Гектор Пущин

Сегодня в рубрике «Персонажи» Гектор Пущин из корпорации LCM

Из пресс-конференции по случаю запуска проекта s.o.l.v.e.i.g.:

-Взгляните на симуляцию развития нашей планеты с выключенным фактором жизни. Биосфера хоть и распространяется на жалкие 25-30км толщи Земли, оказывает огромное влияние на климат, состав воды и воздуха, процессы, происходящие на поверхности и не только! Без жизни, пусть даже самой примитивной, не сформировались бы ни океаны, ни озоновый слой, а вулканы извергались бы на порядок чаще, планета была бы куда более негостеприимной.

Вот только для развития жизни естественным образом требуются сотни миллионов лет, и сегодня мы бросаем вызов этому досадному ограничению. Лучшие биоинженеры LCM под научным руководством доктора Пущина начинают работу над проектом SOLVEIG, целью которого является создание агрессивной и устойчивой к экстремальным условиям формы жизни, способной в кратчайшие, измеряемые десятками лет, сроки преобразовывать планеты зон златовласки, подготавливая и уравновешивая их среду для дальнейшего заселения. Недаром первые три буквы проекта расшифровываются как Song of Life. Сразу отметим, что во избежание негативного конкурентного влияния на биосферу Земли все полевые эксперименты, как только в них возникнет необходимость, будут проводиться на Марсе.

Из интервью Die Welt от 20.05.2031.

-Гектор, будучи человеком, работающим в LCM с момента основания, какую из разработок компании считаете наиболее способствовавшей столь быстрому захвату рынка?

-Вопреки расхожему в экономических кругах мнению, LCM не захватывало рынок. Рынок сам проголосовал за наши разработки твёрдой валютой. Технически мы имели возможность оставаться частной лабораторией десятки лет, но общество распорядилось иначе. Вопрос не в разработках, а в подходе. Это сейчас фармацевтические компании преобразились и стараются принести пользу, а тогда, в 2020-м, основной их стратегией было создание лекарств, позволяющих вернуть человеку трудоспособность, но при этом не излечивающих от болезни, дабы обеспечить постоянный приток денег. Были также разнообразные НИИ, погрязшие в бюрократической возне в погоне за грантами и обременённые тонной регулятивных ограничений. Примерно тогда, за три года до официального основания LCM я и пристроился лаборантом к небольшой команде ренегатов от научного, медицинского и бизнес сообществ, уставших от заведённого порядка. Им, нам, была не важна цитируемость, у нас даже не было времени писать статьи и воевать с редакторами за каждую букву. Нам не важна была долгосрочная прибыль - денег Кевина (прим. ред. - Кевина Гейтса, сооснователя LCM) хватало на всё что требовалось. Но у нас была мотивация. Каждый в команде либо сам был болен, либо имел неизлечимо больного близкого человека. В итоге, пока остальные организации теоретизировали или наживались на людских страданиях, мы пробовали и решали проблемы.

-Кстати о подходах. Злые языки до сих пор называют вас с доктором Штреллером бездушными убийцами, сжившими со света полторы тысячи человек.

-1412

-Так вы согласны?

-На доске в зимнем саду штаб-квартиры LCM высечено ровно 1412 имён, и напротив каждого код с предсмертным обращением. Я помню их все, а злым языкам рекомендую сходить и посмотреть, либо найти эти обращения в разделе истории добровольных испытуемых.

Вы знаете, что первой была Марта Штреллер, младшая сестра Андреаса? У неё были прекрасные рыжие волосы, но они никогда не отрастали длиннее 2см, так как она с детства проходила химиотерапию. Вся её жизнь и жизнь её семьи была непрекращающейся борьбой. Родителям пришлось продать дом и работать на двух работах каждому, чтобы обеспечить её лекарствами. Андреас же оставил свою мечту играть на скрипке и выучился на микробиолога. Выучился, не имея денег на образование, сначала по учебникам и статьям, размещённым в сети, а после - получив все возможные стипендии. Выучился только ради одного - помочь сестре. Вы слышали как она поёт в конце записи? Она приучила себя петь эту песню, когда ей нестерпимо больно, чтобы не вводить нас в отчаяние своими криками. Жаль, у нас было слишком мало времени. Но она подала пример остальным. Безропотно пробуя вместе с нами, не имея шансов на излечение, но даруя нам возможность получить новое знание, она вдохновила людей по всему миру. Знаете сколько было оставленных, тех, кто стал обузой для своих родственников, врачей, государства и самих себя? Десятки тысяч! Они приходили к нам, зачастую на терминальной стадии. Они приходили к нам не выздоравливать, они приходили умирать. Послушайте обращение Тима Спейси. Ему оставалось два месяца. Его девушке - два года. Он говорит, что если его боль хоть на сотую долю процента увеличит вероятность её выздоровления, то он согласен на любые эксперименты. Ирония судьбы в том, что исследуя процесс его мортиса, я кое-что понял о раковых клетках, и это понимание, доведённое до чистоты моими блестящими коллегами, легло в основу препарата, благодаря которому вы узнали о моём существовании.

Из пресс-конференции ESA по случаю запуска проекта Конкордия.

-Гектор Александрович, но ведь условия на Марсе не располагают к получению достаточного количества плодородной почвы, чтобы обеспечить даже сотню человек необходимым количеством провианта!

-Позвольте мне возразить. Видите на карте участок синеватого оттенка? А теперь его же, но бурого? Каждый марсианский вечер, когда температура опускается до критической отметки, углекислый газ, из которого, в основном состоит атмосфера Марса, сжижается и конденсируется, а порой и выпадает дождями, заливая и пропитывая землю. Днём же, под палящими солнечными лучами двуокись углерода вновь становится газом, испаряясь, взрываясь небольшими гейзерами и взрыхливая почву, которая прогревается в течение дня. Почва неравномерно прогревается на определённую глубину. Существует такой момент времени, когда то немногое количество сконденсированной воды уже расстаяло, но ещё не испарилось, и в этот момент вода протекает вглубь разрыхленной углекислыми гейзерами почвы. Таким образом, существует отметка глубины, где вода, насыщенная пузырьками углекислого газа, аккумулируется, днём чуть ли не кипит, а ночью промерзает. Там где вы видите непригодные условия, я вижу девственно-чистую геотермальную систему, энергию которой достаточно просто взять.

Имплантировав гены водорослей, использующих тепловую энергию горячих потоков около подводных вулканов, а также гены тихоходок в мицелий, найденный на дне озера Восток, и славящийся своей скоростью распространения, я получил принципиально новый устойчивый сорт, держащий основное тело на необходимой глубине и постоянно направляющий отростки в сторону большего тепла. Эти отростки ежедневно выполняют свою функцию и дегидрируют, насыщая верхний слой почвы углеводородами. В условиях Марса и при текущих показателях роста понадобится год, чтобы подготовить первый гектар для периодического снятия. Дальше будет проще.

Из ежегодной пресс-конференции, посвящённой промежуточным результатам проекта s.o.l.v.e.i.g.:

-Мицелий-1 хорошо зарекомендовал себя на Марсе, обеспечив возможность разнообразить рацион и содержать большее число людей. Спешу обрадовать вас, что завершены закрытые лабораторные испытания Мицелия-2. В отличие от первого, существующего только ради того чтобы быть съеденным другими культурами, второй обзавёлся рядом полезных функций.

Во-первых, накопление энергии и питательных веществ. Этот вид содержит гены водорослей, фотосинтезирующих только за счёт света фосфорицирующих организмов в небольшом радиусе, но что куда важнее - способен ассимилировать углерод из всего, до чего может дотянуться.

Во-вторых, он обзавёлся репродуктивным телом, производящим устойивые к температурным и радиационным нагрузкам споры, что почти на порядок ускорит их распространение.

В-третьих же, активно фотосинтезирующее тело мицелия-2 площадью всего 1 квадратный метр в тот небольшой промежуток времени, когда уже не так холодно, но ещё не убийственно жарко, выделяет количество озона, соаоставимое с тем, что выделяет здоровый сорокалетний дуб. Только представьте: пара сотен миллионов гектар, и на Марсе начнёт восстанавливаться озоновый слой - а это уже как минимум защита от радиации и барьер против выветривания воды.

-Можем ли мы использовать Мицелий-2 для восстановления озонового слоя на Земле?

-Вынужден вас огорчить, но не сможем. Эти формы жизни задумывались как инструмент терраформирования. Они слишком агрессивны для нашей среды и моментально, за каких-то 2-3 года буквально съедят всё живое. Именно поэтому я отправляюсь на Марс для проведения полевых опытов.

-Если он так опасен, то как вы гарантируете выживание человека на Марсе?

-Я работаю над этим. В ближайшее время будут получены первые образцы Мицелия-3, надстройкой над Мицелием-2, главной функцией которого станет обеспечение симбиоза между ним и человеком.

-И как будет работать этот симбиоз?

-Так же как и всегда: мицелий будет кормить человека, человек обеспечит распространения мицелия по планетам.

-Звучит как сделка с дьяволом.

-По-вашему, сделка с пшеницей, с одной стороны подарившей человеку калории, а с другой, обрёкший его на тысячелетнюю рутину, вынужденную осёдлость и последовавшие за ней войны за поля и накопленные ресурсы, была лучше?

Прошло без малого десять тысяч лет. Пора менять контрагентов.