Ник Хорт. ЖАЖДУЩИЙ КЛИНОК

Топор Эргута глубоко вонзился в зигмарит и голова врага отлетела прочь. Зал осветила вспышка аметистовой молнии, ударившей снизу вверх, прямо в потолок. Когда молния рассеялась, в храме осталось только двое. Приносящий Смерть оглядел огромный храмовой зал, заполненный грудами изломанных и изрубленнных трупов, а затем остановил взгляд на последнего оставшегося врага. Это был рыцарь в сверкающих доспехах, воплощавший в своей гордости и славе всё, чем не являлся Приносящий Смерть. Среди трупов, усеивавших пол храма, лежал Макор, его горло было перерублено а из ран на груди текла кровь. Эргут был впечатлён. Сразить одного из кхорнитских жрецов бойни было проще на словах, нежели на деле, особенно столь же смертоносного, как старый Макор. Кхорнит поднял двуручный топор в издевательском приветствии.

Рыцарь выступил вперёд, вращая в одной руке свой длинный меч. В другой руке рыцарь держал щит, несущий изображение пылающей кометы. Броня его была черна как ночь, а шлем был украшен белым плюмажем. Эргут задрожал от превкушения. Да, это будет славное убийство!

- Не ведаешь ты, куда идёшь, - проговорил рыцарь, резко остановившись посредине зала. Здесь в пол были воткнуты четыре длинных меча с пылающими рунами, выбитыми на золотых гардах.

- Моё племя терзало эти земли целый сезон и даже больше, - прорычал Эргут, кружа подобно волку, - И много раз мы бывали в окрестностях этого храма. Много раз мы мы присматривались к горному перевалу и замечали только снег, камни и кровь. Что вы тут прячете, недоумки? Какой подлой магией вы нам морочите головы?!

- Нет сокровищ в бездне, - предупредил рыцарь голосом, подобным перестуку костей, похожим на каркающий хрип умирающего. - Только забвение. Только погибель…

- Плевать я хотел на твои блестящие побрякушки, - захохотал Эргут. - Я сюда не грабить пришёл, а убивать! Моей добычей будет твой череп!

Эргут бросился вперёд. Без предупреждений. Без кличей. Импульс чистой ярости молниеносно протащил его по мозаичному полу. Топор кхорнита ударил наискось. Будь чёрный рыцарь чуть медленней, и лезвие рассекло бы его пополам. Но в последний миг рыцарь увернулся и топор Приносящего Смерть только срезал плюмаж. Воин Зигмара в ответ ударил щитом, врезав его рельефную поверзность в бок Эргуту.

Приносящий Смерть почувствовал треск ломающихся костей, но в его полыхающем разуме этот отдалось только слабым эхом. Кхорнит ударил снова, вложив в замах всю силу. Со звуком, подобным звону колокола, лезвие врезалось в щит. Рыцарь попятился назад. Символ пылающей кометы на щите был перечёркнут глубокой зарубиной. Эргут пригнулся и атаковал рогами, как бык. Двойные рога, изгибавшиеся на черепе кхорнита, врезались в рыцаря. Приносящий Смерть почувствовал, как лицо залило струёй крови. А левую часть его груди пронзила убийственная боль, подобная огню.

Два воина отшатнулись друг от друга, тяжело дыша и осторожно ощупывая кровавые раны. Эргут пробил своими рогами шлем рыцаря и из пробоя текла ручьём кровь. А рыцарь проломил своим мечом рёбра Приносящего Смерть. Наверное, это была смертельная рана, но Эргуту было всё равно.

- От моего ли клинка, или иным образом, - произнёс чёрный рыцарь, - сей же ночью ты погибнешь.

- Великий Кхорн будет хохотать, когда я выдеру тебе спинной хребет! - проскрежетал Приносящий Смерть.

Под кхорнитом и рыцарем затряслась земля. С потолка полетели ломающиеся камни и пыль, а мечи с рунами засветились. Комнату пронзил луч света. Внезапно в нишах на стене вспыхнуло багровое пламя. Затем раздался звук, похожий на удар в барабан, отдавшийся глубоко в костях Эргута. Дикарь почуял голод — беспредельный и всепожирающий, столь могущественный, что от давления в голове между пилообразными зубами потекла кровь. Кхорнит зарычал и потряс головой, пытаясь избавиться от морока.

Минутная заминка почти стоила ему жизни. Чёрный рыцарь стал наступать, ловко фехтуя мечом, а щит воина отражал все удары, которыми Эргут пытался парировать. Связанный Кровью пытался отступать, пытался увеличить дистанцию настолько, чтобы можно было пустить в ход огромный топор, но продвижение рыцаря было неумолимым. Своим мечом рыцарь отвёл топор кхорнита вниз, а затем врезал щитом, выбив оружие из лапы Эргута. Со стуком и звоном тяжёлое оружие упало на мозаичный пол.

Вернуть оружие не было никакой возможности, но рыцарь продолжал наступать, готовясь нанести решающий и смертельный удар. В отчаянии Эргут озирался вокруг, ища хоть что-то, что угодно, чем он мог бы одолеть врага. Заметив четвре золотых меча, воткнутых в пол храма, Связанный Кровью схватил рукоять и гарду ближайшего из клинков и вырвал из пола.

Зал сотрясся ещё один раз. На сей раз сотрясение было куда сильней и длительней. Нежели в прошлый раз. Эргут на манер копья метнул меч и рыцарь едва-едва успел парировать удар. Дикарь потянулся за вторым мечом, вырвал его и так же метнул в рыцаря. На сей раз воин был слишком медлителен и клинок глубоко засел в бедре. Грозорождённый, шипя от боли, рухнул на колени.

Эргут триумфально зарычал и схватил оставшиеся два меча. Едва только он вырвал их из пола, храм сотряло третье и самое сильное землетрясение. Руны на гардах мечей потускнели и пол под Приносящим Смерть пошёл всё расширяющейся трещиной.

- Не ведаешь ты, что сотворил, - прохрипел чёрный рыцарь, силясь подняться на ноги.

- Плевать я хотел! - рассмеялся Эргут, взмахнув мечами.

Рыцарь наконец встал, отбросил щит и, свободной рукой, стащил с себя шлем. У воина было бледное, туго обтянутое кожей лицо, жуткое, как у пролежавшего месяц трупа. Только глаза Грозорождённого светились силой. Это были два аметистовых омута, чересчур пристально уставившиеся на Приносящего Смерть.

- Ну, что ж, - прошептал воин. Рыцарь отбросил шлем и взялся за меч двумя руками. - Присоединись ко мне в забвении, глупец…

Первый из ударов Эргута рыцарь отвёл, но Приносящий Смерть отбил меч рыцаря и ударил своим вторым клинком. Клинок обошёл защиту рыцаря и погрузился в его сердце. Рыцарь в чёрных доспехах рухнул на колени на кромке медленно раскрывавшейся бездны. Изо рта потекла кровь. Эргут взглянул в глаза Грозорождённого, упиваясь его болью и будоражащим металлическим ароматом крови. Затем ударил ботинком в грудь рыцаря и обмякшее тело полетело во тьму, по пути превратившись в аметистовую молнию.

Эргут заглянул в бездну. Дикарь увидел, что под ним, на самом деле, не было бездонного провала. Вместо этого вниз вели обсидиановые ступени, а в самом низу кхорнит мог различить серебряную искру.

Связанный Кровью спустился вниз, по-прежнему держа два золотых меча. Сама лестница была довольно короткой, но Эргуту показалось, будто он шёл несколько дней. Обернувшись назад, он понял, что уже не видит небо над странным храмом. Вокруг была только тьма, настоящий саван непроглядной черноты. Но Эргут продолжил идти вперёд, подчиняясь необъяснимой, но необоримой тяге.

Наконец, он достиг источника искры света. Это был простой клинок, без украшений, но так искусно выкованный, что казался серебристой искрой. Он висел в воздухе остриём вниз.

Почти не осознавая, что он делает, Связанный Кровью отбросил свои мечи. Но звука клацанья металла по каменному полу не было. Посмотрев под поги, Приносяций Смерть понял, что под ним не было и лестницы — только бесконечная тьма, простиравшаяся во все стороны. Сердце в груди кхорнита грохотало как молот.

Эргут потянулся к серебряному мечу. Пальцы огладили холодный металл.

НАКОНЕЦ-ТО!

Слова эти раздались в разуме Эргута подобно оглушительному грому. Тело скрючилось в припадке, руки и ноги онемели. Кхорнит заревел от гнева и так сильно напрягся, пытаясь освободиться, что в глазах лопнули сосуды. Но, как бы он ни старался, Эргут не мог пошевелиться. Из глаз, носа и рта потекли струйки крови.

Тело охватила жуткая боль, как будто кто-то влил в вены жидкую лаву. Дикарь заревел от бессильной ярости. Нет! Только не это! Это не смерть, приличествующая воину!

Эргут, возвышенный Приносящий Смерть Кровавого Прилива, был вырван из своего тела. Его сознание, не более, чем комок эктоплазмы, было втянуто в серебряный клинок и пожрано. Сущность кхорнита была впитана в хор мучающихся — тысячи и тысячи пойманных в ловушку душ, вопящих от бесконечного ужаса и кошмара. Мир исказился и то, что ещё оставалось от Эргута, уставилось на хищный оскал… своего собственного лица. Глаза его, когда-то пылавшие яростным огнём, теперь были провалами абсолютной тьмы. В последний момент своего угасавшего разума Эргут осознал, что смотрит на себя из клинка серебряного меча.

Существо, облачившееся в тело Приносящего Смерть, ухмыльнулось, показав ряд жёлтых клыков. Изо рта, по изрезанным губам потекла чёрная слизь. Существо приблизило меч к себе и Эргут заглянул в эти непроглядно-чёрные глаза, чувствуя только пустоту и неописуемую злобу.

- Не бойся, смертный, - сказало существо, говоря губами Эргута, но чужим голосом. - Думаю, что ты заслужил награду за то, что освободил меня. Я буду носить твою кожу… по крайней мере, какое-то время…

Голос Эргута Приносящего Смерть присоединился к хору призрачных голосов.