Почему свобода?

ВСТУПЛЕНИЕ

Большинство распространённых в современном мире концепций общественного устройства, независимо от разнообразия выдвигаемых ими идей и целей, неизменно предполагают существование монопольной для определённой территории организации, имеющей над ней и её жителями неоспоримую власть. Название такой организации – государство.

Разные концепции общественного устройства предлагают реализацию разных форм государства. Оно может всецело контролировать деятельность своих граждан, либо же ограничивать её только в совсем узком ряде вопросов. Его управлением может заниматься единоличный диктатор, или же некая ограниченная группа лиц – элита; управление может нести представительскую форму, предполагающую избираемость правительства населением, или же оно может и вовсе быть реализовано с использованием механизмов прямой демократии, без каких-либо институтов представительства, с участием каждого гражданина в решении всех общественных вопросов напрямую и на равных правах. Оно может выдвигать разные проблемы на первый план и предлагать разные пути их решения. Но сама необходимость существования государства как территориального монополиста, имеющего неоспоримую власть, является обязательным пунктом всех таких концепций.

Идея необходимости существования некой монопольной организации с неоспоримой властью над определённой территорией и её населением настолько внедрилась в человеческое мышление, что попытки полностью выйти за её рамки почти никогда не предпринимаются, мышление вне рамок этой идеи чуждо для большинства людей. Институт территориально монопольного государства многими считается естественным и даже вовсе обязательным условием существования развитого человеческого общества. Считается, что многие вопросы и проблемы не могут быть решены рыночным путём, то есть путём частной деятельности и добровольных соглашений между субъектами, что некоторые из них (а в случае определённых концепций общественного устройства и вовсе все) должны решаться политическим путём – путём использования недоговорных механизмов достижения решений и их насаждения определённому коллективу субъектов независимо от согласия тех или иных его участников.

Коллектив субъектов в рамках государства, разумеется, не рассматривается как добровольная их ассоциация, поскольку добровольная ассоциация возникает из договорённости, составленной субъектами частным, то есть рыночным путём, по собственному желанию каждого из них. Такой коллектив принимается как единое целое исключительно по территориальному признаку. Возможность организации общества как добровольной ассоциации субъектов в случае территориального монополизма государства не рассматривается ни при каких обстоятельствах, связанность всех субъектов, находящихся в определённых территориальных владениях, и необходимость контролирования их деятельности через монопольную для всех них власть (и нет разницы, чья это власть, диктатора, элиты, избранных президента и парламента, или же электорального большинства напрямую) принимаются как некая естественная данность.

Первой из целей данного труда является рассмотрение политического подхода к организации общества и разоблачение его критических недостатков. После этого мы попытаемся выйти за рамки идеи необходимости государства как территориального монополиста с неоспоримой властью, то есть сформулировать концепцию свободного общества, полностью основанного на частной деятельности разных субъектов и добровольных договорных взаимоотношениях между ними. Разобравшись с тем, каким образом свободное общество может функционировать, что обеспечивает его жизнеспособность и чем оно радикально отличается от общества, подчинённого монопольной и неоспариваемой территориальной власти, мы выработаем несколько стратегий его практического достижения.

На этом мы завершим со вступительной частью труда и перейдём к рассмотрению интересующих нас тем и формированию концепции свободного общества.

I. ПОЧЕМУ СВОБОДА?

Первым вопросом, без ответа на который нельзя перейти к формированию любой концепции общественного устройства, является вопрос о недостатках других концепций, о том, какие их аспекты необходимо пересмотреть, и главное – почему?

Как мы уже выяснили, основным аспектом большинства текущих концепций общественного устройства является необходимость государства как территориально монопольной организации, имеющей неоспоримую власть. Чтобы понять, зачем нужно отбросить такие концепции и начать искать им альтернативу, необходимо этот аспект проанализировать. Как только будут определены его критические недостатки, необходимость формирования концепции общественного устройства, не обладающего данным аспектом, станет очевидной.

Государство – враг личных интересов

Каждый человек обладает личными потребностями, интересами и целями, которые он преследует в ходе своей деятельности. Разумеется, большинство решений и целей недостижимы без взаимодействия между людьми и разделения труда. Взаимоотношения могут быть двух видов: добровольные, которые основанные на частных договорённостях между разными субъектами, и принудительные – несущие характер подчинения одних субъектов другими. Именно второй характер и несут все общественные взаимоотношения, контролируемые территориально монопольным государством с неоспоримой властью.

Это свойство государства никак нельзя изменить, просто изменив форму правления. Отличие между авторитарными и демократическими формами правления лишь в том, что в первом случае власть находится в руках ограниченной группы людей (или даже вовсе принадлежит единому диктатору), а во втором в руках электорального большинства (и то на практике демократия чаще всего несёт представительский характер, то есть власть принадлежит не электоральному большинству напрямую, а отдельным избранным этим большинством представителям). Даже если представить идеальную прямую демократию, в которой абсолютно каждое политическое решение принимается всеобщим голосованием, всё равно факт принудительного подчинения одних субъектов другими не исчезает.

На этот тезис можно ответить, что только прибегая к механизмам власти и принуждения можно добиться общественного блага. Но что такое это общественное благо на самом деле? Я отвечу, что это всего лишь фикция! Бывает только частное благо, и определить его для себя может лишь сам человек. Также определённое благо может совместно преследоваться коллективом, сформированным людьми на основании наличия общего для всех них интереса. Но не бывает никакого общественного блага, которое можно было бы применить к каждому человеку независимо от его интересов и желаний.

Как верно заметил Людвиг фон Мизес, деятельность человека состоит в замещении более беспокойного состояния менее беспокойным. В этом суть любой деятельности – в беспокойстве, вызванном определёнными потребностями, желаниями или проблемами, и дальнейшими действиями или бездействием, в зависимости от того, что по мнению человека принесёт ему меньше беспокойства в будущем. Из этого мы получаем, что любой человек в попытке выдвинуть какую-нибудь идею (и это ведь тоже является деятельностью), в том числе и идею какого-либо общественного блага, выражает собственное, частное беспокойство по поводу определённого порядка дел. Любое высказанное им решение выдвинутых проблем, соответственно, в первую очередь послужит именно уменьшению его беспокойства, то есть оно будет благом для него. Но у него нет никакой возможности в отрыве от интересов других людей утверждать, что это решение и для них послужит благом. Если он объявит такое решение общественным благом, которое должно быть реализовано по отношению ко всем людям независимо от их личных желаний, то оно опять же послужит уменьшению его беспокойства, состоящего в том, что другие люди придерживаются не тех идей и образа жизни, принятия которых он бы от них хотел.

В результате мы получаем, что сторонник общественного блага соврёт (сам того не понимая, или даже целенаправленно), если скажет, что в своих попытках подчинить всех людей единому и универсальному закону он в первую очередь преследует некое высшее благо, а не свои личные интересы. Любая такая попытка представляет из себя всего лишь эгоистическое желание человека заставить всех остальных принять его идеалы. Именно поэтому любые идеологии, выступающие за какое бы то ни было общественное благо, лживы, как и лжива государственная деятельность, состоящая в принудительной реализации той или иной идеологии по отношению к принадлежащему ему населению, поскольку в первую очередь они нацелены на удовлетворение частных интересов идеологов и государственных деятелей. Такие идеологии и связанная с ними государственная деятельность служат замещению воли человека в пользу некой общественной воли (которая на самом деле, опять же, воля идеологов и государственных деятелей) и уничтожению его собственного «я». Да и сама попытка определить общественное благо говорит о том, что его не существует, что благо и интересы бывают только частными, а любая теория общественного блага несостоятельна.

Кроме всего этого стоит упомянуть и то, как, собственно, возникло общество, основанное на принуждении и государственной власти. Хороший ответ на это нам даёт теория стационарного бандита. Данная теория утверждает, что государство возникло как бандит, который отказался от кочевого образа жизни и нерегулярных грабежей, осел на определённой территории, подчинил силой её население и тем самым в результате получил постоянную возможность грабить людей путём налогообложения. Данная теория опровергает теорию общественного договора, говорящую, что государство является всего лишь следствием всеобщей договорённости о передачи управленческих полномочий в руки отдельных людей (не припомню, чтобы я такой договор видел в глаза и уж тем более подписывал). Очень сомнительно, что большие массы людей способны в едином порыве и по собственному желанию пойти на такое. Общественный договор не более, чем фикция, а государство – это бандит, корни которого лежат в насильственном подчинении, грабеже, убийствах и прочих преступлениях против людей.

Люди смогут перестать быть слугами государства-бандита, а также фиктивных, никогда не существовавших общественных договора и блага, и начать жить максимально в соответствии со своими собственными интересами только тогда, когда избавятся от общественного устройства, основанного на территориальном монополизме государства с неоспоримой властью, и заменят его системой, основанной на частной деятельности субъектов и их добровольных взаимоотношениях. В такой системе больше не придётся мириться с тем, что государство жёстко контролирует взаимоотношения в определённых сферах деятельности, а в некоторых из них оно и вовсе объявило себя монополистом. Со свободой придёт большое разнообразие предоставляемых на рынке товаров и услуг, поскольку государство больше не сможет иметь монопольную власть в каких-либо сферах экономики и защищать их от конкуренции, а также каждый человек сможет состоять в тех обществах, с которыми он желает иметь дело, ему больше не придётся быть частью единого и контролируемого государством общества, следующего определённой идеологии и не дающего кому-либо возможности выбора альтернативы в частном порядке.

Государство – неэффективная организация

Как мы уже указывали много раз, государство является монопольной организацией, которая не участвует в рыночной конкуренции и деятельность которой основана не на добровольных взаимоотношениях и договорённостях, а на власти и принуждении.

Конечно, в определённой степени разные государства конкурируют за людей. Однако эта конкуренция слишком незначительная, чтобы влиять на картину в целом. Основная часть населения любого государства не покинет его территории ввиду культурных и языковых барьеров, экономических затруднений, с которыми желающие переехать могут столкнуться, а также из-за большого множества других преград и издержек, связанных с переездом на территорию другого государства. Кроме того, ничто не гарантирует сохранность политического курса целевого государства, он может вскоре измениться и тем самым перестать удовлетворять требования переехавшего человека, что снова вынудит его столкнуться с уже указанных рядом преград при очередной смене места жительства.

Учитывая всё это, государство всегда имеет в своём подчинении определённое население, которое никогда не покинет его территорию, оно всегда может облагать его налогами и тем самым обеспечивать собственное существование, или даже использовать самих людей в своих целях, например, вводя трудовую или воинскую повинность.

В рыночной среде разные организации и общества конкурируют между собой за клиентов и участников. Разумеется, в процессе конкуренции у них возникает необходимость как можно эффективнее работать, то есть тратить свои силы и ресурсы наиболее рациональным образом, чтобы обеспечить как можно меньшую стоимость своих товаров и услуг, и при этом как можно высшее их качество. В ином случае они будут лишаться своих клиентов и участников в пользу других организаций и обществ, особенно учитывая то, что при смене рыночного агента человек сталкивается с куда меньшими издержками и барьерами, чем при смене нерыночного агента, то есть государства. Человеку в рыночной среде не составляет особого труда поменять заведение, в котором он питается, пойти лечиться в другую клинику, составить договор с другим страховым агентом, перейти работать на другую компанию и т.д. Подобные проблемы возникают только с государством и монополизированными им сферами деятельности.

Государство не находится в условиях рыночной конкуренции, поэтому у него нет экономических стимулов функционировать как можно более эффективным образом. Конкретному правительству достаточно лишь проводить не слишком ужасную политику, в той мере эффективную, в которой население не будет сильно возмущаться, а также иметь силовые структуры, способные справиться со всё же возникающими время от времени незначительными возмущениями. Конечно, конкретные деятели государственных органов могут хотеть работать как можно эффективнее преследуя в этом свои личные интересы, однако в любом случае находясь в неконкурентной среде и имея финансирование, которое никак не зависит от качества предоставляемых ими услуг, они лишаются необходимости действовать эффективно и рационально в экономическом плане (ведь в отличии от рыночных агентов государство способно принудительно взымать ту плату со своих клиентов, которую оно считает целесообразной, используя налогообложение или попросту уничтожая альтернативный выбор в процессе монополизации определённых сфер экономики, а также субсидируя и защищая от конкуренции некоторых производителей). Кроме того, не стоит и вовсе надеяться на то, что у власти будут находиться хорошие люди, главной целью которых является забота о своём населении. Обычно правительственные посты привлекают тех людей, интересы которых состоят в разграблении государственного бюджета. В такой ситуации на предоставление государственных услуг гражданам уходит лишь та часть средств, которая необходима для удержания возмущения населения ниже некого критического уровня. Думаю, очевидно, что станет с рыночной организацией, которая будет вести свою деятельность подобным образом.

Государство – враг идеи

Когда мы сталкиваемся с желанием или необходимостью практической реализации определённой идеи, то у нас есть два варианта. Первый вариант состоит в реализации идеи собственными силами, привлечении людей и инвестиций к её реализации на добровольных основаниях и формировании частных организаций и обществ заинтересованных в определённой идее людей. Второй вариант состоит в том, чтобы реализовать идею прибегая к государственным инструментам принуждения в поиске человеческих сил и налогообложению в качестве источника инвестиций.

Разумеется, реализация любой идеи с использованием инструментов государственного принуждения и финансирования путём налогообложения делает её неконкурентной и независимой от извлекаемых выгод и убытков, а значит и от заинтересованности в ней людей. В таких условиях нет экономических стимулов стараться реализовать идею самым эффективным образом, ведь в любом случае все расходы можно покрыть через налогообложение. Кроме того, можно даже заполучить сторонников реализуемой идеи попросту объявив поддержку альтернативных идей, конкурирующих с этой, незаконной, то есть наказуемой силой.

Таким образом любые проекты и производство, живущие за счёт налогообложения и защиты от конкуренции, а также любые идеи и идеологии, реализуемые с использованием инструментов государственного принуждения, со временем всегда вырождаются и становятся крайне неэффективными. Ничего другого нельзя ожидать от реализации чего-либо путём насильственного изъятия у населения средств и его принуждения к подчинению.

Другим негативным аспектом является сам факт того, что реализация чего-либо государственным путём требует наличия инструмента политической власти. Нельзя гарантировать то, что этот инструмент всегда будет находиться в руках заинтересованных в определённой идеи людей. Каждый, кто прибегает к реализации чего-либо через государство должен понимать, что в любой момент инструмент власти может попасть в руки совсем других людей, придерживающихся других взглядов, и они в первую очередь используют его для того, чтобы уничтожить неугодную их мировоззрению идею предыдущих владельцев государственной власти.

В свете всего сказанного политическая борьба за власть вообще теряет какой-либо смысл. Она представляет из себя лишь процесс поочерёдной смены главенствующих идей, которые не могут быть сполна и эффективно реализованы ввиду перечисленных ранее аспектов. Более продуктивным в реализации любой идеи является именно рыночный путь, состоящий в создании частного производства товаров и услуг, формировании частных организаций, а также частных обществ заинтересованных и руководимых какой-то идеей людей, функционирующих в рыночной конкурентной среде. Именно это обеспечивает экономические стимулы для наиболее эффективной реализации и совершенствования идеи, а также даёт ей гарантию того, что она не будет уничтожена попросту сменой политической власти.

Автор: Виталий Тизунь