ГОРЬКИЙ МУЖ
(спектакль «Твоя Катя» на фестивале «CHELoВЕК ТЕАТРА»)
Спектакль Нижегородского театра драмы им. М. Горького был поставлен Ириной Зубжицкой в 2018 году, в честь 150-летия Максима Горького. До этого неопубликованная, чудом уцелевшая часть писем Екатерины Волжиной (Пешковой), позволила нижегородскому драматургу Нине Прибутковской написать пьесу, основанную на переписке Алексея Пешкова (Максима Горького) со своей любимой, а позже и женой…
Первое, о чем хочется сказать – это о прекрасных, великолепных, очень сильных актерах – Ольге Береговой и Олеге Шапкове. По-моему, их дуэт удался на славу. Правда, в первом действии возникал невольный диссонанс между 19-ти летней героиней, юной, невинной Катей и актрисой, ее исполнявшей. Позднее, когда по ходу спектакля Катя стала матерью и страдающей женой, это несоответствие незаметно улетучилось.
Расположение мебели – два черных стола, два венских стула и табуретка – отражает динамику отношений между героями. В левом углу сцены стол и стул Алексея Пешкова, в правом – Екатерины Волжиной. В первом действии столы, за которыми читаются и пишутся письма, повернуты так, что герои находятся лицом друг к другу и зрителям. Это иллюстрирует то, что Алексей и Екатерина стремятся друг к другу. Во втором действии расположение столов и стульев следует за изменениями в отношениях героев, в какие-то моменты они даже поворачиваются друг к другу спинами.
Спектакль начинается с горячих, кричащих слов страсти и даже ревности 29-летнего Алексея Пешкова к своей юной возлюбленной, 19-летней Кате Волжиной. И заканчивается спектакль тоже с кричащих слов Пешкова, но уже не от страсти, любви и желания к Кате, а от раздражения к ней… Первые письма неизменно оканчиваются многочисленными поцелуями и признаниями в любви, последние же – пожатиями рук и словами «дорогой друг».
Рассказывается в какой-то степени обычная история взаимной горячей влюбленности-любви, которая заканчивается охлаждением одного и страданием и болью другого. «Мне очень больно! Я не знаю, что мне делать!» – слезно вопрошает в своих письмах к мужу Екатерина. «Сколько можно выяснять отношения? Лучше давай помолчим», – отвечает ей Алексей. Он уже не может ей предложить что-то большее, чем дружбу… Пешков предвидел, что этим может все и закончится. Когда день свадьбы был определен, он писал ей о своих сомнениях, о том, что она его не знает, что даже и он сам себя не знает и не понимает, и поэтому боится ее увлечь, обнадежить, а потом погубить. Но она уже жила им, жила его жизнью, любила его книги, приняла его взгляды, хотела быть с ним неразлучно, всегда… Увлекшись актрисой Марией Андреевой, Пешков совсем оставляет Катю, одну, с двумя детьми, в последних письмах к ней подписываясь – «твой горький муж».
После спектакля и вручения диплома лауреата состоялось обсуждение увиденного экспертным советом фестиваля.
Начало обсуждению положили две девушки – студентки театроведческого факультета ГИТИСа. Говорили и выглядели они прекрасно. К сожалению, я не запомнил их имена, но уверен, что именно они во второй половине 21-го века будут решать – кто достоин, получить «Золотую Маску», а кто еще нет. Помню только, что одна девушка вдохновенно говорила про пыль, а вторая о промежутке между актером и его героем, но поверьте на слово – это были самые возвышенные слова об увиденном спектакле.
Далее слово дали их ректору – Григорию Анатольевичу Заславскому. Это было его первое слово на фестивале и слово совсем не утешительное для спектакля. Театровед Ольга Галахова, выступавшая следующей, дала спектаклю еще более резкую оценку. Профессор Нина Шалимова похвалила артистов и рассказала о своих чувствах к Горькому, а также о любви к Екатерине Пешковой. Драматург Нина Мазур подтвердила сомнения жюри в драматургии и режиссерских решениях в спектакле. Завершающий обсуждение театральный критик Александр Вислов согласился со всем выше сказанным и добавил, что эта литературная композиция прекрасно бы смотрелась, например, в музее по случаю юбилея Горького, но театральным спектаклем назвать это действо будет не совсем правильным.
Константин Кононов