«Всегда рад быть к вашим услугам»: история взаимодействия СС и производителей печей для крематориев
«Stets gern für Sie beschäftigt» («Всегда рад быть к вашим услугам») — такой фразой заканчивались письма, которые отправляли в СС сотрудники компании Topf & Söhne («Топф и сыновья»), бывшей в 1940-х годах лидером по производству печей для немецких концентрационных лагерей и вентиляции для газовых камер.
После Второй Мировой войны спецслужбы стран-победительниц в рамках «малых Нюрнбергских процессов» допрашивали инженеров и других специалистов этой компании, чтобы выяснить, считают ли они себя соучастниками чудовищных преступлений нацистов.
Обвинению удалось доказать индивидуальную осведомленность и даже сознательное соучастие этих граждан в массовом уничтожении людей. При этом сотрудники компании «Топф и сыновья», судя по протоколам допросов, виновными себя не ощущали.
Редакция БНБ изучила рассекреченные документы из Центрального архива ФСБ России, составленные работниками оперативно-следственной группы отдела контрразведки «Смерш» 8-й гвардейской армии. Мы публикуем большой текст в честь Международного дня освобождения узников нацистских концлагерей.
12 апреля 1945 года город Эрфурт, в котором находилась штаб-квартира компании «Топф и сыновья», был занят частями 3-й американской армии. Фирма на тот момент находилась под управлением двух братьев Топф — Людвига и Эрнста. Первым неладное почуял Людвиг. 27 апреля он провел совещание, где объяснил подчиненным, что на допросах они не должны признаваться в том, что им известны подробности использования печей для крематориев.
Как только сотрудники американского Корпуса контрразведки задержали старшего инженера Курта Прюфера (он был главным конструктором печей), у Людвига Топфа сдали нервы и он отравился цианидом. Правда, меньше, чем через месяц, Прюфер был отпущен и продолжил работу.
Второй брат, Эрнст Топф, в июне 45-го перебрался сначала в Штутгарт, а потом во французскую зону оккупации. Там он даже сумел получить страховку в 300 000 рейхсмарок за смерть брата, но в Эрфурт уже не возвращался — 3 июля город был передан советской военной администрации.
Когда за дело взялась советская контрразведка, у сотрудников компании «Топф и сыновья» начались тяжелые времена. В марте 1946 года «Смерш» арестовал четырех ведущих инженеров фирмы: сначала Густава Брауна, а затем Курта Прюфера, Фрица Зандера и Карла Шульце. Документы об их причастности к массовому уничтожению людей помог добыть сотрудник предприятия Вилли Вимоли, который ранее был репрессирован нацистскими властями. Именно он предоставил доказательства того, что «Топф и сыновья» смонтировали печи крематориев и газовые камеры в Бухенвальде, Освенциме, Дахау и Маутхаузене. Он же добыл фото мобильных крематориев.
4 марта 1946 года инженер Густав Браун показал на допросе, что он был не просто техническим сотрудником, а занимал должность со сложным названием заместитель абвербеауфтрагтера (этот пост предполагал ответственность за обеспечение безопасности объектов, противодействие шпионажу и саботажу, а также за реализацию решений вышестоящего партийного руководства). Густав Браун подтвердил советской контрразведке, что печи его фирмы поставлялись в лагеря смерти Бухенвальд и Освенцим. Также он сообщил, что сотрудники компании производили ремонт печей в Дахау, и указал фамилии Прюфера, Шульце и Зандера, как наиболее осведомленных инженеров. Более того, Браун заявил, что Прюфер и Шульце лично бывали в концлагерях и знали, что иногда людей в крематориях сжигали живьем.
Ярче всех на допросах раскрылся 70-летний инженер Фриц Зандер. Помимо рассказов о необходимости расширения крематориев и сжигании людей по принципу конвейера он заявил, что проектировал и строил эффективные механизмы массового уничтожения людей из чувства долга перед Германией.
«Я был немецким инженером и ключевым участником работ фирмы Топфа, и я считал своим долгом применить свои специальные знания таким образом, чтобы помочь Германии выиграть войну, подобно тому как инженер-авиастроитель строит самолёты в военное время, что также связано с уничтожением людей», — заявил Зандер 9 марта 1946 года.
Когда летом 1942 года Курт Прюфер сообщил Зандеру, что у крематориев колоссальная загрузка, и печи не справляются с сожжением всех трупов, инженер проявил инициативу и уже к ноябрю изобрел «Массенфербреннунг» — крематорий для массового сжигания трупов.
Можно предположить, что допросы Зандера (всего их было четыре) были самыми эмоциональными, так как 26 марта 1946 года он внезапно скончался от сердечной недостаточности, просидев под арестом всего три недели.
Впрочем, показания инженер-конструктора вентиляционных установок Карла Шульце тоже ужасали. Весной 1943 года он убыл в Освенцим в командировку и наблюдал там такую картину:
«Я лично видел в двадцати шагах от себя, как эсэсовцы из лагерей гнали человек до 300 мужчин, женщин и детей. Какой они были национальности, мне трудно было определить. Судя по внешнему виду, они шли, ничего не подозревая, куда их ведут. Всех их вогнали в один большой деревянный барак без окон и с внутренним электрическим освещением. Внутри этот барак был связан с закрытым проходом с газовой камерой, где мною была оборудована вентиляционная установка. Это я наблюдал примерно в 16 часов. На следующий день в 10 часов утра я был в крематории и видел там 60 трупов мужчин, женщин и детей разных возрастов. Они лежали на полу раздетые для подачи в печь крематория», — спокойно докладывал он.
Старший инженер Курт Прюфер также привел на допросе факт, который свидетельствовал об огромной нагрузке на печи концлагеря: «Внутренняя огнеупорная отделка труб крематориев Освенцима через полгода стала уже осыпаться вследствие колоссальной нагрузки, которую имели эти крематории в лагере».
В ходе допросов всплывали все новые фамилии: Макс Махемель, техник Фриц Келлер, Арнольд Зайфарт, Мартин Голик. Однако кто-то из них уже успел улизнуть из города «в командировку».
К слову, накануне ареста инженеров производители кремационных печей решили переквалифицироваться — 1 марта 1946 года фирма получила большой контракт на солодовенное и пивоваренное оборудование. Правда, из-за ареста ведущих инженеров условия договора так и не были выполнены.
Остававшиеся в живых специалисты широкого профиля Густав Браун, Курт Прюфер и Карла Шульце под стражей находились еще два года. 17 апреля 1948 года их приговорили в Москве к 25 годам заключения в советском исправительно-трудовом лагере. Прюфер скончался там от инсульта в октябре 1952 года, а Шульце и Браун в 1955 году были досрочно освобождены.
Тем временем предприимчивый Эрнст Топф, который скрывался от правосудия в Западной Германии, потерял свои активы — его компания сначала была объявлена «бесхозной», а потом передана государству, перепрофилирована и названа в честь греческого узника концлагеря «Машинной фабрикой „Никос Белояннис“».
После воссоединения Германии некоторые потомки семьи Топф сделали заявку на возврат национализированной фабрики в Эрфурте (вероятно, их не смущало сомнительное прошлое предков), но в 1992 году им было отказано, поскольку имущество, конфискованное в период существования ГДР, не могло быть возвращено.
Стоит добавить и пару штрихов о наших беспокойных соседях. Львовский крематорий, как сообщают СМИ, сейчас собираются оборудовать печами европейского производства. У европейцев по этой части действительно большой опыт. Во Львове этот бизнес наверняка будет прибыльным