Волюнтаристское государство

или реалистичный сценарий перехода к свободному обществу

Прочитав заголовок, вы наверное не можете сразу понять, это шутка что-ли? Фраза выглядит как оксюморон! Стационарный бандит (государство) осуществляет свою власть через насильственное принуждение, поэтому о каком волюнтаризме (добровольных отношениях) может идти речь, в государстве-то?! На самом деле, такая форма общественно устройства вполне может существовать на переходном этапе к полностью безгосударственному обществу. Для понимания идеи нужно отделить инструменты государства по физическому принуждению от всего остального (законодательство, суды, реестры собственности, инфраструктура, дороги, медицина и прочее) и убрать первые.

Вы наверное сейчас задаётесь вопросом, как вообще такой гибрид может появится? Если коротко, то в результате принятия обществом идеи о недопустимости агрессивного физического насилия. Неагрессия хоть и является необходимым условием для создания свободного (либертарианского/волюнтаристского) общества, она вполне может быть достигнута активистами, вообще никак не связанными с либертарианством. Например, в странах Скандинавии уже полвека как достигнут однозначный консенсус о запрете насилия к детям и это было сделано вовсе не либертарианцами. Высока вероятность появления общественной кампании по продвижению универсального принципа неагрессии, например, мотивируя это угрозой сильных отрицательных экстерналий агрессивного насилия для всего общества (этот аргумент уже показал свою эффективность для запрета насилия к детям и даже животным, привёл к его искоренению в большинстве развитых стран) или даже самоуничтожения человечества. С довольно большой вероятностью эта кампания будет проведена активистами, даже не знающими значения слова «либертарианство», хотя, проводя её, они откроют путь в мир, где либертарианство будет возможно реализовать на практике.

Примерный сценарий, как могут развиваться события:

1) Новая «Грета Тунберг» активно продвигает идею о недопустимости и опасности агрессивного насилия. Данные идеи получают вирусное распространение, быстро идут «в народ». Возможно даже кто-то из активистов становится «Человеком года» по версии журнала Тайм.

2) Возрастает прессинг на чиновников и силовиков. Даже соседи им начинают говорить «ты новый Гитлер, пошёл вон», с ними перестают общаться друзья, их больше не впускают в бары и клубы. Всё большее количество силовиков отказываются браться за энфорсмент «преступлений» без жертв типа превышения скорости, потому что боятся последующего шейминга. Кошмарить бизнес, особенно мелкий, тоже становится смерти подобно.

3) Появляется некоторая возмущённость у людей, нетерпимых к риску, привыкших к порядку и «стучать» на соседей в полицию, если им что-то не нравится. Полиция бездействует т. к. применять насилие уже не комильфо, а альтернативные способы энфорсмента ещё мало кто рассматривает.

4) Ситуацию наконец замечают в правительстве. Поддерживать статус-кво более невозможно для политиков во власти, это равносильно поддержке приминения инсектицида ДДТ или использования этилированного бензина в современной Европе. Для мейнстримовых политиков во власти, которые, возможно, даже и не слышали про либертарианство, встаёт единственный вопрос: чем заменить насилие для энфорсмента законодательства и решений судов. На этом этапе, скорее всего, депутатами даже не рассматриваются вопросы, так привычные в дискуссиях про либертарианство (как перейти к частным дорогам, школам, больницам, пенсиям, субъектность детей, легализация наркотиков и прочее).

5) В парламент вносятся законопроекты и всем депутатам, пускай даже «через немогу», приходится проголосовать «За» ибо увидеть утром на своей входной двери надпись «Здесь живёт маньяк» мало кому захочется. Поправками вводится запрет на физические наказания (арест, как мера пресечения и лишение свободы, как вид наказания) и применение физического насилия судебными исполнителями для изъятия собственности. Скорее всего также расширяются права на самооборону и оружие, т. к. функции полиции, понятное дело, будут урезаны. Остальная часть законодательства — 99.9% не меняется никак. Остаётся армия в привычном для всех развитых стран формате (или приводится к нему, если государство ранее практиковало формы военного рабства) — профессионально-контрактная, на начальном этапе про ЧВК не будет и речи.

6) Все остальные функции государства (кроме силового принуждения) продолжают работать как раньше: образовательные и медицинские учреждения, выдача документов, суды, регулирование дорожного движения, даже налоговая служба. Ведь когда во многих странах Европы начали говорить о запрете автомобилей с ДВС никто не предлагал избавится от привычного «автомобильного» образа жизни совсем. ДВС это крайне плохой инструмент выработки энергии для тяги автомобиля и его вполне можно заменить на электродвигатель и батарею. Согласен, возможно в текущий момент времени это кажется неэффективно, по страх оказаться на погибшей планете перевешивает любую сиюминутную выгоду. Аналогично и с насилием — это всего лишь инструмент, хотя и ужасный, значит когда «жареный петух клюнет» власти вынуждены будут искать ему альтернативу. Так что условный «Васян» даже не заметит никаких изменений в первое время.

7) После ожидаемого шока власти начинают думать, как осуществлять привычные функции государства без инициации насилия и, скорее всего, приходят к много раз уже обсуждавшейся идее остракизма. Вы наверное задаётесь вопросом, какой дурак будет добровольно платить налоги или исполнять решения судов, если к нему не могут применить насилие? В большинстве своём будут, ведь такое «травоядное» государство может приостановить оказание всех услуг такому неплательщику, в том числе коммунальных, а также возможности обращаться в госучреждения, получать социалку, пенсию, вести «позорные» списки «нахлебников», которые пользуются инфраструктурой, но ничего за это не платят.

8) Люди, несогласные с определённой частью законодательства, например, отказавшиеся платить налоги, попадут в «чёрный список» и будут вынуждены искать возможность выживания без услуг государства. В отсутствии физического принуждения со стороны государства у любого человека будет возможность создавать территориальные и экстерриториальные контрактные юрисдикции или вступать в них. Начнётся отток жителей из крупных городов (ведь там, если попадёшь под остракизм государства, даже воды негде будет набрать). Доля людей в юрисдикции государства будет постепенно снижаться, а в КЮ увеличиваться. Вот так, постепенно, описанное волюнтаристское государство превратится в панархию. Некоторые КЮ будут либертарианскими (с минимумом вмешательства правительства в экономику и частную жизнь), другие — нет. Сделать абсолютно всех либертарианцами мы и не ставим целью, это не нужно, да и невозможно.