Коллективизация Горьковского края на основании материалов Центральной государственной комиссии по определению урожайности и размеров валового сбора

В основу нашего исследования легли материалы Центральной государственной комиссии по определению урожайности и размеров валового сбора. Она была образована постановлением СНК СССР от 17 декабря 1932 г. в целях правильного определения размеров посевных площадей, урожая и валового сбора зерновых культур и подсолнуха по различным регионам СССР и стране в целом. Основная задача комиссии, поставленная перед ней в Постановлении СНК СССР и ЦК ВКП(б), — «по-боевому развернуть свою работу в целях скорейшего определения правильных размеров урожайности и решительного отпора всякого рода местническим, антигосударственным попыткам к сокрытию урожая, кем бы эти антигосударственные попытки ни допускались, решительно отбросив при этом как замечавшееся ранее стремление подменять деловую работу «изучением общей обстановки», так и имевшее место загромождение межрайонных госкомиссий не связанной с делом канцелярско-статистической работой» [1]. Для осуществления этой задачи Центральной комиссией создавалась сеть местных органов, ее председателем стал В.В. Осинский — заместитель Председателя Госплана СССР. К 1933 году деятельность комиссии достигла таких масштабов, что силами 40-45 тыс. сотрудников было обследовано уже более 19000 колхозов и совхозов [2, л.25]*. Данный государственный орган просуществовала вплоть до 1937 года и был упразднен постановлением СНК СССР от 25 марта 1937 г. с передачей своих функций Центральному управлению народнохозяйственного учета при Госплане СССР и Наркомзему СССР [1].

Необходимо отметить, что Горьковский край в начале 1930-х гг. значительно отличался от современной Нижегородской области. В него входили районы сегодняшних Кировской и Ивановских областей, а также несколько автономий (Вотская (впоследствии Удмуртская) и Марийская автономные области, Чувашская АССР).

Стоит упомянуть и о некоторых лакунах в исследовании. К сожалению, часть районов Горьковского края не была охвачена проверкой комиссии, и о них нет информации. Это в первую очередь касается территорий, где в 1930 году совхозов еще не было. В некоторых районах они могли быть упразднены, поэтому невозможно точно определить, где были совхозы, а где нет. К таким районам относятся Уренский [3, л.4], Краснобаковский [3, л.6], Ковернинский [3, л.7], Воскресенский [3, л.8], Семеновский [3, л.9], Кикнурский [3, л.15], Шарангский [3, л.16], Даровский [3, л.20], Шабалинский [3, л.23], Шарьинский [3, л.26], Вознесенский [3, л.34], Первомайский [3, л.35], Богородский 2-й [3, л.37], Унинский [3, л.38], Немский [3, л.39], Сунский [3, л.41], Кильмезский [3, л.42], Вятскополянский [3, л.43], Уржумский [3, л.45], Кайский [3, л.47], Омутнинский [3, л.49], Зюздинский [3, л.50], Мурашкинский [3, л.51], Верховинский [3, л.52], Просницкий [3, л.55], Фаленский [3, л.59], Сергачский [3, л.63], Курмышский [3, л.64], Ляховский [3, л.71], Фоминский [3, л.80] и Вачский [3, л.86]. Также есть районы, где отсутствует статистика по колхозам и единоличникам, но имеется информация о посевных площадях; соответственно там нет данных об урожайности и валовом сборе. Это Вотская и Марийская АО.

Ещё одно необходимое упрощение в нашей работе — это учёт валового сбора всех видов выращиваемых культур, что позволяет не учитывать изменение процента посевных площадей под определённую культуру от года к году.

Данные по населению изучаемой местности на 1 января 1933 года взяты нами из карты Горьковского края этого же года. Изменение соотношения городского и сельского населения рассчитано нами, отталкиваясь от статистических данных по населению городов.

Еще один необходимый аспект нашего исследования — это спецпереселенцы. Сведения о тех, кого выселили из Горьковского края, удалось найти в нескольких документах: в справке ОГПУ за 1930-1931 гг. [4, л.2], справке наркома Г. Ягоды на имя Сталина [5, л.93] и расчетах В. Земскова [6, с.8]. В первом источнике сообщается о 42 765 переселенцах, однако 6316 человек из этого количества было переселено непосредственно внутри края [4, л.3]. Следовательно, спецпереселенцев, выдворенных за пределы Горьковского края, насчитывалось 36 449 человек. В то же время в записке Г. Ягоды на имя Сталина сообщается о 1 158 986 спецпереселенцах, вывезенных из своих краёв и областей. Эта цифра расходится с данными из справки ОГПУ на 10 736 человек или на 0,92%. Следовательно, экстраполируя эти данные на ситуацию с Горьковским краем, получаем, что, согласно данным Г. Ягоды, количество выселенных из Нижегородского края составило 36 114 человек. И, по расчётам В. Земскова, в 1932 году в целом по СССР было выселено ещё около 300 000 человек [6, с.8]. Допуская обобщение, что удельный вес горьковчан в целом не поменялся, мы получаем, что за 1932 год принудительно покинули край ещё 9 348 человек. В итоге мы можем оценить отток сельского населения на спецпоселение за пределы Горьковского края за период с 1930 по 1932 гг. в 45 462 — 45 797 человек.

Это главные лакуны и допущения, присутствующие в данной работе. Остальные аналогичные моменты носят более локальный характер, и мы затронем их в основном тексте исследования.

Обобщенные данные по всему Горьковскому краю.

1930 год.

1929 год в статье Сталина, опубликованной 7 ноября в газете «Правда», был объявлен годом «коренного перелома в развитии нашего земледелия». [7]. По всей стране в полную силу развернулась коллективизация. Предложенная Партией концепция предполагала добровольное объединение крестьян в колхозы, однако в ряде районов местные партийные руководства, движимые неверным пониманием политики Партии или же стремлением выслужиться и добиться наиболее передовых показателей, стали игнорировать это указание на добровольность. Зачастую крестьян насильно принуждали вступать в колхозы без их согласия, что вызывало недовольство, стачки и демонстрации в деревнях. В результате коллективизация в Нижегородском крае приобрела небывало высокие темпы, которые, увы, не соответствовали на тот момент настроениям большинства местных крестьян.

Тем не менее, коллективизация стремительно продолжала развиваться. Если в 1929 году было охвачено лишь 2,5% крестьянских хозяйств Горьковского края [8, с.159], то уже к 1 февраля 1930 года было коллективизировано 18% всех хозяйств, а к 1 марта — 48,6% [9, л.52].

Недовольства крестьян послужили толчком к выходу новой статьи Сталина, опубликованной 2 марта 1930 года в газете «Правда» под названием «Головокружение от успехов», в которой он подверг критике насильственную коллективизацию и подчеркнул право крестьян свободно выходить из колхозов. Это привело к массовому оттоку. Если 10 марта количество хозяйств в колхозах составляло 46,6%, то уже 20 апреля оно снизилось до 13,1% [9, л.52]. В итоге, к концу весны в колхозах осталось лишь 10,1% хозяйств [8, с.159].

Таким образом, из 1384100 хозяйств [10, л.41], на конец весны было коллективизировано только 139794. Несмотря на это, 1930 год стал годом большого урожая. В рассматриваемом исследовании это был лучший год по валовому сбору и урожайности.

С 1930 года начался массовый отток населения из деревень в города. Так в 1930 он составил 2,6 млн в 1931 4,1 млн, а в 1932 2,7 млн человек [11, лл.1-5]. Кроме того, начинались массовые высылки кулацких хозяйств, однако своего пика они достигнут уже в последующих годах.

1931 год

В 1931 году, после массового выхода крестьянских хозяйств из колхозов, наблюдался их значительный приток обратно. К концу весны процент коллективизации достиг 31,5 % [ 8, с. 159]. Этот процесс был обусловлен не столько насильственным возвращением в колхозы, сколько государственной политикой в отношении деревни, которая предоставляла более значительную поддержку коллективным хозяйствам по сравнению с индивидуальными. Применение метода «кнута и пряника» позволило вернуть значительную часть хозяйств, покинувших колхозы весной 1930 года.

Однако данный процесс сопровождался рядом серьёзных проблем. Массовый загон, выход и повторное возвращение крестьян в колхозы привели к значительным потерям рабочего времени, что негативно сказалось на сельскохозяйственных показателях в будущем. Кроме того, увеличилось количество организационных мероприятий, связанных с обработкой заявлений на выход и вход хозяйств в коллективные объединения.
В ответ на эти резкие изменения потребовалось перестроить структуру управления хозяйствами, систему снабжения и учёта. Уже в 1931 году возникли проблемы со снабжением колхозов. Ситуация осложнялась отсутствием в некоторых колхозах запасов зерна, что не позволяло обеспечить продовольствием как постоянных членов, так и вновь прибывших. Это привело к росту цен на продовольственные товары на базарных рынках. Данные факторы способствовали новым массовым выходам из колхозов. Так, с октября 1931 по февраль 1932 года количество вышедших из них хозяйств составило 34 677 единиц [7].

Эти процессы оказали влияние на снижение темпов коллективизации. Если в период с весны 1930 по весну 1931 года было коллективизировано 21,4 % хозяйств, то с весны 1931 по весну 1932 года этот показатель снизился до 10,3 %. Также наблюдалось сокращение посевных площадей. В 1930 году площадь посевов составляла 5 092 900 гектаров, а в 1931 году — лишь 4 976 614 гектаров [3]. В то же время отмечалось снижение урожайности в регионе, вызванное неблагоприятными природными условиями, которые продолжались и в 1932 году.
Следует отметить и резкое изменение демографической структуры. С 1929 года в Советском Союзе началась форсированная индустриализация, и Горьковский край не стал исключением. В городе Нижний Новгород (с 1932 года — Горький) строился промышленный гигант ГАЗ, на строительство которого привлекалось население из сельских районов. Одним из таких выходцев из деревни стал Александр Харитонович Бусыгин — первый стахановец и гордость нижегородской земли, родившийся в «глухой, лесной приветлужской деревне» [12, с. 6]. Также возникли новые промышленные районы, такие как Дзержинск (на базе бывших деревни Растяпино и рабочих селений Горбатовской волости) и Балахна (на базе деревни Першино и селений Балахнинского рабочего района) [13, с. 20, 63]. В результате, если на 1 января 1931 года сельское население Нижегородского края составляло 7 046 367 человек [14, с. 5], то к 1932 году его численность сократилась до 6 858 400 человек [15, с. 55].

В результате вышеперечисленных факторов в 1931 году валовой сбор зерновых сократился на 7 164 597 центнеров [3], без учёта районов, по которым отсутствуют данные о валовом сборе. В дальнейшем данная тема будет рассмотрена более подробно.

1932 год

Начиная с 1932 года, процесс колхозного строительства вступил в стадию "стабилизации". Низкий уровень коллективизации в предыдущем году позволил государству более плавно перейти к работе с колхозами, в отличие от предыдущего периода, когда сельское хозяйство СССР в значительной степени опиралось на частных земледельцев. В этот период наблюдалась интенсивная механизация аграрного сектора. Количество тракторов в крае увеличилось с 447 в 1930 году до 1804 в 1932, что привело к росту доли механической тяги с 0,73% до 3,5%. Число сеялок возросло с 24,2 тысяч до 30,1 тысяч [16, лл.29-30].

Эти изменения способствовали увеличению посевных площадей по сравнению с 1931 годом на 178 056 га и даже превзошли показатели 1930 года на 61 770 га, достигнув общей площади в 5 154 670 га [3].

Однако второй год подряд неблагоприятные климатические условия привели к снижению урожайности до 7,72 ц/га, что было ниже показателей 1931 года (7,85 ц/га) и 1930 года (7,97 ц/га). Тем не менее, благодаря расширению посевных площадей в 1932 году удалось собрать урожай в размере 36 375 312 ц, что превысило показатель 1931 года на 3 070 904 ц, но оказалось ниже уровня 1930 года на 3 907 504 ц. В результате за два года Горьковский край недополучил 10 885 912 ц зерновых, что составляет приблизительно 9,9% от общего валового сбора за 1930-1932 годы [3]. Более подробно эта проблема будет рассматриваться ниже.

Обобщенные данные без учета удельного веса колхозов, совхозов и единоличников.

1930 год.

Наихудшие показатели урожайности были зафиксированы в Первомайском районе, где с одного гектара собирали в среднем 5,53 ц/га [3,л.35]. Аналогичные результаты, не превышающие 6 ц/га, были отмечены и в Гагинском районе [3,л.29], а Вадский район демонстрировал урожайность на уровне 6,02 ц/га [3,л.66].

С другой стороны, наиболее высокие показатели урожайности наблюдались в Лебяжском районе, где были зафиксированы рекордные 12,76 ц/га [3,л.46]. В Пыщугском [3,л.25], Оричевском [3,л.18], Краснобаковском [3,л.6] и Ветлужском [3,л.5] районах урожайность составляла не менее 10 ц/га. Таким образом, в Горьковском крае разница в урожайности между районами могла достигать более чем двукратного значения.

Столь значительная разница обусловлена не только различиями в структуре посевных площадей, но и особенностями землеустройства и давности переделов земельных участков. Такие факторы значительно обременяли крестьян, снижая их производительность на сельскохозяйственных работах.

Для устранения разрыва в производительности между районами были сформированы отряды из 25 тысяч рабочих, известные как «двадцатипятитысячники». Они направлялись в наименее успешные районы для повышения их работоспособности и снижения разрыва с передовыми районами. Основными задачами отрядов являлись организация колхозного строительства, налаживание системы снабжения и проведение более эффективного перераспределения земельных участков [17, л.149].

Несмотря на развитое колхозное строительство, в 1930 году механизация сельскохозяйственных работ оставалась на низком уровне. Трудоспособность крестьян также была наименьшей среди всех рассматриваемых периодов.

Хотя 1930 год показал наилучшие результаты, они были обусловлены не столько административными мерами, сколько благоприятными погодными условиями, которые значительно ухудшились в последующие годы.

1931 год.

Посевные площади.

В 1931 году начался процесс реорганизации сельского хозяйства. Государство усилило поддержку коллективных хозяйств, что привело к снижению роли единоличников как в сфере сельскохозяйственного производства, так и в социальной структуре деревни. В результате в ряде районов Горьковского края наблюдалось значительное сокращение посевных площадей.

Наиболее существенно площадь посевов уменьшилась в Советском [3, л.11], Шарангском [3,л.16], Дзержинском [3,л.84] и Кайском [3,л.47] районах, где сокращение составило около четверти от первоначального уровня. В общей сложности снижение посевных площадей зафиксировано в 49 районах. В остальных же отмечался рост посевных площадей, что свидетельствует о позитивных результатах проведённых мероприятий по реорганизации сельскохозяйственного сектора. Среди наиболее успешных можно выделить Глуховской [3, л.35], Лебяжский [3,л.46] и Муромский [3,л.70] районы.

Важно отметить, что увеличение посевных площадей наблюдалось преимущественно в небольших районах, общая площадь которых в 1930 году составляла около 27% [3].

Урожайность.

В 1931 году наблюдалось снижение вариативности урожайности по различным районам. Ни один из них не продемонстрировал урожайность ниже 6 ц/га, однако наиболее успешные районы предыдущего года утратили свои позиции. Если в 1930 году урожайность более 10 ц/га была зафиксирована в пяти районах, то в 1931 этот показатель превысили лишь два, один из которых являлся новым — Кстовский[3,л.82].
Районы, сократившие посевную площадь, в основном продемонстрировали увеличение урожайности за счет уничтожения наименее рентабельных земель. Это подтверждается и тем, что в декабре 1931 года вышло постановление крайколхозсоюза о роспуске колхозов, не выполняющих своих обязательств по хлебозаготовкам [18, с.34-35]. Данная закономерность распространялась на весь регион. Из 41 района, показавшего рост урожайности, 23 одновременно сократили посевные площади, а ещё 10 увеличили посевные площади менее чем на 3% [3].

Таким образом, в 1931 году прирост урожайности был зафиксирован преимущественно в тех районах, где наблюдалось сокращение посевных площадей.

Валовый сбор.

Факторы, озвученные выше, сильно отразились на валовом сборе урожая. Лишь 37 районов смогли увеличить его по отношению к 1930 году. Из них 14 сократили свою посевную площадь. Лишь 23 из 39 районов, увеличивших свою площадь, смогли также увеличить и валовый сбор.

Вывод.

Политика аграрных преобразований в деревне характеризовалась неоднородностью. Кроме того, климатические изменения в Нижегородском крае оказали негативное влияние на сельское хозяйство. В результате 24 административных района не смогли сохранить прежний уровень урожайности и посевных площадей.

Некоторые районы приняли решение повысить урожайность за счёт ликвидации низкопродуктивных земельных участков и реорганизации неэффективных колхозов. В 23 районах эта стратегия была успешно реализована. Другие же предпочли увеличить посевные площади для повышения общего объёма валового сбора. Это стало возможным благодаря внедрению механизации в сельскохозяйственное производство. Однако, такая стратегия привела к снижению средней урожайности. Основное внимание было сосредоточено на расширении пахотных земель, в то время как затраты на их обработку и уход были снижены. В результате из 39 районов, увеличивших посевные площади, только 18 смогли одновременно повысить урожайность.

Тем не менее, существовали и передовики, которые успешно увеличили как посевные площади, так и урожайность. В их число входят Котельнический[3, л.21], Черновский[3, л.22], Гагинский[3, л.29], Починковский[3, л.30], Большеболдинский[3, л.31], Теплостанский[3, л.32], Глуховской[3, л.33], Богородский 2-й[3, л.37], Сунский[3, л.41], Верховинский[3, л.52], Муромский[3, л.70], Ляховский[3, л.71], Большемурашкинский[3, л.74], Воротынский[3, л.76], Работницкий[3, л.77] и Борский[3, л.81] районы.

1932 год.

Посевная площадь.

В 1932 году наблюдалось относительное постоянство в количестве коллективизированных хозяйств при одновременном повышении производительности крестьянского труда. Несмотря на сокращение численности сельского населения на 3362 человека [19], площадь посевов увеличилась на 178 056 гектаров. Это стало как результатом замедления темпов коллективизации (если весной 1932 года коллективизировано было 41,8% хозяйств [8, с.159], то к 30 декабря 1932 года этот показатель достиг 45,1% [16, лл.29-30]), так и снижением административных затрат и активной механизации сельского хозяйства. В результате количество распускающихся колхозов заметно сократилось.

За 1932 год расширение посевных площадей произошло в 72 из 87 районов. В Ковернинском [3, л.7], Семеновском [3 л.9] и Советском [3, л.11] районах посевные площади увеличились на 20–30%. Однако в Глуховском [3, л.33] и Борском [3, л.81] наблюдалось снижение посевных площадей примерно на 18%. В первом районе это было связано с ликвидацией менее плодородных земель, что позволило повысить урожайность, а во втором скорее всего, было обусловлено административными просчетами, не позволившими эффективно использовать земли, распаханные в 1931 году.

Аналогичная ситуация наблюдалась в Богородском 2-м [3, л.37], Фаленском [3, л.59], Ляховском [3, л.71] и Борском [3, л.81] районах, где после увеличения посевных площадей в 1931 году произошло их снижение в 1932. Во всех районах, кроме Глуховского, сокращение распашки не привело к увеличению урожайности.

Таким образом, в 1932 году практически все районы Горьковского края увеличили площадь посевов. Если в 1931 году проводилась работа по ликвидации менее разработанных земель, то в 1932 основной акцент был сделан на их расширение.

Урожайность.

Переходя к анализу динамики урожайности, следует отметить, что наблюдаемое значительное снижение, которое более чем в два раза ускорилось по сравнению с 1931 годом, частично обусловлено увеличением посевных площадей. Это подтверждается тем, что в 52 из 63 районов, где зафиксировано снижение урожайности, наблюдалось увеличение распашки.

В 1932 году в двух районах урожайность незначительно превышала 10 ц/га, при этом в девяти она опустилась ниже 6 ц/га. Абсолютный минимум был зафиксирован в Первомайском районе — 3,88 ц/га [3, л.35]. Несмотря на увеличение посевных площадей на 5,5%, что не оказало значительного влияния на общую урожайность, основными факторами снижения урожайности в Первомайском районе стали неправильное ведение сельскохозяйственной деятельности и неблагоприятные природные условия, которые оказали негативное воздействие на урожайность по всему Горьковскому краю.

Валовый сбор.

В 1932 году только 39 районов превысили показатели урожайности, зафиксированные в 1931 году. Тем не менее, общий объем собранного урожая увеличился. Следует отметить, что в ряде районов данные о посевных площадях были учтены, в то время как информация о сборе зерновых культур отсутствовала. Таким образом, фактический разрыв между урожайностью двух лет может быть менее значительным, чем представляется на первый взгляд.

Для оценки приблизительных объемов собранного урожая была применена методика экстраполяции средней урожайности с учтенных площадей на территории, по которым данные отсутствуют. В результате расчетов было установлено, что в 1930 году было собрано 40 590 413 ц зерновых, в 1931 — 39 066 420 ц, а в 1932 — 39 794 052 ц [3].

Подводя итоги, можно констатировать, что в 1932 году большинство районов устранили некоторые ошибки, допущенные в предыдущем году. Однако неблагоприятные природные условия не позволили достичь значительного увеличения валового сбора зерновых культур.

Вывод.

В 1932 году, как и в 1931, не были полностью устранены ключевые недостатки в управленческой деятельности, что привело к ухудшению ряда показателей. Однако в результате ежегодных обследований, кадровых перестановок в партийных органах и дисциплинарных мер, принятых бюро Крайкома, ряд районов пересмотрели свою политику [18, с.40-41].

В итоге в 1932 году осталось только 11 районов, которые продемонстрировали снижение как посевных площадей, так и урожайности (в предыдущем году таких районов было 24). Это свидетельствует об улучшении ситуации в целом. По сравнению с 1930 годом, количество районов, чьи результаты в 1932 оказались ниже как по урожайности, так и по посевным площадям, сократилось до 18.

50 районов показали рост показателей либо по урожайности, либо по посевным площадям. Большинство из них увеличили только посевные площади, поскольку урожайность в Горьковском крае в этот период снижалась. Однако 9 районов (Воскресенский [3, л.8], Советский [3, л.11], Яранский [3, л.13], Пижанский[3, л.14], Шарангский[3, л.16], Нолинский[3, л.40], Вадский[3, л.66], Спасский[3, л.75], Кстовский[3, л.82]) продемонстрировали рост урожайности при одновременном снижении посевных площадей.

Наконец, существует группа передовых районов, которые увеличили как посевные площади, так и урожайность по сравнению с 1930 годом. К ним относятся: Чувашская А.О. [3, л.2], Кикнурский[3, л.15], Гагинский[3, л.29], Починковский [3, л.30], Большеболдинский [3, л.31], Теплостанскому [3, л.32], Глуховской [3, л.33], Шатковскому [3, л.36], Ушинскому [3, л.38], Зюздинскому [3, л.50], Татарскому [3, л.60], Сергачскому [3, л.63], Курмышскому [3, л.64], Выксунскому [3, л.67], Кулебакскому [3, л.68], Дальнеконстантиновскому [3, л.73], Работницкому [3, л.77], Лысковскому [3, л.78] районы.

Эти достижения являются результатом как работы над ошибками, допущенными в 1931 году, так и систематической эффективной деятельности самих районов. Следует отметить, что лишь Шатковский [3, л.36] и Ушинский [3, л.38] районы показывали снижение как по урожайности, так и по посевным площадям на протяжении двух лет подряд. Остальные хотя бы в одном из показателей, достигли улучшения. Среди них можно выделить 6 районов (Гагинский [3, л.29], Починковский [3, л.30], Большеболдинский [3, л.31], Теплостанский [3, л.32],Глуховской [3, л.33], Работницкий [3, л.77]), которые последовательно демонстрируют рост всех ключевых показателей.

Общие выводы аналитики данных без деления на колхозы и единоличные хозяйства.

На основе представленных данных можно сделать предварительные выводы, которые будут детализированы в следующей части статьи, где будет проведен анализ сельскохозяйственной деятельности по различным типам хозяйств (совхозное, колхозное, единоличное). В период 1930-1932 годов на сельское хозяйство повлияли не только ошибки, допущенные в различных административных районах при выполнении директив Крайкома, но и природные катаклизмы, которые имели место во многих районах Горьковского края в указанный период [20].

Однако, несмотря на улучшение организации работы в 1932 году по сравнению с 1931 годом, достигнутые результаты оказались недостаточными для улучшения показателей выше 1930 года.

Аналитика данных с учетом веса колхозов, совхозов и единоличников.

Как уже было отмечено ранее, процесс коллективизации в Нижегородском, а затем в Горьковском крае осуществлялся неравномерно. К 1932 году в некоторых районах было достигнуто подавляющее большинство коллективизированных посевных площадей и хозяйств, в то время как в других этот показатель едва достигал трети. Однако, зачастую чрезмерно высокие темпы коллективизации не приводили к желаемым результатам.

Районы, стремившиеся выполнить плановые показатели, не учитывали возможные негативные последствия для сельского хозяйства. В результате более ранние колхозы не были должным образом закреплены, а новые продолжали появляться, что создавало нестабильную ситуацию в сфере колхозного строительства. Это приводило к массовым выходам из колхозов и их роспуску, что негативно сказывалось на количестве затраченного труда на распашку и обслуживание земель, а также на общих показателях сельскохозяйственного производства.

Тем не менее, уже в 1932 году были предприняты меры по устранению выявленных недостатков. Некомпетентные люди и карьеристы были отстранены от руководящих должностей в районных администрациях, и процесс коллективизации был скорректирован в направлении повышения его эффективности и устойчивости.

1930 год.

Посевная площади.

По состоянию на 1 июля 1930 года, после завершения процесса насильственного объединения крестьянских хозяйств в колхозы и стабилизации процента коллективизации, ситуация в Горьковском крае выглядела следующим образом: в 71 районе (из 98 районов, представленных в справочнике, и 3 автономных областей, многие из которых впоследствии объединятся) уровень коллективизации хозяйств не превышал 10%. В 25 районах (Большемурашкинский, Дзержинский, Варнавинский, Воскресенский, Фоминский, Кулебакский, Выксунский, Павловский, Вачский, Синегорский, Зюздинский, Фаленский, Даровский, Макарьевский, Арбажский, Немский, Шурминский, Малмыжский, Кильмезский, Лукояновский, Пильнинский, Сергачский, Большеболдинский, Удмуртская автономная область и Ч.А.С.С.Р.) процент коллективизации находился в диапазоне от 10% до 20%. Уровень коллективизации выше 20% был зафиксирован только в Кстовском (31,7%), Муромском (27,3%), Ляховском (32,2%), Кайском (25,5%) и Починковском (32%) районах [21, с. 158-160].

Весной 1930 года уровень коллективизации составлял 10,1% от общего числа хозяйств [8, с. 159], а к концу года увеличился до 11,9% [16, лл. 29-30]. Однако эти 10,1% хозяйств обрабатывали лишь 7,8% посевных площадей (7,83% если быть точнее исходя из вычислений, сделанных на основе материалов центральной комиссии, которые совпадают с материалами статистического справочника по колхозному строительству за 1934 год [8, с.159; 3]).

Таким образом, в 1930 году среднее количество земли, приходящееся на один колхозный двор, было меньше, чем на один единоличный двор. Это обусловлено тем, что колхозы еще не получили широкого распространения, и значительная часть хозяйств, созданных до коллективизации, продолжала существовать. Хозяйства, созданные по индивидуальной инициативе, рассматривались как экспериментальные и играли незначительную роль в сельском хозяйстве СССР [22]. Поэтому для колхозов выделялось относительно небольшое количество земли.

Урожайность.

Экспериментальная аграрная политика, проводимая в 1930 году, продемонстрировала свою эффективность, что выразилось в повышении урожайности сельскохозяйственных культур на колхозных землях по сравнению с единоличными хозяйствами во всех исследуемых районах. Для наглядности предлагается посмотреть на 3 произвольные группы районов: районы, в которых урожайность колхозов выше урожайности единоличников не более чем на 1 ц/га, районы, в которых урожайность колхозов выше урожайности единоличников минимум на 1 ц/га, и особая группа районов, в которых урожайность колхозов выше урожайности единоличников минимум на 2 ц/га.

К первой группе относятся 52 района, ко второй 16 районов, и к третьей 17 районов (Кологривский на 3,4 ц/га[3, л.24], Пыщугский на 2,2 ц/га[3, л.25], Лукояновский на 2,9 ц/га[3, л.28], Починковский на 3,2 ц/га[3, л.30], Большеболдинский на 3,1 ц/га[3, л.31], Глуховской на 3,3 ц/га[3, л.33], Шатковский на 2 ц/га[3, л.36], Лебяжский на 2,6 ц/га[3, л.46], Татарский на 2,8 ц/га[3, л.60], Сергачский на 3,4 ц/га[3, л.63], Курмышский на 2,8 ц/га[3, л.64], Арзамасский на 2,4 ц/га[3, л.65], Ардатовский на 2,5 ц/га[3, л.69], Спасский на 2,2 ц/га[3, л.75], Воротынский на 2,8 ц/га[3, л.76], Борский на 2,2 ц/га[3, л.81], Кстовский на 2,6 ц/га[3, л.82]). Анализ данных по третьей группе районов свидетельствует о неоднородности уровня коллективизации хозяйств, что подтверждает экспериментальный характер аграрной политики в 1930 году.

Несмотря на относительно небольшой процент посевных площадей, занятых колхозами (7,8%), их вклад в общий валовой сбор сельскохозяйственной продукции составил почти 9% [3].

Вывод.

В 1930 году не было сформировано устойчивой централизованной политики в отношении колхозов. Поэтому на данном этапе уровень коллективизации района не оказывал значительного влияния на качественные изменения в ведении сельского. Высокие показатели урожайности могли частично объясняться ограниченностью земельных ресурсов у колхозных хозяйств, что позволяло высвободить дополнительное рабочее время, которое колхозники использовали для более качественной обработки земель.

1931 год.

Посевная площадь.

В 1931 году произошли значительные изменения в сельскохозяйственной сфере Горьковского края. По данным на конец 1930 года, уровень коллективизации составлял 11,9%, тогда как к концу 1931 этот показатель увеличился до 45% [16, лл. 29–30]. Это привело к существенному увеличению доли колхозных хозяйств в структуре аграрного сектора и, как следствие, к усилению разрыва в количестве обрабатываемых земель между коллективными и единоличными хозяйствами. 45% колхозов обрабатывали лишь 33% всех посевных площадей.

В 1931 году наблюдалась следующая картина распределения:

• 20 районов имели долю посевных площадей, обрабатываемых колхозами, менее 20%;
• 47 районов имели долю посевных площадей от 20 до 40%;
• 20 районов имели долю посевных площадей выше 40%.

Примечательно, что в третью группу районов не всегда попадали те, которые в 1930 году демонстрировали высокие показатели коллективизации:

И наоборот: не все районы, что в 1930 году показали высокий процент коллективизации показали высокий процент и в 1931:

В этом году, несмотря на значительное увеличение посевных площадей колхозов, общая площадь распашки Горьковского края сократилась. Это стало следствием чрезмерно быстрого перехода индивидуальных хозяйств в колхозы. В результате в большинстве районов прирост в колхозах оказался меньшим, чем сокращение у индивидуальных хозяйств. Таким образом, некоторые участки были коллективизированы вместе с обслуживающими их хозяйствами, тогда как другие забросили.

Для анализа потерь посевных площадей по районам их можно разделить на три группы: районы, потерявшие более 3% от общего объема посевных площадей колхозов и индивидуальных хозяйств в 1930 году; районы, потерявшие менее 3%; и районы, увеличившие посевные площади.

Первая группа включает 38 районов, из которых только три достигли уровня коллективизации посевных площадей более 40% (всего районов со столь большим процентом коллективизации было 20). В то же время 17 районов, где уровень коллективизации не превышал 25%, также вошли в первую группу. Следовательно, наибольшие потери земель были характерны для районов с уровнем коллективизации до 40%, то есть для районов со средними и низкими показателями.

Во вторую группу входят 12 районов, из которых четыре достигли уровня коллективизации посевных площадей более 40%, пять — от 25 до 40% и три — менее 25%.

Третья группа включает 35 районов, среди которых выделяются Глуховской и Борский, где в 1931 году произошло увеличение посевных площадей индивидуальных хозяйств. Также в эту группу вошли районы, где, несмотря на сокращение посевных площадей индивидуальных хозяйств, за счет увеличения площадей колхозников общий прирост составил более 10%: Муромский на 12,8% [3, л.70], Фоминский на 10,7% [3, л.59], Лебяжский на 60,6% [3, л.46]. В них уровень коллективизации превысил 40%.

Таким образом, большинство районов, увеличивших посевные площади, но незначительно, показали средние или низкие результаты коллективизации. Районы со значительным увеличением посевных площадей достигли этого либо благодаря поддержке индивидуальных хозяйств, либо за счет высокого уровня коллективизации.

Эти три группы наглядно демонстрируют, каким образом районы расширяли свои колхозные земли. В первых двух группах это происходило преимущественно за счет перехода земель от индивидуальных хозяйств к колхозам, тогда как третья, помимо этого, также осваивала новые территории. Однако, если вторая группа успешно справилась с задачей перехода земель, то первая не смогла достичь даже этого. Некоторые земли были заброшены из-за неэффективной административной работы, особенно в районах, где изначально не была успешной. При этом районы с высоким уровнем коллективизации в 1931 году, но попавшие в первую группу, в 1930 году имели низкий уровень коллективизации.

Можно предположить, что это те районы, где коллективизация проводилась неоправданно быстро, с акцентом не на качественно новый уровень ведения сельского хозяйства, а на достижение количественных показателей, необходимых для отчетности перед Крайкомом. Вторая группа, будучи средней, включает районы со средними показателями коллективизации. Третья группа состоит из районов, показавших хорошие результаты: это как районы с изначально высоким уровнем коллективизации 1930 года, так и где коллективизация развивалась постепенно, укрепляя существующие колхозы, а не увеличивая количество неустойчивых хозяйств.

Резкая коллективизация посевных площадей негативно повлияла на среднее количество площадей на один колхозный двор. Это было вызвано не только объемом проводимых работ и переустройством деревни на основе колхозного принципа, но и зачастую неэффективной административной работой некоторых районов, которые за полгода увеличили вес коллективизированных хозяйств более чем в 10 раз. При таких темпах роста было крайне сложно избежать снижения производительности крестьянских хозяйств.

Урожайность.

В результате чрезмерно стремительной коллективизации наблюдался негативный эффект и на показатели урожайности. В 1931 году средняя урожайность в колхозах превышала данные единоличников лишь на 0,48 ц/га, в то время как в 1930 году данный разрыв составлял 1,24 ц/га. Общий уровень урожайности в колхозах снизился на 0,95 ц/га. Только в шести районах колхозы демонстрировали урожайность, превышающую показатели единоличников более чем на один центнер с гектара: Первомайский [3, л.35], Уржумский [3, л.45], Синегорский [3, л.48], Верховинский [3, л.52], Кулебакский [3, л.68], Дзержинский [3, л.84]

Сверх того, в трёх районах урожайность единоличников оказалась выше, чем в колхозах: Санчурский [3, л.12], Городецкий [3, л.72], Воротынский [3, л.76].

Районы, где в 1930 году уровень коллективизации был низким, а в 1931 значительно возрос, зачастую стремились к достижению количественных показателей, что негативно сказалось на результатах урожайности. Из десяти таких районов лишь в пяти колхозы демонстрировали урожайность, превышающую показатели единоличников более чем на 0,5 центнера с гектара. Также в одном из них урожайность колхозов и единоличников оказалась на одном уровне. Среди районов, где в 1931 году было коллективизировано более 40% посевных площадей, наблюдалась аналогичная ситуация: только в половине из них урожайность колхозов превышала показатели единоличников на 0,5 ц/га и более.

Резкое снижение урожайности в колхозах по сравнению с единоличниками было обусловлено переходом от экспериментальных методов ведения коллективных хозяйств к массовому и повсеместному их внедрению. Однако помимо масштаба коллективизации, на снижение урожайности также повлияло некорректное планирование и организация колхозного строительства.

Вывод.

На основании вышеизложенных фактов можно сделать вывод о том, что в районах, где темпы коллективизации посевных площадей превышали 40%, наблюдались чрезмерно высокие темпы этого процесса. В большинстве из них административные органы стремились к достижению количественных показателей, не учитывая при этом необходимость укрепления уже существующих колхозов. В результате возникали новые коллективные хозяйства, в то время как росло число колхозов, находящихся в стадии становления и нуждавшихся в поддержке.

Именно поэтому, как было отмечено ранее, в период с октября 1931 по февраль 1932 года 34 677 хозяйств вышли из колхозов [7]. Данное обстоятельство привело к снижению процента коллективизации, в результате чего на начало весны 1932 года этот показатель составил 43% [23, с.204].

1932 год.

Переходя к 1932 году, стоит сказать, что количество коллективных хозяйств почти не увеличилось (если в 1931 году в колхозах было 604534 хозяйства, то в 1932 606800 [16, лл.29-30]). Это означает, что была проведена кардинальная переработка плана коллективизации края, которая началась с постановления бюро Крайкома ВКП(б) от 28 декабря 1931 года[16, лл.29-30], который осудил политику многих районов и предложил перестроить свою работу по коллективизации под углом правильного выполнения директив ЦК от 2 августа и Крайкома от 4 сентября. Это принесло свои плоды.

Посевная площадь.

В 1932 году произошло значительное изменение в структуре сельскохозяйственного производства Горьковского края. Колхозные хозяйства начали обрабатывать в среднем больше земель, чем единоличные. Так, если количество колхозов составляло лишь около 45% от общего числа хозяйств, то доля посевных площадей, обрабатываемых колхозами, достигла 47% [3].

Увеличение колхозных земель в 1932 году не сопровождалось пропорциональным ростом числа коллективных хозяйств. Это привело к двум взаимозависимым последствиям: с одной стороны, среднее колхозное хозяйство стало обслуживать больше земли, чем единоличное, что способствовало повышению эффективности использования земельных ресурсов. С другой стороны, этот процесс также стал одной из причин снижения урожайности в колхозах, что привело к уменьшению разрыва между урожайностью коллективных и единоличных хозяйств.

Анализ статистических данных за 1932 год показывает, что только в 17 районах наблюдалось сокращение посевных площадей у единоличников в большем объеме, чем увеличение площадей в колхозах. В 7 из них процент коллективизированных земель вырос более чем на 20%. Они характеризуются высоким уровнем индустриального развития, включая Дзержинский [3, л.84], Павловский [3, л.85], Балахнинский [3, л.83], Борский [3, л.81] и Шарьинский [3, л.26] районы. В них активно развивалось строительство совхозов, что компенсировало снижение посевных площадей в колхозах и способствовало общему увеличению сельскохозяйственных земель.

В Шарьинском и Павловском районах наблюдалось абсолютное увеличение посевных площадей, а в Дзержинском, Балахнинском и Борском районах, несмотря на небольшое снижение, оно было не столь значительным и обусловлено оттоком сельского населения в города. Эти районы, помимо наличия крупных городов, расположены в непосредственной близости от Горького. В Ляковском и Фоминском районах данных о развитии совхозов нет.

Всего в 21 районе процент коллективизированных земель увеличился более чем на 20%, то есть лишь в каждом третьем наблюдалось сокращение распашки. Следует также выделить Фаленский [3, л.59], Лебяжский [3, л.46] и Вознесенский [3, л.34] районы, где посевные площади единоличников не только не уменьшились, но и увеличились. В Фаленском и Вознесенском это связано с неправильной политикой коллективизации, которая привела к выходу крестьян из колхозов. В Лебяжском районе, несмотря на значительный рост посевных площадей колхозов в 1931 году, в 1932 была проведена корректировка планов, что позволило не только сохранить, но и увеличить посевные площади единоличников. Это способствовало общему увеличению посевных площадей.

Таким образом, в 1932 году наблюдался значительный прирост посевных площадей колхозов, что позволило укрепить коллективные хозяйства и превзойти единоличные по среднему количеству обрабатываемых земель на одно хозяйство.

Урожайность.

В 1932 году наблюдалось снижение урожайности, обусловленное неблагоприятными природно-климатическими условиями и значительным расширением посевных площадей. Разница в урожайности между единоличными хозяйствами и коллективными сократилась до 0,4 центнера на гектар (ц/га).

Если в 1931 году только три района демонстрировали урожайность единоличников, превышающую показатели колхозов, то в 1932 их стало девять: Ковернинский (на 0,4 ц/га), Починковский (на 0,2 ц/га), Богородский 2-й (на 0,9 ц/га), Вятскополянский (на 0,2 ц/га), Лебяжский (на 0,6 ц/га), Выксунский (на 1,2 ц/га), Ардатовский (на 0,3 ц/га), Дальнеконстантиновский (на 0,3 ц/га) и Дзержинский (на 1,4 ц/га).

Районы, показавшие в 1931 году урожайность единоличников выше, чем у колхозов, в 1932 увеличили ее у коллективных хозяйств. Это стало возможным благодаря значительному расширению посевных площадей в предыдущем году, что позволило в 1932 сосредоточиться на повышении урожайности.

В 1932 году несколько районов продемонстрировали низкие показатели урожайности, что аналогично динамике падения разницы урожайности колхозов и единоличников, наблюдавшейся в 1931. Основные причины данного явления включают значительный прирост посевных площадей колхозов и неблагоприятные погодные условия в предшествующем году.

Первая из упомянутых причин связана с увеличением площадей, занятых колхозами. В Ковернинском, Починковском и Дальнеконстантиновском районах расширение колхозных земель составило не менее чем в два раза. Это привело к снижению урожайности на колхозных полях и уменьшению разрыва с показателями единоличников.

Вторая причина обусловлена низкой урожайностью в 1931 году. В Богородском втором и Вятскополянском районах урожайность как в колхозах, так и у единоличников была на одинаковом уровне. В результате, даже незначительное снижение в колхозах привело к ухудшению их показателей по сравнению с единоличниками.

В Лебяжском районе резкое падение разницы урожайности было обусловлено чрезмерным увеличением посевных площадей колхозов в 1931 году и предоставлением поддержки единоличникам в 1932 году.

Выксунский и Дзержинский районы, являющиеся центрами индустриального строительства, перенаправляли ресурсы на развитие промышленности, что негативно сказалось на поддержке сельского хозяйства. В результате, рост посевных площадей и урожайности был либо незначительным, либо отсутствовал вовсе.

Ардатовский район также столкнулся с проблемами в организации колхозного строительства. Однако стоит отметить, что по соотношению прироста посевных площадей колхозов и уменьшения площадей единоличников он продемонстрировал средние показатели.

К концу 1932 года ситуация с урожайностью оставалась неоднородной. В районах, где в 1931 году было коллективизировано значительное количество земель, основные усилия были направлены на обеспечение надлежащего ухода за этими территориями, что позволило достичь более высоких показателей по сравнению с предыдущим годом. В остальных районах, где процесс коллективизации земель был менее масштабным, наблюдалось массовое увеличение посевных площадей колхозов, что привело к снижению урожайности и уменьшению разрыва с показателями единоличников.

Вывод.

В 1932 году были проведены мероприятия по укреплению коллективных хозяйств, что позволило увеличить обслуживаемые ими территории. Несмотря на снижение урожайности в колхозах, оно не было столь значительным, как в 1931 году.

В результате этих изменений в 1932 году колхозы и совхозы обеспечили почти половину общего объема сельскохозяйственного производства. В 33 административных районах доля продукции, произведенной колхозами и совхозами, превысила 50% от общего объема.

Эти достижения создали условия для развития колхозной торговли в Горьковском крае с активным вовлечением коллективных хозяйств и их членов, а в 1933 развернуть государственную и кооперативную торговлю.

Общие выводы аналитики данных по разбиению на колхозы, совхозы и единоличные хозяйства.

Подводя итоги, можно отметить следующие аспекты:

Процесс форсированной коллективизации, начавшийся в 1930–1932 годах, был сопряжен с рядом существенных ошибок. На начальном этапе многие регионы неправильно интерпретировали политику коллективизации, что привело к необходимости пересмотра и корректировки организационной стратегии ее проведения. В 1931 в некоторых районах наблюдалось недостаточное внимание к укреплению коллективных хозяйств, что также являлось стратегической ошибкой.

Однако следует подчеркнуть и положительные моменты: несмотря на неблагоприятные природно-климатические условия, коллективизация позволила минимизировать потери в валовом производстве и обеспечить продовольственную стабильность в период голода. Это, в свою очередь, позволило направить значительные объемы продовольственной помощи, в частности, несколько тысяч тонн муки, в регионы, пострадавшие от голода, в частности в УССР в 1933 году [24], что способствовало спасению множества жизней.

Как именно коллективизация отразилась на сельском хозяйстве Горьковского края?

В передовых сельскохозяйственных районах, где наблюдался рост посевных площадей и урожайности по сравнению с 1930 годом, уровень коллективизации, как правило, не достигал высоких значений. В большинстве случаев он варьировался в диапазоне от 30% до 50%, что можно считать средним показателем для данного периода. Анализ валовых сборов показал неоднозначную динамику по отношению к проценту коллективизации:

Процент коллективизации Тренд валовых сборов к 1930 году 0-22 Отрицательный 22-35 Положительный 35-41 Отрицательны 41-46 Положительный 46-51 Отрицательный 51-63 Положительный 63-100 Отрицательный

Причины таких колебаний могут быть объяснены различными факторами. Районы с крайне низким и крайне высоким уровнем коллективизации показали худшие результаты из-за неэффективной организации процесса коллективизации в первом случае и чрезмерного стремления к выполнению плановых показателей во втором.

Районы с уровнем коллективизации от 22% до 35% достигли наилучших показателей, поскольку они применяли поэтапный подход, уделяя первостепенное внимание укреплению уже коллективизированных хозяйств и посевных площадей, прежде чем приступать к коллективизации новых единоличных хозяйств.

В интервале от 35% до 51% отмечались колебания в показателях валовых сборов, что можно объяснить средним уровнем коллективизации в этих районах. Некоторые из них, такие как Борский, Балахнинский, Большемурашкинский и Городецкий, начали терять статус сельскохозяйственных районов из-за индустриализации и постепенно трансформировались в промышленные центры, что привело к снижению валовых сборов. Другие районы демонстрировали средние результаты, не стремясь к передовым показателям, но и не отставая от общего тренда.

После 51% показатели вновь улучшились, что свидетельствует о высокой эффективности работы по коллективизации. Эти районы смогли достичь значительных результатов, сохранив при этом быстрые темпы коллективизации, что не привело к негативным последствиям для сельского хозяйства.

Общий вывод.

К концу 1932 года в Горьковском крае сформировались две основные тенденции в процессе коллективизации. В одних районах были достигнуты высокие показатели, что свидетельствует о результативной организации и самоорганизации. В них коллективизация осуществлялась поэтапно и не форсировалась. В других же коллективизация либо не принесла ожидаемых результатов, либо сопровождалась стремлением к количественным показателям в ущерб качеству.

В связи с этим в Горьковском крае были определены два стратегических направления дальнейшего развития коллективизации:

1. Следование опыту передовых районов, где годовой темп коллективизации составлял 15-20% хозяйств.
2. Поддержание среднего темпа коллективизации на уровне 7-10% хозяйств в год с акцентом на укрепление уже созданных коллективных хозяйств.

Впоследствии более отсталые районы постепенно адаптировались к этим стратегиям, выбирая наиболее оптимальный подход в зависимости от местных условий. В результате к 1934 году было коллективизировано более 60% всех хозяйств [25], а к 1937 году этот показатель превысил 90% [26].

Источники и литература, используемая в статье:

1. https://guides.rusarchives.ru/funds/centralnaya-gosudarstvennaya-komissiya-po-opredeleniyu-urozhaynosti-i-razmerov-valovogo-sbora
2. ГАРФ Ф-7589 Оп.1 д.9
3. ГАРФ Ф-7589 Оп.1 д.15
4. ЦА ФСБ Ф.2 Оп.9 д.79
5. ЦА ФСБ Ф.2 Оп.10 д.379
6. Земсков В.Н. Сталин и народ. Почему не было восстания. М 2023
7. А.В.Киселев: О некоторых вопросах коллективизации сельского хозяйства в Нижегородском крае.
8. Социалистическое строительство СССР (Статистический ежегодник), 1934
9. ГКУ ЦАНО Ф.2626 Оп.1 д.136
10. ГКУ ЦАНО Ф.1523 Оп.1 д.5
11. РГАЭ Ф.1562 Оп.329 д.131
12. А.Бусыгин: Жизнь моя и моих друзей 1939
13. История административно-территориального деления Нижегородской губернии, 1929-1979 : Справочник
14. Нижегородский край. Экономический справочник т.2 ч.2 Нижегородское краевое издательство 1932
15. Социалистическое строительство и экономика Горьковского края. Экономический справочник. т.1. Горьковское краевое издательство ОГИЗ 1934
16. ГКУ ЦАНО Ф.2627 Оп.1 д.913
17. ГКУ ГОПАНО Ф.2 Оп.1 д.1573
18. Бюллетень Нижегородского краевого комитета ВКП(б) 1931 №12
19. Карта Горьковского края (Границы районов схематические) / Н.Ф.Карбовец; Ред. А.М.Селин. — [Горький] : О(ГИЗ Горьковское краев. изд-во, 1933. — 1 к. 1 цв., текст, табл.; 38х55 см.
20. О.Н. Леконцев: ПРИЧИНЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ ГОЛОДА 1932–1933 гг. (НА МАТЕРИАЛАХ КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ И УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ)
21. Районы Нижегородского края. Статистический справочник 1931 г. стр. 158-160
22. Гончарова И.В.: В преддверии коллективизации: опыт колхозного строительства Центрального Черноземья в 20 е гг. 2008
23. Коллективизация сельского хозяйства в Нижегородском-Горьковском крае, 1927-1937 Документы и материалы 1985г.
24. ГКУ ЦАНО Р910 Оп.1 д.30
25. Горьковская коммуна-1934 №67 22 марта
26. http://reallystory.mininuniver.ru/post/198?g=all

*Полностью ознакомиться с методологией комиссии по учету урожайности и размера валового сбора, а также ее кадровым составом можно в стенографических отчетах и постановлениях, хранящихся в Ф. 7589 (Центральная государственная комиссия по определению урожайности и размеров валового сбора) ГАРФ.