Дневники с Килиманджаро
Идея залезть на Килиманджаро не могла прийти мне в голову, но ее мне подкинула Сашенька. Приезжай, говорит, в отпуск в марте ко мне в деревню, а если хочешь в горы — сходи на Килиманджаро.
Ё-мае! 5895 метров! Это как-то чересчур для меня. Но блин, разве выпадет в жизни еще такая возможность? Пока и деньги есть, и ноги ходят, стоит хотя бы попробовать. В конце концов, Сережа затащил меня по невнимательности выбора маршрута на Арагац (почти 4090 м), да и на Кхардунг-ла (высотный моторизированный перевал 5359 м) у меня вроде не было никаких признаков высотной болезни. Надо идти!
Тур я забронировал через нашего оператора gekkon.club. К сожалению, это не совсем сезон, а даты отпуска мне было не подвинуть, поэтому компаньонов на нужные мне дни не нашлось, и я решился на индивидуальное восхождение, раз уж цена особо от этого не зависит.
Маршрут Ронгаи (7+2 дня) я выбрал по трем соображениям. Во-первых, подъем и спуск с разных сторон горы, а я жадный до новых видов. Во-вторых, там меньше народа, а я люблю с природой общаться интимно. В-третьих, в последний день там сброс высоты всего 2000, а не 3000 метров, что после штурма будет куда как менее травматично для коленей.
Скажу сразу, что по всем трем пунктам я угадал! Виды на пути вверх были бомбические, природа совершенна другая, чем при спуске, народу меньше и лагеря палаточные, без застройки, да и лишнюю тысячу мне сбрасывать в последний день было бы очень тяжело.
Я вообще не очень люблю наперед читать отчеты путешественников, чтобы избегать спойлеров, подходить со свежим восприятием и встречать трудности по мере их поступления, но тут я нашел отчет девушки, которая ходила без подготовки, и прочитал про штурм. Она написала, что штурм вершины представляет собой 6 часов непрерывного подъема в гору под 45 градусов при пронизывающем ветре и температуре -15.
Ну температура меня не так пугала, это отличная температура для полудневной прогулки с собаками, а если ветра нет — то и для быстрого купания в заливе, но ветер и главное 6 часов подъема вверх на высоте пять тысяч метров... Я не уверен, что мне такое под силу. В качестве подготовки я начал приседать, бегать в горку и с горки и подниматься по лестнице до 12 этажа до трех раз подряд.
В общем, билеты были куплены, поездка забронирована. Правда, за неделю до вылета жена сказала, что ей любопытно и она читает отчеты про восхождение, и что на Килиманджаро дважды взбирался инвалид, поднимался ребенок шести лет и самое быстрое восхождение укладывалось в 6 часов на весь маршрут, начиная от входа... Я сказал ей, смеясь: "Спасибо, дорогая, теперь, если я не дойду, то буду знать, что меня обошли даже инвалиды и дети, это снимает мою тревогу," — и проводил ее в Танзанию. А через неделю сел в самолет и сам.
День перед выходом
Ну что ж, Танзания набросилась на меня во всей красе. По дороге от Аэропорта до Муши я увидел пасущихся коров, стада коз, ослов под канистрами для воды, масайских пастухов, большой овощной рынок, откуда еда едет в Морогоро.
Приветливый водитель расспросил меня о моих планах и рассказал, что масайским детям очень нужно образование, чтобы интегрироваться в общество; что в Аруши сегодня много народу, потому что большой праздник в честь женщин (известие, что этот праздник отмечают в России и что он вообще международный, его несколько удивило); что он один раз был на горе и одного раза достаточно; наконец, что традиционное блюдо состоит из томленых в говяжьем бульоне с говядиной бананов, которые нельзя помешивать, чтобы не потеряли форму, к которым надо добавить зелёный перец и медленно подливать воду на слабом огне, пока они не станут мягкими, после чего положить сверху мякоть кокоса, но не вмешиваться ее, а аккуратно потрясти кастрюлю над огнём, чтобы кокос сам опустился, после чего 10 минут потомить и можно есть; о том вот это кожаное производство трудоустраивает заключённых из тюрьмы вон в той стороне, а кстати вот и сами заключённые в оранжевых робах на апельсиновой плантации; что на простынях сушится какое-то местное зерно (или тапиока?), из которой гонят алкоголь, ну или из которой женщины, запираясь перед родами на месяц дома, готовят себе кашу для набора сил и повышения лактации...
Отель у меня комформабельный - кондер, большой номер, белоснежные простыни. Даже небольшой бассейн, жаль не взял плавки. Мой гид встретил меня и провёл инспекцию снаряжения - сказал, что надо докупить ещё одну флягу и больше пить, и что даст вторую пенку для мягкости *_*
Недолго передохнув и помывшись в горячем душе (ах, роскошь!) я отправился исследовать Моши. Всего прошёл около 15 километров, посмотрев местные рынки, избегая уличной еды, перехватив кофе в центре и поужинав упрощённой версией вышеописанного блюда из бананов и местной курицы (ах, если бы хоть часть её спортивности перешла в меня...). Вернулся в номер уже по темноте, к восьми или около того.
Наверное из самых ярких впечатлений - африканские женщины, фотографировать которых я посчитал несколько неудобным. Они статно скользят с корзинами фруктов или широкой доской с бананами на голове, даже не придерживая поклажу. Хотя это губительно для шейных позвонков, это наделяет их походку небывалым достоинства за счёт осанки, даже если они ничего не носят. Но важна не только поза - у них преисполненное выражение лиц, граничащее с надменностью (пока они не расплываются в очаровательной улыбке). А одежда! Столько цветов, такие узоры! Не важно, это юная стройная горожанка или пожилая мадам в полном теле: чувствуется, что они несут себя, возвышаясь над мирской суетой.
В остальном - несколько фото. Так как завтра у меня старт, я не могу накупить и перепробовать всё виды авокадо или местного манго, помидоров и ананасов, не рискую приближаться к уличной еде... с этим подождём до спуска!
День первый
Первый день в горах. Так как сегодня воскресенье, то первый час дороги до маршрута мы слушали по радио воскресную проповедь - очень экспрессивную, но на суахили. Зато потом ещё два часа в машине играли благочестивые песни - я даже не подозревал, что можно выражать любовь к Иисусу таким количеством способов, да ещё и во всех жанрах.
А вдоль дороги пробегали села и городки, полные воскресной паствы, возращающейся с воскресной службы. Если бы не знал, то предположил бы, что это парад мод - настолько нарядно всё одеты. Маленькие девочки скачут в пышных розовых и белых платьицах, словно принцессы; а женщины всех возрастов шествуют чинно, обернутся в цветастые платки, неспешно беседуя - по кратчайшему пути от церкви до лавки мясника, окружённой цветастой компанией, как будто султан своим гаремом.
Заканчивается наш путь среди полей капусты, кукурузы и подсолнуха (одетого в шапочки, чтобы видимо не терял семечки), на краю соснового бора. По моему маршруту сегодня ещё идёт молодая парочка немцев. К нашему приезду разражается тропический ливень, и мы пережидаем, пока он не стихнет.
Моего гида зовут Гаспар, повара - Вилсон. Тропа очень комфортная, подъем небольшой, идёт по лесу. Дождик постепенно стихает, но облака лишь изредка пропускают солнце, поэтому совсем не жарко. Да и сама тропа пока в тени деревьев. Гаспар рассказывает мне про пять природных зон, которые мы пройдём, помогает высмотреть пару обезьян, резвящихся в кронах, напоминает пить не менее трёх литров в день и периодически спрашивает, как я себя чувствую. Но переход лёгкий - стартовали с 2000, расстояние 7 км с набором 700 метров. Без рюкзака - приятная прогулка.
Растительность похожа на нашу... но не совпадает с ней. Вот что-то вроде древовидного вереска, а это словно можжевельник; вот кусты - вылитая пижма, а это не сосна и не кедр - иголки растут как чешуя... Комаров и змей на этой высоте уже нет, а муравьи вьют гнезда в ветвях. О, привет, я тебя знаю, дикий гладиолус!
На стоянке понимаешь, что поход ненастоящий :) Пока вокруг важно расхаживает пара местных птиц, похожих на ворон, но с орлиным профилем, портеры суетятся, ставят лагерь - ничего, кроме помочь с палаткой, ты не можешь. В палатке тебе ставят раскладной стул и стол со скатертью, приносят подогретой воды помыться и перекус - поднос попкорна -_- Вот такая роскошь, никакой аскезы. Попью чаю (пактированная масала!), может, прогуляюсь вокруг лагеря, пока энергия позволяет. В конце концов, первые три дня - разминка перед тяжёлой частью.
P. S. И не зря! Оказалось, если спуститься до речки и немного пролезть вниз по руслу, там есть очаровательный водопад, а за ним ещё и небольшой бассейн. Не знаю, можно ли в Танзании залезать в горную реку, но как вы понимаете... впрочем, проводнику я рассказывать об этом не стану. Боже, какой кайф.
День второй
Каким-то чудом я отрубился уже в половину девятого, и поэтому к 6 утра, когда меня пришёл проведать Вилсон, я уже был бодр как огурчик. Ну ещё возможно потому, что к моему каремату инструктор Максим накинул футончик, так что спал я по-царски.
Моё утро украсил кипяток для чай и пара сухих предрассветных часов без дождя — как раз, чтобы умыться, размяться и упаковаться. Неожиданной роскошью стали пара литров горячей воды для умывания, так что я даже помыл голову. Королевский завтрак из какой-то киселеобразной каши, блинчиков, омлета и сосисок, к которым прилагалась банка спреда, арахисового масла, нутеллы и варенья, даже немного напугал. Хорошо, что я ещё в ужин понял, что кормить будут на убой, и не надо пытаться съесть всё (Гаспар говорит, на высоте аппетит падает, так что надо набирать энергию внизу).
Мы вышли пораньше - в восемь, чтобы успеть до дождя. Дождь оказался иного мнения, так что нам было совсем не жарко и танзанийское солнце нас не беспокоило. Довольно быстро мы поднялись из зоны невысокого леса и погрузились в туманный верещатник. Вокруг разворачивалась выставка ботанического сада: с деревьев свисает гроздьями мох, воздух напоен терпким ароматом кустистой полыни, яркие цветы торчат вешками среди выжженных естественным пожаром черных погнутых ветром стволов...
В дождь живности почти не видно - только птицы, мышиные норы, погадки буйволов и антилоп. Отовсюду совсем незнакомые трели птиц. Облагороженная тропа вьётся лентой меж вулканических камней, ручьев, верескообразных кустов, закопченных кострами пещер и болотных кочек. Идти тяжелее, чем вчера, но без рюкзака это всё ещё прогулка в медленном темпе, а не силовая тренировка.
В лагерь приходим к одиннадцати. Первыми нас встречают белошееи вороны; позже подтягиваются и портеры с грузом. Пока дождик не утихает, я успеваю пройтись по окрестностями, попить чаю, зашить перчатки (спасибо тайному Санте за ремнабор!) и накидать пол-отчёта. Жаль, что связи нет и я не могу им поделиться с родными.
Гаспар обещает небольшую радиалку after lunch. Lunch закончился в 14, а радиалка, оказывается, в 16, так что наступает время сна и чтения. Но мне два часа не проваляться, поэтому я выскальзываю и устраиваю себе полуторачасовую прогулку до соседней высоты, чтобы поймать вид Кении, начинающейся прямо у подножья. Изрядно наскакавшись по пересечённой местности танзанийской moorland, я залезаю в палатку и отключаюсь на полчаса - как раз на время очередного дождика. Жаль, почти ничего при такой погоде не сохнет, кроме синтетики.
В 16 приходит мой проводник и мы уходим к северной стороне - набор около ста, расстояние меньше трех километров. Высота растительности стремительно уменьшается; под ногами шныряют птички и мыши. Хищники тут тоже есть, но не лисы - то ли шакалы, то ли что-то собакообразное, я со слов Гаспара не уловил. Увы, вершина сегодня скромница и из-за облака личико нам не кажет, но внизу прояснилось и на спуске мы восхищаемся раскинувшимся пейзажем с высоты птичьего полёта.
Гуляя эти два дня по чужой стране, я понял, как мне недостаёт и естественно-научного, и стало быть гуманитарного образования. Один день в 'Железо' на практике бакалавров географии неизмеримо расширил мой жизненный опыт: теперь мне интересно всё, что прходит перед глазами. Растения требуют собрать гербарий; кузнечики - искать полевок, а полёвки - хищников; вулканические складки возбуждают геоморфологическое любопытство; погадки на дороге влекут заглянуть в каждую норку или узнать, почему свиньи водятся только на другой стороне; подтеки красной железистой глины меж валунов из пемзы навевают воспоминание о почвоведческом шурфе; пересохшие русла - о влажных ветрах со стороны Индийского океана, остановленных горой. Насколько беднее были бы мои впечатления, не знай я, к чему вообще проявлять интерес! А ведь сколько я пропускаю антропологического, культурного, исторического - мне ещë кое-как доступна экономическая ткань реальности, а также немного кулинарная, но сердце разрывается, когда понимаешь, сколько всего увлекательного проходит мимо, сколько я не могу даже заметить ввиду своей узкой слепоты и односторонности.
Когда Вилсон приносит ужин, я накидываюсь на него - виной тому не только подъем и две радиалки, но и меню - суп, рис с грибным соусом, зелёная фасоль, капустный салат, говядина на гриле в специях... И в этот момент последний закатный луч падает на вершину, с которой наконец-то сдуло облачный наряд. Здравствуй, Кили!
День третий
Погода тут по-настоящему горная. Горячее солнце в 15 секунд сменяется промозглым облаком или дождём. Хотя мы уже выше линии низких облаков, ночью поливает и нас. В семь утра облака раздувает ровно на 10 минут, чтобы я насладился видом на вершину прямо от порога палатки.
У завтраку выходят все - и вороны, и воробьи, и даже мышь. Хвала небесам, сегодня сухое и даже местами солнечное утро! Идём неспеша - следующий лагерь совсем рядом, в трёх километрах, но тропа петляет по камням то вверх, то вниз. Ощущаю себя в полной мере персонажем из Made in Abyss: вниз или по горизонтали идешь без устали, но как только начинается набор высоты, лёгким приходится отрабатывать по-полной. Идти в общем-то не тяжело, все усилия идут на вентиляцию - мешает плотный завтрак, упираясь в дифрагму. Но Гаспар каждый вечер напоминает про необходимость запасать энергию и пить по три литра, а также проводит чекап - меряет оксигенацию, пульс, заносит в журнал наличие симптомов вроде головной боли, потери аппетита, диареи и головокружения.
Периодически из облаков выступает вторая вершина из трёх - потухший вулкан Мавензи, врезающийся в небо острой гранью. Гаспар рассказывает, что однажды лётчик так засмотрелся на основную вершину Ухуру дремлющего вулкана Кибо, что не заметил скрытую в облаке Мавензи и разбился, подхваченный воздушными потоками.
В растительности попадается множество эндемиков; под ногами мелькают осколки обсидиана. Находим свежие погадки шакала - и видим в отделении его хитрою попу, мелькаюшую среди камней. Гаспар замечает засохшего хамелеона - оказывается, они тут тоже есть!
Новая стоянка кишит воробьями и мышами разных размеров; прямо возле моей палатки следы копыт - скорее всего буйвол. Стоим на полноводном ручье, рядом с рощей крестовников Сенецио, и там даже есть водопад! А это значит - банный день, пока солнце не спряталось :) Но мыться я ухожу вниз по течению, чтобы не загрязнить место, откуда берутся воду.
После обеда иду в санкционированную проводником радиалку. За полтора часа я поднимаюсь к началу каньона, по которому протекает наш ручей, снимаю водопады и крестовники, буйволиными тропами возвращаюсь по другой стороне, заглядывая в потайную пещеру. Прихожу к 16, и очень вовремя - через полчаса разверзаются хляби небесные и нас накрывает тропическая гроза с проливным ливнем. Даже в пончо не хотелось бы под такой возвращаться!
Дождь льёт как из ведра целый час. Потом так же мгновенно стихает. Весь лагерь превращается в переплетение ручьёв - тут сплошной каменный водоупор, да и нет такой почвы, что вобрала бы в себя столько жидкости. Портеры из других групп, перекрикиваясь, суетливо копают траншеи вокруг палаток. Хвала моей команде, она всё сделала заранее! Прозрачный звенящий водопадик на ручье, из которого я только утром поливался студеной водой, превращается в ревущий мутный поток, несущий плодородные вулканические породы на сельскохозяйственные равнины.
Дождь возобновляется с меньшей силой; температура постепенно понижается. Но настоящих проблемы тут только две. Первая - продолжается пытка едой. Серьёзно, порции на двоих; горячее трёхразовое питание с супом, салатом, вторым блюдом, соусом и свежими фруктами. Готовит наш повар вполне прилично, но походную пищу это никак не напоминает - обслуживание как в ресторане. Особенно приятна жареная капустка, которую проводники при мне снимали с огорода у станции, где было начало маршрута :)
Вторая проблема - к половине седьмого совсем темнеет и делать становится нечего. Я берегу заряд телефона, поэтому читаю бумажную книгу, что не очень удобно делать, лёжа в спальнике. Но Богданов пишет легко и близко, как добрый товарищ, даже не верится, что нас разделяет сотня лет. Поэтому читаю сидя у стола, до тех пор пока еда хоть немного не усвоится, а потом умываюсь и переползаю в спальник набирать этот отчёт под убаюкивающий шум дождя.
День четвертый
Ещё один удачный день! Утром полюбовались ни Кибо и Мавензи, выдвинулись посуху к лагерю у подножья последней. Идти недалеко, но набор 700. Инструктор держит очень медленный темп, что позволяет не сбивать дыхание - дух захватывает только от окружающей красоты!
Дорога практически всё время наверх, без потерь высоты - сказывается действие могучих сил педипленизации: ветер, ливни, осыпи постоянно выравнивают склон, стачивая выпуклости и засыпая впадины. Увы, в этот раз рядом нет геолога - пемза и другие камни пронизаны белыми жилками, похожими на асбест, но спросить о них некого.
Мы выходим из зарослей вереска в альпийскую пустыню. Жизнь отчаянно хватается за все трещины и укрытия, пускает корни и даже цветёт. Пара жуков пирует на шакальих погадках - тоже часть биоценоза!
Рядом с нами идут портеры под весом - примерно с той же скоростью, что мы ползем налегке. Выясняю у Гаспара, что он родился недалеко от подножья горы, сам работал портером, но потом получил образование и поднял свою лицензию до проводника. У него есть пара сестёр и младший брат, идущий по его стопам. Сам он больше всего любит приключения, мечтает посмотреть побольше хотя бы собственной страны. Накопить на заграничную поездку можно, но это займёт много времени.
Вот и наш лагерь у озера. Озеро наполнено ливневыми ручьями и к купанию не приглашает. Стоим прямо под Мавензи, величественной и суровой. Вездесущие мыши и птички чувствуют себя неплохо и в этих условиях, среди островков редкой растительности.
С поваром у нас необъявленная борьба. Он пытается запихнуть в меня небывалое число калорий, я о приёме пищи я уже думаю с опаской. Я же пытаюсь куда-то калории сжечь, иначе на мне не застегутся лыжные штаны. Поэтому после ланча я отправляюсь на радиальную прогулку.
От одного уступчика с видом до другого уступчика, я нахожу над лагерем небольшую рощицу крестовников. Как они тут существуют, уму непостижимо. Поднимаясь ещё чуть-чуть и ещё чуть-чуть, обнаруживаю, что почти дошёл до основания цирка: осталось каких-то 30 метров вверх. Но я набрал уже 170 и вообще-то не планировал такой поворот. Внизу раздаётся гром грозы, и я решаю не тратить ещё полчаса и начинаю спуск траверсом: если будет ливень, все каналы нальются водой, да и лучше иметь запас времени на спуск на случай неожиданных затруднений.
Длинным траверсом я выхожу к лагерю с другой стороны склона, не забыв навестить пещеры. Прогулка заняла пару часов, гроза прошла мимо, и мне хочется поругать себя, что не сделал последнего усилия и не посмотрел на это волшебное место вблизи. Утешает немного то, что через 20 минут гроза набегает и засыпает нас градом с ледяным дождём! Ух, горная стихия!
Я пью горячий чай и волнуюсь только за Гаспара, который шёл на прогулку, когда я возвращался. На нём была пуховка, а я без своего прорезиненного дождевика в рюкзаке из лагеря даже на полчаса не выхожу. Дождь в горах начинается внезапно, без предупреждения, а любая мембрана под сильным ливнем промокнет - на горном ветру элементарно схватить переохлаждение. Но по счастью Гаспар с товарищем быстро добежали обратно, пока падал сухой град.
Завтра переход до базового лагеря у Кибо. Температуры медленно понижаются, но одежды хватает, а на ночь у меня пуховой спальник внутрь второго лёгкого, так что сплю как младенец. Вечером немного прояснилось, а ночью вылазит луна, яркая, как фонарь. Горы желают сладких снов.
День пятый
Первая половина дня - переход между лагерем Мавензи Хат к базовому лагерю Кибо Хат. Один лагерь почти видать из другого, и перепад высот небольшой, 300 метров, но, увы, сначала придётся прилично сбросить, чтобы потом отвоевать обратно.
Через полчаса после подъёма лучи солнца играют на льду, застывшем на тенте палатки. Лагерь ещё тих, можно погулять с кружкой горячего чая и полюбоваться утренними горами. В палатке портеров зашкворчало масло - скоро завтрак. От запаха жарящихся блинчиков желудок болезненно сжался: каждый день что-то на сковородке, во фритюре, поджаристое с хрустящей корочкой... никакого здоровья не хватит. Вчера на ужин вообще пиццу соорудили!
То ли дело наш классический походный рацион: каши, супы, греча, макароны - сплошь полезное питание, особенно если овощей с собой насушить. Даже когда Серёжа устроил в горах Армении пышки с кокосовой крошкой, протащив через перевал на 3600 пол-литра растительного масла, а Миша на Урале скрасил тяжёлое морозное утро после дождливого дня блинчиками тоньше листа бумаги, которые тайно напек посреди ночи, это было роскошное исключение, сюрприз, баловство.
Забот у меня немного: распаковаться, запаковаться, помыться да не соскучиться в лагере. Тем не менее, идея набирать по 700 метров на этой высоте под рюкзаком все ещё вгоняет меня в испуг.
Между Мавензи и Кибо лежит пустынное плоскогорье. На него надо спуститься с одной стороны и подняться с другой. Погода ясная, с лёгкой дымкой, солнце в спину, тропа гравийная и ровная - идешь себе и идешь. Не холодно, не жарко, немного однообразно. Всё вокруг просматривается - я обсуждаю с Гаспаром, как тяжело тут найти место присесть для девушек, а он мне показывает крышу одиноко стоящего туалета в километре от любого лагеря - для страждущих на маршруте Маранга. Погружаю его в трагедию Джосса, который никак не мог найти кочку на выглаженном ветрами льду Онежского озера...
Конечно, первую треть вниз шагаешь легко, широкими шагами. А вот оставшиеся две трети пути наверх медленно переступаешь, отбирая у горы сантиметр за сантиметром, сосредоточенно и равномерно нагнетая воздух в лёгкие. Базовый лагерь все время перед глазами и прямо просит ускорить шаг - но скорость твоего движения строго пропорциональна наклону: чем круче, тем медленнее, согласно способности организма к оксигенации.
В каждом лагере есть место для посадки вертолёта, очерченное кругом из покрашенных камней и флажком на флагштоке. Вчера мы даже слышали вертолёт - кого-то эвакуировали, а сегодня один прилетал прямо в базовый лагерь. Гаспар говорит, что это частая история: некоторые, поднявшись, не в силах спуститься. Вертолётных компаний две, они конкурируют, и цена эвакуации за кэш от 2600-3500$. Вертолётную эвакуацию покрывает дорогая высотная страховка. Я к счастью застрахован, поэтому в случае смерти страховая покроет ипотеку, и со слов турклуба высотную эвакуации им один раз покрыли, но надеюсь что пользоваться не придётся :)
Дошли к половине 12-го. Сегодня полдня отдыха и восстановления. Хотя ветер холодный, прямое солнце нагревает палатку до состояния печки, и я по ощущениям подозреваю, что палатка может пропускать UV, так что дополнительно защищаюсь панамкой. Буду есть (о, боже...), отдыхать и паковаться для штурма.
P. S. Молитвы услышаны! На обед отварной рис с овощным соусом и фруктовое ассорти.
День шестой
Вчера уже никаких радиалок было не нужно - надо набираться сил. Поспал днём, прогулялся по лагерю, хулиганил - прикармливал птичку. Птичка при всём грозном виде приближаться побаивалась, поэтому к угощению подбиралась бочком, как бы смотря в другую от меня сторону. Пожелать приятного сна пришли и мышки - пара крупных, а одна мелкая, без полосок (видимо ещё не выслужилась).
Подъем в 23:00. Напяливание ста одежек; намазывание норкового жира на лицо; радиальный рюкзачок собран уже с вечера. Мыши приходят посмотреть, как я пью горячий чай с крекерами. Выходим в 00:00 втроём: Гаспар проводником, Вилсон ассистентом.
На улице стоит тихая звёздная ночь, а над головой висит фонарь - почти полная луна, такой яркий, что я свой достаю только в паре мест, где камни прячутся в лунной тени друг друга. Прямо над нашей вершиной висит треугольное созвездие - гора и есть; его скоро скрывает склон. А вот слева подмигивает созвездие в форме воздушного змея, оно провожает нас всю дорогу, улыбаясь, когда мы на траверсе идём влево. В свете Луны красуется Мавензи напротив нашей тропы.
Первые два или два с половиной часа (кто ж их считает) идём по глинисто-щебенистому склону, зигзагами. Вверх, конечно. Я дышу. Дышать надо много и глубоко - двигаться вверх тяжко. Организм начинает разборки - всем органам интересно, что там происходит. Я - желудок Жени Парфёнова; не хотите ли вспомнить, что было на ужин (спагетти с соусом, а ещё чай чёрный из пакетика) и немного изжоги? Я - почки Жени Парфёнова, мы по три литра в день честно для вас гоняли, расскажите, а что случилось? Я - сердце Жени Парфёнова, стучу вам стучу, а никто не откликается! Я - бронхи Жени Парфёнова, зачем так много холодного абсолютно сухого стерильного воздуха, где наш влажный Питер?
Я вообще ощущаю себя героем, кажется, 'Колыбельной' Чака Паланика, того, что бесконечно ходил на степпере: 100 этажей, 200 этажей, 300 этажей... Постойте, это очень уныло. Лучше я буду героем маленькой партии, которая вслед за Гендальфом штурмует горный перевал. Да не, погодите, мне же надо туда и обратно, да и гора настолько отдельностоящая, насколько это вообще возможно, лучше буду гномом Фили, идущим за сокровищами дракона. Ещё романтичнее - буду коммунистом, партизански пробивающимся через горы в ночи, чтобы под носом жандармов принести трудящимся искру классового сознания. Всё веселее, чем сорокалетний айтишник, которому не хватает впечатлений и потому он нанимает пятерых танзанийцев, чтобы найти себе приключения на задницу...
Появляется ветерок. Пеппи было тепло, мокро и трудно, а теперь становится холодно, мокро и трудно. Надеты уже и тёплая шапка, и тёплые перчатки, через четыре слоя (синтетика, термобельё, флис, мембранная ветровка) всё равно подзадувает. Но тут происходит чудо - склон превращается в более крутую каменистую тропу. Гаспар переходит на медленный шаг. Только теперь я по-настоящему понимаю, что значит это их 'поле-поле' (потихоньку). Мы ооочень медленно идём вверх - каждый шаг заключается остановкой на лишний вдох или выдох. Хотя теперь мы лезем с камня на камень, идти оказывается гораздо легче! Конечно, всё равно нужно поддерживать усиленное дыхание, но теперь это не вытягивает все силы, удаётся его даже перевести при поворотах или на горизонтали.
Вместе с этим пропадает ветер. К точке Гилмана (вход на гребень, 5681 м) я добираюсь полностью высохшим. Мы распиваем из термоса горячий рисовый пуэр (хе-хе), машем Мавензи сверху вниз, я накидываю пуховку поверх всего, чтобы тепло не выдуло. Но ветер, в общем-то, уже и не появляется. Мы тихонько доходим то Stellar Point, а потом добираем оставшиеся полторы сотни метров до Ухуру - верхней точки Килиманджаро на гребне вулканического жерла. Пришли чуть заранее - рассвет ещё впереди; зато почти никого нет: группы только начинают подтягиваться, и можно сделать селфи с указателем без очереди.
Виды во все стороны открываются абсолютно неземные. Что тут напишешь. Вот третья гора - Меру, она словно плавает в море облаков. Вот огни Моши. Вот заходящая луна прячется в тень от Кибо. Вот ледники (если кто переживал, пока все на месте). А вот разгорается заря. Видео танзанийского рассвета с самой крыши Африки прилагается.
Под лучами поднимающегося светила идём на спуск. Навстречу ещё спешат группы - ну как спешат, "поле-поле". Проводники нас поздравляют, мы подбадриваем добирающихся (среди них и довольно возрастные европейцы). Тянет сказать что-то про героев, но у любой фразы на языке чувствуется привкус чего-то либо от Капитана Хаммера, либо от Хоумлендера, поэтому избегаю:)
Но работа ещё не кончена - теперь набранные 1100 метров надо сбросить. Мимо широко шагают радостные молодые спортсмены, а я тихонько семеню вниз, стараясь минимизировать травму коленей. Солнце на спуске не мешает - можно скинуть лишний слой, надеть очки, намазаться SPF - идти тепло и уютно, тем более что в свете дня перед глазами вырисовываются виды один краше другого.
Однако ноги стонут, лёгкие саднят. Гаспар показывает новый способ спуска (предыдущий - слалом на пенопопах или рюкзаках по снежнику нам НЕ показывал Серёжа в Армении) - sand skiing, то бишь соскальзывание по неглубокой гравийной сыпухе при помощи палок (помогаем горным эрозионным процессам!). В сумме это, наверное, менее травматично, чем многочасовой спуск по зигзагу, так как скорее заканчивается :) Но всё равно в лагерь я еле вползаю.
А день только начался, на часах половина десятого! Групповое фото, перекус, попытка поспать хотя бы часок - и всё, пора уже паковаться, есть ланч и выдвигаться, у нас сегодня переход дальше. И переход немаленький, 9 км со сбросом ещё тысячи метров.
Прощаемся с горой. Нам несказанно повезло с погодой: ясно, сухо, безветренно - три из трёх! Спасибо, что приняла, и ещё спасибо, что отпустила. Тропа на горе лёгкая, без препятствий - ни снежников, ни скалолазания, ни курумника. Разве что чуть скользкая дорожка на гребне (а куда ускользишь - лучше не вглядываться). Реально тяжелы не все 6 часов подъема, а первые два или три, ну и спуск для меня лично. Если бы не высота и не подъем, была бы отличной туристической экотропой :)
К следующему лагерю идём через пустыню - колени передохнули, поэтому по ровной поверхности быстро, подъемы и спуски - аккуратно. Слева красуется Мавензи, теперь уже другим боком. Там тоже есть базовый лагерь, но её покорение - это суровый техничный альпинизм. Шпарит солнце, его уравновешивает прохладный ветер - не мерзну и не потею. Вокруг разноцветная пустошь (коричневое слева, серое справа), в которой воды нет, но какие-то пучки травы торчат, а иногда и цветы - одинокая бабочка порхает в этом мареве, как призрак. Что это, под красным холмом? Место для пикника! Гуляйте, дорогие отдыхающие.
Постепенно пустыня уступает тундре. Всё больше зелени - вокруг огромная альпийская горка, только растений совсем никаких не знаю, ну разве что этот пышно цветущий папоротник. В камнях шныряют разноцветные ящерки, выпрыгивают кузнечики, порхают бабочки, птички отлетают на куст и верещат - пытаются отвлечь нас от гнезда. Вот и первая (а если идти в другую сторону, то последняя) вода, и высохшая роща крестовников. Дорога местами укреплена бетоном, но камни из бетона торчат - сломаешь ноги, поэтому рядом заботливо протоптана обычная тропка.
Уже и лагерь виден... ба, да это целый город! Дело в том, что спускаемся мы по популярному маршруту Марангу, где дают ночёвки в коттеджах. На горе стоит джип - следят за килиманджарским лесом, простирающимся у подножья. Гаспар говорит, что тут есть велосипедный (!) маршрут, и он даже по нему рассекает. Мне страшно от мысли о езде с таким перепадом высот :)
А мне дают тазик горячей воды - боже, приятно помыться. Приносят горячей воды для чая и свежий попкорн на перекус. Честно сказать, по плану ещё ужин, но я, возможно, засну раньше. А завтра - последний переход вниз, потом возврат в цивилизацию, и искать путь в масайскую деревню, к семье :)
День седьмой
Последний денёк! Подъем в пять, к шести я уже поел, запаковался и жду Гаспара. Идти 20 км, сброс высоты 2000 м.
Кто рано встаёт, тот бонусный рассвет застаёт! Солнце карабкается вверх, а мы идём вниз - словно спускаемся в огромное облачное море. Возвращение идёт по популярному маршруту Марангу, поэтому тут тропа более облагорожена - камнями выложены водоотводы, через речки перекинуты мостики, встречаются оборудованные места для пикника, в самом конце - даже информационные стенды. Но мы пока вне цивилизации - тут на камнях гадят шакалы, местами отчетливо пахнет буйволами. Увидеть их почти невозможно - они утром уходят и прячутся. Зато вдалеке на склоне пугливо пересекает открытое пространство и скрывается в зарослях маленькая антилопа - поток туристов ещё не успел её спугнуть.
Макс (инструктор и, видимо, владелец команды) попросил Гаспара прийти до обеда, поэтому темп мы берём, как в радиалках у Мишы - только успевай следить за дорогой, где всё укреплено камнями или переплетено корнями. Жаль нельзя одним глазом под ноги, а другим - по сторонам.
Горный рассвет бесконечно прекрасен. Тундра бежит мимо нас, становясь всё выше и всё гуще, и внезапно заканчивается: мы вошли в джунгли. В отличие от той стороны, где лес культивирован, тут всё дикое и натуральное. Жизни на квадратный метр очень много - как и в любых джунглях. Потрясающе, как всего за пару часов мы из сухого, солнечного и прохладного места оказались в его полной противоположности - сыром, теплом и тенистом. Воздух напоен влагой, и жабры благодарно расправляются...
Через 12 км проходим первый лагерь на этом маршруте. Гаспар, беспокоясь за мои колени, предлагает дойти до дороги и поймать машину - но после ночи здорового сна я чувствую себя на редкость хорошо, и ноги отлично работают, поэтому жертвовать прогулкой по лесу я отказываюсь. И не зря: за поворотом мы упираемся в прекрасный водопад, потом наталкиваемся на древовидные папоротники, наконец, встречаем двух голубых обезьян - это другой вид, второй из двух живущих на Килиманджаро.
К 10:50 мы достигаем главного входа, в сумме спуск занял у нас 4.5 часа. Что ж, с собачками на 20 км мы обычно тратим побольше :) Тут сидят туристы, доедают ланчбоксы и заправляют водой фляги. Какая-то школьная группа, видимо, пришла на экскурсию. Соотечественник, который тоже спустился, по телефону кому-то агрессивно разъясняет рабочий вопрос, который никто без него решить не в состоянии.
Машина мчит наш экипаж обратно, в Моши. Сегодня суббота, поэтому вместо разодетых прихожан мы пролетаем группки школьников в разной форме. Некоторые школьники идут на практику, с мотыгами, но это учебное мероприятие, поясняет мне Макс. Мелькает сельская жизнь, поднимается температура, тянет дымком от костров вдоль дорог, на которых жгут пожухлые листья и ветви (да и мусор зачастую тоже). Останавливаемся за шейком из манго и маракуйи - Макс берёт для всего экипажа, все плотно трудились. Ох уж эта семейная буржуазность :)
Тут вообще все очень приветливы, искренне улыбаются белому туристу. Дети рады вспомнить с уроков 'hello', танзанийцы постарше обходятся 'jambo'. На рынке помогут выбрать фрукт поспелее, всегда подскажут как смогут, если что-то спрашиваешь. Но я бы не стал принимать эти дружелюбие за беззубость и далеко гулять тут затемно в одиночку. В каждой деревне мы проезжаем раскидистое дерево, в тени которого чилят на байках реальные пацаны, не лохи какие, и пацаны эти не слишком рады, когда их снимают. Чую я, что эти и рэкетом промышляют, могут и раздеть, и что похуже, и наверняка полиция неохотно берётся за расследование таких дел...
А в гостинице душ, стирка, чистое бельё. Макс лично спрашивает моё впечатление от работы его людей, всё что понравилось или нет в деталях. Потом мы спускаемся к команде, мне вручают сертификат о восхождении и медаль, а я со словами благодарности передаю команде чаевые (эти их основной заработок, они тут обязательны, но от себя можно накинуть). Гаспара я лично зову к нам в Россию и обещаю найти хорошую компанию на горный поход, если он доедет.
Конечно, от всего этого я всё время чувствую себя не на своём месте, как белый колонист в пробковом шлеме и шортиках. Тут тебе стул ставят, тут приборы перед ужином раскладывают. Все натренированы как бойцы в сфере обслуживания: изволите при пробуждении кипятку для утренней кружки чаю или кофе? Сейчас принесу теплой воды для умывания. Унести кашу, подавать блинчики? Вам нужно наполнить фляги? Как приём пищи, всё ли понравилось? Гаспар тоже блюдет протокол: вечером спрашивает, как самочувствие, проводит чекап, согласует время подъема. При ходьбе регулярно уточняет, всё ли хорошо, не нужно ли остановиться, напоминает не забывать пить. При восхождении подбадривает, поддерживает, хвалит после сложного участка и при достижении лагеря. Более того, перед штурмом они пришли вдвоём с Вилсоном и начали говорить, чтобы я в ночи ни за что не сдавался и дошёл (если не будет острых симптомов), что они будут делать всё, чтобы я мог исполнить свою мечту и т. п. Эх, ребята, как вам объяснить, я тут выясняю отношения с самим собой, просто ведите в нужную сторону...
Это всё находится на прямо противоположной стороне шкалы от того, к чему привык в походе я и про что во многом наша походная культура. Ведь у нас поход - это добровольное приключение равных. Где каждый несёт наравне с другими и вес, и обязанности, и радости, и трудности. Где люди собрались не из-за заработка и развлечения, а ради совпадающей у всех цели - преодолеть, дойти, насладиться, вернуться. Отношения в группе могут не всегда идеально складываться, особенно по мере усталости и из-за разной зрелости участников, но это всегда настоящее коммунистическое взаимодействие: успех и комфорт для всех опирается на заботу о каждом, на взаимовыручку и на личный вклад. Пусть один ворча берёт у отстающего часть раскладки, другая откликается на просьбу, так как не забыла взять средства от изжоги или ремнабор, а третий в момент грозы и ливня пускает для промокшей группы по кругу свою заначку с егермейстером... и впечатление от похода складывается прежде всего из этих искренних усилий простых участников, этой взаимной заботы о другом и о коллективе. После похода не нужна медаль, это не забег; не нужны поздравления, это не праздник; после похода люди смотрят друг на друга и разделяют между собой общее чувство товарищества и полученный совместный опыт - результат общего труда. Это ровно то, что недоступно ни за какие деньги мира.
P.S. Бонус - нарезка из видео с маршрута.
https://www.youtube.com/watch?v=OWQ9FtFd8SA