Д. Паркер, Р. Росаназ. «Человек-Паук. 1602»
Это уже типичная супергероика. Джефф Паркер выстраивает сюжет по каноничным лекалам, где декорации Америки и Европы начала XVII века остаются исключительно декорациями. Правда, по сравнению с «Новым Светом» Грега Пака, где Питер Паркуа – мальчишка из 60-х, здесь заглавный герой значительно возмужал, превратившись в сексапильного юношу. Но сохранил дурацкую болтливость во время драк. Жаль, что Вирджинию так и не сделали Пеппер Потс, пристрелив в самом начале согласно исторической легенде. Зато дальше все фаната Человека-Паука могут собирать по карманам любимых героев и злодеев.
В угоду короткой серии на пять выпусков Паркер запихнул в одно приключение почти всех врагов Питера. И пусть их сюжетные линии почти нигде не окончены, сюжет выстроен грамотно и логично (разве только не понятно, как сбежал Осборн, будучи почти при смерти). И даже довольно кроваво, в духе новейших ранов, как бы сдувающих присыпку подросткового чтива. Беспечный юноша готов отправиться во Францию с противозаконным заданием (здесь наконец-то шутка Геймана с динозаврами в Америке Нового времени обретает важное сюжетное значение). А за возлюбленной – даже в Венецию, чтобы поколотить сразу всех чудовищ. Хоть Паркер и не увлекается разработкой характеров, собрав в одном месте большинство ученых-мутантов Marvel, он невольно заставляет задуматься о цене биологических экспериментов. Где та грань, когда ученый превращается в монстра и готов отказаться не только от человеческого облика, но и самой человечности во имя разрушительной силы? Гигантский Пим, голышом бредущий по венецианским каналам, комично снимает философский пафос. Но здесь наверняка намек на прообраз фантазии Свифта для будущего.
Приятный и ровный рисунок Рамона Росаназа достаточно детализирован. Еще бы, ведь какой вызов для художника – три страны и морские просторы в эпоху, полную причудливой архитектуры и костюмов. Об историчности здесь некогда задумываться, тем более что сам жанр супергероики подразумевает некую цирковую фантазию. А потому и колет Питера не просто в цветах Паука, но и со специфическим узором. Маска с паутиной, появившаяся еще в «Новом Свете», смотрится, конечно, нелепо. Особенно в сочетании с брыжами. Хотя, это, наверно, просто такая ирония.
Человек-Паук в начале XVII века органично прописался. Бесшабашность и юмор Паркуа, его таланты комика пригождаются для «реконструкции» площадных представлений. А загадочная и опасная алхимия вполне могла превратить людей в животных, подобно обитателям острова доктора Моро. Пират Кингпин представлен почти пасхалкой. Увы, комиксы – жесткая индустрия.