Последняя династия Поднебесной ч.2
В первой части мы начали разбираться с вами почему маньчжуры так легко завоевали Китай? В истории не только Востока, но и Запада кочевники довольно часто побеждали оседлые народы.
Поднебесная, была ослаблена длительными внутриполитическими неурядицами и только что пережила крестьянскую войну, страна оказалась легкой добычей для хорошо вооруженного и по-боевому организованного войска завоевателей, с их высоким потенциалом пассионарности (неуёмной жажды действия). Маньчжуры довольно быстро поставили на службу себе уцелевшие китайские войска, ядром которых была армия У Саньгуя. Два-три десятка лет ушло на то, чтобы подавить сопротивление, едва ли не последним отчаянным актом которого было восстание 1673 г., которое возглавил всё тот же У Саньгуй, бывший к тому времени наместником юго-западных провинций страны. Жребий неудачника, однако, явно преследовал его: восстание было подавлено, а он сам в памяти китайцев так так и остался предателем.
До южных районов Китая маньчжуры дошли лишь в конце XVII в., остров Тайвань был завоёван только в 1683 г. Завоевав Китай, маньчжуры первоначально не отнимали земли у крестьян, в ходе крестьянской войны был осуществлён традиционный передел земли. В первую очередь подлежали конфискации земли китайской знати. Они передавались полководцам и солдатам «восьмизнамённых» армий, которые были созданы ещё в XVII веке Нурхаци. Великий основатель маньчжурского государства и династии Цин, для управления армией и своим народом, он разделил сначала всех воинов, а затем и всех маньчжуров на четыре "знамени", отличающихся по цвету.
В армии знамя насчитывало 15 000 человек. Знамя делилось на два гуза 固山,"флаг" по-маньчжурски по 7500 воинов каждый. Гуза состояли из пяти чалэ 甲喇, "отделение" по 1500 воинов. В чалэ входили 5 ниру 牛彔, "большая стрела" - это базовая армейская единица численностью в 300 воинов, хотя в ней тоже было свое деление.
Иначе говоря Ниру = 300 воинов
Чалэ = 5 ниру = 1 500 воинов
Гуза = 5 чалэ = 7 500 воинов
Знамя = 2 гуза = 15 000 воинов
Армия = 8 знамен = 120 000 воинов.
Но такая численность была только в момент создания системы, при Нурхаци.
Потом, во времена правления Цинской династии в Китае, население и количество воинов Знамён очень сильно выросло.
По этой же модели было организовано административное деление и устройство маньчжурского государства. Ниру стала основной административно-территориальной единицей. Начальник войскового ниру был управителем территориального ниру, и подчиненные ему воины были из его клана и жили на управляемой им территории. Обычно начальниками ниру становились главы родов.
И если изначально Знамён было четыре:
Жёлтое 正黃旗, Красное 正紅旗 ,Синее 正藍旗, Белое 正白旗
то в конце 20-х годов XVII века маньчжурские правители включили в состав своего войска армии союзных и покорённых племён - китайцев Хань и монголов. Поначалу китайцы вливались в уже существующие знамёна. Однако со временем их стало так много, что пришлось создать отдельную "Старую Ханьскую Армию", которая состояла большей частью из пехотинцев. В неё вошли воины династии Мин, покорившиеся Цинским маньчжурам в 1644 году и позже. С XVIII века Зелёная Стандартная Армия исполняла в основном функции полиции и внутренних войск.
С 1639 года начался процесс создания четырёх дополнительных китайских знамён:
Жёлтого с каймой 鑲黃旗, Красного с каймой 鑲紅旗, Синего с каймой 鑲藍旗, Белого с каймой 鑲白旗
К 1642 году окончательно сформировалась система Восьмизнамённой армии 八旗 и она имела вот такую численность:
В Жёлтое знамя входили 3 миллиона солдат при общей численности членов Знамени около 15 миллионов человек.
Жёлтое с каймой - 2,6 миллиона воинов, 13 миллионов человек.
Белое знамя - 2,6 миллиона воинов, 13 миллионов человек.
Белое с каймой - 2,6 миллиона воинов, 13 миллионов человек.
Красное знамя - 2,3 миллиона воинов, 11,5 миллионов человек.
Красное с каймой - 2,6 миллиона воинов, 13 миллионов человек.
Синее - 2,6 миллиона воинов, 13 миллионов человек.
Синее с каймой - 2,7 миллиона воинов, 13,5 миллионов человек.
Утвердившись в Пекине, новая династия изгнала коренных жителей ханьцев из столичной провинции и провинции Шаньдун. Были конфискованы земли у рек, дорог, военных крепостей. Эти земли также передавались воинам-маньчжурам.
Но при этом Цины сохранили традиционное для Китая деление земель на две категории:
государственные или казённые земли, гуаньди, они составляли примерно ¼ часть земельного фонда.
и так называемые «частные» или народные земли, миньди – ¾ земельного фонда.
В Китае государственными считались земли императора и его семьи; влиятельных князей; придворной аристократии (с 1644 г. – маньчжурской); армии; монастырей. После завоевания Китая большинство захваченных земель на Севере страны были превращены в императорские поместья. К середине XVIIIв. таких поместий было около 700. Пожалования получила вся маньчжурская знать. Во время походов в центральные и южные районы страны полководцы за каждую успешную операцию получали 300 му, что составляло около 18 га земли (1 му = 0,06 га). Солдаты получали земельные наделы, равные примерно одному гектару. После окончания завоевательной войны Цины воздерживались от земельных пожалований.
Любопытно, что «Восьмизнамённые» земли можно было завещать, но нельзя было продавать. Часто солдаты, нуждаясь в деньгах, закладывали свои наделы ростовщикам-китайцам. Но правительство зорко следило за подобными перемещениями и неизменно возвращало земли в государственный фонд.
За 200 лет, к концу XIX в. солдаты и их потомки потеряли практически все земли: они перешли или казне или монастырям. Некоторые исследователи полагают, что государственные земли не облагались налогом. Это было связано с тем, что большинство «поместий» находилось в северо-восточном Китае и в Маньчжурии. Там была вотчина цинского двора. И почти 200 лет эти земли пустовали и не обрабатывались, потому что маньчжуры были неважными земледельцами, а китайцам-ханьцам было строго запрещено переселяться в северо-восточные районы, в общем можно сказать, что Цины зарезервировали "знамённые" земли на случай бегства из страны.
Земли миньди, составлявшие ¾ земельного фонда, их не совсем точно называть частными. Даже если земли категории миньди и переходили из рук в руки, с них аккуратно выплачивался налог-рента в пользу государства. Формально земли принадлежали сельской общине. Земли категории миньди условно делились на две группы. Часть земель действительно принадлежала общине, то есть находилась в коллективном владении крестьян. К ним можно отнести храмовые земли, школьные и другие. На доходы с этих земель содержались храмы и школы: они использовались для поддержки обедневших членов общины. Другая часть земель находилась в индивидуальном владении китайских «помещиков» – шэньши, зажиточных крестьян и т.д. Их можно было завещать, дарить, продавать, но только с разрешения общины.
Начиная с правления императора Канси (1662-1723), маньчжурские императоры были конфуцианцами, причем ревностными. Они управляли страной, следуя древним заветам и внимая советам конфуцианских ученых-чиновников. Были сохранены традиционная китайская административная система, как и механизм воспроизводства бюрократии, т.е. система экзаменов. Были проведены аграрные мероприятия, направленные на упорядочение землепользования и налогообложения.
Канси отменил подушный налог и ввёл единый подушно-поземельный налог, который зависел от количества и качества земли.
Императоры строго следили также и за порядком в крестьянской общинной деревне, за эффективностью отвечавших за налоги и связанных круговой порукой низовых ячеек — пятидворок, десятидворок. Все эти меры в общем давали свои результаты — страна под властью династии Цин на протяжении первых двух веков развивалась достаточно интенсивно.
В правление императора Канси была проведена перепись населения, по которой число жителей Поднебесной составляло 123 млн 100 тысяч человек. И на рубеже XVIII-XIX вв. в Китае насчитывалось уже около 300 млн. человек, тогда как на протяжении предшествующих двух тысячелетий средняя численность населения страны колебалась на уровне 60 млн.
Маньчжуры ревностно старались жить в соответствии с классическим тезисом китайской древности: «земледелие — ствол, основа; торговля, ремесло и иные занятия — ветви, второстепенное». Поэтому маньчжурское правительство обращало внимание именно на состояние землепользования, потому что именно эта сфера экономики гарантировала основную часть доходов казны, и обеспечивала внутреннюю стабильность империи. Маньчжуры добились покорности китайского населения (символом его была коса, которую под страхом смерти обязаны были носить китайцы мужского пола) и весьма активно заботились о процветании экономики страны и благосостоянии её населения. Они очень всерьёз восприняли ещё один классический конфуцианский тезис о том, что высшая цель верхов — благо народа, на котором зиждется благополучие государства.
Теперь уже маньчжурам — оседлым китайским императорам — самим приходилось бороться с кочевниками. Цинским императорам удалось установить своё влияние в Корее, Восточной и Северной Монголии, Джунгарии, Кашгарии, на Тибете. Продвижение маньчжуров на запад было не столь удачным, но, так или иначе, цинским правителям удалось создать огромную империю, игравшую ключевую роль в регионе.
После покорения Китая, маньчжуры начали довольно быстро ассимилироваться с китайцами и терять собственную идентичность, если, конечно, собственная идентичность у них была. По легенде, ещё Хун Тайцзи приказал тысяче своих воинов жениться на тысяче представительниц самых знатных ханьских семей. Маньчжуры называли их никань, а монголы цитат или китат. От последнего слова происходит и русское название страны — Китай.
Кстати, немного о маньжурском языке. Он практически не имеет ничего общего с современным китайским языком и больше всего похож на современный тунгусский язык. Письменность маньчжурского языка буквенная. По преданию, письменность разработал отец императора Тандзуня-Абахая, вождь чжурджэней Нурхаци. Считается, маньчжурский алфавит основан на «традиционном монгольском», который, в свою очередь, через уйгурский и согдийкий происходит из древнего сирийского алфавита. Письмо в маньчжурском языке вертикальное. Пишут сверху вниз и столбцы располагаются слева направо.
Первое время после покорения Китая маньчжурами все официальные документы империи писались на этом языке. Однако уже в XVIII-XIX веках маньчжурский язык мало кто понимал даже среди придворных. А к началу XIX века хорошо владеть маньчжурским перестали даже многие придворные чиновники. К концу XIX века использование маньчжурского языка ограничивалось лишь написанием мемориалов, с пожеланиями долгой жизни императору.
Окончательно в государственной сфере маньчжурский язык перестал использоваться в 1912 году, после падения Цинской династии. Возможно у вас возникнет вопрос, на каком же языке говорили чиновники? На так называемом, «мандаринском» языке. Название происходит от португальского слова «мандарин», обозначающего должностных лиц китайской империи. При помощи "мандаринского языка" велось делопроизводство, на нём общались чиновники из разных провинций страны. Простым людям даже из соседних китайских провинций общаться между собой было невозможно.
Какого либо официального статуса «чиновничий язык» в Китайского империи не имел. Однако его знание было необходимо для продвижения чиновников по карьерной лестнице. Не было у языка и твёрдых правил. По легенде, в 1728 году император Юнчжень, ничего не понял из докладов чиновников из провинций Гуандун и Фуцзянь, из-за специфического произношения, и издал указ о создании «академий правильного произношения». Однако эти академии просуществовали недолго. Но это уже тема для отдельной статьи.
Сегодня некогда государственный язык последней династии Поднебесной практически полностью забыт не только ханьцами, но даже современными маньчжурами.
Китай на протяжении его многотысячелетней истории неоднократно завоёвывали, но все завоеватели, к какой бы национальности они не принадлежали, заканчивали одинаково — все они становились китайцами. Образно говоря, Китай является универсальным растворителем, в котором без остатка исчезают все попавшие туда инородные элементы. Конечно, маньчжуры стремились сохранить свой немногочисленный этнос от растворения в гигантской массе китайцев, и благодаря запретам и изоляции им это в определённой мере удалось. В отличии от монголов они никогда не противопоставляли себя китайцам в плане культурном, напротив, охотно впитывали китайскую культуру, становились конфуцианцами, то есть китаизировались. И всё равно маньчжуры закончили, как и все завоеватели Китая, — растворитель сделал своё дело. Они потеряли места своего обитания, и теперь маньчжуры рассеяны по всей территории Китая, утратили свой язык, и говорят только на китайском.
Если вам понравилась статья, делитесь впечатлениями, оставляйте свои комментарии, ваше мнение важно, а ваше спасибо очень вдохновляет! Впереди еще много удивительного и интересного! До новых встреч!