Интервью с Черри (Zouo, Danse Macabre)
Многие слышали о японских хардкорщиках-безумцах Zouo, но жизнь вокалиста Кацунори Нишиды [Katsunori Nishida] по прозвищу Черри [Cherry] после распада группы для большинства станет сюрпризом – переезд в США, жизнь возле кладбища, тусовки с Гленном Дэнзигом [Glenn Danzig] и Agnostic Front, возвращение на родину, игрушки и панк/метал-группа Danse Macabre.
Ниже представлено интервью с Черри. Интервьюер – Наото Фукухара [Naoto Fukuhara] из S.O.B. и Rise From The Dead.
Оригинал опубликован в Zero Magazine.
Перевод с японского на английский выполнен Даики Кусухарой [Daiki Kusuhara] и опубликован в Maximum Rock'n'Roll.
Перевод с английского на русский – BEDLAM Translations.
Наото: Какую музыку ты слушал раньше?
Cherry: Раньше я слушал хорошо известную всем музыку, но не смог ей проникнуться. Я слушал Beatles, а потом сразу перескочил на Sex Pistols. Думаю, единственная панк-пластинка, которую я заказал в музыкальном магазине, была «London Calling». Остальные свои панк-пластинки... Скажу просто, что их я тоже купил, хаха!
Наото: Все всё поняли, хаха!
Черри: Я купил её, потому что в комплекте шёл постер, но я слушал и другие группы до этого. Она была с постером, вот почему я её купил, хаха! Она стоила около 3500 йен, что было весьма дорого.
Наото: А ещё этот альбом длится около 60 минут.
Черри: Я вообще-то не только покупал пластинки Sex Pistols и Clash, но и слушал их, хаха!
Наото: Какую хардкор-группу ты услышал первой?
Черри: Не уверен, что это можно назвать хардкором, но первыми были Crass.
Наото: Crass! Я тоже Crass люблю.
Черри: Я считаю, в это время многие группы начинали звучать по-новому. По-другому с музыкальной точки зрения, но со схожим подходом. Я начал слушать Crass, а потом купил Discharge-вский «Why?» через британский каталог Edison. Я его послушал, и мне конкретно крышу снесло. Я думал, что не на той скорости слушаю, ха!
Наото: Ага, думаю, многие тоже так думали, хаха!
Черри: Это была пластинка 45RPM, так что все были уверены, что скорость не та! Хаха! До Discharge мне ещё нравились UK Subs. Мне нравился альбом «Brand New Age», я много его слушал. Помимо этого, я какое-то время слушал такие группы, как Devo и прочую нью-вейв-музыку. Думаю, ты уже знаешь, что многие скейтеры слушали такую музыку. Друзья-скейтеры как раз и давали мне кассеты, и учили плохому тоже они, хаха! Я затесался в компанию, когда мне было 12 или 13 лет, и начал подолгу зависать у Минами.
Наото: На меня тоже скейтеры повлияли. Я катался в Kagaya Bowl.
Черри: А, Кагая. Первой группой, которую я собрал, была Zouo. Пока мы катались, все мы хотели стать профессионалами, но когда мода прошла, скейт-парки разорились, и даже профессионалы не могли зарабатывать на жизнь своим мастерством. Мы думали, чем заняться дальше, может, собрать группу или ещё что-нибудь... Так мы и начали играть.
Наото: И сколько же лет тебе было тогда?
Черри: Эммм, думаю, лет 16-17. Это был приблизительно 1980-ый, но точно вспомнить не смогу, ха! Думаю, к 1981-му году группа уже играла.
Наото: Выходит, все участники группы вместе катались?
Черри: Участниками группы были участники кагайской скейт-команды.
Наото: Значит, команда попросту превратилась в группу?
Черри: Да, мы все пошли в магазин Yamaha и купили инструменты.
Наото: Yamaha в Синсайбаси?
Черри: Ага, тот самый. Это был один из тех комплектов, гитара плюс усилитель, которые стоили 29800 йен или около того.
Наото: Красивая история, хаха!
Черри: А Окино [Okino, участник Zouo] бас-гитара досталась от одного из его родственников, который его и играть научил. Перед этим я тоже купил гитару.
Наото: Серьёзно!?
Черри: Я хотел играть на гитаре, так что купил Telecaster.
Наото: Вот это действительно неожиданно.
Черри: Наше первое выступление организовал Коси [Koshi] из Nashi. Мы были огромными фанатами Nashi и много ходили на концерты, но из-за того, что мы сходили с ума и вытворяли неуместные вещи, остальные группы называли нас идиотами. Все говорили что-то типа «Эти идиоты теперь в группе играют?» И вот, организовано наше первое выступление, хотя прошёл всего месяц с того момента, как мы купили инструменты, ха!
Наото: Значит, сначала было две гитары?
Черри: Сначала мы просто ради забавы каверили песню Clash. Примерно через месяц после того, как мы купили инструменты, нас позвали с таким посылом: «Эй, ребята, концерт такого-то числа! Вам бы лучше подготовиться». И мы ответили: «Конечно!» Нам надоело играть кавера, так что мы просто сыграли песни, которые сами придумали.
Наото: Вау! Неплохо!
Черри: Думаю, раз мы собрались играть панк, то и делали всё по панку. По-моему, наш первый концерт мы отыграли через три месяца после того, как купили инструменты. Первые несколько концертов были абсолютным хаосом.
Наото: Где это происходило?
Черри: В Mantohini, в районе Тэннодзи. Думаю, мы были последней панк-бандой, которая там появилась. Outo вроде бы играли в студии Ahiru.
Наото: Возле железнодорожной станции Терада-Тё?
Черри: Да, Studio One.
Наото: А, я помню Studio One. Я часто туда ходил. Есть у тебя какие-нибудь воспоминания о первом выступлении?
Черри: Воспоминания о нашем первом выступлении... Ты ведь знаешь Аки [Akii] из OFF MASK 00, да?
Наото: Да, я знаю его.
Черри: Мы набухивались за кулисами и, возможно, выглядели как ублюдки, но они всерьёз подошли к нам поздороваться, сказав: «Сегодня у нас четвёртое выступление. Рады знакомству с вами, ребята» А мы ответили что-то вроде: «Ага! А у нас первое выступление!» Хаха!
Я нервничал и не мог играть, пока не напился. На нашем первом выступлении было 40-50 человек, но мы просто с ума сходили, так что после нашего второго концерта это количество снижалось, и в итоге мы играли перед примерно восемью людьми. На концертах публика была, но когда мы начинали играть, все расходились. Я в те времена был реально агрессивный, ха!
Наото: Понятно... хаха!
Черри: В то время, когда мы начали играть, ничего подобного не было. Это было время, когда панк начинал исчезать. И остановить это можно было только играя панк.
Наото: Да, всё было именно так, как ты описал. Наше поколение, которое тогда ходило на концерты, считало Zouo хардкор-группой.
Черри: Позже хардкор-сцена стала действительно интересной. Думаю, было в ней что-то такое чисто японское.
Наото: Что думаешь о сегодняшней хардкор-сцене?
Черри: Сейчас хардкор-сцена... эмм... Мне не всегда удаётся следить за ней, но я думаю, что группам стоит больше играть вместе. Похоже, что сцена разделена по жанрам.
Наото: Все слишком сконцентрированы на своих жанрах.
Черри: Всё и правда разделилось, и каждая сцена делает всё по-своему. В те времена было по-другому. Даже на хардкор-концертах были такие группы, как Aburadako, и разные группы играли вместе; думаю, это было интересно.
Наото: Да, всё верно.
Черри: Вообще, отчасти мне интересно, почему так получилось.
Каждый играет под своим флагом чётко определённого цвета, спору нет, но мне непонятно, почему эти цвета не смешиваются?
Наото: Полностью согласен.
Черри: Думаю, стоит устроить какой-нибудь большой концерт. В Токио не арендуют большие залы, не делают подобного?
Наото: Делают.
Черри: Было бы здорово, если бы мы могли делать подобные вещи. Моя группа уже давно не играет, так что нечего мне жаловаться, ха!
Наото: Как прошла первая запись?
Черри: Запись сингла стоила не много. У нас ушло около шести часов на запись в 246. Какой там был магнитофон, 4-дорожечный? 6-дорожечный?
Наото: Эмм... Думаю, там и 8-дорожечного не было. Они просто одну и ту же ленту по несколько раз использовали, ха!
Черри: Мы записались за шесть часов и выполнили сведение менее чем за четыре часа. Мы всё сделали действительно дёшево, хаха! Практически за один дубль всё сделали. Сперва мы записались без вокала, а потом писали вокал вместе с гитарой, таким образом гитару на записи мы сделали «двойной».
Наото: На этом сингле явно слышно искуственное эхо.
Черри: Это Studio 246, так что наверняка какой-нибудь дешёвый эффект, хаха! Думаю, тогда это было что-то типа эхо-машины.
Наото: Думаю, это была одна из тех машин Tape Echo от Roland. Её до сих пор используют в качестве винтажного эффекта. Когда я записывался, мы шли к Маэкаве [Maekawa] в TagRag и там все вместе слушали Zouo.
Черри: Звучит как эхо в ванной, хаха!
Наото: Мы считали это эхо-звучание потрясающим! Мы использовали его в качестве отсылки. Басист Окино потом ушёл, так ведь?
Черри: Наш басист был вынужден уйти по личным причинам, и группа Memai [Головокружение] как раз вовремя появилась. Цудзи [Tsuji] из Memai постоянно тусовался с нами, так что мы спросили его, не хотел ли бы он присоединиться, на что он ответил: «Да, конечно!» При следующей нашей встрече он был с безумной бас-гитарой Flying V! Мы все решили, что он чокнулся! Чересчур большой энтузиазм! Хаха!
Наото: Я хотел спросить тебя о «Hardcore Unlawful Assembly».
Черри: Думаю, «Hardcore Unlawful Assembly» был записан на студии Gorilla.
Наото: На студии Мистера Мураками [Murakami]?
Черри: Да, именно. Вроде там было около двенадцати треков.
Наото: Да, вроде около того.
Черри: Мы хотели добавить звуковых эффектов, так что сделали много ненужного, хаха! Но наш подход к записи не изменился. Записав основные инструменты, мы вроде ещё два раза сверху записали гитарные дорожки. Затем добавили вокал и прикрутили некоторые эффекты в подходящие места.
Наото: Как происходил процесс написания песен?
Черри: Кто-нибудь просто придумывал партию, и мы начинали сходить с ней с ума.
Наото: Значит, все участники были вовлечены?
Черри: Да, именно так. В Zouo тексты добавлялись в самую последнюю очередь. Помимо этого, мы пытались играть нечто вроде того, что сегодня называется битдауном (NYHC / мош-хк) – стыдно, но мы пытались его играть, даже несмотря на то, что на самом деле не знали, как это делается, хаха! Думаю, для одной из песен с сингла партию придумал Манго [Mango из Mohawks / Laughin' Nose].
Наото: Кстати, Манго жил там, где сейчас живу я. Он съехал, а я заселился. Ха!
Черри: Я много тусовался с Манго и Дзётаро [Jotaro из Mohawks / Mobs / Last Bomb / Tetsu Array]. Мы выпивали, а Манго любит гитару, и он просто дёргал струны. В этот момент мы попросили его придумать партию. Такая вот атмосфера была.
Наото: Понятно, значит, песни писались с тем же подходом?
Черри: По большей части, да.
Наото: Ясно. Лично мне нравится «No Power». Я много ваших концертов посетил.
Черри: На наш первый концерт приходил Тоцуан [Tottsuan из S.O.B.]. Я познакомился с ним на ярмарке в Сумиёси-тайся. Моя тогдашняя девушка спросила: «Ты что, панк!?» и внезапно хлопнула Тоцуана по голове, хаха! Естественно, его реакция была типа: «Какого хера?», а я подошёл и спросил, откуда он, ха! Сумиёси-тайся - моя родина.
Наото: Что?! Серьёзно?
Черри: Да, Тоцуан с друзьями были одеты по панку, а у меня тогда были остриженные под ёжик блондинистые волосы. Моя девушка была пьяна, увидела панка, закричала: «Это панк! Это панк!», а потом ударила его по голове, хаха!
Наото: Сильно. Значит, так вы и познакомились?
Черри: Мы спросили у него: «Ты откуда?» Я сказал ему, что у нас будет первый концерт и что ему стоит прийти. С этого момента мы начали вместе тусоваться. Я не очень хорош в заботе о младших, так что я предоставил это Тоцуану и той девушке по прозвищу Okasan [Мама]. Они присматривали за парнями и девушками.
Наото: Ясно, вот, значит, как всё было, ха!
Черри: В районе, где жил Тоцуан, была компания молодых ребят.
Наото: Например, Иттю [Icchu].
Черри: Ага. В то время было не очень много мест, где могли тусоваться молодые панки. Панков вербовали янки [японские хулиганы / гангстеры]. В то время если ты был панком, значит ты был совершенно безумен, хаха!
Наото: Да, когда вставал вопрос о том, где потусить, было несколько мест в Умеде и Минами...
Черри: В парке Санкаку, в Амэрикэн-Вилледж [район в Осаке] таких мест не было.
Наото: Там были качели, ха!
Черри: Зимой в парке Санкаку мы, бывало, пили и разводили костёр. Копы говорили нам: «Только большой пожар не устраивайте». В то время в Амэрикэн-Вилледж было порядка десяти магазинов.
Наото: Верно.
Черри: По-моему, раньше там был Rockza (сеть стрип-клубов) или что-то такое. Сейчас его, может, переделали в универсам. Когда построили Rockza, люди вроде стали больше собираться.
Наото: Да, верно. Кстати, история о том, как ты познакомился с Тоцуаном, просто замечательная. Я слышал, это ты придумал название S.O.B.?
Черри: В то время я ещё, пожалуй, был близок с Ёсуко [Yousukou из Cobra] и Поном [Pon из Nashi / Laughin' Nose / Cobra / Cow Cow]. Мы втроём постоянно напивались. Мы ходили в заведения типа «ешь-сколько-влезет-пей-сколько-влезет», хаха! С нами были близки группы Memai и киотские Bones. Я как раз на днях выпивал с Ёсидой [Yoshida] из Bones. Также я много зависал с Дзётаро. Дзётаро реально груб с молодым поколением. Всегда готов подраться с молодыми, хаха!
Наото: Твой младший брат Бутчер [Butcher, Мясник] ведь в Outo играл, я хотел поспрашивать тебя об этом.
Черри: Да, я его типа порекомендовал. В нашем районе в Кагае было много янки, так что мы старались вербовать потенциальных кандидатов в янки в наши ряды. Этакая промывка мозгов, хаха! Мы говорили: «Послушай-ка это!» и давали слушать наши записи. То, что мой младший брат играл в Outo, было здорово, но я не знаю, как это описать. Думаю, ему было немного тяжеловато с этим справляться. Может, Бутчеру было не очень комфортно. Он говорил об этом, когда напивался. Мы очень хорошо знаем характеры друг друга, так что борьба других людей становилась нашей борьбой. Если я спорил с Бутчером, дело часто заканчивалось дракой, хаха! Мы пару раз играли вместе, но никогда не играли в одной группе.
Наото: Вы играли вместе в разных группах на одних концертах?
Черри: Да, вроде того. После того, как Laughin' Nose переехали в Токио, Cobra, Outo и Zouo вместе играли на концертах.
Наото: Я ездил в Киото на концерт «Sensenfukoku».
Черри: Наши поездки в Киото были самым безумным временем в жизни. Нам тогда платили 3000 йен, всей группе, что означало для нас тотальные финансовые потери. Но мы ехали туда каждый раз, когда нас звали играть, так что мы бывали там пять-шесть раз в месяц. Ты ведь знаешь о железнодорожной пошлине, да? Мы прокрадывались через ворота, чтобы проехать бесплатно, хаха! Кто-нибудь один покупал билет, и 20-30 человекпроходили вместе с ним, прокрадываясь через ворота. Либо вчетвером прижимались друг к другу и проходили по одному билету, хаха!
Наото: Напоминает то, как по приезду поезда мы открывали окна, чтобы проехать бесплатно, хаха! Помню такое, ха!
Черри: Когда мы ездили в Токио на Синкансэн [высокоскоростная сеть железных дорог в Японии], мы так же делали. Доезжали до Токио, заплатив только за вход на станцию, хаха!
Наото: С какими группами вы делили сцену на концертах в Токио?
Черри: Мы часто играли с Laughin' Nose и с группами вроде GISM.
Наото: Какова была реакция токийской публики?
Черри: Ощущалось всё слегка иначе. Одними из первых, кто нас встречал, были суровые чуваки, проверявшие нас, достаточно ли мы круты, чтобы выстоять их нападки. После концерта двое главных суровых чуваков проходили за кулисы, но они о нас действительно хорошо заботились. Они находили места с сауной и вписывали нас либо водили по Харадзюку, показывали город.
Наото: Вот как. Вы каждый раз так ездили на Синкансэн?
Черри: Нет, конечно, не каждый раз, хаха! Может, пару раз или около того. Мы входили через вход для сотрудников и выходили через него же, а они и не замечали.
Мы на самом деле никогда не думали о том, что нас могут арестовать или ещё что, хаха! Те времена действительно были просто безумными. Когда мы шли шоплифтить, я нёс охапки пластинок в обеих руках, а когда продавец говорил: «Прошу прощения», я отвечал: «Что такое, чёрт возьми!!?» и бросал винил, хаха!
Мы, бывало, отвлекали их и воровали. Наверное, мозги у нас были совсем набекрень, хаха!
Меня дважды арестовывали, но в то время было удивительно, если тебя не арестовали.
Наото: Пожалуй, да, хаха! Почему Zouo распались?
Черри: Мы не знали, в каком направлении движемся. Мы становились более метализированными и уже не веселились так, как раньше. В то время были группы, подписывавшиеся на мэйджор-лейблы, а у нас было чувство, что нужно делать что-то другое. Также было определённое чувство, что всем нам надо найти работу и занятие. С нас было довольно. Я мог просто пустить группу в свободное плавание, но я сказал им, что больше не хочу играть, и мы просто распались.
Наото: Значит, после этого с группой было покончено?
Черри: Да.
Наото: Почему после этого ты решил переехать в Соединённые Штаты?
Черри: В хардкоре было много разных вариаций. Я хотел съездить и посмотреть, как дела обстоят там. Я поспрашивал друзей из разных городов, и в итоге переехал туда, где жила моя будущая жена.
Наото: Куда ты поехал первым делом?
Черри: Я полетел прямиком в Питтсбург, где жила моя девушка. Мы просто переписывались и всё такое. В Нью-Йорке было слишком дорого, а в Лос-Анджелес мне не очень хотелось. Может, Бостон был бы неплох, но у меня было недостаточно информации, и я не решился. Группа снимала квартиру, у них была свободная комната, и они предложили мне заселиться. Так я и оказался в США.
Наото: Сколько лет тебе тогда было?
Черри: Думаю, девятнадцать. Из-за этого я не мог свободно пить. Это был один из минусов, хаха!
Наото: Когда я вспоминаю то время, то понимаю, как молод я был. Молод и очень активен.
Черри: Поскольку это хардкор, то тут вообще не могло быть пассивного подхода. Мы бросались в омут с головой.
Наото: Если взглянуть на ситуацию сегодня, то кажется, что хардкор играют больше люди старшего возраста.
Черри: Я тоже так считаю, и создаётся ощущение, что хардкор и панк стали чем-то совершенно традиционным, как рокабилли, когда я был моложе. Это немного грустно.
Наото: Прекрасно понимаю твои чувства.
Черри: Это как в 80-ые люди слушали музыку 50-ых, а теперь, в 2010-ом ребята слушают музыку 80-ых.
Наото: Да, я тоже так думаю.
Черри: Хоть это и стало более доступно, ребята и сегодня носят действительно крутые клёпанные косухи, хаха!
Наото: В то время мы не могли себе такого позволить.
Черри: Честно говоря, я никогда раньше не покупал клёпки, ха! Я просто просил людей поделиться со мной, так я все свои клёпки и получил, хаха!
Наото: Мы с друзьями подмечали, как клепают свои косухи наши старшие друзья. Были и отличительные экземпляры в стиле Черри или в стиле Discharge, хаха!
Черри: Для стиля Discharge нужно было использовать клёпки, которые приходилось действительно вбивать молотком, они утяжеляли косуху и выматывали. Клёпки британского стиля пустые внутри, но настоящие клёпки очень тяжёлые, и косуха получалась тяжеленная. Если проклёпывал всю спину, то начинал валиться от тяжести, хаха!
Наото: Точно! Вроде на раннем этапе ты носил Dr. Martens на 14 люверсов, хаха!
Черри: Да-да, точно, хаха! В Умеде был магазин вещей в стиле нью-вейв под названием Ashita No Hako. Я показал им книгу с The Clash на обложке, и они выяснили, что на них ботинки-хокинсы. Я хотел такие же, так что отправился искать их, нашёл в Koukashita в Кобе и купил. Я рассказал Дзётаро, и он тоже купил себе. Чарми [Charmy из Laughin' Nose] хвастался: «Я нашёл дешёвую пару!», придя в своих хокинсах на 11 люверсов. Мы ему сказали: «Не, это не те». Он ответил, мол, ну зато они дешёвые. Но естественно, они были дешёвые, хаха!
Наото: Ясно, хаха!
Черри: Те, у которых носок выступал, выглядели действительно классно. Ashita No Hako закупали товар в Лондоне, так что панк-футболки я покупал у них.
Наото: Я покупал там вещи Seditionaries. В том же месте! Я изумлён.
Черри: Ещё был магазин одежды World's End. Они закупали в основном женские вещи, но я просто попросил их закупать ещё и немного панковских вещей.
Наото: Туда я тоже довольно часто ходил. Это рядом с Sakakyu Five, верно? Там ещё лавочка была, с тем местом у меня связано несколько хороших воспоминаний.
Черри: Не знаю, чем занимается молодёжь сейчас, но мы не работали. Мы просто тусовались и болтали с девушками, работающими в магазинах и всё такое, хаха!
Наото: Как-то так всё и было, хаха! Вернёмся к твоей жизни в США – какую группу ты увидел первой в Штатах?
Черри: Дом, в который я заселился, находился в студгородке колледжа, и один из соседей по комнате играл в группе, использующей подвал в качестве репетиционной точки. Так что первой группой, которую я увидел, были Half Life, репетирующие там. Была ли группа хорошей или нет – другая история, но когда мы увидели их басиста, мы с Холли сразу поняли: «Это же американский Ю [Yu]!» и засмеялись над ним, хаха!
Наото: В то время было намного сложнее общаться с зарубежными группами, как ты на них вышел?
Черри: Они позвали меня потусоваться, поскольку у них была комната, и там же они репетировали. Попросили меня спеть несколько песен. Как-то так и получилось. Конечно же, в группе уже был вокалист, но мне довелось спеть две-три песни. Иногда я пел до пяти песен или около того. Мы и несколько песен Zouo играли вообще-то.
Черри: Но они сказали мне петь "No Power" на японском, потому что иначе была бы драка, хаха! Половина группы употребляла вещества, вторая половина были скинхедами – когда я присоединился, равновесие в группе сместилось в ещё более странную плоскость.
Наото: У этой группы не было релизов?
Черри: Есть релиз Half Life, но материала с моим участием не записано.
Наото: Интересно послушать этот материал.
Черри: Когда мы играли на разогреве у Samhain, мы исполняли песни Misfits, и Гленн отреагировал в стиле: «Это моя песня!» Хаха!
Наото: Полное сумасшествие. Ты ездил в какие-нибудь туры?
Черри: Это был не то чтобы тур, но мы играли два или три концерта. Samhain знали нас, поскольку мы тоже играли в хоррор-группе, так что они попросили нас сыграть несколько концертов.
Наото: С этого момента ты и начал общаться с Гленном?
Черри: Да, верно. Он приходил, стучал в дверь и улыбался мне, а я думал: «Что это за парень, чёрт возьми?» Хаха! Думаю, он приходил потусоваться перед репетициями.
Наото: К вам домой?
Черри: Да, домой. Мы разговаривали часа два или три, и я подарил ему кучу комиксов Devilman, а он мне подарил кипу футболок. Так мы начали общаться.
Наото: Интересный эпизод!
Черри: Когда я слушал такие группы, как Samhain и Misfits, я понимал, каким разным может быть подход к хоррор-музыке. К тому же, мы жили в интересной среде. Прямо рядом с нашим домом было кладбище.
Наото: Кладбище! Ситуация сумасшедшая! Хаха!
Черри: Поэтому аренда была такая дешёвая. Помимо похорон, они проводили там и бальзамирование. А мы играли песни Misfits, и они смотрели на нас, как на сумасшедших, хаха!
Наото: Значит, вот как ваше общение развивалось дальше. Ходят слухи, что из-за общения с тобой он одно время посещал Японию.
Черри: Думаю, в Японию его позвал Фунниара [Funnyara из Bones / City Indian / Toy Shop / Astro Zombies]. Это было тогда же, когда Пушэд [Pushead] приезжал. Сначала он остался у Фунниары, а потом у меня. Из-за этого мы с Фунниарой не ладили, хаха! Я думаю, одна из причин, почему он приезжал в Японию – покупка игрушек. В США были очень интересные игрушки, так что я покупал их там. Когда я вернулся в Японию и увидел garage-kit фигурку Дэвилмена, я решил, что она замечательная и купил её, несмотря на то, что не знал, как её собрать. В то время игрушки было действительно сложно собирать.
Наото: Это точно. Часто ты занимался сборкой игрушек?
Черри: Постоянно. Я много времени на игрушки потратил. О том, что Гленн приехал с туром в Японию, я узнал в последний момент. К тому же, мои контактные данные поменялись. Я узнал о его приезде за пару-тройку дней, также я узнал, что он звал Alchemy на разогрев. Ему ведь Smash делали концерт? Тогда понятно, почему отказали.
Наото: Вот как...
Черри: Ребятам, с которыми они приехали, тоже не дали играть. Но у меня был от них пропуск, я забрался к ним в вэн и весь день тусовался. Гленн попросил меня научить его паре фраз на японском, и я подучил его сказать: «Ты, свин негодный!» или «Я тебя взъебу!» на радио, хаха! Несмотря на то, что нам сказали вернуться к назначенному времени, он решил: «Я хочу посмотреть игрушки, так что отведи меня!» и мы просто взяли и пошли игрушки покупать, ха!
Он тогда подарил мне лонгслив, сказав: «Это единственный экземпляр, остальные такие есть только у участников группы!» Я этот лонгслив потерял, и я действительно жалею об этом. А ещё мы как-то тусовались и чуть не ввязались в драку. Какой-то чёрный парень с девчонкой стоял у Tower Records и смеялся над нами. Что ж, это было ожидаемо, учитывая наш внешний вид, ха! Я вытащил лезвие, Гленн тоже что-то из кармана вытащил, хаха! Я сказал, мол, ты же ездишь в мировые турне, для тебя нормально вытворять такое? Хаха!
Я им сказал: «Будете так себя вести – убью» Хаха! А насчёт Гленна я подумал: «Что ты, чёрт возьми, творишь», хаха! У него было что-то типа кастета. Он сказал: «С этим меня не арестуют за ношение оружия». Какое-то время он изучал джит-кун-до. Вроде на YouTube есть клип, где Гленна вырубают с одного удара. Я, правда, ещё его не видел.
Наото: Надо же. Попробую найти. Какие мысли у тебя были после того, как ты увидел хардкор в американском стиле?
Черри: Было много разного, и всё шло в дело. Я узнал, что есть несколько разных подходов. В каком-то смысле напоминало ранний рэпкор. Тогда не было даже такого названия – «рэпкор», но думаю, это как раз и был прототип этого жанра. Даже такие группы, как Red Hot Chili Peppers, появились из хардкор-сцены. Честно говоря, действительно хороших групп было немного, в основном группы были дерьмовые. В то время метал-влияний было не очень много, но они явно были уже на подходе. У COC [Corrosion of Conformity] это чётко прослеживалось. Мы играли с ними пять или шесть раз. Если бы нас попросили назвать самую популярную группу, с которой мы больше всего играли, мы бы назвали COC.
Наото: Истории у тебя действительно сумасшедшие.
Черри: Была какая-то группа, участники которой вели себя по-ублюдски, и мы их чуть было не избили, но ребята из моей группы сказали: «У них пушки, так что пожалуйста, давай лучше не будем!» Хаха!
Наото: Вы играли с ними на концертах!?
Черри: Ага. Они много катались на скейтах и были молоды, так что вели себя очень грубо.
Наото: То, что вы играли с такими группами в то время, немного безумно.
Черри: Ещё мы с Agnostic Front пару раз играли. Вокалист реально жутко выглядел. А гитарист много болтал. Я собирался сфотографировать их на концерте, а они сказали: «Погоди-ка секунду!» и сняли с него футболку, хаха!
Наото: Когда-то давно я слышал, что ты приготовил рисовые шарики и принёс их на концерт Agnostic Front, а Роджер [Roger Miret] перед тем как съесть их, убрал все водоросли, хаха!
Черри: Да, именно так он их и ел, хаха! Мы тогда покупали столько ненужной фигни, что денег у нас почти не оставалось, ха!
Наото: В то время ты видел много разноплановых групп, но мы увидели метализированный стиль лишь позднее.
Черри: Я в то время о СОС даже не знал. Они были единственной группой с влиянием метала, и немного это начинало появляться у Agnostic Front. Япония тогда была далеко впереди в отношении метализированного хардкора. В США хард-рок, хэви-метал и панк не очень-то уживались друг с другом. То же самое было, когда мы начали играть в Осаке, о кроссовере и речи идти не могло.
Наото: Да, они были разделены даже по внешним атрибутам.
Черри: Метал-группы поливали нас дерьмом, мол, нам не хватает навыка и техничности в музыке, а мы их спрашивали: «А на хрен вы тратите сотни миллионов йен на инструменты, если играете в крохотных клубах!» Хаха! Они смеялись над нами из-за того, как мы высоко волосы ставим, а сами носили ботинки с приподнятыми носами! Хаха!
Наото: Хахаха!! Сейчас вроде здесь таких метал-групп уже практически нет.
Черри: В отличие от того, каким метал был в прошлом, сегодня он стал полным посмешищем. Это случилось ещё когда гранж появился, так ведь? Может, крутые парни вроде Guns'n'Roses ещё могли выживать, но группы типа Mötley Crüe стали полным посмешищем. Даже в США те группы, которые до сих пор играют – в основном это всё старые группы. Там больше популярен грайнд.
Наото: Могу лишь согласиться. Что ты думал о японской сцене по возвращении в Японию?
Черри: Да, тяжело об этом говорить, но мне казалось, что многие группы становились одинаковыми. Было много людей, которые хотели делать нечто иное, но и очень похожих групп в то время было много. Такие группы, как Laughin' Nose, были на мэйджор-лейблах, и их звучание сменилось с хардкора на поп. Хотя Laughin' Nose были изначально «поп».
Наото: И таких примеров куча.
Черри: Да. В то время даже если людям нравилась какая-нибудь группа, они всё равно хотели делать музыку по-своему. S.O.B. изначально были скинхед-группой. А потом они, видимо, послушали разной музыки, в духе того, что сейчас мы называем «трэш».
В Великобритании сцена в то время была в некотором упадке. S.O.B. играли там и в каком-то смысле восстановили её, хотя это, пожалуй, слишком громко сказано, хаха! Группы вроде Discharge и GBH считались группами с мэйджор-лейблов. Сейчас я могу их слушать, потому что это интересная музыка, но тогда было это чувство, что слушать их совершенно невозможно. Когда люди видели Discharge того времени, реакцией было: «Это не фейк!?» Хаха!
Наото: Они носили синие джинсы и не носили футболок, хаха!
Черри: Были времена, когда я работал вышибалой у GBH.
Наото: Первый опыт был в Seibukoudou?
Черри: Думаю, да.
Наото: Я тоже на том концерте был!
Черри: В то время Тоцуан и другие считали, что мы очень хорошо справлялись, так что я решил «окей», пил виски и тусовался, хаха! На мне была футболка Samhain, и вокалист сказал мне: «Классная футболка!» Хаха!
Прочитав интервью с Синояном [Shinoyan] в журнале Doll, я узнал, что он хотел позвать Zouo на разогрев. Но GBH были на мэйджор-лейбле, так что добиться этого было невозможно.
Наото: Ясно. Я хотел спросить тебя о том, как собрались Danse Macabre.
Черри: Я придумал это название, когда был в Штатах, и тогда же написал несколько текстов. Пришлось приложить серьёзные усилия, чтобы собрать группу. Были люди, которые хотели играть, но большинство хотели играть как Zouo, в таком хардкорном ключе. Я не умел играть на инструментах, так что прослушивал, как играют другие, но если они играли точно в таком же стиле, дальше дело не шло... так что вот в этом отношении было очень трудно. Довольно часто происходила смена участников. Сначала у нас сформировался один состав. Тамаи [Tamai из Cobra / Rudeboys] играл на басу, и было время, когда Такеян [Takeyan из Hanatarashi] был на ударных, а Кацуми [Katsumi из Whip Brains / Greed / Outo / City Indian] – на гитаре.
Было время, когда с нами играл Фунниара. Он хотел играть что-то в духе Misfits, а я хотел играть в русле Samhain – более медленную, как сейчас говорят, готическую музыку. Все хотели играть быстрое музло, как трэш. А я вернулся в Японию и заявил, что больше не хочу играть быстро, хаха! Я видел столь много таких групп в Штатах – знаешь, когда люди в шутку играют трёхсекундные песни?
В Dance Macabre часто менялся состав, так что было тяжело довести что-либо до конца. В итоге из всех участников остались Инобэ [Inobe из Griffin / Vanquish) и Уотти [Watty из BRUTUS]. Мы думали о том, кого позвать на ударные, и сошлись на Морияне [Moriyan из Dororo / Vermillion Sans]. Вроде бы это и был первый постоянный состав... Ах да, был же ещё Горилламэн [Gorillaman]... Чем он сейчас занимается? Йошида [Yoshida из Bones] интересовался, хаха!
Наото: Я слышал, он держит магазин одежды или что-то такое. У него всё хорошо.
Черри: Мори ушёл и эээ... кто ударник в Rapes?
Наото: Кин-тян [Kin-chan], верно?
Черри: Да, Кин-тян ушёл, и нашим ударником стал Мориян. Тогда как раз менялись участники, так что на нашем сингле указаны только три участника.
Наото: Ясно. Так чем группа занималась с этого момента?
Черри: Что ж, я хотел играть как можно скорее, но у нас возникли нюансы с гитаристом. Что ж, может, мне ещё не стоит об этом говорить, но вообще мы позвали играть Дебасо [Debaso из Zouo].
Он сказал, что ему не хватает навыка, но мы ответили, что понимаем и что возможно захотим добавить второго гитариста. Мы могли позвать действительно хорошего гитариста, но лучше иметь в группе кого-то вроде него, иначе было бы тяжеловато. Он внёс довольно большой вклад в группу, так что даже если ему и не хватает навыка, то мы можем добавить ещё одного гитариста, но на самом деле пока что мы ещё не готовы.
Наото: Не терпится увидеть вас на сцене!!!
Черри: Мы пытаемся подобрать мощный состав для первого выступления.
Наото: Очень хочется, чтобы у вас всё вышло! Даже если состав поменяется!
Черри: Я попросил Инобэ вложить силы в группу. Но он и так играл уже в двух группах и был слишком занят. Думаю, он был в группе под названием Vanquish и в ещё одной группе с участниками группы с мэйджор-лейбла. Его вторая группа планирует выпускать мини-альбомы каждый месяц с начала года по июнь. Возможно, он сможет играть на концертах, но похоже, для него это немного перебор. Затем мы спросили Дебасо, не хочет ли он поучаствовать. Я общался с Уотти, и он сказал мне, что Дебасо играл только на акустической гитаре, но он вроде как собирается купить гитару через интернет, хаха! Я ещё вернусь к этому, но скажу вкратце – он скидывает мне по электронной почте сайты, на которых продают футболки или бутлеги Zouo, хаха! Он пишет: «Смотри, что тут продают!» Хаха!
Мы подумываем вернуться в таком составе. Затем мы думаем перезаписать материал с новыми участниками. Вокал на втором релизе просто ужасный. Я был так увлечён другими вещами, что вокал записывался за два дубля или как-то так. На тот момент я думал: то, что мы его записали – уже хорошо, хаха! Но мы сделали столько ненужных вещей в этой записи. Стоило это немало.
Наото: Записывались в Tagrag, Omega?
Черри: Да, хоть мы и сдружились, цена всё равно вышла высокой, хаха!
Наото: Это действительно хорошая студия.
Черри: Так что наши планы на группу – возобновить активность Danse Macabre и записаться в Sunshine. Мы вместе с Коси из Nashi и Кейго [Keigo из G-ZET] ищем нового басиста. Пока мы записали в студии около трёх песен. После этого интервью я собираюсь встретиться с Коси. Коси чинит свой SG, на котором он играл с Nashi. Он мотивирован до такой степени, что готов купить дисторшн-педаль, хаха! Также идут разговоры о сплите с R.F.D [Rise From the Dead]. Мы с этим не особенно торопимся, так что возможно, он выйдет нескоро.
Наото: Немного отклонимся от темы – ты ведь занимался графическим дизайном, верно?
Черри: Да, это было довольно давно.
Наото: Есть ли у тебя в планах заняться чем-то подобным в ближайшем будущем?
Черри: Сегодня, кажется, с уверенностью можно сказать, что такой работы нет, хаха!
Наото: Ты можешь сделать дизайн футболок или ещё чего-нибудь такого.
Черри: Был небольшой разговор о дизайне для Sunshine, и я всё ещё думаю этим заняться. Но я знаю только как сделать это по-настоящему, в аналоговом варианте. Мне, пожалуй, стоит научиться пользоваться компьютером. Однако, может получиться круче, если сделать в аналоговом варианте.
Наото: Есть ли в планах реюнион Zouo?
Черри: Меня все об этом спрашивают, хаха!
Наото: Пожалуй, это вопрос, который больше всего всех волнует! Ещё я хотел спросить, что ты думаешь о сцене в Осаке?
Черри: Тогдашней или нынешней?
Наото: Для начала расскажи, какой сцена была тогда.
Черри: Тогда... Думаю, большинство людей ходили на концерты всех групп, в которых мы играли. Так как это был хардкор, то было много людей из Киото и Seibukoudou, но хардкор-групп было немного, и это в общем-то не было хардкор-сценой. В Кобе Zouo не так уж много играли. Но с Danse Macabre мы несколько раз играли там.
Наото: А что думаешь о нынешней осакской сцене?
Черри: Как я сказал ранее, думаю, она слишком разделена.
Наото: Какие-нибудь новые группы, по-твоему, имеют потенциал?
Черри: Из самых новых – Yasuumi-san. Я подумал – вот это да, Yasuumi-san играет хардкор! Хаха! Что ж это за группа была... Их ударник был похож на Окино. Не техникой, а внешностью и повадками, хаха! Organism вроде начали играть чистый хардкор, у них была мощная мотивация. Extinct Government хорошо играют. Их уже начинают замечать. Framtid тоже восхитительны, но я не очень-то знаком с этим жанром, хаха! Думаю, это называется «скандинавский стиль», этот ускоренный темп действительно классный. Я старый, так что такая музыка для меня тяжеловата, хаха! Но я думаю, что она восхитительна. Думаю, всё дело в том, что я всё время пьяный и толком группы не слушаю, хаха! R.F.D. постарше, так что они, наверное, не относятся к современной сцене, да? Хаха!
Наото: Есть ещё какие-нибудь интересные эпизоды из прошлого?
Черри: Может, это чересчур, но всё-таки кажется, что сегодня ребята немного тиховаты. Я об этом думаю иногда. В наше время быть панком считалось настоящим безумием. Нужно было быть готовым ко всему. И к тебе точно относились как к сумасшедшему, хаха!
К нам приставали мото-группировки, так что нам приходилось сходить с ума. Сегодня панки, пожалуй, рассматриваются в схожем ключе, но похоже, не до такой степени, чтобы приставать к ним. Я понимаю это, особенно когда я вижу такие места, как Америкэн-Вилледж.
Наото: Точно, они тусовались в этом районе, хаха!
Черри: В то время напившиеся мото-группировки и янки докапывались до нас.
Наото: Ты имеешь в виду просто подколы?
Черри: Да, они до нас докапывались, но в каждой их шутке была доля правды. Отчасти поэтому мы стали носить с собой оружие, хаха!
Наото: Вот, значит, когда оружие пошло в ход, хаха!
Черри: Было весьма весело! Мы практически ввязывались в драку, а Тоцуан с друзьями носили с собой дубинки, и вдруг человек десять доставали их, хаха!
Сейчас если тебя поймают с такой дубинкой, как у американской полиции, то попросту арестуют, хаха! Если к нам всё же подходила полиция, мы говорили им, что это просто аксессуар. Мы им говорили: «Если ударить человека этой штукой, он сразу умрёт», но мы на самом деле хорошенько мутузили ими людей, хаха! Тогда японский хардкор был таким. Даже в Токио. Не знаю, как было в Нагое.
Наото: Нагоя казался городом рокабильщиков, хаха! Что ж, будем закругляться.
Черри: Ну, оцукаре сама дешита [японское прощание по уходу с работы, типа «хорошо поработали, отдохни хорошенько»]!
Наото: Да! Спасибо тебе большое!