Идеальное, объектальное и немного ректальное
Неожиданно, как оно обычно бывает для метанойи, нашел для себя ответ на ОВФ (Основной Вопрос Философии). Напомню для не вовлеченных — это вопрос о соотношении идеального и материального, то есть что из них первично: ничего, оба или что-то одно.
Точнее, ответил для себя не на сам вопрос (мне он всегда казался давно разрешенным), а на вопрос, вокруг чего весь сыр-бор, продолжающийся до сих пор — все это разделение идеального на объективное и субъективное.
Как диалектический материалист я всегда твердо стоял на позиции, что идеальное — это не что иное, как отражение материального. Материальное первично, идеальное — вторично, что выражается сразу на двух уровнях: идеальное существует всегда только на какой-то материальной базе (т.е. психические процессы по факту выполняются на базе мозговых физиологических процессов) и в то же время источником развития идеального являются воспроизводимые в нем процессы материального мира.
Этот вопрос всегда казался мне на текущем уровне развития информационных технологий тривиальным. Понятно, что философам прошлого, которые сталкивались с идеальным только в своей голове и до развития большинства наук, было тяжело разобраться, как связан субъективный мир человека, его физическое тело и материальный окружающий мир.
Но сегодня мы все настолько повседневно в своей практике обращаемся с компьютерами, что у нас не возникает никаких вопросов, как все это устроено: вот есть «железо», вот есть исполняемые программы, вот есть входные сигналы от окружающего мира. Железо и окружающий мир первичны, программы вторичны. Программы перерабатывают сигналы окружающего мира, упорядочивают их и составляют свою идеальную субъективную картину происходящего вокруг. Практика конструирования этих самых программно-аппаратных комплексов для решения повседневных задач нашей жизни не оставила места для какой-то иной трактовки: никому не придет в голову идея путать носитель и информацию или железо и исполняющуюся программу, как и ставить под сомнение, что первично: производство на предприятии или его отражение в бухгалтерском учете.
Понятно, почему возникали проблемы у философов — никакой общественной практики по созданию таких «отражающих» миров не существовало. И слава тем философом, которые сумели вывести истинное соотношение между сознанием человека как «программой» и окружающем миром, который в этом сознании «эмулируется». Но в чем же состоит заслуга диалектических материалистов, и почему такая сложность в вопросах идеального сохранилась до сих пор?
Маркс, применяя диалектический метод Гегеля, на примере общества впервые показал, что идеальное может носить не только субъективный характер (т.е. воспроизводить материальные процессы в отражении в сознании отдельных людей), но и объективный (то есть материальные процессы могут воспроизводиться в таком отражении, которое не зависит от сознания каждого отдельного человека). Он показал, что стоимость является таким отражением: эти экономические отношения, хотя не выводятся их сознаний участника рынка и даже не существуют в них, на самом деле отражают материальное соотношение общественно-необходимого труда для их производства, определенное уровнем развития производительных сил. То есть существует такое идеальное, которое является… объективным!
Фактически Маркс открыл, что существует не только сознание человека (как мы сейчас сказали бы, эмуляция, выполняющаяся на мозге — на электрохимических процессах нейронов, представляющая собой программное обеспечение социально-биологической деятельности человека), существует еще и социальное сознание, которое выполняется на всем обществе, а точнее на экономических процессах производственно-распределительно-обменной практики человека. Люди, вступая в отношения в процессе производства, формируют такую сеть, на которой выполняется эмуляция другого порядка — программное обеспечение общественных производственных сил. Фактически, показа Маркс, опережая Хайека, сам рынок работает как вычислитель.
Но в философском плане это огромный прорыв: вселенную отражать может не только разумное человеческое сознание, но и стихийное, неразумное — общественное сознание!
Казалось бы, осталось немного: надо признать, что раз есть один такой стихийный неразумный процесс, существующий вне разумного сознания, но содержащий идеальную модель, то найдутся и другие. И что из этого следует, что любой материальный процесс, который включает изменение своего поведения в соответствии с окружающей средой, определенным способом отражает ее, познает. То есть формирует ее модель, или, иными словами, порождает идеальное.
Это означает, что видов «сознаний» может быть много — фактически сознанием в таком широком смысле является любая программа. Внутри каждого интерактивного процесса есть свое идеальное — некоторая модель окружения. И каждое идеальное по своей сути является исполняющейся программой отдельного сознания, которое может вступать в отношения с другими сознаниями, а также быть частью иных сознаний, выполняющихся на более высоком уровне, и опираться на сознания более низкого уровня — как человеческое сознание формируется сознанием социальным, но не тождественно ему.
С кибернетической точки зрения эта картина тривиальна. Животное существо (в частности, человек) как процесс жизнедеятельности, воплощенный в индивидуальной особи, содержит определенной сложности модель окружающего мира, воплощенную как в биологических, так и психических процессах. Общество воплощает такую модель в форме производственных и общественных отношений. Клетка воплощает такую модель в форме внутренней программы реакций. Любой компьютер содержит модель, воплощенную в форме программы.
Конечно, придется немного бросить вызов классику, который писал, что у пчелы нет никакой «идеи», модели улья, который она строит. Это правда. Но как мы видели, у отдельного человека тоже нет модели общественного уровня развития производительных сил — но она есть у общества в форме отношений стоимости. Значит, и у пчелиного роя такая идея есть, просто воплощена она не в разумном сознании особи, а в стихийной биологической программе.
Итак, для существования идеального нам нужно совсем немного. Нам нужен обычный кибернетический набор: окружающая среда, материальный процесс, протекающий в зависимости от этой среды, информационный канал. Подойдет обычный сливной бачок унитаза, где механизм открывает подачу при снижении уровня запаса воды и закрывает при его восстановлении. Мы уже имеем механическую модель, которая отражает реальность (уровень воды) в материальном процессе (открытие/закрытие подачи), и эта модель абсолютно идеальна. Но если вы хотите увидеть, как далеко даже механическая модель может зайти, почитайте про Trichoplax adhaerens
Что же с нашими идеальными категориями, что с тем общим, которое существует в единичных объектах? Идеальное ли это, и где живет это идеальное? Пример Семенова про все кружки, которые физически различаются, но общее в форме которых, замеченное нами, вроде как объективно существует?
Для понимания этого необходимо понять отношение между такими вещами, как информация и словари. Мы знаем, что сигнал может нести информацию. Но содержание этой информации определятся не внутренними свойствами сигнала. Посетитель, который передает заключенному записку «во вторник — хорошая погода», либо не сообщает ему ничего, либо сообщает ему о дате побега, если они заранее договорились до условного кода, т.е. до словаря. Словарь является такой же частью передаваемой информации, как и сам сигнал. Один сигнал может нести разную информацию в зависимости от используемого словаря.
Аналогично идеальное может существовать только в неразрывной взаимосвязи с его интерпретатором, т.е. тем процессом, который, собственно, осуществляет моделирование. Общим свойством кружки наделяет именно общественная практика по распитию жидкостей — моделирующая физические процессы, включающие жидкую форму воды, водонепроницаемые свойства материалов и силу притяжения. Именно практика выбирает подходящие предметы и создает из них общность именно своим выбором, воплощающую в себе отражение, то есть ту самую модель, которую мы именуем кружкой. Просто надо помнить, что любое идеальное может моделироваться не только человеческим сознанием, и даже не только общественными отношениями, но любым другим процессом, и существовать только для него — и в этом отношении не зависеть от сознания человека, т.е. быть для человека объективным. И при выделении любого идеального необходимо сразу выделять моделирующий его материальный процесс, вплоть до самых оснований, например, как движение материи моделирует само пространство, а энтропия как переход к более вероятным состояниям от менее вероятных — время.
Подведу итог. Философы прошлого сталкивались с идеальным только в пределах человеческого сознания, поэтому не могли отделить категорию идеального от субъективного разумного сознания человека. Диалектический материализм открыл нам реальное соотношение идеального и материального, показав существование объективного (не зависящего от сознания человека) идеального на примере общественных отношений стоимости, моделирующего материальный уровень развития производительных сил, и через это открыл существование идеального за пределами человеческого сознания. А современная производственная практика заставила разобраться с кибернетическими основаниями моделирования и превратить это в повседневное знание, научив соотносить модель и моделируемую реальность в любых интерактивных материальных процессах.
На этом основной вопрос философии предлагаю считать решенным.