Самое боеспособное подразделение Белой Армии- как сражалась «белогвардейская элита»
- июля для всех уцелевших корниловцев было памятной датой. В этот день 1917 года они совершили прорыв на участке Юго-Западного фронта, близ города Станиславов, в Галиции.
Это были дни, когда Русская армия, расшатанная большевистской пропагандой, была на пороге полного развала и анархии.
«Нужно было создавать что-то иное, свежее, благодаря чему можно было бы поддержать дисциплину» , – рассказывал много лет спустя участник тех событий, один из первых корниловцев Митрофан Алексеевич Моисеев (1894-1984).
Молодые ударники-романтики
Этим «новым» стали «батальоны смерти», или «ударные отряды». Ими пытались увлечь солдатскую массу, показав бойцам, что нужно для успешного окончания войны: одно дружное и мощное наступление.
Моисеев, служивший в 14-м гусарском Митавском полку, вступил в новый добровольческий ударный отряд – Корниловский, который с 19 мая 1917 года формировался близ города Черновицы.
Недостатка в добровольцах не было. Это была в основном идеалистически и патриотически настроенная молодёжь. «Те, кто окончил ускоренные курсы военных училищ и школы прапорщиков – они были основным кадром ударных отрядов», – отмечает Моисеев.
Молодые романтики с гордостью надели необычную форму с нашивками, изображавшими Адамову голову и гранату (позже – Адамову голову и скрещенные мечи); и надписью «Корниловцы». Они были готовы пожертвовать жизнью за Родину – не на словах, а на деле.
Посреди анархии была сколочена дисциплинированная часть, против которой развернулась травля со стороны сторонников большевиков, разумеется. После формирования корниловцев по железной дороге перебросили к городу Станиславову.
Прорыв вражеской обороны и курьёзный Георгиевский кавалер
Оказавшись на передовой, ударники сразу почувствовали враждебное отношение со стороны стоящих там частей, в особенности пехотных. Но с появлением корниловцев безобразия затихли: буяны почувствовали, что их могут усмирить.
«На офицерский состав жалко было смотреть – так они были затерроризированы… много их погибло от рук своих же солдат... Упокой, Господи, их души!» _ – рассказывает Моисеев.
Рядом с корниловцами стояла 12-я пехотная дивизия, в которую буквально накануне приезжал Керенский. Он уговаривал солдат идти в наступление, жал всем руки… но эти уговоры никакого воодушевляющего впечатления на бойцов не произвели.
Ночью ударники перешли реку Быстрицу и заняли окопы на передке, сменив 3-ю Амурскую дивизию. С рассветом они увидели деревню Ямницы, которую им предстояло атаковать для прорыва фронта.
Корниловцы отметили, что участок хорошо укреплён рядами проволочных заграждений, а расстояние между окопами противников местами не превышает ста метров.
«Неприятельская артиллерия обстреливала наше расположение «кряквами» с розовым дымком. Прорвать этот участок было нелегко: явно нужны были немалые жертвы… но на эти жертвы мы были готовы» , – рассказывает Митрофан Алексеевич.
В атаку пошли энергично и самоотверженно, с презрением к смерти. Бой был скоротечным, кровавым, но успешным. В его горячке Моисееву особенно запомнился полу-курьёзный случай с поручиком Родионовым, из города Орла, который стал первым кавалером ордена Святого Георгия среди ударников-корниловцев.
Дело было так.
Во время прорыва фронта Родионов наткнулся на брошенную австрийцами батарею, мимо которой уже промчались другие, не обращая внимания на эти пушки. А вот поручик Родионов внимание обратил и взобрался на одно из орудий с криком, что он «взял батарею!»
О геноциде русских в Галиции
Заняв ряд деревень и местечек, корниловцы ужаснулись террору против русин (т.е. галицийских русских) и всех симпатизирующих России людей в Галиции – «а надо сказать, что таковых было очень много, не то что теперь, когда почти каждый галичанин в лице русского старается видеть не брата-славянина, а врага» , – говорит Моисеев.
От родственницы убитого православного священника корниловцы узнали, что группа австрийских диверсантов, устроившая геноцид русин в деревне, ушла недалеко: в «лесничувку» (сторожку лесника), примерно в 7 км.
Ударники пустились в погоню, и им повезло: в «лесничувке» они схватили (после короткой перестрелки) 17 австрийских диверсантов. Проводник из деревни опознал тех, кто убивал русин. Корниловцы были так впечатлены горем людей, что тут же на месте ликвидировали 11 убийц, а шестерых австрийцев отправили под конвоем в тыл, в Черновицы.
Красавица-русинка, с которой не сложилось
В этом же селе 20-летний Моисеев был очарован красотой девушки лет 22-23-х, русской галичанки Марии. Он встретил их с матерью, и женщины рассказали, что остались без защиты: отца расстреляли австрийцы, а братьев мобилизовали в австрийскую армию и, по слухам, те сдались в плен русским. Русинки попросили помочь им выбраться в Россию, не оставлять здесь.
Моисеев в тот же день нашёл им подводу, на которой отправил женщин с их домашними вещами в Черновицы. Там они получили документы и уехали в Льгов Курской губернии, где жил отец Моисеева.
«В последующих боях я был ранен и по дороге в госпиталь заглянул в родной дом, где повидал отца и милую панну Марию. Дальше – Белая Армия, и уже никого больше не удалось мне повидать… хоть многие годы ещё верилось, что это была не последняя встреча...», – рассказывает Митрофан Моисеев.
Корниловский полк, который вырос из этого ударного отряда, даже советские историки признавали «лучшей частью Белой армии». В 1917 году корниловцы были одними из немногих, кто старался сохранить армию и удержать фронт. В ударники шли молодые идеалисты-патриоты, с чёткими представлениями о долге, чести и справедливости, готовые принести себя в жертву Родине. Но такие люди оказались тогда в меньшинстве.
Спасибо за прочтение! Ставьте лайки, ** **пишите, что думаете в комментариях!** ** Канал "Две Войны" в ** **Пульс** **, ** **Телеграм** **, и ✅** **YouTube** **.**
Вопрос к читателям:
** ** ** ** ** ** ** **Как Вы считаете, можно ли назвать корниловцев лучшем подразделением Белой Армии?** ** ** ** ** ** ** **
Воспоминания ветерана-танкиста Красной Армии, который прошёл через немецкий плен. Можно смотреть здесь: