Некоторые аспекты конструкции европейского кольчужного капюшона 13 века.
Краткая история, происхождение капюшона с 11 по 13 век
Можно с высокой вероятностью сказать, что кольчужные капюшоны вошли в обиход воинского снаряжения в период высокого средневековья. Его упоминания можно найти еще среди византийских военных трактатов или рассмотреть на схематичных изображениях 11 века византийских или западноевропейских.
Уверенно о его появлений можно говорить, основываясь на деталях скульптурных групп уже 12 века. На этих источниках можно видеть капюшон в случаях, когда шлем снят, что не предполагает конструкцию кольчатой защиты в виде прикрепленной к боевому наголовью бармицы. Или, когда наоборот, сам шлем одет, а кольчужный капюшон, являясь деталью корпусной кольчуги, откинут на плечи.
13 век явился благодатной почвой для развития и использования этого вида защиты. Большое количество его вариаций приходится как раз на этот период. Можно даже сказать, что 13 столетие явилось периодом расцвета кольчужного капюшона. Об этом и поведем в дальнейшем речь.
Историография
В отечественной и зарубежной историографии этому виду воинского снаряжения уделено крайне мало информации. Несколько строк у Окшота и Клода Блэра. Чуть больше у Тордемана и Виолле Ле Дюка. Весьма интересной оказалось исследование неизвестного мне автора о кольчужных капюшонах из братских могил при Корсбетнинген. Больше подробных исследований мне неизвестно. Как мне кажется, это сложилось потому, что всякое исследование в подобном ключе неизбежно должно опереться на практический эксперимент и сравнение его с источником. Сделанные в результате выводы и будут предметом публикации, но практических экспериментаторов в области средних веков небольшое количество, не говоря уже о такой узконаправленной теме.
Свои эксперименты, уже проведенные и те, которые будут проводиться в дальнейшем, я посвящаю тематике кольчужных капюшонов.
Особенности конструкции капюшонов 13 века
Как я уже сказал, на 13 век приходится расцвет кольчатой защиты вообще и капюшонов в частности. Внимательный взгляд способен различить несколько различных типов. Как по способу ношения. Приплетенный к кольчуге и отдельный. Носимый на металлический (кожаный) шлем и под него. Так и по способу изготовления, кроя. Сделать подобный вывод нас сподвигает хорошая детализация скульптур воинов (сюжетных скульптурных групп и надгробных памятников), где можно рассмотреть все, вплоть до направления плетения колец на капюшоне.
Несмотря на большое разнообразие видов, можно вычленить некоторые общие признаки:
- Капюшон в 13 веке сидел довольно облегающе по голове владельца, обрамляя линии лба, шеи и подбородка. Пусть не всегда он точно очерчивает линию подбородка, но во всех случаях заметно облегание;
- Капюшон в снаряженном состоянии закрывал полностью шею владельца и зачастую нижнюю часть лица;
- В ряде случаев капюшон мог скидываться с головы владельца на плечи, и если верить средневековой миниатюре этот факт мог распространяться как на слитные с кольчугой капюшоны, так и на отдельные;
- Скульптурные памятники и миниатюра не дают нам оснований предполагать какую-либо подкладку, присоединенную к самому капюшону, в случае когда мы видим его в откинутом состоянии;
- А какие основания ношения эти источники нам дают? В ряде случаев мы можем наблюдать текстильный чепец, возможно стеганный, носимый под откинутым капюшоном. Иногда, нижний шлем-черепник. И, конечно же, разные виды горжетов.
Дальнейшая эволюция и деградация капюшонов с 14 века
Время жизни капюшонов 13 века не ограничилось этим временным периодом. Его использование продолжается в 14 веке и даже можно говорить о первой половине 15 века. Однако уже без былого разнообразия и, по моему мнению, его форма упрощается. На первый план выходят другие средства защиты головы. Если верить анализу капюшонов из братских могил при Корсбетнинген (Визби), то их становится проще снять совсем, нежели откидывать на плечи. Такая же ситуация умозрительно наблюдается и с сохранившимся Эдинбургским капюшоном. Возможно, что в результате эволюции боевых наголовий их форма неизбежно редуцируется, пока не исчезает совсем.
