Рыболюды-водяные в славянском фэнтези
Зачем нам нужны рыболюды в славянском фэнтези? В конце концов, это далеко не самый яркий и популярный образ...
В современных произведениях связанных со славянской мифологии множество упоминаний водяных. Образ подводных существ давно закрепился в культурном фоне, мы помним песню водяного из мультика “Летучий корабль”, у нас нет вопросов когда в “Последнем богатыре” появляется гуманоидная амфибия, управляющая водой, мы знаем, что в глубине моря может находится целое царство волшебных рыболюдей, можно вспомнить картину Репина “Садко”, можно вспомнить Пушкина с 33 богатырями, или понастальгировать о празднике «день Нептуна» и т.д. Этот список уходит в дальние дали, и нам не только не надо объяснять, что в воде живёт нечто волшебное, мы это ожидаем, и расстроимся если там будет пусто.
Конечно западное фэнтези обращается к подводной тематике. В детстве мне очень нравилась раса Наг из игры “Warcraft 3”, или, простите, подводные города гунганов из новой трилогии Звёздных войн. Но конечно список водной фантастики можно продолжать бесконечно. Спускаясь по времени назад, в попытках отыскать главный образ, можно добраться до мифов о сиренах и индоевропейских корней, но, наверное, лучшим будет остановиться на Лавкрафте, была ли это эклектика с юго-восточными мифами, или какие-то варианты западных сказок, но его рыболюды отлично вошли в то, что мы хотим и ожидаем от подводных жителей. Таинственность, страх, отвращение, ужасающая непохожесть морских существ на сухопутных, похищение людей, пугающая чёрная глубина морских вод, страх превратиться в рыбу, страх перед людьми живущими на границе с ужасающей морской бездной не предназначенной для людей, запретные знания. Предположу, что всё это сильно повлияло на современную фантастику, и повлияло на то, что мы сегодня ожидаем от подводной темы в фантастических произведениях.
В славянской мифологии есть множество хороших ярких образов подводной тематики. Русалки сложная сущность, состоящая из непростых переплетений, оставим их пока на потом. Водяные это хтонические духи воды, живущие в тёмных глубинах. Вода это мир смерти и мир до бытия, место чуждое живым людям. Персонификация этого непостижимого иного мира - водяной, дух жестокий и кровавый, он не злой, такой какой есть, и с ним приходится жить. Мельники должны с ними сосуществовать, приносить в жертву чёрного петуха или свинью, связать себя с духом, вкусить жертву, чтобы избежать его плохого влияния, отсюда много слухов о мельниках, как людях тёмных, приносящих людей в жертву подводным духам ради своей водяной мельницы.
Водяные и рыболюды это прекрасная почва, замешав которую, мы получаем понятный и удобный образ для нашего восприятия. Глядя на описание рыболюда-водяного, который поселился на болотах в пещере у тёмного озера, и колдует странные тёмные ритуалы, у русскоязычного человека не будет вопросов, ему будет приятно и легко достраивать историю рыболюда, фантазировать, ассоциировать.
Важно пойти дальше, как и когда мы разбирали орков, поискать что-то не только в нашей мифологии(орки - лесные духи), но и обратиться к культуре(орки отвергающие себя, ищущие себя). Разве мало глубины, странности, мистики и таинственности в нашей культуре? Конечно нет, но ниже попробуем зайти в эту тему нестандартно, предложить некоторые источники для вдохновения, способные дать нам по новому взглянуть на некоторые исторические и культурные традиции)
К тайнам, мистике, чему-то за гранью нашего мира людей, к таинственному нижнему миру, к запретным знаниям, природе вне божественного, но не человеческого, к обманам и мистификациям обращаются часто, даже более, иногда этот мистический порыв изменял и перекраивал историю. Кажется, важной особенностью русскоязычной мистики всегда было практическое выражение, и желание создать нечто новое, отказаться от старого:
Обращение Толстого к восточной философии и мистике. Попытки связать христианство с китайскими текстами. Его практические шаги в этом.
Символизм в поэзии, живописи, литературе. Достаточно Андрея Белого с его попытками объяснить символизм, синтезировать новое, обратится к мистической стороне искусства.
Рерих, с тягой к востоку, практикующий, выражающий свои мысли художник, за которым до сего дня стоят последователи.
Русский авангард, ставший глубокой частью страны, затмивший и выдавивший обычные искусства на некоторое время. Его работы зачастую прямо, топорно, без стеснения обращаются за пределы привычной реальности, в глубину сознания.
Космизм как философское представление о мире, можно сказать воплотившийся в реальности.
Александр Скрябин всю жизнь всерьёз создававший Мистерию, после не состоявшейся премьеры которой, мир должен был пережить апокалипсис.
Мне кажется хороший повод иначе посмотреть на тайные и полутайные организации, которые ставили своими целями вещи странные, почти мистические, готовые воплотить на практике высокие теоретические, почти волшебные тексты. Например множества ячеек и движений “Народовольцев”. Разве их идеи не мистические - “преимущество в отсталости”, “обожествление народа”?
Сама по себе вера в идею, уже сродни мистике, это вера во что-то несуществующее. А принципы этих идей в нашей истории далеки от понятных привычных вещей - разрушить старое, построить новое, то чего ещё нигде и никогда не было. А нечеловеческая мистическая стойкость и приверженность идее, готовность идти на всё ради неё. Разве всё это не в высшей степени “практикующая мистика”?
Даже если ответить нет, все эти явления остались в истории, памяти и ведут к современности. А значит, мы можем их передать на нужды игры.
Рыболюды - таинственные колдуны, что живут в тёмном омуте, и исповедуют мистические идеи изменения мироздания, полностью поглотившие их жизнь. Они вечно ищут способ воплотить свою идею в реальность, создав практическую магию одержимых подводных мудрецов. Это звучит достаточно понятно, интересно и дарует множество вариантов их использования.
Что это может значить для игры, зависит от того, во что вы играете.
Рыболюды создают общества мудрецов и исследователей, с которыми можно взаимодействовать, или как с обладателями тайных знаний, или как с врагами. Общества идут за какой-нибудь идеей, ставшей их смыслом жизни и источником волшебства, возможно, шанс воплотить идею в жизнь, они ценят выше не только чужой или своей жизни, но и выше принципов к которым эта идея ведёт. Это может влиять на способы взаимодействия с обществом, трудности в общении, или нужды и потребности водяных.
Как пользователи магии, рыболюды должны обладать заклинаниями иллюзии, влияния, нанесения урона и воды, а также заклинаниями подходящими их идее.
Свои заклинания рыболюды должны хранить в особой книге идеи. Тут не так много отличий от волшебника.
Вспоминая боевые ячейки тайных и не очень организаций, мне нравиться считать, что рыболюды вынуждены отстаивать в вечной борьбе свои странные идеалы, что даёт им способности не только в колдовстве, но и оружии. А в качестве штрафа они имеют:
- Все новые заклинания должны пройти проверку на соответствие идее, и быть или приняты и записаны в книгу, или отброшены как противоречивые.
- Рыболюды, проводящие множество времени за книгами только одной темы, получают штраф в дальнем бою, за “близорукость”.
В “Узилище темномудрых” я попробовал дать всему этому игровое воплощение, заглянув поглубже, переплетая с современной культурой, и стараясь создать интересную среду для изучения, взаимодействия и исследования.
Рано или поздно появится и правила для игроков, которые решат взять на себя эту интересную роль.
