Почему никто так и не извинился перед Майклом Джексоном? Подготовка к суду (май-июль 2004 г.).
Автор Джаэль Рукер.
В прошлый раз я официально представила вам адвоката Майкла Джексона, Тома Мезеро, и дала вам общее изложение его карьеры и того, как он познакомился с Майклом. Сегодня мы вернемся к досудебной временной шкале и рассмотрим период с мая по июль 2004 года. Напоминаю, что я разбиваю временную шкалу на сегменты для лучшего восприятия информации, поскольку еще до начала суда в январе 2005 года произошло довольно много событий.
Май 2004 года начинается с человека, о котором я намеренно решила не говорить… до сих пор.
Май 2004 г.
Помните, как в отдельной главе о Томе Снеддоне мы рассматривали истории людей, ставших его мишенью? Был человек, о котором я не рассказала — индийский дантист по имени Тамбиа Сундарам, который в 90-х годах получил более 300 000 долларов в качестве возмещения ущерба от офиса окружного прокурора Санта-Барбары после того, как против него были выдвинуты ложные обвинения. Во время суда над Майклом в 2004 году The Michael Jackson Repository составили полный список людей, которые обвиняли Снеддона и его сотрудников в предвзятости и злонамеренности до этого момента. Сюда входит и Сундарам, который в интервью Рону Свиту из Online Legal Review утверждал, что был арестован и привлечен к ответственности Снеддоном за крупную кражу, злонамеренное вредительство и выдачу себя за врача, среди других примечательных заявлений окружного прокурора:
Хотя это интервью больше не доступно в сети, поиск в записях публичных судов Санта-Барбары показывает, что в конце 1997 года против Сундарама было возбуждено уголовное дело, которое вела судья Барбара Бек:
По данным The Michael Jackson Repository, Бек назвала обвинения против Сундарама «смехотворными» и в конечном итоге отклонила дело. После этого Сундарам подал иск о возмещении ущерба на сумму более 300 000 долларов:
Но... в этой истории есть еще кое-что. Сундарам также утверждал, что в конце 1994 и начале 1995 года он слышал, как Снеддон и несколько его соратников делали расистские заявления в адрес разных людей. Сначала Сундарам привел пример Раджана Айяра, индийца, которого они называли «ниггером», и на которого они планировали напасть:
Сундарам также утверждал , что они «считали, что могут получить все, что захотят», поскольку они только что посадили на скамью подсудимых судью, которого шантажировали. О каком судье идет речь? О Диане Холл.
Минуту…
Судья Холл — это еще один человек, на которого нацелился Снеддон, и рассказ о ком я решила отложить до настоящего момента. Хотя Сундарам не уточнил, что у Снеддона было на Холл в плане материалов для шантажа, взгляд на ее будущие столкновения со Снеддоном может дать нам подсказку о том, что это могло быть.
В декабре 2002 года Холл была арестована и обвинена в совершении тяжкого преступления, связанного с отговором свидетеля с применением огнестрельного оружия, повреждением телефона с целью блокирования вызова службы спасения 911, а также в совершении правонарушения, связанного с демонстрацией огнестрельного оружия, нанесением побоев в семье, вождением в состоянии алкогольного опьянения и вождением с содержанием алкоголя в крови 0,18:
Примерно через год Холл была признана виновной в совершении правонарушения, связанного с вождением в нетрезвом виде, но остальные обвинения против нее, включая домашнее насилие и угрозу свидетелю огнестрельным оружием, были сняты. Человеком, который ее обвинял, была не давняя подруга Дейдра Дайкман. Теперь у Снеддона и компании был длинный список вещей, которыми они могли потенциально шантажировать Холл, но лично я предполагаю, что Снеддон и компания знали, что Холл была лесбиянкой, и держали это в секрете: во время суда Дайкман дала показания о том, что они были вместе примерно с 1988 года:
Помните, мы говорим о 90-х годах, когда однополые отношения считались предосудительными, и многие публичные личности разного уровня скрывали свою сексуальную ориентацию, потому что это могло нанести ущерб их карьере. Район Санта-Барбара/Санта-Мария был «разговорчивым» регионом, поэтому представьте себе, какой скандал возник бы в середине 90-х, если бы кто-то вынес это на всеобщее обозрение! Арест судьи Холл и последующий суд над ней сами по себе стали мини-скандалом в районе Санта-Барбары, и в результате о ней появилось довольно много неблагоприятной информации, но она либо не относилась к периоду 90-х годов, либо не была более изобличающей, чем сексуальная ориентация Холл, которую подвергли резкой критике.
Например, Дайкман свидетельствовала во время суда, что проблема Холл с алкоголем возникла недавно… то есть она не была актуальна в 90-х годах. Незадекларированные 20 000 долларов Дайкман, которые она пожертвовала на предвыборную кампанию Холл в 2002 году (к чему мы вернемся чуть позже), также были оплачены после 90-х годов. Повторюсь, это только мое мнение (и я могу ошибаться), но я думаю, что сексуальная ориентация Холл в 90-х годах была использована против нее.
Что касается тех незадекларированных 20 000 долларов Дайкман: после того, как остальные обвинения были сняты в первом деле, Снеддон предъявил Холл восемь новых обвинений в правонарушениях:
В статье Los Angeles Times об обвинениях также говорилось, что тема займа всплыла во время дела Холл о домашнем насилии, и что окружной прокурор Кимберли Смит дала показания о том, что Холл говорила ей о сумме 20 000 долларов как о своих деньгах, а не деньгах Дайкмен, чтобы скрыть тот факт что она состояла в лесбийских отношениях - это еще раз подтверждает мою уверенность в том, что сексуальная ориентация Холл могла быть поводом для шантажа, который использовал Снеддон. В конечном итоге окружной прокурор Санта-Барбары прекратил преследовать Холл.
Вернемся к Сундараму: он заявил, что разговор Снеддона и компании перешел к теме Майкла Джексона:
Вот что они говорили, по словам Сундарама:
Из вышесказанного следует, что Снеддон и компания давно хотели, чтобы Майкл уехал из Санта-Барбары, хотели превратить его ранчо Неверленд в виноградник, и были в ярости из-за того, что он (Майкл) был самым богатым жителем в этом районе. Они говорили, что «доберутся до него в следующий раз». В какой-то момент Сундарам рассматривался командой защиты Майкла в качестве потенциального свидетеля для вызова на суд, но в итоге он так и не давал показания:
Некоторые из хейтеров Майкла могут отмахнуться от Сундарама, однако все остальное, что он говорил, в конечном итоге подтвердилось. Сундарам был ложно обвинен Снеддоном, у судьи Холл была со Снеддоном «грязная битва», и Снеддон продолжал преследовать Майкла еще долго после урегулирования дела Чандлера. Как указывает The Michael Jackson Repository, Снеддон даже использовал речь Майкла 2001 года в Карнеги-холле от имени своей инициативы Heal the Kids (которая была за два года до обвинений Арвизо), чтобы напомнить, что «дело Джексона может быть возобновлено в любое время», о чем сообщили The Daily News:
Двигаемся дальше: наступил конец апреля/начало мая 2004 года, и ABC News просмотрев документы, свидетельствующие о попытках Снеддона предъявить Майклу обвинение, описали увиденное как нечто, способное «поднять потенциально тревожные вопросы о расследовании»:
Вот несколько примечательных выдержек из статьи (ссылка на которую приведена выше):
«ABC News ознакомились с документами, в том числе с меморандумом, подписанным самим Снеддоном, которые усиливают противоречия относительно роли окружного прокурора в этом деле.
...
В меморандуме, который подписан Снеддоном и датирован прошлым ноябрем, говорится, что Снеддон лично расследовал некоторые аспекты дела против Джексона. Источники в команде защиты Джексона сообщили ABC News, что Снеддон взял на себя части расследования, которые почти всегда ведутся следователями полиции или младшими прокурорами.
...
Согласно меморандуму, Снеддон поехал в Лос-Анджелес, где наедине встретился с матерью предполагаемой жертвы Джексона на парковке за федеральным зданием. В меморандуме говорится, что Снеддон сфотографировал офис частного детектива, работавшего на Джексона. Снеддон, как утверждается в меморандуме, занимался всеми этими вопросами самостоятельно, без присутствия сотрудника правоохранительных органов или следователя. Источники, близкие к Джексону, сообщили ABC News, что Снеддон также осуществлял собственные слежки».
Более того, даже бывший прокурор Нью-Йорка по делам о сексуальных преступлениях Линда Фейрштейн заявила в программе Good Morning America, что действия Снеддона могут стать основанием для отмены судебного разбирательства:
«Это слишком. Это выходит за все рамки».
Июнь 2004 г.
Мы уже рассматривали это в главе, посвященной файлам ФБР, но чтобы освежить вашу память, повторимся: в июне 2004 года состоялась встреча помощников окружного прокурора Санта-Барбары и отдела поведенческого анализа ФБР (BAU). Во время этой встречи адвокатам Санта-Барбары сообщили, что федеральное дело в отношении обвинителя 1993 года (Джордана Чандлера, которому тогда было около двадцати лет) все еще может быть возбуждено.
Согласно письму выше, встреча была назначена на конец сентября 2004 года и завершилась тем, что Чандлер сообщил следователям, что он «не заинтересован в даче показаний против Джексона» и что он будет «юридически бороться с любой попыткой заставить его дать показания»:
Июль 2004 г.
Перенесемся в июль. 7 июля 2004 года адвокаты Майкла попросили отменить обвинительное заключение Большого жюри (чего, разумеется, не произошло), заявив в своем ходатайстве:
«В истории штата Калифорния нет ни одного случая, который оправдывал бы подобное злоупотребление властью, продемонстрированному в ходе этого разбирательства с участием Большого жюри».
Также в ходатайстве об отклонении иска защита обвинила обвинение в том, что они действовали «путем намеков и сарказма, подвергая сомнению г-на Джексона, высмеивая тех, кто якобы был с ним связан, и даже тех, кто пытался юридически представлять его».
В статье Today (ссылка на которую приведена выше) отмечается, что у Рассела Хэлперна, адвоката, представлявшего Дэвида Арвизо, отца Гэвина, в его споре об опеке с Джанет, возникли серьезные разногласия со Снеддоном:
Затем издание процитировало заявление Хэлперна, в котором он назвал офис окружного прокурора враждебным:
Вот что написал Хэлперн:
«Когда я позвонил, то понял, что офис окружного прокурора был настроен враждебно. Я обнаружил, что главный окружной прокурор был не склонен к сотрудничеству».
Ещё со слов Хэлперна:
«Сначала вы отказались со мной разговаривать. Я спросил, умирает ли сын моего клиента. Сначала вы отказались мне сказать, и только после того, как я пригрозил, что расскажу прессе о вашей реакции, вы перезвонили и ответили мне».
Позже опубликовали стенограмму, в которой Снеддон сказал: «Этот разговор проходил не так, и вы хотели», на что Хэлперн ответил: «Вы тоже это знаете», добавив, что у него есть «четкие воспоминания о событиях, потому что он делал записи», на что Снеддон ответил: «Я тоже».
Хэлперн также утверждал, что Снеддон использовал запрет на разглашение информации, чтобы «заставить его замолчать»:
Далее Хэлперн заявил:
«Г-н Снеддон злоупотребил своими полномочиями окружного прокурора, чтобы попытаться заставить меня вообще не говорить. Я не потенциальный свидетель, и его описание меня как потенциального свидетеля ложно».
9 июля 2004 г.
9 июля 2004 года в СМИ начали появляться сообщения о ходатайстве защиты, которое было раскрыто накануне. В этом ходатайстве подробно описывались действия Снеддона, приведшие к обыску 18 ноября 2003 года в офисе Брэдли Миллера в Беверли-Хиллз, проведенному полицией Санта-Барбары. Напомню, что Миллер был частным детективом, работающим под руководством предыдущего адвоката Майкла, Марка Герагоса:
Согласно CBS News, команда защиты утверждала, что полиция Санта-Барбары «вторглась в лагерь защиты», взломав двери и проникнув в офис и конференц-зал Миллера. И хотя у них был ордер, команда защиты настаивала на том, что офицеры превысили полномочия этого ордера:
Команда обвинения ответила, что они не знали, что Миллер работал на Герагоса, заявив: не каждое «вторжение» в офис адвоката или его агента является «возмутительным»:
Мы рассмотрим их заявление через секунду. Однако, вернёмся к команде защиты: они заявили, что «доказательства, изъятые из офиса Миллера, должны быть возвращены адвокатам Джексона, поскольку сотрудники правоохранительных органов не имели права их изымать», это официально изложено в ходатайстве, поданном 22 июня 2004 года:
Затем в ходатайстве цитировался меморандум, составленный Снеддоном, в котором говорилось, что он посетил здание, где находился офис Миллера, сфотографировал там список офисов, поднялся по лестнице на второй этаж, но так и не нашел офис Миллера. Согласно меморандуму, Снеддон затем сделал несколько фотографий здания, пошел в телефонную будку, где нашел номер Миллера, а затем пошел на встречу, где показал фотографии водительских прав Миллера и других в фоторяде:
Итак, сторона обвинения говорит о том, что у них есть право обыскивать собственность Миллера, как они это и сделали, и, по их мнению, это не нарушает адвокатскую тайну. В итоге они признали, что аудио- и видеозаписи, которые они изъяли, на самом деле не подпадали под действие ордера на обыск, но были изъяты так как находились «на виду»:
В тот же день (9 июля 2004 г.) Снеддону было приказано дать показания о том, что он знал об отношениях между Миллером и Герагосом, когда его должностные лица ворвались в офис Миллера.
Первоначально Снеддон хотел давать показания сразу, но команда защиты Майкла запросила отсрочку, поскольку команда обвинения передала им документы только накануне вечером:
После обсуждения задержки судья Мелвилл заявил:
«Я очень обеспокоен вопросом, знал ли окружной прокурор, что г-н Герагос работал на г-на Джексона, и знал ли он, что г-н Миллер был нанят г-ном Герагосом. На этот вопрос необходимо найти ответ».
Роберт Сэнгер, один из адвокатов Майкла, затем возразил, что он разговаривал ранее на той неделе со Снеддоном, и Снеддон дал ему понять, что он «готов признать, что знал об этих отношениях до того, как был выдан ордер на обыск в офисе Миллера». Снеддон отрицал это, заявив, что ему «нечего скрывать» и что он «объяснит всю ситуацию со свидетельского места».
17 июля 2004 г.
17 июля 2004 года начали распространяться сообщения об Арте Монтандоне и его жалобе в Коллегию адвокатов штата Калифорния против Снеддона и двух других прокуроров. Эта жалоба последовала за иском, поданным им против округа Санта-Барбара. В этом иске Монтандон утверждал, что сотрудники окружной прокуратуры вступили в «сговор» с целью нанесения ущерба его репутации, они распространили копии судебных документов среди его коллег и в СМИ:
Напомню, что окружной прокурор и его команда утверждали, что Монтандон искал способы снять обвинения с двух сестер из Санта-Марии, поскольку это было связано с делом о проституции, над которым он работал. Снеддон и компания также утверждали, что Монтандон хотел получить видео, на котором бывший начальник полиции Санта-Марии Джон Стерлинг якобы посещает массажный салон, где работали эти девушки, и назвал это «взяточничеством».
Однако Монтандон неоднократно отрицал какую-либо вину, он настаивал на том, что офис окружного прокурора препятствовал расследованию, а также заявлял, что они пытались подорвать его репутацию. Во время написания этой статьи Монтандон сообщал журналистам, что он готовится подать иск в федеральный суд:
25 июля 2004 г.
В конце июля 2004 года Снеддон принял участие в дискуссии на конференции Национальной ассоциации окружных прокуроров в Ванкувере. Роберт Мэйтас из канадского издания Globe and Mail присутствовал на этой конференции и был единственным журналистом на закрытом заседании, которое произошло во время этого мероприятия. По словам Мэйтаса, Снеддон сказал во время дискуссии, что он удерживал людей от публичного обсуждения дела Майкла Джексона, отправляя им письма с уведомлением о том, что они могут быть вызваны в качестве свидетелей:
Если Мэйтас рассказал правду, это было проблемой, поскольку судья Мелвилл уже вынес постановление о неразглашении. Кроме того, если это было правдой, отправка писем людям могла нарушать их права на свободу слова. В ответ на статью Associated Press Снеддон отрицал, что говорил о деле Майкла и обвинениях, и заявил, что Мэйтас вырвал его замечания из контекста.
Однако Мэйтас настаивал на том, что Снеддон действительно это говорил:
Мэйтас рассказал газете Santa Maria Times:
«Это определенно точно. Мои записи точны. Я сидел там и делал заметки, пока он говорил».
Мэйтас даже утверждал, что он и Снеддон поговорили после окончания дискуссии, и что Снеддон ответил на дополнительный вопрос, который у него (Мэйтаса) был по делу Майкла:
«Я спросил, что его больше всего удивило. Он ответил - то, что его обвинили в открытии этого дела из-за мести».
27 июля 2004 г.
27 июля 2004 года судья Мелвилл официально согласился на просьбу команды защиты отложить начало судебного разбирательства до 31 января 2005 года, и именно на этом слушании обвинение официально изложило первые аргументы по делу против Майкла. Дело было описано как «не обвинения в растлении малолетних, а странная история о предполагаемом заключении семьи на ранчо артиста Неверленд».
Однако их подход был очень запутанным:
Профессор юридического факультета Университета Лойолы Лори Левенсон заявила: «Это не то, чего мы ожидали в теории. Скорее наоборот». Billboard также отметил, что история обвинения «противоречит общественным предположениям о том, что произошло между Джексоном и 12-летним мальчиком, которого, по словам властей, он растлил».
Далее в публикации говорится:
«В сценарии, описанном обвинением, Джексон встретил 12-летнего мальчика, больного раком и ставшего его обвинителем, и решил использовать его как идеальную «модель» для съемок документального фильма британской телесети. 12-летний мальчик держался за руки с артистом, а сам Джексон объяснял свою привычку оставлять мальчиков спать с ним, называя это «милым» и «несексуальным».
Но после выхода в эфир «Жизни с Майклом Джексоном», по словам Окинклосса, Джексон запаниковал и предпринял странную попытку урегулирования кризиса».
Итак, опять же, по словам стороны обвинения, Майкл был в такой панике из-за реакции на документальный фильм Мартина Башира, что сразу приступил ... к совращению того самого мальчика, который был героем того самого документального фильма? Да ещё под следствием Департамента по делам детей и семьи, полиции Лос-Анджелеса и под пристальным вниманием СМИ????
Даже обвинение понимало, насколько нелепы их заявления, поэтому им пришлось представить их как «странную попытку управления кризисной ситуацией».
Завершим эту главу несколькими отрывками из блога адвоката по уголовным делам Джонны М. Спилбор под названием: «В поисках улик не там, где надо: почему обыск окружного прокурора в офисе частного детектива Майкла Джексона был незаконным, и что суд должен с этим сделать» (полный текст можно прочитать здесь):
«Закон в этом отношении совершенно ясен. Так о чем же думал Снеддон, когда санкционировал ордер на обыск офисов Брэдли Миллера? Пока что обвинение ссылается на простое невежество: Снеддон говорит, что не знал о связи Миллера с лагерем защиты Джексона. Но это крайне маловероятно. Обвинение прекрасно знало в то время о Герагосе, Джексоне и Миллере, и в целом о деле.
Во-первых, давайте рассмотрим конкретные знания, которыми располагало обвинение: они знали, что Герагос представлял Джексона (потому что они вели диалог с Герагосом, пытаясь договориться о добровольной сдаче Джексона, прежде чем буквально выломать дверь в офис Миллера). Они знали, что Джексон или его адвокат наняли Миллера, иначе зачем тогда вообще обыскивать его офис? Они знали достаточно об отношениях Миллера с Джексоном, чтобы включить в протокол заявление о вероятной причине, достаточной для того, чтобы убедить судью выдать ордер на обыск.
Во-вторых, давайте посмотрим на общие сведения, которыми располагало обвинение. Помните, обыск произошел всего за несколько часов до ареста Джексона — и ордер на арест был выдан до обысков. Прокуратура действовала в рамках первоначального расследования дела — прокуратура, находящаяся на грани ареста обвиняемого. Ее расследование должно было быть полностью или почти завершено. А связь Миллера и Герагоса так и не была раскрыта?
Кроме того, этот обыск произошел одновременно с двумя другими обысками в Санта-Барбаре и Беверли-Хиллз, все в одно и то же время. Только в обыске на ранчо Неверленд участвовало семьдесят полицейских и прокуроров. При таком батальоне сотрудников, работающих над делом, возможно ли, что ни одному офицеру или прокурору не пришло в голову, что адвокат Джексона и его частный детектив работали вместе?
По всем этим причинам утверждение Снеддона о том, что отношения Герагоса и Миллера были новостью для него и его офиса, является крайне неубедительным».
Продолжение следует…