«Гигантские муравьи Новосибирска», Виталий Терлецкий, Евгения Чащина. Рецензия
Каждый раз, когда на просторах сети появляется новость об очередном творческом союзе Виталия Терлецкого и именитого художника, любители отечественных комиксов замирают в волнении. Ведь если силы Виталия все более-менее представляют (всё-таки комиксы «Роман — победитель ласточек», «Соты» и «Падение Ельцина с моста» лежат в одной плоскости), то итог совместной работы предугадать достаточно трудно. Это может превратиться в кайдзю-драму о сражении безумной панельки и маленького отважного круглосуточного ларька. Или обернуться антиутопией, которая способна вместить в себя жёсткую сатиру, воспоминания о далёких девяностых и кафкианский абсурд. В конце концов, это может оказаться тошнотворным по части визуала бодди-хоррором, в котором связь времён распадается, оставляя на откуп читателю попытку по жутким кусочкам воедино собрать любовную историю. Вот почему анонс «Гигантских муравьёв» вызвал неподдельный интерес. Ещё бы, ведь нам предлагали собственноручно дописать формулу «Терлецкий + Чащина = ?», причем на этапе аннотации. Ведь в послужном списке Евгении Чащиной значился ни много ни мало «Бычий Цепень» (та ещё душераздирающая страшилка). А в умении Терлецкого скакать с пятого на десятое все уже давно убедились. Но в том-то и загвоздка, что Виталий и читательские ожидания — вещи не особо совместимые.
Впрочем, начинается всё весьма знакомо. Паренёк в баре рассказывает о гигантских муравьях, которые помогали отстроить Новосибирск. И в этих рассказах слышны отголоски псевдоэнциклопедичности «Сот» и разухабистого дуракаваляния «Падения». Возникает стойкое ощущение, что в лирическом герое автор выводит свой личный образ. Ну а то, что его зовут Стасом, а не Виталием — сущие пустяки. Ведь здесь смысл не в именах, а в том воодушевлении, с которым оратор вещает на скромную публику. И вот уже читатель вслед за Ольгой слушает забавные воспоминания из детства Стаса о муравье размером с собаку и наивных переживаниях, связанных с его пропажей. Всё это кажется простой шуткой, из тех, с которыми парни обычно подкатывают к девушкам. Но в этот раз шутка кажется оригинальной. Тем более что теории Стаса с каждой страницей приобретают всё больший размах. Муравьи становятся крупнее, а их история тесно переплетается с жизнью одного из декабристов (разумеется, Муравьёва-Апостола).
Но за акварелями Чащиной разворачивается совсем другая история. История любви и одиночества. И чем ярче вырисовывается выдуманный мир Стаса, тем бледнее становится окружающая действительность. Празднование Нового года, романтические проводы до дома и робкие поцелуи переплетаются с суровой реальностью — близкие Стаса с каждым днём всё меньше воспринимают его всерьёз. Для них он всего лишь чудик, фрик, который пытается сбежать от неудобной правды. А правда заключается в том, что у каждого персонажа этой истории своя жизнь, и в ней нет места гигантским муравьям и прочим выдумкам. Нужно взрослеть и приносить себя в жертву ежедневной рутине. Если сильно повезёт, это поможет избавиться от страхов, ведь человек, замкнутый внутри привычного цикла, более устойчив к внешним потрясениям. Правда, товарищи Стаса так и не смогли запереться внутри, и потому вынуждены этот цикл покинуть.
И тут показательна сцена любви Стаса и Ольги, когда причудливые сексуальные девиации парня находят своё воплощение в жизни. Нет, всё получилось красиво и целомудренно по сравнению с тем же «Цепнем», всё же комикс носит не потолочное возрастное ограничение. Но за всей этой воздушной романтикой с её кисейными крыльями любви читается боль и отчаяние. Безумная фантазия выплескивается в жизнь, окрашивая её в теплый розовый цвет. И в этих больничных стенах хочется раствориться. Просто потому, что жизнь за ними слишком жестока в своей правде. И нужно определённое мужество, чтобы её принять. А именно этого мужества и не хватает нашим героям. Согласитесь, намного проще спрятаться в сиюминутном счастье и не думать о том, какую цену однажды придётся заплатить за правду. Тем более что правда эта никому и не нужна, потому что она сильно резонирует с яркими образами, хранимыми под сердцем.
Нет, никакая это не история о ложных воспоминаниях (как бы нас ни пытались уверить в этом красочные аннотации). Это история об иллюзиях, о том мире, который каждый из нас придумывает для себя. Мы с лёгкой руки дописываем биографии окружающим нас людям. Мы формируем на основе слухов и собственных поведенческих моделей новые личности и искренне верим, что они будут вести себя согласно сценариям в нашей голове. Просто потому, что так проще принять весь этот огромный мир с его бесконечными проблемами. Ведь после того, как мы в него поверим, он станет реальным. И в нём девушки будут знакомиться с нами в баре, друзья — уезжать куда-то в поисках лучшей жизни, а заметки в личном блоге собирать сотни, а то и тысячи восторженных откликов. Ещё бы, ведь эти заметки посвящены величайшей теории заговора из всех когда-либо существовавших. И, конечно же, в этом мире найдётся место гигантским муравьям.
Терлецкий и Чащина (а вместе с ними и Стас) — ненадёжные рассказчики. Они практически с первых страниц разрывают контракт доверия с читателем. Но тем не менее мы включаемся в эту игру. Слишком уж трогательной получилась история. И неважно, что в ней было правдой, а что нет. Она была живой и искренней на протяжении двухсот страниц, а потому и нам нет особого смысла сомневаться в её правдивости. Вот и получается «Терлецкий + Чащина» в итоге равно «история про любовь». А к муравьям или девушке, тут уж пусть каждый решает сам.
Константин Большаков,
ComicsBoom!