Мечи на границе. С 25-го дня месяца ворона по 12-й день месяца волка, 943 год песни Астарты
Выкладывая прошлые отчеты, я так увлёкса гибельной поездков обратнов Чернотопье, что забыл про последнюю вылазку в курган Старопогостья. Исправляюсь.
Шастр, сарти харат, чародей, 4-й уровень (Ransvind)
Заул, бользан, вор, 4-й уровень (Redrick)
А также жрица Кунерта, воительницы Бритва и Эхо, оруженосцы Авентиний и Эгиль, кони Барракуда, Касатка, Гребешок, Толстячок и Баюн.
25-й день месяца ворона
В утреннем тумане куда-то растворился Ансальдо. Шастр и Заул обдумали возможности поредевшего отряда, и приняли решение вновь двинуть к кургану.
Перед поездкой они забрали у кузнеца чудесный доспех из панциря гигантского скорпиона, в котором жрица Кунерта выглядела прямо-таки демонически. Узнали, что капитан Двидосма и его дозорные прибыли в Ранмарш и сопроводили в деревню сестру Адонию. Жрица успешно отвадила мышиных мумий от Старопогостья. У Заула состоялся довольно забавный разговор с капитаном Двидосмой и распорядителем Крассом… Наконец, из Чернотопья в Ранмарш прибыл курьер, который, не без помощи Заула, смог вручить отдыхающему в роще Шастру любопытное письмо от его товарища Ринато.
К вечеру отряд без приключений добрался до Старопогостья, где им были очень рады. Местные жители смогли вздохнуть спокойно, веря, что неведомые опасности из кургана остались позади.
26-й день месяца ворона
Всемером отправились к кургану. Наконец-то изучили каменные саркофаги на его вершине. Обнаружили тайник под плитой кургана - колодец, ведущий вниз: Шастр был почти уверен, что колодец ведет в “Залу Звёзд”. Заканчивался колодец люком, на котором светился магический символ. Шастр перерисовал его.
У “входа” в курган - прорытой каким-то чудовищем норы - группа услышала какой-то жуткий стон, доносящийся из глубины. Впрочем, больше он их не беспокоил.
Оставили Авентиния с целым табуном своих коней и спустились вглубь. Через залу “невест” выбрались в новую залу - здесь на каменных постаментах стояли глиняные кувшины, а вокруг них были разбросаны примитивные детские игрушки. Заул догадался, что в кувшинах лежат дети… Так и было - мумифицированные в черной минеральной смоле младенцы. Знак на каменной плите у входа в помещение гласил “нерожденные”.
Среди разваливающихся от прикосновения древних игрушек нашлись изящные фигурки животных из сердолика, малахита и гагата. Их отряд прихватил с собой. Как и мумифицированных детей: прах мумий был очень дорогим материальным компонентом.
Сила Астарты позволяла Кунерте отслеживать перемещение зловещих стай мышиных мумий. Отряд обнаружил ещё одно помещение: Кунерта почувствовала присутствие трех мышиных стай… Но Шастр именно отсюда чувствовал сильную магическую ауру. Опасаясь входить внутрь, решили бросить в комнату факел. Здесь находилась большая погребальная ладья из тростника, покрытая минеральной смолой… Именно от сложенных на ней сокровищ и исходила аура магии. Факел упал в метре от ладьи - отряду очередной раз повезло, она могла вспыхнуть от малейшей искры.
Заул наотрез отказался входить: он считал, что три мышиных стаи, обладающие даром колдовства, легко бы разделались с их маленьким отрядом. Шастр настаивал, что у них есть шансы. Группа всё-таки отступила, Заул вернулся к Авентинию, а остальные решили покопаться в груде старого оружия, оставленной на верхнем ярусе кургана.
Среди испорченных копий и топоров тысячелетней давности Шастр обнаружил старинный клинок из гепатизона - необычного сплава, называемого “черной бронзой”. Бритва взяла его себе, а Эхо прихватила удивительным образом сохранившийся лук.
Вернулись в Старопогостье.
27-й день месяца ворона
Восстановив силы, вновь прибыли к кургану.
В этот раз Кунерта почувствовала в комнате только одну ауру мышиной стаи, и было решено ворваться и покончить с тварями. Так и вышло: ворвавшийся в комнату отряд забросал мумифицированных грызунов горящим маслом, стая вспыхнула…
Вновь героям повезло: паникующие из-за огня мышиные мумии бросились к выходу из помещения, а не врассыпную, и горящие мышки не подпалили полную драгоценностей ладью.
С мышами расправились. Надпись на “пояснительной плите” в этой зале гласила, что здесь покоится Кефала, Покоритель Штормов, возлюбленный враг Хаграля. “Не было никого, о ком были мысли мои столь часто, сколь о тебе. Пусть наше соперничество продолжится и после смерти”... Впрочем, эта мужская романтика ни капли не заботила расхитителей гробниц.
В ладье оказалось немало ценностей. Золотое украшение, жемчуг, наконечник копья из нефрита, и многое другое. Магическая аура исходила от изящного бирюзового меча, который выглядел так, словно его сделали из стекла. Прикоснувшись к рукояти, Заул почувствовал, что в мече заключена мощь молнии, и Заул может её выпустить.
Тем временем Кунерта следила за ещё одной злобной аурой, которая находилась на уровень выше отряда. Но мышиная стая внезапно нашла способ спуститься вниз, более того, она стремительно приближалась к группе.
Мыши забрались в тело одного из подельников Бритвы, а затем наложили на него заклятие невидимости. Впрочем, наполненная мумиями туша показалась отряду сразу, как увидела их. Руки “мертвой марионетки” сложили магические знаки, мышиный хор прочел заклятие, и с пальцев мертвеца сорвались сразу три сгустка кипящей смолы. Удар пришелся на Кунерту, и она стойко его выдержала.
Готовый к такому развитию событий Заул тут же принялся использовать зачарованный талисман, купленный у старосты Лины. Как только он закончил зашивать рот сушеной рыбе, область Тишины окружила мышиную стаю - теперь они не могли применять колдовство. Воины обступили труп, чтобы разделаться с ним.
Но мыши тут же покинули свою защитную оболочку. Мертвое тело упало, а целая волна мышей набросилась на бедную Эхо.
Девушку жрали живьем, как и её брата, не так давно погибшего здесь…
Эхо каталась по полу, чтобы сбросить ужасных созданий, а отряд пытался их давить: бестолку. Чтобы помочь Эхо молитвой, её выволокли из области Тишины, и коридоры кургана наполнились её воплями. Они пытались срывать мышей с Эхо, но быстро поняли, что она быстрее умрет, чем они смогут её спасти таким образом.
В агонии и ужасе Эхо крикнула: “Сожгите их!”
Стиснув зубы, Заул дал команду - и к своему ужасу Эхо увидела, как её поливают маслом…
Шастр в этот момент сообразил, что мышей можно было отпугнуть и просто факелом (ведь они панически боялись огня!), но было уже поздно: покрытую маслом девушку подпалили. Вопли, запах паленой крови, и мыши, в ужасе бросившиеся прочь с горящего тела.
И…
Чудом, Эхо осталась жива. Пока одни её товарищи всеми силами тушили девушку, остальные отчаянно лупили подпаленными факелами по паникующей стае мышей.
Я правда не знаю, как им всё время удается выживать…
Ошеломленные, они поспешили вернуться на поверхность.
В деревне их сегодня снова встречали как героев.
28-й день месяца ворона
Отдыхали.
29-й день месяца ворона
Вернулись в Ранмарш. Ужинали с Линой. Заул любезно предоставил ей для изучения найденный волшебный меч Кефалы. А Шастр оставил для неё “тайный” подарок в библиотеке: книгу заклинаний, взятую с тела его товарища, храброго Брюгге.
В той же библиотеке обнаружили интригующий свиток, посвященный Дорожному Духу: отряд узнал, как призвать этого духа, чтобы тот “помог найти то, что ты никогда не нашел бы сам”. Герои тут же оценили открывающиеся им перспективы: вдруг этот дух способен привести их к легендарному чародею Малигрису. Или какому-нибудь не менее легендарному сокровищу. Ценная находка!
Загвоздка заключалась в том, что призвать духа можно было только в полдень, за день до новолуния (т.е. в последний день месяца). А сегодня был как раз последний день месяца Ворона. Какая ирония.
С 1-го по 12-й день месяца волка, 943 год песни Астарты
Наша кампания разделилась на два параллельных процесса – в одной ветке я (Рэд) играю у Бориса в Бользе, в другой – остальная партия вернулась ко мне в Чернотопье. Чтобы различать место действия, оно будет указано в заголовках.
Заул, вор, 4-й уровень (Redrick)
И его наёмники – воительницы Эхо и Бритва, оруженосец Эгиль, кони Баюн и Толстячок.
1-й день месяца волка
Заул уже давно собирался посетить столицу Бользы, и сейчас, когда в их экспедициях наметился перерыв, настало самое подходящее время. Он уже собирался отправится в путь, когда его внимание привлtкло оживление в деревне. Оказалось, что охотник за головами привёз в Ренмарш голову старого знакомца – одного из контрабандистов, которым Заул когда-то помог сбежать из клеток. После недавних событий на постоялом дворе, участниками которых были товарищи Заула, жители деревни встречали его не очень-то приветливо, так что он позволил себе маленькую месть – подкинул в толпу шляпку гриба с удушающими спорами, а когда она взорвалась, убедил местных, что это месть грибных людей за недавние рейды.
Путешествие в Бользар не задалось в первый же день. Покинув Ремарш, на тракте Заул со своими людьми повстречал вельдов-разбойников. Те были на конях и с длинными луками, и значительно превосходили числом и мобильностью его небольшой отряд. Сторговаться с вожаком вельдов не вышло. Заул уже собирался подороже продать свою жизнь, но его конь, Баюн, решил по-своему – он был не обучен вести бой и запаниковал, унося седока. Вельды первым же залпом убили Бритву и Эгиля. Эхо ударила Толстячка, на котором были все их сокровища, по крупу, направляя его за Баюном. Заул подхватил поводья второго коня. Увидев, что Эхо осталась одна, он закричал «Все богатства здесь – а теперь попробуйте меня догнать!». Большая часть вельдов поскакала за ним. Правда, вряд ли это могло помочь Эхо, которая осталась наедине с вожаком и ещё двумя… Как проклинал себя Заул за то, что оставил найденный недавно меч с заклинанием молнии Лине в Ренмарше для изучения! Будь с ним эта штучка, всё могло бы пройти совершенно иначе.
От погони он ушёл. Вернулся в Ренмарш, надеясь, что Эхо каким-то чудом выпутается. К счастью, так и случилось.
Со 2-го по 5-й день месяца волка
Эхо пешком вернулась в Ренмарш. Заул ждал её в лагере погонщиков перед деревней. Вельды пощадили соплеменницу и даже не отобрали её вещи. В плане сокровищ они легко отделались – потеряли всего один мешок с монетами, едва ли треть от общей суммы. Но было чертовски жалко Эгиля и Бритву – хотя резкие перепады настроений последней и вызывали тревогу Заула.
Так или иначе, он не привык легко отказываться от своих планов, поэтому забрал необычный меч с заточённой внутри молнией у Лины, нашёл в «Сероглазке» ещё одну спутницу, Салмею – Заулу чертовски повезло, та владела колдовством – и снова отправился в путь, на этот раз вместе с небольшим караваном.
Караван прошёл через Залесье, Ринмур и подошёл к форту Дун-Адор («Громовой перевал», хах. Спасибо, что не Грозовой, хотя из Заула вполне вышел байронический герой…), охранявшему вход в ведущее к расположенной в горах столице ущелье. Отсюда в предгорьях к югу виднелось озеро, на котором маячили шпили башен. Заул ничего не слышал о городах в той стороне и поинтересовался у караванщиков, что это за место. Оказалось, что это – Русалочье озеро, а шпили – заброшенный город, по слухам, населённый призраками, что выходят иногда на охоту. Охранник каравана сказал, что город был проклят ещё Первым королём, и посоветовал туда не лезть. Познания Заула в истории Бользы оставляли желать лучшего, и никакого Первого короля он не знал. А вот совет «не соваться» был воспринят ровно наоборот, как и следовало ожидать от любого порядочного приключенца…
6-й день месяца волка
Миновав форт, пострадавший от землетрясения и ожидающий строительных материалов, что доставляли по реке в Ренмарш и оттуда по суше, ещё через день караван прибыл в Бользар.
И здесь обнаружился пренепреятнейший для Заула факт – стражники на городских воротах внимательнейшим образом осматривали входящих и выходящих на предмет драгоценных металлов, самоцветов и других сокровищ, и вели им учёт. Контрабандный серебряный слиток с клеймом мог бы прожечь ему дыру в заплечном мешке. Заул спрятал его под своими кожаными доспехами. К счастью, ему помогло рекомендательное письмо к благородной семье, которое он получил от Рины. Его толком и не обыскивали, а вот седельные сумы осмотрели. Пришлось получить ярлык на добытый в кургане кубок из человеческого черепа, украшенный драгоценными камнями. Писарь даже глазом не моргнув, увидев такой специфический предмет.
На привратной площади Заула встретил мужчина, в котором, приглядевшись, наш герой опознал Базлума, главаря контрабандистов, шайку которого он освободил. Базлум был удивлён пунктуальностью Серого Лиса (под этим именем знал Заула) – расставаясь, они договорились встретиться в столице примерно через месяц. Так или иначе, у Базлума была работёнка. Заул пообещал подумать и найти контрабандиста завтра.
Вместе со спутницами он устроился на постой в Лунном квартале города, где обитали выходцы из Халцедонового королевства, выдавая себя за их соотечественника из благородной семьи («Моя мать была бользанкой, а отец – халцедонцем» - говорил он, объясняя характерную бользанскую внешность и отсутствие всякого акцента).
На постоялом дворе, «Подлунном», было очень шумно – там гуляли всю ночь напролёт. Заул услышал новости про взорвавшийся в городе особняк алхимика, в котором после взрыва творилось нечто явно колдовской природы, и про экспедицию, вернувшуюся из южных солончаков, и на том отправился спать.
7-й день месяца волка
Заул отыскал Базлума и выслушал его предложение. Предложение было простым – ограбить здешних контрабандистов, к которым у него, очевидно, были какие-то счёты. Заул был не против в этом поучаствовать (Базлум обещал богатую добычу), но его сдерживали другие дела. Впрочем, Базлум никуда не спешил и был готов подождать.
Одной из целей, с которыми Заул ехал в Бользар, было получить консультацию у одного из опытных астрологов по поводу схемы в звёздном зале, обнаруженным ими под курганом. Этим он и занялся.
Выяснилось, что схема из кургана изображает точную дату, когда над плитой в зале пройдёт луна. Через колодец в потолке её лучи должны лечь на плиту, и тогда та «откроет свои тайны». Правда, эта дата наступит нескоро – 27-го дня месяца рыси в 967 году Песни Астарты, то есть через 24 года. Воры столько не живут. Однако астролог дал ему совет по поводу того, как можно… сократить ожидание.
За консультацию пришлось заплатить 150 монет, но Заул решил, что дело стоит того – здешние астрологи были невероятно богаты, и он сумел попасть в их обитель, чтобы провести предварительную разведку внутри и снаружи. Обитель астрологов, особняк благородной семьи Саркава, выглядела созревшим для ограбления, налитым спелым фруктом, под тяжестью которого прогибается ветка городской улицы.
Естественно, Заул не собирался грабить семью Саркава прямо сейчас, после своего визита – это могло сделать его подозреваемым и бросить тень на Лину, которая написала рекомендательное письмо.
Набрасывая в уме план будущего ограбления, он принялся решать другую проблему – а именно, как покинуть город с награбленным, если стражники на воротах проводят тщательный обыск. Проблема решалась легко – ночным преодолением городской стены, скажем так, в несанкционированном месте. Этой же ночью Заул поставил эксперимент и выяснил, что вполне способен перелезть через стену под носом у стражников и забраться обратно в город – правда, один раз он довольно болезненно сорвался, но это были пустяки.
С 8-го по 12-й день месяца волка
Заул решил возвращаться к товарищам в Ренмарш. Он сообщил об этом обстоятельстве Базлуму, но тот, казалось, совсем не тревожился – его план не зависел от времени, а наличие в команде опытного колдуна вроде Шастра могло серьёзно увеличить шансы на успех.
Заул дождался нового попутного каравана и вместе со спутницами отправился в обратную дорогу. 12-го числа он добрался в Ренмарш без происшествий – лишь затем, чтобы узнать, что Шастр и Ансальдо сели на идущее в Чернотопье речное судно.
Честно говоря, я бы не возвращался в Ренмарш вовсе, но остальные игроки решили вернуться в Чернотопье только в субботу, после того, как состоялась эта игра. Особенности со-дмства, что поделать…