Инсталляция «Пасека». Неопознанный кинетический объект «Аэронавт».

Арт-объект был создан в рамках работы Проектной школы, которую в мае 2021 года запустили выставочный проект «Benua Art Garden» совместно с Фаблаб Политех Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого при содействии Фонда поддержки инноваций и молодежных инициатив Санкт-Петербурга.

Объект посвящен открытию первого в России Курса воздухоплавания при кораблестроительном отделении СПб Политехникума в 1909 году.

Направленные потоки воздуха приводят в движение винтовой механизм "Аэронавта", вызывая перемещение летательных аппаратов внутри. Макеты этих аппаратов имеют реальные исторические прототипы, разработанные выпускниками университета. Улей также имеет крылья, которые уже более очевидно относят нас к теме авиации и воздухоплавания.

Воздухоплавание в России началось со смелой инициативы и 625 рублей…

6 мая 1909 года преподаватель начертательной геометрии Н.А. Рынин обратился к профессору К.П. Боклевскому с письмом, в котором настоятельно просил учредить преподавание первого в России курса воздухоплавания при кораблестроительном отделении СПб Политехникума. Уже через 6 дней Боклевский собрал комиссию по реализации этой идеи. В результате было решено начать занятия осенью того же года. Нужны были небольшие деньги: всего 625 рублей для оплаты преподавателям аэродинамики, метеорологии и воздухоплавания. Эта сумма была взята из остатков средств на инженерно-строительном отделении. Уже летом на первый курс приняли 1288 студентов.

22 сентября праздник воздухоплавания посетил сам П.А. Столыпин. После полёта на аэроплане, премьер сказал:

«Теоретически я давно верил в то, что за воздухоплаванием громадное будущее. Сейчас же я практически убедился в этом».

Отныне тема воздухоплавания стала непременной во всех российских газетах. В каждом номере были публикации по проблемам воздухоплавания и авиации.

Воздухоплавание в России…

После революции 1905 г. царское правительство было напугано различными студенческими собраниями и выступлениями, поэтому 9 октября 1909 г. на имя директора Института инженеров путей сообщения профессора А. А. Брандта поступает письмо градоначальника Санкт-Петербурга за № 3575: «Ввиду появившихся в периодической печати статей об образовании при некоторых высших учебных заведениях столицы студенческих кружков воздухоплавания, и в том числе при Институте инженеров путей сообщения, покорнейше прошу... уведомить меня, кем и когда разрешена организация такого кружка при вверенном Вам институте, а также не отказать доставить мне два экземпляра устава названного кружка».

Через пять дней, 14 октября 1909 г., директор института поспешил успокоить «его превосходительство градоначальника», сообщив, что «организация кружка для изучения воздухоплавания разрешена Советом института, утвердившим устав означенного кружка в заседании 9 апреля с. г. по журналу № 5, п. 103», и «при сем любезно препроводив два экземпляра устава».

Так началась история воздухоплавания в России.

С целью более широкой популяризации идей воздухоплавания среди студентов и преподавателей по инициативе Николая Алексеевича с декабря 1908 г. кружок начинает издавать журнал «Аэромобиль». В каждом его номере публиковались наиболее интересные доклады студентов и преподавателей, заслушанные на заседаниях кружка, переводы статей иностранных авторов по проблемам воздухоплавания, богатая хроника о первых полетах на воздушных шарах, дирижаблях и аэропланах в России и за границей.

Так, в одном из первых номеров журнала за 1909 г. были опубликованы статьи студентов института А. Пихлака «От шара к дирижаблю» и Д. Уотгофа «Три с половиной месяца деятельности кружка для изучения воздухоплавания». В другом номере журнала за этот же год помещены переводы зарубежных статей, посвященных теоретическим проблемам воздухоплавания и практике постройки первых летательных аппаратов: В. Татина «Исследование законов сопротивления воздуха» и доклад доктора-инженера Ф. Цеппелина «Знания, полученные при постройке воздушных кораблей», сделанный им 10 июня 1908 г. в Дрездене на собрании союза немецких инженеров.

В разделе «Хроника» сообщалось, что «5 марта в зале армии и флота в присутствии многочисленной публики вице-президентом французского аэроклуба, известным авиатором Р. Эсно-Пельтри, было сделано весьма интересное и обстоятельное сообщение "Современные управляемые аэростаты и аэропланы"».

Отсутствие специальной литературы и необходимых средств не давало возможности проводить в институте широкие экспериментальные исследования в области воздухоплавания, поэтому журнал «Аэромобиль» в первые годы его издания не только выполнял роль пропагандиста и популяризатора, но и являлся единственным источником самообразования студентов.

О направленности деятельности кружка и объеме его работы можно судить хотя бы по отчету за 1911 г. , когда состоялось 10 общих собраний кружка, на которых было заслушано 18 докладов.

Студенты — члены воздухоплавательного кружка под руководством Рынина – принимали личное участие в полетах на воздушных шарах, аэростатах и аэропланах. 21 октября 1911 г. студенты В. Никольский и Д. Реховский совершили полеты на аэроплане «Фарман» в Гатчине, а студент М. Л. Григорашвили 15 июля 1911 г. получил звание пилота-аэронавта и затем демонстрировал несколько полетов на аэроплане «Блерио» в различных городах России (25 сентября 1911 г. — в Челябинске, 16 октября 1911г. — в Томске, а затем в Эдинбурге близ Риги и др.).

Газета «Сибирское слово» подробно описала его первый полет и восторг зрителей после благополучного приземления: «...около ангара столпилась группа наиболее экспансивных зрителей, из которых каждый так или иначе стремится выразить авиатору свой восторг... Публика подхватывает авиатора на руки и несет его до экипажа. Так в сумраке осеннего вечера заканчивается первый полет М. Л. Григорашвили».

В последствии профессор Рынин перейдет преподавать в Политехникум, но не оставит идею создания факультета воздухоплавания.

6 мая 1910 года он обращается с письмом к профессору и декану кораблестроительного факультета К.П. Боклевскому:

«Многоуважаемый Константин Петрович! Решаюсь обратиться к Вам с предложением, вероятно для Вас не новым, но на мой взгляд весьма важным. Дело в том, что при поразительных успехах, которые теперь обнаруживаются в воздухоплавании заграницей, необходимо в России как можно скорее серьезно заняться этим вопросом, поставить изучение его на строго научную и прочную основу.

Дорожа интересами СПб Политехникума вообще, а кораблестроительного отделения, что помогло мне пробиться на ученую дорогу, в частности, и наконец, считая, что кораблестроительное отделение своей серьезной постановкой дела преподавания в нем обязано исключительно Вашему влиянию и примеру,

я и решаюсь обратиться именно к Вам с предложением учредить преподавание курса воздухоплавания при кораблестроительном отделении (ведь воздухоплавательный аппарат есть именно корабль, и методы изучения первого весьма похожи на м етоды изучения последнего).

Хотелось бы, чтобы в кораблестроительном отделении, как первом в свое роде в России, правительство постановило бы изучение и преподавание воздухоплавания на прочное основание, и это будет иметь очевидно громадное историческое значение.

При сем прилагаю примерную программу курса по воздухоплаванию.

Преданный Вам Н. Рынин.»

К.П. Боклевский, у которого хлопот по руководству кораблестроительным отделением было предостаточно, отреагировал на письмо Н.А. Рынина очень быстро. Уже 12 мая он собрал комиссию по учреждению курсов воздухоплавания в составе профессоров С.И. Дружинина, И.Г. Есьмана, И.В. Мещерского, А.П. Фан-дер-Флита и М.А. Шателена, а также преподавателей А.А. Лебедева, К.Э. Рериха, Н.А. Рынина и А.К. Шуберта.

Кроме Н.А. Рынина только один А.А. Лебедев в этой группе уже занимался воздухоплаванием. Брат его В.А. Лебедев был пилотом и владельцем авиационного завода, а сам он занимался конструированием так называемых «легких двигателей», пригодных для воздухоплавания и автомобилей.

Через неделю комиссия собралась в расширенном составе, ее пополнили профессора Н.Н. Саввин и В.И. Станевич, преподаватели Н.С. Грузов, А.М. Драгомиров и А.А. Шапошников. Большой удачей можно считать то, что К.П. Боклевскому удалось пригласить и затем вовлечь в работу полковника В.Ф. Найденова - крупнейшего военного специалиста в области воздухоплавания и основоположника аэрофотосъемки в России.

Комиссия приняла решение о начале занятий ближайшей осенью на «Курсах воздухоплавания при кораблестроительном отделении СПб политехнического института». На курсы приглашались студенты технических отделений института, получившие зачеты по математике, физике, химии, теоретической механике, начертательной геометрии и деталям машин. В виде исключения могли приниматься и посторонние лица.

Преподавать на курсах согласились А.П. Фан-дер-Флит, В.В. Кузнецов и В.Ф. Найденов.

Профессору Фан-дер-Флиту курс аэродинамики – внове, но он быстро разберется и даже станет автором первого в мире курса аэромеханики.

Но это было только начало…

9 сентября К.П. Боклевский пишет П.А. Столыпину:

«...Необходимо, чтобы Правительство, озабоченное успехом развития воздухоплавания в России, внесло в новое нарождающееся дело строгую планомерность, притом так, чтобы эта планомерность отнюдь не стесняла бы частной инициативы какими-либо ограничениями, а наоборот, частной инициативе следует предоставить возможность идти не ощупью, а совершенно сознательным путем…О всем вышеизложенном имею честь доложить Вашем у Высокопревосходительству.

Проф. К. Боклевский».

Летом на первый курс приняли 1288 студентов.

22 февраля Боклевский выехал в Москву для осмотра единственного в России аэродинамического института Д .П . Рябушинского.

Рябушинский был миллионером, интересующимся воздухоплаванием. На его деньги в Кучино и был построен институт. Научным руководителем института был Н.Е. Жуковский (в советское время институт превратится в Центральный аэрогидродинамический институт - ЦАГИ имени Н .Е. Жуковского). Проф. Боклевский намерен был лично познакомиться с проф. Жуковским и обсудить с ним проект аэродинамической лаборатории Политехнического института.

Вслед за деканом в Кучино отправилась группа студентов-слушателей воздухоплавательных курсов под руководством проф. Фан-дер-Флита.

Несколько ранее, 14 февраля, с площадки перед главным зданием института был запущен воздушный шар-зонд. Руководил этим действием, в ту пору редким для неизбалованной публики, преподаватель курсов В.В. Кузнецов.

Четыре студента разных институтов (Инженеров путей сообщения, Технологического, Электротехнического и Политехнического, от которого выступал Ксенофонт Руберовский) представили в Министерство внутренних дел проект Устава «Студенческой аэролиги высших учебных заведений С.Петербурга».

20-29 сентября на Комендантском аэродроме проходил Всероссийский праздник воздухоплавания. В проведении различных мероприятий принимали участие преподаватели Политехнического института.

Но 24 сентября случилось то, что повергло многих наблюдавших за полетами в ужас: с высоты 400 м из аэроплана «Фарман» выпал летчик Л.М. Мациевич. Летчик стал первой в России жертвой бурно развивающейся науки.

За два дня до гибели Мациевич совершил полет, имея на борту пассажиром самого премьера П.А. Столыпина. После посадки премьер и сказал: «Теоретически я давно верил в то, что за воздухоплаванием громадное будущее. Сейчас же я практически убедился в этом». Вслед за Столыпиным пассажиром Мациевича был К.П. Боклевский.

1 октября под председательством профессора Боклевского заседал Отдел воздушного флота Комитета по усилению флота на добровольные пожертвования. Решено на собранные средства закупить 16 аэропланов во Франции и 5 в России; на Комендантском аэродроме открыть школу авиации, которую позже перевезут в Севастополь.

То, что морской офицер уже председательствует Отделом воздушного флота, неудивительно, поскольку авиационных офицеров в России просто не было. Тут другое: организаторские способности Боклевского уже замечены.

Возможно, именно его энергии не доставало для придания российскому воздухоплаванию заметного толчка. Отныне тема воздухоплавания стала непременной во всех российских газетах. В каждом номере были публикации по проблемам воздухоплавания и авиации.

18 октября в институте торжественно открылись Офицерские теоретические курсы авиации. Присутствовал председатель Отдела воздушного флота Великий князь Александр Михайлович.

После молебна послали телеграмму императору и получили ответ: «Поручаю Вашему Высочеству передать начальству Политехнического института имени Императора Петра Великого, обществу офицеров и присутствовавшим на освящении и открытии теоретического курса офицерской школы авиации отдела воздушного флота Мою благодарность за молитвы и выраженные Мне чувства; от души желаю успеха этому новому начинанию. Николай».