине трагической развязкой.

Фредерик Бакман – «Вторая жизнь Уве».

Это история довольно склочного 59-летнего мужика из тех, что ездят на "саабе" и вечно цепляются к соседям, стоит тем кинуть мусор не в тот контейнер или въехать в поселок на машине, хотя на табличке шведским по белому написано, что это строго воспрещается.
Но вздорными стариками не рождаются. Просто нежное, любящее сердце от одиночества покрывается жесткой коркой, а аккуратность, обстоятельность и рукастость за ненадобностью превращаются в придирчивость к новому, легкомысленному поколению. Внутри зреет обида на мир, жизнь становится в тягость, рука тянется к веревке с петлей - но жизнь непредсказуема. Она ломает все планы, в том числе и такого рода. И вот в самый неподходящий, казалось бы, момент все таланты Уве оказались востребованы, и началось такое!..

Донна Тартт – «Щегол».

13-летний Тео Декер чудом остался жив после взрыва, в котором погибла его мать. Брошенный отцом, без единой родной души на всем свете, он скитается по приемным домам и чужим семьям - от Нью-Йорка до Лас-Вегаса, - и его единственным утешением, которое, впрочем, чуть не приводит к его гибели, становится украденный им из музея шедевр голландского старого мастера.
Очнувшись после взрыва в музее, Тео Декер получает от умирающего старика кольцо и редкую картину с наказом вынести их из музея. Тео будет шнырять по разным домам и семьям - от нью-йоркских меценатов до старика-краснодеревщика, от дома в Лас-Вегасе до гостиничного номера в Амстердаме, а украденная картина станет и тем проклятьем, что утянет его на самое дно, и той соломинкой, которая поможет ему выбраться к свету.