8 авторских китайских фильмов
Бунюэль, Тарковский, Бергман, Феллини, Антониони, Брессон, Годар, Трюффо, Пазолини, Фассбиндер, Ханеке, фон Триер, Киаростами, Каракс, Вонг Карвай и другие — это те, кого в киномире называют «авторами».
Сама идея родилась во Франции. Ребята из французской новой волны — Трюффо и Годар — придумали: режиссёр не просто нажимает на кнопки, а становится автором фильма. Его почерк видно во всём: как снят кадр, как смонтированы сцены, какой звук. Термин прижился и стал классикой.
Обычно в пример ставят Бергмана, Феллини или Брессона. Но у Китая тоже есть своя сильная авторская школа. Только со своими правилами: очень красивая картинка, любовь ко времени, памяти и истории.
Вот 8 фильмов, которые показывают, что такое настоящее китайское авторское кино.
Подними красный фонарь, Чжан Имоу, 1991
Китай, 1920-е. Один хозяин, четыре жены.
19-летняя Сунлянь становится наложницей богатого господина и оказывается втянута в систему соперничества с его другими жёнами за внимание и привилегии.
Мрачный, гипнотический и созерцательный фильм, это мощный портрет молодой женщины, которая, оказавшись в браке с значительно более взрослым и богатым мужчиной, сталкивается с скрытыми интригами, пронизывающими отношения внутри дома, и постепенно становится их частью. Фильм выстроен почти математически: статичные композиции, симметрия, повторяющиеся ритуалы.
Платформа, Цзя Чжанкэ, 2000
История стремительных изменений Китая с конца 1970-х до начала 1990-х, показанная через жизнь четырёх артистов театральной труппы.
Фильм точно передаёт атмосферу маленького города в эпоху перемен, напоминая ностальгические картины о США 1960-х. В центре, молодые люди, ищущие себя, и старшее поколение, которое не понимает новых веяний и цепляется за прошлое.
Существует ощутимая тоска по свободе, когда камера задерживается на широких кадрах горных панорам, или когда разыгрывается праздный разговор о географии, или когда персонажи празднуют возвращение одного из своих, кто увидел мир.
Цзя Чжанкэ работает с пространством как с памятью: пустые улицы, горные пейзажи, разговоры ни о чём. Всё это создаёт ощущение ностальгии по моменту, который ещё не успел закончиться.
Под жарким солнцем, Цзян Вэнь, 1994
Пекин 1970-х, эпоха культурной революции, увиденная глазами подростка.
Фильм построен на ненадёжной памяти: повествование ведётся от лица героя уже во взрослом возрасте, и воспоминания постоянно искажаются.
14-летний герой по прозвищу Манки вместе с друзьями проводит дни в праздности, мелких правонарушениях и первых попытках понять «девушек», загадку, которую невозможно решить.
Полный потрясающих теплых изображений, чудесных летних вайбов и фантастических монтажных последовательностей.
Это частично автобиографическая история взросления, рассказанная самим режиссёром, где повествование постепенно становится всё менее надёжным.
Прощай, моя наложница, Чэнь Кайгэ, 1993
Эпическая история длиной в 50 лет, разворачивающаяся вокруг актёров пекинской оперы.
Два актёра пекинской оперы проходят через десятилетия политических потрясений, а их отношения постепенно меняются.
Фильм показывает масштабную трансформацию Китая, от эпохи военачальников до коммунистического государства, но при этом остаётся глубоко личной историей о любви, ревности и предательстве.
Он сосредоточен на красоте пекинской оперы и стирает границу между сценой и реальностью: персонажи буквально теряют себя в ролях.
171-минутная картина, охватывающая 53 года, объединяет в себе закулисный взгляд на оперу, любовный треугольник и ключевые исторические события, включая Вторую японо-китайскую войну и культурную революцию.
Почтальоны в горах, Хо Цзяньци, 1999
Старый почтальон, всю жизнь доставлявший письма в горах Хунани, готовится уйти на пенсию и передать работу сыну.
Фильм наполнен уважением к родной земле, людям и, казалось бы, простой профессии. Это история передачи опыта между поколениями, важности семьи, эмпатии и прощения.
Минимальный сюжет, почти документальная простота и внимание к деталям превращают фильм в медитацию о времени, семье и повседневности.
Это тихий, красивый фильм о сближении отца и сына на фоне горных маршрутов и захватывающих пейзажей.
Пекинский велосипед, Ван Сяошуай, 2001
В Пекине девять миллионов велосипедов, но только один может стать причиной такой драмы.
Наивный парень из провинции пытается найти украденный велосипед, пробираясь через лабиринты городских трущоб и сталкиваясь с агрессией подростковых банд.
Фильм наблюдает за его страданиями в огромном мегаполисе почти вуайеристски, при этом социальные и политические подтексты ощущаются на протяжении всей истории.
Отдельно выделяется саундтрек, спокойный, почти «new age», он создаёт странный контраст с жестокостью происходящего.
Операторская работа также впечатляет: удивительно, как фильм может одновременно ощущаться спокойным и тревожным.
Синий бумажный змей, Тянь Чжуанчжуан, 1993
Молодой человек вспоминает своё детство в бедном пекинском районе 1950–60-х годов.
Один из самых эмоционально тяжёлых фильмов, особенно сцена, где ребёнок спрашивает мать, что делает её счастливой, и она отвечает: «Быть с тобой».
Фильм передаёт фрустрацию рабочего класса, чья жизнь разрушена политическими потрясениями.
Режиссёр уделяет внимание деталям: естественный свет, длинные планы и минималистичная среда создают ощущение почти документальной реальности.
Синий бумажный змей достигает эффекта почти документальной правды. Через личную историю он показывает, как большие исторические события ломают частные судьбы.
Жить, Чжан Имоу, 1994
История одной семьи на фоне масштабных исторических перемен.
Супруги переживают череду драматических событий в Китае середины XX века, когда страна кардинально меняется.
Фильм далёк от любой идеологичности, это искренний рассказ о жизни обычных людей в один из самых сложных периодов XX века.
Цвет, музыка и ритм работают на контрасте: визуальная насыщенность сочетается с трагедией происходящего. Это кино о выживании, но без героизации, скорее о человеческой устойчивости.
Глубокий, эмоциональный, визуально насыщенный и сопровождаемый выразительным саундтреком, он демонстрирует умение Чжана Имоу превращать сложную историю страны в понятный и сильный кинематографический язык.
Китайское авторское кино редко стремится к прямолинейному повествованию. Оно работает с временем, пространством и памятью, будь то через длинные планы, саундтрек, повторения и визуальные метафоры.
Именно поэтому эти фильмы проживаются.