«Призрачный легион». За кружечкой пенного

Унгары, привет!

Сегодня мы, как и собирались, посетим подгорный трактир Черновара. К сожалению, туда пускают не всех. Но я расскажу, как всё прошло.

В трактире темно, шумно, и, признаться честно, немного неуютно. Не привык я к отсутствию окон и неба над головой. Но обитатели пещер Ханеранга другой жизни и не представляют — чем больше камня над головой, тем гном счастливее. Самый счастливый же в трактире «Ханерангская гусыня» — его хозяин, толстый, но могучий гном Черновар. Мой старый знакомый. Улыбается за стойкой, неспешно протирая каменную кружку пугающих размеров.

— Приветствую, старый друг! — улыбка в бороде расплывается ещё шире, когда я усаживаюсь на каменный табурет напротив. — Присаживайся, выпей пива.

— Здравствуй, Черновар, — благодарно киваю в ответ. — Не откажусь.

Пиво из особого сорта подгорного ячменя приятно разливается по телу, я лениво оглядываю зал, полный посетителей, и задаю вопрос, который витает в воздухе:

— Ты что же, совсем отошел от ратных дел?

— Да, подустал я, не молодею — кивает гном, — но дело даже не в этом. Всё уже не так, как раньше в нашем государстве. И дело не в политике даже. Хельмир, Найрунг — мне всё едино. Но вот воинское ремесло… Забывать мы стали, как это — ходить хирдом. Когда пал Раэр — вот это была битва! Я был там, слышишь! Плечом к плечу, грудь в грудь с врагом! А сейчас у нас… танки, — последнее слово старый воин выплюнул с нескрываемым презрением.

Я слушал, прихлёбывая пиво.

— … что это вообще такое? Едут и стреляют, никакого благородства! А форма эта парадная! А ружья эти? Аркебузы. Чем плохи были арбалеты? Вот в моё время…

— Ну-ну, я уверен, что среди гостей твоего прекрасного заведения всё ещё достаточно достойных воинов! — вот тут уже надо было вмешаться, обычно настолько желчно Черновар себя не ведёт.

— Среди этих юнцов? Да им и пятидесяти-то нет! Посмотри сам и убедись! Я знаю, ты очень хорошо разбираешься в людях… гномах, эльфах. Во всех.

— Хорошо. Взгляни, какие статные воины сидят вон там, за дальним столиком.

— Эти? — возмущённо повысил голос гном, — Это обычные Ратники хирда! Частые гости моего заведения.

Сильный, но лёгкий
Сильный, но лёгкий

— Абсолютные разгильдяи, — продолжил гном. — Предпочитают пенное пиво ратной службе. Впрочем, их трудно за это винить. Напиваются порой так, что приходится в них посудой кидаться, только тогда просыпаются.

— Но ведь просыпаются же! — резонно возразил я. — Не каждому солдату суждено быть генералом. Да, они не много умеют, но строй держат крепко и способны прикрыть спину товарищу. Не на этом ли держится ваш хирд?

— Пожалуй и так, — задумчиво произносит трактирщик. — Да только этого недостаточно. Хирд цел и несокрушим, пока не прорван строй. Против орд нежити мы стояли плечом к плечу, могучие воины, сильные, выносливые. А эти? Или убьют, или из строя выдернут. И что тогда?
— Т-трактирщик, п-пива мне! — весьма нетрезвый гном подкрался сзади и прервал наш разговор. — Много, много пива, с-сейчас н-надо!

— Одну минуту, я занят беседой! — тактично ответил Черновар, но кружку наполнять начал.
— Я ни-и-куда отсюда не уйду, п-понятно! Клиент всегда п-прав! — гном качнулся, схватился за стойку, но всем своим видом демонстрировал, что не сойдет с места без выпивки.

— На, держи своё пиво! И вот мясца иглохрюка возьми вяленого. За счёт заведения. Только иди! — наконец спровадил настырного гнома Черновар. — Упрямый — сил нет. Знаю я его, он из латников.

Решила меня двинуть?! Я сам тебе двину!
Решила меня двинуть?! Я сам тебе двину!

— Гном-латник, вижу, — подтвердил я. — Такого из строя не выдернут. Сам же говоришь, упёртый как осёл.

— Кто такой осёл? — удивлённо поднял брови гном. — Какая-то зверушка Кронга? Или мерзость с тёмной стороны?

— Это… очень выносливый конь, — неопределенно повертел рукой я. Забыл, что ослов тут не видели. — Упрямый очень. Гном, можно сказать, от мира лошадей. Знаешь, ты ведь немного лукавишь, когда так хвалишь былые времена. Помнишь, тогда, в битве с Раэром, хирду ударили в тыл? Сколько полегло гномов, пока вы развернулись. Ваш строй несокрушим, но медлителен. Может быть, вам и нужны были танки…

— Ты ещё про буры вспомни! — трактирщик с грохотом поставил каменную чашку на стойку, кипя от возмущения. — Мерзость! Копать землю надо кирками, а сражаться — в строю. А на случай манёвров… Тут, признаюсь, есть у нас прогресс. Хоть где-то. Видишь вон того гнома у входа? Кавалерия наша.

Кто посмеет назвать меня кабаньим наездником, того я задавлю!
Кто посмеет назвать меня кабаньим наездником, того я задавлю!

— Это что же, получается, гном-рыцарь? — удивился я.

— Он самый, — Черновар кивнул. — Благородное происхождение, правда, не обязательно. Обязательно ладить с кабанами. Но и выучки, и гонора у них хватает. Любую толпу такая кавалерия пройдёт — не заметит, сам видел. Элита!

— Вот, дорогой друг, а ты говоришь…

Я продолжил допивать пиво из уже изрядно полегчавшей кружки. Надо бы повторить, но Черновар отвлёкся на подсевшего за соседний стол посетителя. Сухонький гном-старичок с умным, но почему-то обожженным, покрытым старыми шрамами и ожогами лицом.

Некоторые гномы буквально одержимы своими опытами
Некоторые гномы буквально одержимы своими опытами

— Черновар, сынок, налей-ка «Гусыню» свою фирменную, будь так любезен, — надтреснутым голосом попросил гость. — Очень уж она у тебя замечательная! О чём беседу ведёте, молодежь?

— Весьма польщён! — улыбнулся трактирщик в усы. — О том, что раньше было лучше. Во всяком случае, у нас в армии.

— Ой, сынок, действительно, так всё и есть! Я вот хоть в хирде и не ходил — здоровье слабое, Алхимиком стал— но видел лучше, да и выпить мог не в пример больше. Раньше хорошо было! А ещё раньше, — вдруг неожиданно оживился гном, — мы в пиво добавляли вот этот порошок, и…

Неожиданно старый гном выхватил из кармашка своего платья высокую стеклянную колбу с какими-то тёмными кристаллами и щедро плеснул туда «Гусыни» из бокала. Пиво, и без того пенное, вспенилось ещё больше, но алхимик успел закрыть колбу пробкой и с лихим «хэк» бросил её в сторону. С броском, правда, получилось не очень хорошо, не рассчитал. Колба пошла высоко, улетела под потолок, где неудачно ударилась о какую-то деревянную переборку и вернулась почти к самым ногам отправителя. После этого она громко взорвалась, слегка опалив и без того покрытый сажей наряд нашего собеседника. Мы с Черноваром застыли в изумлении.

— Так вот да, взрывалось раньше сильнее. Да и летело дальше! — подытожил ничем, казалось, не смущённый гость.

— Пустите, пустите! Таблетки, таблетки, дедушка опять про них забыл! — к стойке, изо всех сил перебирая ногами, бежал молодой по местным меркам гном с мешочком в руке. Едва кивнув нам головой, он принялся ощупывать и осматривать старичка с неподдельной заботой. — Дедуля, дорогой, ты не поранился? Поранился же, опять!

Гном достал из мешочка тряпку и мелко молотый белый порошок. Обтерев лицо алхимика, он принялся тонким слоем наносить на ожоги эту, без сомнения, лечебную субстанцию.

И тебя вылечу, и тебя вылечу!
И тебя вылечу, и тебя вылечу!

— Внучек мой, целитель! — подтвердил мою догадку алхимик. — Талантливый! Порошочек этот я сам ему делаю. Вас обработать не надо?

Под действием лекарства кожа гнома быстро восстанавливала здоровый цвет. Действенное средство!

— Забирай деда быстрее — и уходите! Всех посетителей мне так распугаете! — шикнул на парочку Черновар и продолжил, обращаясь уже к остальной публике: — Всем пива за счёт заведения!

— Ого! — поразился я. — Дорого же!

— Да не дороже ваших содаров! — отмахнулся Черновар. — Дед учудил, что тут скажешь? Три зимы за ним ничего подобного не замечалось, я и расслабился. Да и внук у него, по совести говоря, толковый, обычно такого не допускает. Но зато взбодрил он меня шуткой своей старческой, дурацкою. На миг себя прошлым почувствовал, живым. Как там, в хирде…

— Вернешься, что ли?

— Живым, говорю, а не глупым! Трактир у меня теперь, варить пиво на полковую кухню я не пойду. Но знаешь… — мой старый друг лукаво прищурился.

— Что?

— Мой прадед, говорят, нашёл сорт нашего фирменного ячменя в дикой пещере благодаря гусыне из нашего хозяйства. Убежала из-под ножа и прибежала туда, вывела как-то. Как в темноте видела, до сих пор не пойму! Видно, волшебная была. Жизнь она потом прожила долгую да счастливую, а захудалая корчма прадеда за это время превратилась… вот в это! — Черновар повёл руками вокруг.

— Забавная история, — согласился я, — но к чему она?

— А вот дай закончить! — продолжил гном. — Дед мой говорил, что где-то далеко, то ли на болотах, то ли где-то ещё дальше, чудо-птица живёт. Гидра-гусь о десяти головах! Во всяком случае, жила до Катаклизма, так он говорил.

— И ты хочешь, чтобы она что? Нашла тебе новый сорт ячменя?

— Нет, конечно! — засмеялся Черновар, и на миг мне действительно показалось, что годы отступили от немолодого трактирщика. — Я хочу охотничий трофей! Повешу над стойкой. Будет как нельзя лучше соответствовать названию! Думаю, ты прав: пара-тройка крепких ребят, желающих подзаработать, в наших пещерах ещё найдётся!

Вот так всё и было! Прошу прощения, что в этот раз только с моих слов, но такие у старика правила. Не любит чужаков. Зато уж в следующий раз точно увидим всё своими глазами. Может даже поиграем. С машинками.

1724 views·18 shares