Алхимия эпох и тел
Интервью с писателем Татьяной Джаханви
– Ваша книга «Голос камня» описана как «алхимическая сказка», а в аннотации упоминаются прошлые жизни. Насколько сильно в вашей жизни переплетаются личный опыт и вымышленная (сказочная) форма? Где проходит грань между воспоминанием души и художественным вымыслом?
– Для меня эта грань растворяется в момент письма. Когда я начинаю писать, я не реконструирую прошлое – я вхожу в состояние, где время перестаёт быть линейным. Там возникают образы, которые невозможно отнести ни к личной биографии, ни к чистой фантазии. «Прошлые жизни» в книге – не исторические утверждения, а способ говорить о глубинной памяти сознания. Иногда душа помнит не события, а состояния: страх, клятву, незавершённость, выбор. Сказка – это не маска для реальности, а её более точная форма. Она позволяет сказать то, что в прямой речи звучало бы слишком узко. Грань проходит не между правдой и вымыслом, а между тем, что написано умом, и тем, что пришло из глубины.
– Вы довольно подробно и поэтично описываете внутреннюю даосскую алхимию (нэй-дань), переход от внешней к внутренней работе, трансформацию страха в ясность. Насколько эта книга является попыткой передать читателю не просто идеи, а живой метод или даже приглашение к собственной практике?
– Если книга что-то и предлагает, то не систему упражнений, а возможность иначе отнестись к своим состояниям. Страх перестаёт быть препятствием и становится ртутью Делания. Боль становится не наказанием, а топливом. Тьма – не врагом, а материнской утробой трансформации. Если читатель почувствует, что его собственные переживания – это не хаос, а сырьё для внутреннего золота, значит, книга стала живым методом.
– Одна из центральных тем – пробуждение «тихого упрямого “нет”» повторяющейся жизни и выход за пределы «трёхмерной картины физической реальности». Как этот момент «нет» произошёл в вашей собственной жизни и что стало для вас первым толчком к внутренней алхимии?
– «Нет» родилось не из отрицания мира, а из памяти о чём-то большем. В какой-то момент я ощутила, что повторяю не свои движения, что живу по узору, который давно был сплетён. И внутри возникло тихое сопротивление: не бунт, не разрушение, а отказ соглашаться с автоматизмом. Это было почти шёпотом. Но этот шёпот оказался сильнее крика.
Первым толчком стала встреча с собственной тенью – со страхом исчезновения, страхом потери формы, когда я получила масштабный ожог тела. Именно в этом страхе я почувствовала присутствие силы. Не внешней, а той, что предшествует рождению формы. Этот процесс называется одним из переходов через бездну «Даат» – преодолением эго и материального восприятия ради слияния с Божественным светом.
– Кому, на ваш взгляд, адресована эта книга в первую очередь? И что бы вы хотели, чтобы читатель унёс с собой после прочтения последней страницы: вопрос, практику, ощущение или что-то ещё?
– Эта книга звучит для тех, кто уже стоит на краю внутреннего вопроса. Для людей, которые чувствуют, что реальность плотнее, чем кажется, и что их собственная история глубже, чем биография. Я бы хотела, чтобы читатель унёс не столько сюжет, сколько состояние – ощущение внутреннего камня, который не рушится даже тогда, когда рушатся горы. Возможно, кто-то унесёт вопрос. Кто-то – ощущение внутренней тишины и одновременно силы. А кто-то – смелость не предать свой внутренний зов.
– В тексте много говорится о «каменном сердце», что спит под горами, и о «Голосе камня» как о чём-то, что может пробудиться при цепи голосов читателей. Что это – метафора внутренней неподвижности, древней памяти Земли, застывшего страха или что-то ещё?
– Я бы отнесла это определение к древней памяти Земли – к тому, что остаётся неизменным в нас при смене эпох и тел. Это ядро памяти, не принадлежащее личности, спящее под слоями страха и забвения. Оно хранит первоначальную вибрацию – до раскола, до выбора, до падения в форму.
«Голос камня» – это не звук, а узнавание. Соприкосновение с изначальным истоком творения, который предшествует имени и судьбе. Когда множество людей откликаются на этот зов, возникает не магия, а резонанс – древний, как сама Земля. И тогда пробуждается не камень – пробуждается память о целостности, перестающей быть личной историей. Эта тема будет раскрыта глубже в моей будущей книге, посвящённой ордену тамплиеров, которую я планирую опубликовать в 2027 году. Ведь именно этот орден прикоснулся к сокровищнице алхимического знания и передал миру её отзвуки.