Путь на юг 2007 — 3 часть
В то утро, когда мне надо было уезжать, я поняла, что схватила еще один тепловой удар. Встаешь, резкая боль шибает в виски, ты падаешь обратно. Не то что рюкзак, собственная голова кажется неподъемной. Кнопки мобильника перед глазами плывут. Завалилась в палатку и проспала еще 2 часа, вроде помогло. К двенадцати часам я более или менее пришла в себя, свернула лагерь, попрощалась со всеми и поехала на автобусе в Геленджик, где меня уже ждали знакомые девчонки, которые гостили там у родственников. Меня хватило на то, чтобы поздороваться с хозяевами, девчонки объяснили ситуацию, и уволокли меня в свою комнату, где уложили на раскладушку, и я вырубилась еще на 2 часа.
Проснувшись, и приведя себя в порядок, я вышла на лестницу и осмотрелась. Дом как раз достраивали до трех этажей, ибо летом недвижимость там становится золотой. Домов во дворе было два, и они были опутаны внешними железными лестницами, с перилами и навесами, которые, в свою очередь, были так густо увиты виноградом, что образовывали плотные коридоры. И весь двор был в этих коридорах, по которым ходили люди, и прямо с потолка свешивались гроздья винограда. Его можно было сорвать и съесть! Пожалуй, этот виноград на меня произвел даже большее впечатление, чем козел, пасшийся посреди Таганрога.
На уровне второго этажа была площадка-веранда, к ней вела такая же железно-виноградная лесенка с перилами. На этой веранде нам накрыли обед – холодная окрошка на молочной сыворотке. Это было как раз то, что было нужно моей перегретой башке. Я рассказывала ребятам про отдых в Дивноморске, и про свои планы на обратную дорогу.
Мы немного прогулялись по Геленджику в сторону автостанции, где мальчишки договорились с водителем, и посадили меня в формально переполненный автобус до Ростова. С билетами в конце сезона тут совсем беда. Мы простились, я поблагодарила их за гостеприимство, и села в автобус, отдав водиле последний пятихатник. Вот это было действительно страшно, хотя, я уже знала, что есть еще и трасса.
Я попросила водилу высадить меня на М4, до въезда в Ростов, но он меня отговорил: "Кому ты нужна на трассе в 5 утра, пересидишь на вокзале, потом поедешь". Не знаю, наверное, зря я его послушала. В Ростов автобус пришел не в 6 утра, а в 3 часа ночи, а это очень большое искушение вписаться к знакомым. Деньги на мобиле заканчиваются, у меня башка плывет, я отправляю несколько СМСок, ответ приходит только на одну. Мне надо попасть на какое-то загадочное "кольцо Королева-Вавилова" и ждать на остановке, меня встретят. 4 часа утра. Ситистоп от автовокзала в Ростове на другой конец города. Смешно? Мне было не очень. Это кольцо оказалось такой жопой, что туда даже прямые маршрутки не ходят. Я добралась до него только в 6 утра, чтобы отправить на последние деньги СМСку, и не получить на нее ответ. Меня не встретили, скорей всего парень просто заснул.
Знаете, есть такой момент, когда ты понимаешь, что тебе очень плохо, но другого выбора у тебя нет. И тогда что-то в голове щелкает, и больше не хочется спать, и головная боль отступает, и рюкзак не кажется таким тяжелым. Я вышла на это самое "кольцо Королева-Вавилова" и подняла руку. Я не простояла и 2-х минут, меня подобрала грузовая "газель". И тогда выяснилось, что я стою на объездной М4, которую так сложно найти в городе. Я до сих пор не знаю, заснул тогда тот парень, или просто послал меня на... трассу.
Газель свернула на Миллерово, высадив меня на повороте, я поняла, что жизнь почти совсем прекрасна, но вот чего-то не хватает, и побрела в лесополосу. Больше всего на свете в этот момент я мечтала попасть в душ. А у меня с собой как раз была бутылка с водой. Я нашла деревце с V-образно расходящимися ветками, примотала к ним бутылку, и счастье стало абсолютным. Вот это просто замечательная тема: идя по трассе, искупаться, почистить зубы, переодеться и выползти на стоп абсолютно счастливой! Моя оранжевая майка и лыба до ушей добавляли позитива всей трассе - дети махали мне из машин, водилы подмигивали, дачники выворачивали шеи.
Неопытного стопщика видно сразу – я стояла на подъеме. На третий раз я поняла, что именно мне говорят водители грузовиков, когда машут ладонью от себя. Не успела я подняться на пригорок, как остановился огромный белый грузовик DAF. Я на секунду застыла в изумлении. Первый раз я видела такую машину вблизи. В голове промелькнула трусливая мысль: «Лезть высоко, а вдруг не заберусь?». Протормозив буквально секунд 5, и сказав самой себе «Дура!» я, подхватив рюкзак и гитару, полезла открывать дверь, еще не зная, что на ближайшие 3 года эти грузовики станут моим основным средством передвижения.
Водителя звали Руслан. Он никогда раньше стопщиков не подбирал. Я рассказывала ему про неформальное движение и его атрибуты: про автостоп, про музыкантов, про квартирники, про вписки, про фестивали. Еще про маму с братом рассказывала. Он рассказывал мне про свою семью. Мы остановились под Воронежем, где трасса была проложена через заброшенные яблоневые сады, и насобирали разных яблок. Дорога бежала весело. Все-таки в этой поездке мне поразительно везло на людей. Руслан хотел сегодня ночью въехать в Москву, а я обещала заехать в Липецк, отдать Рокси рюкзак. До Рокси не дозвонилась, дозвонилась до Светки, от которой услышала: «Ты что, с ума сошла, у тебя здесь квартирник завтра!». Мне прям стыдно стало за собственный квартирник. Пришлось прощаться. Руслан свернул на Липецк, остановил по рации следующую фуру, и пересадил меня в нее. Я ему оставила телефон, и пригласила на концерт 9-го. Позже мы созванивались пару раз, его дочка приходила на концерт в Москве.
Отсюда и здесь замыкается круг,
Белый DAF Мострансхолод уходит на юг,
А я возвращаюсь к истокам.
И снова две фуры сигналят при встрече,
Кого мы любили – с нами навечно,
И Бог улыбается искренне, честно.
Вот истинный смысл автостопа.
Я очень люблю Липецк. Смотреть там может и не на что, но люди, ребята, которые меня встречают, заслуживают любви к себе и к своему дому. На подъезде к Липецку я перебралась из фуры в шестерку. У дяденьки, который довозил меня до автовокзала, дочка в переходе играет. Поэтому, если вы встретите в Липецке, в переходе, высокую светлую Машу, передавайте привет, у нее замечательный папа.
До липецкого автовокзала я добралась на час раньше назначенного времени, но там меня уже каким-то чудом встречали. Мы потом считали-считали, но так и не поняли, как время так сложилось. Пампа, почти герой мельничных «Дверей Тамерлана», юноша с внешностью монгола, как ее показывают в голливудских фильмах: черные волосы до плеч, смуглая кожа, раскосые глаза, очаровательная улыбка.
На следующий день был квартирник в квартире у Пампы, и после него я узнала, что ребята записали меня на томографию. А так, как в Липецке это стоит в три раза дешевле, чем в Москве, денег за квартирник мне на нее как раз хватит. Видимо, моя тихая истерика, после предыдущего квартирника, выглядела куда более впечатляюще, чем я себе представляла. Все, что отпустило меня на море, накатило снова, и всю ночь я бродила по пустой квартире и смотрела в окна на строящийся вокруг микрорайон.
Была рабочая неделя, и почти все разползлись по работам. Пампа выдал мне ключ от квартиры, за мной зашла Ворона, и мы поехали в больницу.
Я вышла из дверей диагностического центра, села на ступеньку и попросила сигарету. Вообще-то я не курю. Но вот в этот момент захотелось. У меня на коленях лежала папка с моими снимками и заключением: мозги, конечно, набекрень, но ничего лишнего в них не произрастает. Диагноз «аденома гипофиза» - ошибочен.
Бывает такое состояние, когда тебя отпускает то, что тянуло последнее время. Об этом можно было забыть и не думать, но только когда отпустит окончательно, понимаешь, насколько это было на самом деле тяжело. Сидишь на ступеньках, тебя все обходят. И нет сил шевелиться, просто сидишь и понимаешь, каким же на самом деле кошмаром были последние пять месяцев, когда ты раскрашивал свой мир в самые яркие краски, ловил каждое впечатление, каждое событие, каждый разговор – как последний. И вот ты понимаешь, что у тебя есть время на то, чтобы дописать каждый брошенный стих, и записывать то, что хочешь, а не голимую акустику вперемешку, только для того, чтобы хоть что-то успеть, и что есть время доделать каждый соляк к каждой песне, и, возможно, твоя лучшая песня еще не написана, и что будет еще много-много всего, много городов, трасс, людей... Липецк. Главное уехать, пока не попросили остаться. Или пока сам не понял, что не попросят.
Город-Храм все же есть,
И сегодня он здесь,
Посмотри, он стоит от порога
До самых небес!
Эпилог
Из-за того, что просидели в больнице, я не успела уехать в Тулу, на местный рок-фестиваль. И слава Богу. По тому что, как выяснилось в процессе, меня вместо фиксированного расписания сослали в «свободный микрофон». Меня - конопляного муравья! Ну и пошли они в жопу. В сентябре в Тулу не поеду, наказана.
Выкатывалась из Липецка я утром 28 августа. Провожали меня четверо мальчишек: Пампа с друзьями. Вывели на край географии, как потом признались: "Оглянулись, тебя уже нет".
Замечательный дяденька Юра на Лексусе отвез меня в Задонский женский монастырь, набрать святой воды. Я такие вещи люблю, поэтому, с тоской вспомнив как "забыла" половину своих шмоток у Пампы, чтобы разгрузить бэг, запихала в карманы две полуторалитровые бутылки с водой. Потом Юра провез меня через Елец, показал все самые красивые церкви, и попрощались мы на выезде из города. Потом была Газелька, а до Москвы я добралась на цементовозе.
Шлепая по метро, я вспоминала, как уезжала из города, не особо надеясь вернуться, тем более, вернуться успокоившись. А, к лешему все. Единственное что хочется еще вспомнить, так это то, что моя китайская фанерная гитара, купленная 5 лет назад, переделанная Юркой Андрианкиным, прошла со мной весь путь, длинной почти в 4 тысячи километров. И я передумала покупать новую.
Озорница-певунья моя, умница-крестница
Я не жилец в этом доме, но ты моя лестница
Ты шлюха вокзальная, святая кормилица
Живая вода, беспощадная виселица
Ста ртами заплевана, роза пурпурная
Hе ты ль родила меня, мать шестиструнная
Я только с тобой еще что-то, да значу
Дешевый подарок, дорогая подачка
Hа струнах подвешенный, на грифе распятый
С тобою меняю я свой третий десяток
(с) А Васильев.