Рубрика «История родного края»

Красноречивый генерал с горячим сердцем

Проспект Гурова, памятник Гурову – эти достопримечательности Донецка знакомы всем его жителям. Но кем был Кузьма Акимович и почему его имя так чтят в Донбассе?

Генерал-лейтенант Кузьма Гуров вошел в историю как участник Великой Отечественной войны, сыгравший важнейшую роль в обороне Сталинграда и освобождении Донбасса, будучи членом Военного совета Южного фронта.

Родился Кузьма Акимович в Калужской губернии, в селе Панево, 1 октября 1901 года. Ему было всего 16 лет, когда произошла Октябрьская революция, идеалы которой юноша со всей душой принял. Уже тогда он рвался воевать, но не брали из-за юного возраста. Отметив совершеннолетие, парень пошел добровольцем во 2-й Иркутский кавалерийский полк. В 1920-м был направлен в Забайкалье, а еще два года спустя – в Приморский край. Обладая завидным красноречием, Кузьма стал политруком эскадрона. В бою он показывал настоящую отвагу, за что был награжден орденом Боевого Красного Знамени.

Военное образование Кузьма Гуров получил в Военно-политической академии в Ленинграде, окончив ее в 1936 году. Перед началом Великой Отечественной войны он занимал пост руководителя Военно-педагогического института Красной армии в Калинине.

По состоянию здоровья он мог остаться в тылу, но не таков был характер боевого офицера. С первых дней Великой Отечественной он был дивизионным комиссаром 29-й армии, затем еще и членом Военного совета Сталинградского и Южного фронтов.

В операции по освобождению Донбасса, по мнению военных историков, генерал-лейтенант Кузьма Гуров сыграл хоть и не первую, но существенную роль. Как комиссар Южного фронта, отвечавший за идеологию, и член Военного совета, он принимал самое активное участие в разработке стратегии наступления в Донбассе, а также в создании нужного психологического настроя у солдат и офицеров. Ну а командовал фронтом и наступлением генерал-полковник Федор Толбухин, которого тоже знают и уважают в Донбассе, особенно представители старшего поколения, учившие настоящую историю до распада СССР.

Кузьма Гуров умер всего через две недели после освобождения нашего края. Обострилось сердечное заболевание, из-за которого он мог вообще не принимать участия в боевых действиях. По одной версии, это произошло в селе Гусарка Запорожской области, где было захоронено его сердце, а тело предали земле в Сталино. Но более логичной историки считают другую версию: в Гусарке у Кузьмы Акимовича произошла закупорка сердечной артерии, там не было медиков нужной квалификации, поэтому генерала перевезли в Сталино, нынешний Донецк, в госпиталь, располагавшийся в нынешней школе № 2, однако спасти его не удалось.

Памятник Кузьме Акимовичу Гурову был установлен в шахтерской столице 70 лет назад – в мае 1954 года. Его авторами стали скульпторы Анатолий Белостоцкий и Элиус Фридман, а воплотили проект сотрудники из вагоноремонтного завода облкомхоза.

Трагический шурф

Есть в Донецке места, мимо которых невозможно пройти без сердечного трепета, зная, какие страшные события разворачивались там не в такие уж и отдаленные времена.

Времена, которые еще застали наши прабабушки и прадедушки, делясь воспоминаниями о том, чему многие из них были свидетелями. Одно из таких мест – мемориальный комплекс у шурфа шахты № 4/4-бис (другое название – памятник жертвам фашистской оккупации г. Сталино) в Калининском районе Донецка.

Во времена оккупации Донбасса немецко-фашистскими захватчиками это было место массовой казни мирных жителей нашего региона. По количеству погребенных жертв трагический шурф уступает только Бабьему Яру. Среди тех, кто был сброшен в шурф шахты № 4/4-бис, были люди разных национальностей. Если в Бабьем Яре преобладали жертвы из еврейского населения Киева, то в Сталино среди 100 тысяч казненных фашистскими палачами евреев было только 20 тысяч.

История шахты уходит в позапрошлое столетие. Угольные копи на этом месте были основаны, по одним источникам, в 1874-м, по другим – в 1881 году. Казачий офицер Петр Рыковский женился на вдове собственника этих земель и стал их полновластным хозяином. В его активах оказались и несколько шахт на левом берегу Кальмиуса. В 1894 году у него начались проблемы с деньгами, и для поддержания предприятий пришлось привлекать иностранный капитал. Так было основано Бельгийское анонимное общество Рыковских рудников. А после смерти Петра Петровича в 1904 году его шахты перешли в собственность Екатериновского горнопромышленного общества с частным французским капиталом.

Черным днем в истории шахты стало 18 июля 1908 года, когда в забое произошел пожар из-за взрыва метана. В результате этой техногенной катастрофы погибли 273 горняка.

Национализация Рыковских шахт произошла в 1920 году. Тогда государство требовало максимально быстро восстановить предприятия и ликвидировать разруху после Гражданской войны. Добычу угля увеличили максимально. Но в конце года из-за ошибки в расчетах гидрогеологических условий при проходке произошло внезапное затопление шахты подземным озером. Снова погибли люди. Из-за этого администрация приняла решение поставить шахту на мокрую консервацию.

Только в 1939-м шахту вновь решили расконсервировать. И снова это обернулось трагедией. После осушения выработок и начала работ по добыче коксующегося угля они внезапно были затоплены грунтовыми водами. Погибли все, кто в это время был под землей.

В затопленном состоянии шахта стояла до начала Великой Отечественной войны. Во время оккупации Сталино немецкие власти стремились вытянуть из нашей земли все, что только можно. Именно поэтому из Германии и прибыли инженеры для обследования всех горных предприятий Донбасса, в том числе и законсервированных. Шахта № 4/4-бис была признана непригодной к восстановлению. Именно поэтому шурф стал использоваться как место казни наших земляков.

Отступая, немцы стремились скрыть свои злодеяния и взорвали один из шурфов, где были тела наших убитых сограждан, но не особо получилось «замылить глаза». На месте трагедии сейчас мемориал. А боль о невинных жертвах навсегда в сердцах их потомков.

700 дней продолжалась оккупация Донецка (Сталино) немецкими фашистами. 700 дней люди жили в аду. Освобождения дождались не все. Из полумиллионного населения выжили лишь 175 тысяч.

В каменном Белом карьере в марте 1942 года оккупанты создали гетто для евреев. В конце апреля собранное еврейское население – свыше 3 000 человек – было уничтожено путем расстрелов и использования газенвагенов, после чего трупы сбрасывались в ствол шахты.

Не все, кто оказался в трагическом шурфе шахты № 4/4-бис, были предварительно расстреляны. Нацисты проявляли экономию пуль и часто сбрасывали людей в шурф живыми.

Иногда происходили настоящие чудеса, и сбрасываемые живыми в шурф люди выживали. Например, горный инженер Александр Положенцев оказался в числе тех, на ком гитлеровцы решили сэкономить пулю. Падая в шурф, он сумел ухватиться за канат, раскачаться и перепрыгнуть в стенную нишу, где просидел до ночи.

Даже идя на казнь, наши люди проявляли настоящий донбасский характер. Выжившие свидетели чудовищных преступлений рассказали, как приговоренные люди утащили за собой в шурф одного из предателей, служившего полицаем у оккупантов.

После освобождения города были начаты работы по извлечению тел из шурфа. Удалось опознать только 150 человек. Тела 52 человек были похоронены на Мушкетовском кладбище в мемориальной братской могиле. Остальные тела были переданы родственникам для индивидуальных похорон. Останки остальных десятков тысяч человек до сих пор так и покоятся в шурфе.

Станицу подготовила Ксения БЕЛАШОВА

Фото Валерия ЛУКИЧА