Славянская нечисть в чистом виде
Интервью с писателем Александрой Ильиной
– Александра, книга «Реминисценция» – это сборник жутковатых, атмосферных историй, связанных (как выясняется по ходу чтения) между собой. Замысел был таким изначально? Или, как обычно бывает, герои сами подсказали автору идею сплести всё в одну сеть?
– Замысел изначально был в том, чтобы связать все рассказы таким образом, чтобы один как бы продолжал другой. Я уже успешно делала так в другом своём сборнике – «Демонизация», на который, кстати, тоже есть отсылка в книге «Реминисценция», и многим читателям понравилась такая концепция, где ты узнаёшь в каждом последующем рассказе героев предыдущего. С другой стороны, эта связка работает только в рамках сборника, а так я старалась, чтобы каждый рассказ был в то же время самостоятельным и самодостаточным и прекрасно смотрелся как вместе с другими, так и отдельно от них. Это довольно важно, поскольку я со своими рассказами периодически публикуюсь и отдельно в тематических сборниках, например, у издательства «Перископ-Волга» в серии «Происхождение мрака», и отправляю рассказы на конкурсы – как жанровые, так и нет.
– Книга не для слабонервных, но написана умелой рукой, слог и сюжеты притягивают. Что помогло вам научиться писать? Есть ли в вашей творческой жизни конструктивная критика?
– Интуиция. =) На самом деле я всегда много читала и правда интуитивно чувствую, что вот такой сюжет будет интересен, например, мне. А если так, то, скорее всего, и всем тем, с кем у нас схожие вкусы. Поэтому я всегда при написании опираюсь на то, насколько мне самой было бы интересно прочитать такое, чем я могу удивить, за что могу зацепить читателя. Что касается критики, то у меня есть парочка человек, к которым я бегу каждый раз с только что написанным рассказом, с которого ещё «чернила капают», чтобы узнать: ну как оно, где чего не хватает, где перебор, а где у меня что в воздухе повисло или я идею недокрутила. На самом деле без этой пары человек и их прям очень развёрнутых фидбэков никуда, поскольку писателю, в отличие, например, от тех же музыкантов, получить обратную связь намного сложнее. Именно поэтому конструктивная критика так ценна и важна.
– История «Омут» резко уходит от фольклора в сторону цифровой реальности. Почему вы решили включить в сборник сюжет о нетсталкере? Не нарушает ли это мистико-природную почву, на которой выстроена книга?
– На самом деле не так уж и резко, ведь в ней фольклора хоть отбавляй. Во-первых, рассказ «Омут» называется не просто так, а в этом омуте действительно кто-то водится, да и известно кто. Во-вторых, мы живём в эпоху цифровой реальности, хотим мы того или нет. Мы прогрессируем, но и нечисть должна прогрессировать. Иначе как им жить? Где брать людей, за счёт которых и которыми можно питаться, тех, кого надо сбивать с пути, и всё такое прочее? Все в городе, все сидят за компами и в телефонах. Значит, и нечисти пора осваивать новомодные людские штучки, иначе просто не выжить.
Я давно уже вынашивала эту идею у себя в голове и не знала, в какую форму её облечь, в итоге как-то само случайно пришло, из какого-то видео про то, как люди подключаются ко всяким камерам в надежде увидеть нечто интересное. И я поняла, что это как раз то, что мне было надо. Но пришлось повозиться, конечно: довольно долго изучать нетсталкинг, а информации о нём не так чтобы много. Тем не менее что хотела, я в этот рассказ вложила, и в целом он получился именно таким, каким я себе его представляла.
– Ваши персонажи – и женщины, и мужчины, и молодые люди, и зрелые, и дети, и старики. Как сказал классик, «все побывали тут». Это умышленный ход? Скрытая метафора, мол, «никого не минует»?
– А я всегда в своих сборниках так поступаю. Во-первых, да, никого не минёт, и не важно, кто ты, какой ты человек, какой у тебя социальный статус и т. д. Попасть в западню может любой. Для злого рока вообще нет никакой разницы, кого ему уничтожать. Тут всё как в жизни. Кто-то живёт и горюшка не знает, порхая как бабочка до самой смерти, а кто-то чувствует каждый прожитый день, наполненный неимоверной тяжестью. Ну а во-вторых, у меня все персонажи разные и разного пола, чтоб уж точно никому не было обидно и никто мне потом не сказал, мол, у тебя в книгах страдают только мужчины или только женщины. Нет, в моих книгах страдают все!
– Как долго писали книгу? Можете поделиться ощущениями, которые испытали после окончания работы?
– Если прям суммарно брать количество дней, часов и минут, то получится не так уж и долго, но если смотреть более масштабно: вынашивание идей, сбор информации, воплощение всего этого в жизнь, то пара лет наберётся. Конкретизируя: первые рассказы «Реминисценция», «Мама» и «Лес» были написаны в 2022 году, «Омут» и «Желание» – в 2023-м, а «Наследство» и «Пучина» в 2024-м. Однако последний рассказ, как и некоторые другие, были ещё отредактированы в 2025 году, и тогда же была поставлена последняя точка. На самом деле обычно я укладываюсь в меньший промежуток времени, но этот сборник шёл очень тяжело, особенно учитывая, что 2023–2025 годы были для меня весьма плохими. Помимо этого, мне хоть и интересно было работать именно со славянской нечистью, но мне тяжело было переносить её в город, поскольку наша нечисть такова, что предпочитает всё же поля, леса, болота и деревни, а с городом вяжется плохо, в отличие от той же японской нечисти из сборника «Демонизация», которую можно встретить повсеместно, независимо от места обитания. Поэтому когда я закончила этот сборник, то испытала облегчение от того, что всё наконец-то позади и последняя, решающая точка поставлена. Хотя, безусловно, у меня есть и любимые рассказы в этом сборнике, например, я трепетно люблю «Омут» и «Желание», к остальным я отношусь более нейтрально, но негатива какого-то не испытываю ни к одному. В любом случае, я была рада, что работа над сборником «Реминисценция» наконец-то закончена и совсем скоро его сможет прочитать широкий круг читателей.