Уровень дна: Челябинск.
Я не хотела все это писать. Но потом поняла, что для меня написать — единственный способ от этого избавиться. Поэтому предупреждаю сразу — это не развлекательное чтиво. Это выброс негатива, который я собрала тут за год.
Я жила в нескольких городах, бывала — во многих. Мой лучший цикл песен — о России и ее городах. Песня про Челябинск была написана 10 лет назад, и получилась слишком депрессивная, как и то, первое, впечатление от города.
Сейчас я живу в Челябинске, и меня просят написать новую песню про этот город. Я киваю, улыбаюсь, и делаю вид что сразу об этом забываю. Я стараюсь выходить из дому как можно реже, и то, в основном, когда куда-то уезжаю. Гулять я предпочитаю по другим городам.
Ну так вот.
Мы с ребенком прилетели в Челябинск 1 мая 2018 года. Челябинск — город с развитой промышленностью, и населением в 1 300 000 (один миллион триста тысяч) человек.
Кто о чем, а я о своем: на весь город два рок-клуба.
Первый шок — когда тебе хамит кассирша в супермаркете. Ты, подходя к кассе, уже на автомате улыбаешься, пытаешься пошутить, в ответ тебе бросают твои покупки и сдачу… Я не могла привыкнуть к этому наверное с пол года. Сейчас, подходя к кассе, я стараюсь максимально слиться с толпой и не говорить ни слова. Причем, делаю это уже на автомате, не задумываясь. Выработалась привычка.
В торговом зале тоже с сотрудниками лучше не разговаривать. Быстро и без улыбки спросить куда переложили сахар, и так же быстро уйти за этим самым сахаром. Нахамить покупателям 1 января — легко. Указать на просрочку — боже упаси, обгавкают. В очереди никогда никто не смеется и не шутит. Не разговаривайте с ними, они этого не понимают.
Я думала, что они начнут улыбаться, когда начнут меня узнавать. Один и тот же магазин. Одна и та же аптека. Нет, это я через пол года перестала им улыбаться.
Исключения — банк и почта! Там какие-то на удивление дружелюбные люди работают, прям слом системы.
Я говорю «Спасибо» когда выхожу из маршрутки, и скоро меня за это сожгут. На маршрутках надо остановиться отдельно. Я видела такие ПАЗики в Нижнем Новгороде лет 15 назад. Наверное даже лет 5 назад где-то в России что-то подобное. Мне может стать плохо в ПАЗике потому, что в нем адски воняет бензином, поэтому я предпочитаю ГАЗельки, хотя, газель с незакрывающейся задней дверью не такая уж и редкость. Иногда она завязана веревочкой.
Остановки маршруток… тут нормально, когда маршрутки, не влезая на крошечное место остановки, перегораживают собой пешеходный переход. То есть, прям на зебре останавливаются. Светофоры им по сараю.
Соотношение муниципального транспорта к маршруточникам примерно 1/10. У тебя проездной? Поздравляю, жди пока не посинеешь. Причем, муниципальный автобус может точно так же вонять бензином и паленой резиной.
С месяц назад тут сменился губернатор, и на улицы вышла уборочная техника. До этого по проспекту Ленина (главная улица города) ехал автобус, а за ним взвивались клубы пыли и песка. Я не шучу.
9 мая мы возвращались с демонстрации, загрохотал гром, и поднялся ветер. На улице Коммуны (центр города), поднялась пыльная воронка высотой метра 3. И пока не ливанул дождь, по улицам летал песок, скопившийся за год на проезжей части, у края тротуара.
Снег не убирают вообще. Его слегка сметают с проезжей части, и то далеко не везде (по крайней мере на проспекте Ленина — сметают). Во дворах снег просто трамбуется ногами и шинами, а по весне тает.
В марте Кузька, на пересечении проспекта Ленина и ул. Красной, залез на сугроб и провалился по пояс. Я не могла его вытащить, и была уверена, что он оставит там ботинки. Когда поняла, что не могу его вытащить, ни в ботинках, ни без, уже готова была звонить в 112. Но потом мы его все-таки как-то извлекли. Даже с ботинками, которые оказались туго зашнурованы. Барахтались в этом сугробе минут 15, замерзли, промокли, пошли отогреваться в кафе-картошку. Центр города.
У меня вообще сложилось впечатление, что челябинская экологическая катастрофа это не столько выбросы заводов, сколько жутко загаженный город, причем, загаженный именно неработающими коммунальными службами.
В черте города огромная мусорная свалка, которая горит каждое лето. В прошлом году был мусорный коллапс, так как вывоз мусора прекратился из-за какой-то несогласованности коммунальщиков.
Только вокруг нашего дома три слегка прикрытых канализационных люка (напоминаю, центр города, остановка «Гражданпроект»). Третий день забываю их сфотографировать, и отправить куда следует (мне давеча ребята из Лизы Алерт подкинули ссылку, куда писать такие жалобы).
На приличную детскую площадку надо идти в соседний двор. Хороших я поблизости не знаю (хотя бы таких, к каким мы привыкли в Бутово).
Парк Гагарина от нас в двух шагах. Он красив и ухожен по сравнению со всем остальным Челябинском, но таких шикарных игровых зон как в Бутово, в Сокольниках или в Саду Баумана (все в Москве) тут нет. Есть детские аттракционы по 80-120 рублей за билетик, и уровня начала нулевых годов. Ребенку нравится, я очень рада. Зимой собирают большую ледяную горку, нам нравится с нее кататься.
Челябинский Городской Бор загажен мусором и бухающими гопниками. Мы иногда приходим туда с ребятами (когда идет тренировка по страйкболу, и с нами 20 мужиков в камуфляже), но одна с ребенком я бы не рискнула. Тем более, от нас туда не ходит ни одного прямого маршрута.
Напротив ЮУрГУ (напоминаю, центр города), по ночам, собираются какие-то «люди» на машинах, у которых в багажниках савбуфера. Хреначит все это так, что при полностью закрытых окнах, в квартале от них, невозможно заснуть (на дворе ночь). Причем, вы бы видели те машины. Это мои московские предрассудки, что так орать себе может позволить как минимум Геленваген. Не, тут какие-то мятые ведра с болтами орут на всю улицу, и это норма.
Я проехала пол-России на всех видах существующего здесь транспорта (кроме вертолетов малой авиации). Мне первый раз нахамили на автовокзале так, что я просто стояла и не знала что мне на это ответить. На меня просто орала какая-то тетка в куртке и тапках, без бейджика. Просто стояла и орала, как, наверное, могла бы общаться со своими товарками уборщица автовокзального туалета. На попытку ее сфотографировать, пыталась выбить из руки телефон. Представиться отказалась.
Вообще тотальное хамство в жизни челябинцев занимает наверное процентов 20 от городского общения. Нет ни дня (когда я выхожу из дому, и, когда я в Челябинске) чтобы я не наблюдала хамские сцены в общественных местах, в том числе и от должностных лиц. А я последнее время, стараюсь из дому выходить как можно реже, и быть как можно незаметней.
На меня наорала медсестра в детской поликлинике. Я написала три жалобы на сайт Минздрава. Все три спустили в Челябинск, Челябинск ответил «сама виновата».
Я не могу спокойно писать про местную медицину. Когда я писала эту статью, я написала все, что со мной произошло в горбольнице, потом перечитала, ужаснулась, и удалила. Я сама не люблю когда люди публикуют такой ад, и не стоит, наверное, этого делать.
Если вкратце — беременность на фоне мастита. Мастит удалили, но остановить выкидыш даже не пытались. Проблемы развивались две недели, мне говорили «Кровотечение у беременной — это нормально, чего ты паришься». А потом просто оставили в палате и подождали пока он случится.
Мне хамили на каждом этапе моего общения с медиками, на каждом. На мои слова о том, что это желанный ребенок и я хочу сохранить беременность, мне едва не смеялись в лицо, по крайней мере прямо сказали, что «а наша задача вылечить (только) вас». Я всеми силами старалась избежать попадания в горбольницу, найти лучшие варианты, лечь в платную клинику. Но из Дорожной больницы (лучшая в городе) меня просто выставили. Не смотря на то, что я ехала с направлением на экстренную госпитализацию, к конкретному врачу, с которым вроде как договорились обо мне. А в частной клинике все были в отпуске. Когда мне стало плохо, и пришлось вызвать скорую, она привезла меня в это проклятое место.
По хорошему их надо засудить, но я прекрасно понимаю, что результат будет как с жалобами на детскую поликлинику — они друг друга прикроют. Они задним числом напишут мне в карте все, что им надо. Здесь — это бесполезно. Людям, которые начинают хамить друг другу с утра в маршрутках, и продолжают это весь день, плевать на чьего-то ребенка.
Я консультировалась потом с другими врачами (из других городов), все они немножко в шоке от случившегося. По логике нормальных людей и нормальных врачей, обычный мастит не мог перерасти в такую потрясающую историю, примерно никак.
В общем, я живу в городе, в котором нет медицины. Если со мной что-то случится, я должна любым способом добраться до Екатеринбурга, до брата, и оттуда вызвать скорую. Это 200 км. По хорошей трассе 2 часа, если смогу быстро найти машину. И даже это будет более эффективно, чем попасть в челябинскую горбольницу (а мы по месту жительства к ней приписаны, скорая везет только туда).
Кстати, на удивление, к скоряку у меня вопросов нет — их дело довезти, они всегда довозили. Кстати, небольшое дополнение — за 35 лет жизни в Москве я каталась на скорой три раза. За год жизни в Челябинске — тоже три. Многие, кто будет это читать, не верят в психосоматику, а некоторые, наверное, и в статистику тоже, для остальных эта цифра что-то скажет.
Решает платная клиника. Она неплоха, но обоих их маммологов я видеть больше не хочу — откровенно не орут, даже ни разу не оскорбили, но желания у них лечиться у меня нет. Придется искать маммолога в Екатеринбурге.
Платно рожать в Че тоже нельзя — даже после платного сопровождения беременности они распределяют по муниципальным роддомам Челябинска. То есть, можно (и скорее всего это единственный выход) отдать 60 тысяч за сопровождение беременности в частной клинике. Все то же самое что и в женской консультации, только не хамят, не орут, и не заставляют бегать по этажам и разносить их бумажки. Но ребенка или тебя могут угробить при родах в муниципальном роддоме. Рожать придется ехать в Москву.
Кузька тоже теперь обслуживается в платной клинике. У меня нет нервов слушать ор медсестер, мне проще заплатить.
Кстати, любопытный момент, я только сейчас об этом подумала. Здесь у меня нет никакого желания посещать косметолога. Вот эта вот блажь московская, дружить со всеми своими косметологами, осталась далеко в прошлом. Я посетила несколько салонов (когда к свадьбе готовилась), в любой из них я вернусь только по необходимости. Нет, они не хамят, они разговаривают вежливо, но на этом человеческий подход заканчивается. Кстати, поеду в Москву, надо в свой любимый салон завалиться, с тортом.
Сегодня, пока я собиралась с духом чтобы все это написать, я наткнулась на статью о саботаже на уральских металлургических предприятиях в 30-е годы, (вот, собственно, статья: https://vk.com/wall-524993_1088289 )
А вот наиболее интересная для меня цитата:
«Во время моего предыдущего пребывания на этих рудниках мы увеличили производительность домен до 78 метрических тонн на кв. м в день; теперь же производительность упала до прежнего уровня в 40-45 т. Хуже всего, тысячи тонн высококачественной руды были безвозвратно потеряны вследствие использования на двух шахтах метода, против введения которого я особо предупреждал во время моего предыдущего визита...»
Это статья — о саботаже, причем, пишет американец. Я прожила тут год, и я у меня нет языкового и ментального барьера. Я могу с уверенностью сказать — эта статья о местном пофигизме, нежелании жить лучше, и что-то для этого делать, и о мелком личном вредительстве.
Здесь дешево. Средний чек в магазине — в полтора-два раза ниже, чем такой же в Москве. И на те деньги, на которые я в Москве могла бы себе позволить снимать комнату в коммуналке за МКАДом, я тут снимаю шикарную двушку в центре. И я, со своими доходами, здесь вполне нормальный человек. В хорошие месяцы даже весьма зажиточный. В Москве мы бы, при моих доходах, питались бы одними макаронами, и все равно уходили бы в минус (а мы и уходили). А здесь я даже потихонечку начинаю выбираться из долгов.
В Москве у меня не было людей, которым я бы спокойно могла оставить доверенность на ребенка и ключи от квартиры, и уехать на гастроли, зная, что у ребенка тут все хорошо. Дима нормальный адекватный человек, которому прикольно играться с мелким Кузей, поэтому они весело проводят время (Кузя постигает азы страйкбола). Дима работает не до позднего вечера, и успевает забрать его из садика до закрытия. А когда Дима в наряде, нас страхует Леночка, мой менеджер.
В Москве вроде бы была куча родственников, но выбраться без ребенка куда-то мы могли в лучшем случае на один вечер на концерт, раз в 5 лет. Здесь мы можем уйти в горы на 2 дня, зная, что ребенок в надежных руках.
В Москве я чувствовала себя эксцентричной боди-позитивной теткой, примером торжества харизмы над внешностью, и хорошей мины при плохой игре. Здесь я объективно выделяюсь из статистики по внешнему виду, в лучшую сторону. Хотя бы потому, что у меня осталась московская манера одеваться, и следить за собой.
В Челябинске у меня больше возможностей хотя бы потому, что тут давно у всех опустились руки что-то делать, и много еще прикольных вещей остаются не сделанными. А у меня работа не завязана на географии, и сама я часто отсюда уезжаю, и моего позитивного заряда мне хватает на какое-то время унылого сидения в Челябинске.
А еще здесь классные дешевые секонды! А в них шмотки в стиле бохо, которые у местных модниц не особо пользуются популярностью. Зато мы нашли стилистическое взаимопонимание с Диминой мамой =)
У каждого города есть свой собирательный портрет. Принято считать, что Челябинск — это мужик-работяга. Для меня же Челябинск — это базарная баба, в кофте с люрексом, адски покрашенными волосами, и прилавком в качестве образа мысли и уровня культуры. Я вижу этот образ везде: в магазинах, в больнице, в любом учреждении, в парке на аттракционах, на улицах, у нас такая одна из воспитательниц детского сада, и соседка, которая фыркает в ответ на «здравствуйте».
Кстати, с соседями я перестала здороваться чисто автоматически. Я сначала пыталась, несколько раз словила презрительные взгляды, потом поняла, что лучшая тактика — надвинуть капюшон и проскочить в свободный лифт. Но некоторые все-таки начинают здороваться.
Недавно я разговаривала с одним челябинским музыкантом, напрочь разочаровавшимся в местной музыкальной среде, но нашедшим свое место в жизни. Он сказал такую фразу: «Челябинск — это не город победившего пролетариата. Это город охреневшего пролетариата». Выражение смягчено.
Я здесь только ради Димы. Я воспринимаю все происходящее как передышку, возможность выбраться из долгов и необходимости работать больше, чем позволяет здоровье. Но я очень боюсь, что если проживу здесь еще немного, то у меня уже не будет сил отсюда уехать.