Конкурс фанфиков 2

— Ломи…
— Чего?
— А почему тебя зовут Ломи?
— Потому что в школе у меня в шкафчике лежала монтировка!
— Зачем?
— Для любителей задавать лишние вопросы. Показать?
— Э… Спасибо, как-нибудь в другой раз.
— Та не вопрос, обращайся в любое время.

Автор: LunReaper

Фанфик 1. Рожденная плавать, хочет попасть в школу

Сегодня в Понибурге было необычайно солнечно — для города, затянутого тучами большую часть дней в году, это означало, что солнце сегодня вообще было. И сегодня оно прямо сияло, нетронутое ни одной случайной тучкой, даже когда день уже заметно перевалил за полдень.

Под этим самым солнцем на набережной нежились двое жеребят. Одна своим видом сама напоминала маленькое солнышко, а другая скорее была рыбой, вытащенной из воды, — в буквальном смысле. Но нельзя было не отметить, как естественно они смотрелись вместе, рассматривая простенький школьный дневник, разложенный на камнях перед ними.

— А ещё сегодня у меня сплошные пятёрки! — Аврора довольно тыкала копытцем в одну из строчек, где среди ряда одинаковых оценок была одна, выведенная не привычными красными, а изумрудно-зелёными чернилами. Надпись рядом гласила: «Рисование», и, судя по виду пегаски, именно она была предметом её особой гордости. — Мне сказали, что у меня лучшие результаты среди всего класса. И даже поставили её особым цветом!

— Вау, эта твоя «школа» прямо такая интересная, — отвечала ей рыбка рядом, заинтересованно подпирая мордашку копытцами.

— Разве у водных пони нет школ? — удивлённо спросила Аврора, уставившись прямо на моську пони-рыбы перед ней.

— Таких интересных, как у вас, наземных, нет! — Люм помотала головой, а спустя мгновение резко подскочила и хлопнула копытцами друг о друга. — Решено!

— Чего?

— Теперь я буду учиться вместе с тобой! — с громким «шлёп» Люм ударила по каменной кладке своим рыбьим хвостом.

— В моей школе? — переспросила немного ошарашенная Аврора, неуверенно опустив взгляд на хвост подруги, начинающийся прямо ниже пояса кобылки. — А ты уверена, что это хорошая идея?

— Определённо! — Люм без тени сомнения улыбалась, уже представляя себе школьные будни. — Она же у тебя недалеко? Я просто выпрыгну из воды повыше, а дальше доберусь на своих двух не хуже, чем вы, наземные, на четырёх!

— Люм... там до нее четыре квартала до набережной.

— Оу... — Люм на секунду опустила голову, но почти сразу начала искать решение появившейся проблемы. — А что, если мы... соберём мне ноги? Тогда я смогу гулять с тобой в эту школу!

— Я не думаю, что даже взрослые могут такое сделать. А тем более мы, — кобылка помотала головой, отчего Люм уже куда более недовольно шлепнула хвостом по камням.

— Тогда найдём колдунью! Подводную! Которой... мы, например, продадим твои крылья, чтобы подарить мне вторую пару копыт!

Люм с гордым видом кивнула, уверенная в гениальности своей идеи, тогда как Аврора только прижала свои маленькие крылышки к себе.

— Не хочу я продавать свои крылья! Да и вообще, подводных ведьм не бывает!

— Зануда, — коротко выдала Люм, еще раз хлопнув хвостом по водной глади, поднимая волну брызг. — Хорошо, как насчёт тогда...

Со временем солнце уже начинало клониться к закату, пока Люм на протяжении нескольких часов перебирала всё более и более нетривиальные способы передвижения по суше — обвязаться шариками, привязать к хвосту ролики или перетаскивать ее на дождевых облачках. Но при разборе Авророй все они на поверку оказывались либо слишком сложными, либо слишком абсурдными.

Когда очередная её идея была отвергнута, рыбка уже лежала на набережной недовольным рулетиком, разочарованно опустив ушки.

— Тебе вообще никакая идея не нравится! — глазки Люм в свете вечернего солнца сияли серебристым отблеском, пока она глядела на свою подругу. — Мне это вообще-то было важно!

— Прости, Люм... Я просто не уверена, что это вообще была бы хорошая идея. Да и тебе точно станет плохо, если ты будешь проводить слишком много времени на суше... — Аврора уже начала было оправдываться, но взгляд на обиженную моську подруги заставил её почти сразу замолчать и самой смущённо прижать ушки.

Она стала быстро перебирать варианты, как хоть немного поднять настроение Люм, и вдруг подпрыгнула на месте, как только идея наконец пришла ей в голову.

— А что, если мы подойдем к вопросу с другой стороны? — Аврора резко подскочила к Люм, взяла ту за моську и посмотрела ей прямо в глаза.

— Это с какой же?

— Ну, если тащить тебя в школу не вариант... что, если вместо этого мы будем ходить ко мне домой? — в этот момент пегаска вся сияла, по-доброму улыбаясь подруге. — Я буду приходить из школы, забирать тебя, и мы вместе будем повторять самые интересные уроки! Я же как раз живу на набережной!

— И как же я буду добираться к тебе домой? — переспросила Люм, вспоминая все отвергнутые ранее варианты.

— А я возьму тебя и полечу! — в подтверждение своих слов Аврора пару раз легонько взмахнула крылышками.

— И тебе будет не сложно меня таскать?

— Я буду тренироваться!

— Ловлю на слове, — Люм улыбнулась, посмотрев на уверенный вид своей подруги. — Но как я тогда смогу сидеть у тебя часами дома вне воды?

— На это у меня тоже есть идея! Главное, подожди меня немного. Я скоро буду!

Шустро расправив крылья, Аврора взмыла вверх, быстро теряясь на фоне оранжевого закатного неба и оставляя рыбку в неприятном ожидании. За это время Люм успела погрузиться обратно в реку, выглядывая из воды лишь половиной моськи и наблюдая, как закатное небо постепенно сменялось вечерним.

Пока в какой-то момент рядом с ней с громким металлическим «звяк!» не приземлился... таз? Нет, это была кастрюля. По-настоящему огромная — ну, по крайней мере, по меркам жеребенка. Маленькая Аврора едва доставала головой до её краёв, стоя рядом в полный рост.

— Вот! — с горящими глазами воскликнула Аврора, принявшись активно набирать в кастрюлю речную воду, а затем с некоторым трудом вытаскивая её обратно на набережную. — Она лежала у нас в кладовке. Не помню, когда её вообще в последний раз использовали. А сидеть ты сможешь в ней хоть целый день! Попробуй!

Горящая энтузиазмом пегаска слегка подпрыгивала на месте, ожидая реакции от Люм, которая всё это время лишь молча наблюдала.

В ответ рыбка просто скрылась под водой, разогналась и одним прыжком, с эффектным «бульк», приземлилась прямо в кастрюлю, обдав мигом прикрывшуюся крыльями пегаску целым фонтаном брызг.

— Тут на удивление... комфортно, — Люм улыбнулась, делая несколько кругов внутри металлической ёмкости. Это, конечно, не открытая река, но для юной кобылки тут вполне достаточно места, чтобы размять хвостик. — Я принимаю твой дар, житель суши.

Аврора в ответ только рассмеялась, прикрыв моську копытцем.

— Только вот мне кажется, чего-то тут не хватает... — воспользовавшись отвлеченностью пегаски, Люм быстренько залезла в рюкзак Авроры, который та, кажется, так и не сняла с того самого момента, как пришла к ней. Вытащив оттуда баночку белой краски, Люм макнула в неё кончик копыта и принялась выводить на поверхности слово «рыба». — Вот! Теперь это моя собственность.

После этого Аврора рассмеялась еще сильнее.

Автор: Allenorok

Фанфик 2. Первый урок

Одним погожим утром (а погожим в Понибурге зовётся любое утро, когда дождь лишь моросит, а не хлещет как из ведра, и серое небо хотя бы на четверть голубее обычного), мягко покачиваясь на волнах Крюкова канала, спала Люм.

Спать на воде было её любимым занятием, если не считать исследования дна и дерзких выходок, разумеется. Вода держала мерпони как колыбель, а течение баюкало. Люм раскинула ушки-плавники, подставила мордочку скупому солнцу и провалилась в сон. Он был ярок, словно кто-то плеснул в серую повседневность краски. Ей снился светлый класс, где пахло бумагой и мелом. Ряды парт, склонённые головы учеников, а у доски — пегаска с кистью в копытах. Она рисовала что-то живое, тёплое, и весь класс тянулся к ней, как водоросли тянутся к свету. Это была школа. То, чего у дерзкой мерпони никогда не было. То, о чём она никогда не думала. Но сон поселился внутри, застрял под чешуёй, и выкинуть его не получалось.

Люм проснулась, вздохнула, перевернулась на живот и нырнула. Вода в канале была мутной, с радужными нефтяными разводами, словно от чьих-то красок, смытых с палитры. Под мостом, укрывшись от глаз, гнила старая покрышка кареты. На дне тускло блестела россыпь стеклянных осколков. Люм проплыла мимо, привычно лавируя между мусором, и подумала: а почему, собственно? Почему у наземных пони есть школы, где можно сидеть за партами и рисовать, а у водных — только ил и битые бутылки?

С этого вопроса всё и началось.

Неделю спустя Люм готова была рвать на себе плавники. Она отчистила дно у старого гранитного спуска — того самого, где ступени уходили в воду, а наверху висела табличка «Купание запрещено». Она раздобыла доски, сколотила стенд и нацарапала углём объявление: «Школа водной экологии. Вода — наш дом». Доски разбухли, надпись была слабочитаема. Прохожие на набережной шарахались от странной мерпони, что высовывалась из воды и пыталась им что-то втолковать. А один особенно важный единорог из районной управы и вовсе заявил, что у «обитателей водной среды» нет прав на береговую инфраструктуру. Люм вспылила, надерзила, а потом долго лежала на дне, уткнувшись носом в старую покрышку, словно подушку, и ненавидела весь наземный мир.

Никто не хотел смотреть вниз. Никто не видел, как задыхается вода.

А потом настал день, который всё изменил. Люм вынырнула у гранитных ступеней университетской набережной — той самой, со сфинксами, что глядят на Неву сквозь века. Сфинксы в Понибурге были особенными: говорили, что это древние стражи, окаменевшие от тоски по родине. Студенты университета любили их рисовать — но всегда на рисунке получался мёртвый камень. А в тот день на набережной, прямо под лапами одного из стражей, стояла пегаска с мольбертом. Она рисовала отражение сфинкса в воде. Только отражение на её холсте было живее самого сфинкса — оно улыбалось. Люм замерла, высунувшись из воды по плечи. Это была та самая пегаска из сна.

— Эй! — окликнула её Люм, забыв о приличиях. — Ты чего это рисуешь?

Пегаска вздрогнула, едва не выронив кисть. Обернулась. Роскошная коса была растрёпана, крылья испачканы акварелью, а глаза — цвета грозового неба. Она смотрела на Люм с любопытством.

— Отражение, — ответила пегаска задорно. — Оно сегодня особенное. В нём есть кто-то интересный.

Люм смутилась. А потом, сама не зная зачем, выложила всё: про сон, про мечту о школе, про мусор на дне, про бюрократа, про то, что никто не хочет даже посмотреть, что творится под водой. Аврора — так звали пегаску — молчала. Потом отложила кисть, сложила мольберт и подошла к самой воде.

— Я готова учиться, — сказала она просто. — Если ты покажешь.

Так они и подружились.

Люм показала Авроре дно. Не сразу — сперва пришлось повозиться со старым амулетом воздушного пузыря, который Люм когда-то выменяла у знакомой единорожки за горсть речного жемчуга. Аврора надела амулет на шею, неуверенно шагнула в воду и вдруг оказалась в ином мире. Там, в зеленоватом полумраке, лежали покрышки, опутанные тиной. Там плавали стайки корюшки, блестя чешуёй. Там, у свай старого моста, покачивалась целая гора пластиковых бутылок — безмолвный памятник равнодушию. Люм плыла рядом, показывая дорогу, и впервые видела свой мир чужими глазами. Это было больно. Но Аврора не морщилась. Она смотрела и запоминала.

А потом начала рисовать.

Сперва просто для себя. Потом — для Люм. Плакат за плакатом: рыбы, опутанные пластиком, но с живыми, яростными глазами. Мерпони, протягивающий копыто пегасу. Труба, из которой течёт не грязь, а кристально прозрачная вода — если её очистить и обезопасить. Аврора рисовала, а Люм смотрела и училась не кричать и не кидаться консервными банками. Училась объяснять. Училась улыбаться, даже когда хотелось стукнуть кого-нибудь хвостом.

Они придумали акцию — пленэр. Аврора знала: рисовать на набережной можно кому угодно, хоть целой толпе. Для этого не нужно согласований, только хорошая погода и желание. Чиновник из управы, попытавшийся возразить, уткнулся в параграф о свободе слова и творчества и сдался. А погоду Аврора взяла на себя — у неё были знакомые на метеостанции, и один час солнечного света ей пообещали твёрдо и четко.

И вот, серым утром, на Университетской набережной, у сфинксов, собрались пони. Студенты Академии с этюдниками, местные зеваки, пара журналистов из «Понибургского вестника» и даже тот самый единорог-чиновник — он стоял поодаль, делая вид, что просто отдыхает на набережной.

Люм заговорила. Она рассказывала о том, что вода — это не просто каналы и реки, не просто отражение красивых фасадов. Это целый мир, о котором никто не думает. Что под каждым мостом, под каждой набережной есть жизнь — и она задыхается. Что школа, которую она хочет открыть, — это не блажь, а попытка научить всех пони, и наземных, и водных, жить вместе и заботиться об общем доме. Она говорила горячо, но без злобы, и голос её разносился над Невой, отражаясь от гранитных набережных.

А потом Аврора начала мастер-класс. Она показывала, как ловить кистью отражения. Как смешивать краски, чтобы получился цвет невской волны — не серый, а сложный, с серебром и зеленью. Как рисовать воду так, чтобы она казалась живой. Студенты пыхтели, зеваки неумело тыкали кистями в бумагу, но всем было весело. И кульминацией стала общая картина: Люм, собрав всю свою силу, выпрыгнула из воды, застыв в воздухе на долю секунды, — и десятки пони перенесли этот миг на бумагу. Солнце, пробившись сквозь облака, позолотило сфинксов и рассыпалось бликами по волнам.

Чиновник, всё это время наблюдавший с моста, крякнул и что-то записал в блокнот. Завод, сливавший стоки в канал, на следующий день получил предписание. А на гранитном спуске, там, где Люм когда-то плакала, появилась табличка: «Здесь будет зона для лекций Школы водной экологии. Открытие в октябре».

Вечером они сидели вдвоём у воды. Аврора рисовала все те же отражения сфинксов. Люм высунулась из воды и, наблюдая, комментировала процесс, размахивая копытом.

Сфинксы смотрели на них молча, и в их каменных глазах чудилось одобрение. Где-то вдалеке развели мост, и два берега на время разошлись. Но Люм и Аврора знали: теперь между ними мост останется навсегда. Мост из красок, света и воды — самый прочный из всех, что есть в Понибурге.

Автор: PonyLover

Фанфик 3. Ошибка гастрономического масштаба

Едва звонок с последнего перед обедом урока зазвенел, как коридоры старой Санкт-Понибургской гимназии моментально заполнились шумным потоком учеников. Аврора, поправив сползающую тяжёлую седельную сумку, принялась лавировать в этой толпе, стараясь устоять на копытах. В итоге, не выдержав, она кое-как взлетела над потоком пони, что так спешили на обед. Грех было не воспользоваться простором величественного здания гимназии: потолки здесь были по-настоящиме царскими — высокими, украшенными старинной белоснежной лепниной и витиеватыми барельефами, на которых пегаска то и дело залипала прямо во время уроков, и даже зарисовывала на полях тетрадей.

Распахнув свои нежно-кремовые крылья, Аврора взмыла под самый потолок, минуя классы и ловко обгоняя идущих внизу земных пони и единорогов. Ветер приятно свистнул в ушах, растрепав её свободную, небрежную косу. Полёты в замкнутом пространстве требовали почти ювелирной точности, но Аврора, как назло, опять замечталась, засмотревшись на проносящиеся за окном коридора фасады соседнего здания.

Она даже пискнуть не успела, когда впереди внезапно вырос крутой поворот у парадной лестницы.

Скорость была слишком высокой. Попытавшись резко затормозить, пегаска не рассчитала размах крыльев и с глухим звоном задела массивную металлическую люстру. Потеряв равновесие, Аврора полетела камнем вниз — прямо туда, где вдоль стены тянулась глубокая специальная водная дорожка, обустроенная для водоплавающих учеников гимназии.

Раздался оглушительный всплеск. В воздух взлетел веер брызг, смешавшийся с отчаянным хлопаньем намокших перьев и резким, недовольным шлепком чешуйчатого хвоста.

— Эй! Смотри, куда прёшь, пернатая! — чей-то возмущённый голос застал Аврору врасплох.

Она сидела прямо в воде, её седельная сумка полностью раскрылась, повиснув на животе, а школьные тетради сиротливо плавали рядом. Прямо перед ней из водного пути показалась Люми. Её чешуя, переливающаяся всеми оттенками северного сияния, сердито блестела в свете всё ещё раскачивающейся люстры, а на лице читалось искреннее недоумение. От удара Люми выронила свой собственный рюкзак, и теперь её вещи разлетелись по мокрому кафелю.

— Ой, мамочки, прости-прости, я случайно! — лихорадочно запричитала Аврора, чувствуя, как её щёки густо краснеют от стыда.

Едва успев отжать намокшую косу, она в панике побросала свои вымокшие вещи в свою седельную сумку, наспех закрепила её обратно на бок и, шумно захлопав крыльями, взмыла обратно в воздух, спасаясь бегством от позора. Люми лишь фыркнула ей в след, сгребла свои вещи и быстро уплыла по каналу в сторону столовой.

Переведя дух, Аврора привычно взлетела на школьную крышу — её любимое убежище, где можно было скрыться от шумной суеты перемен. С этого места открывался потрясающий вид: гимназию сплошь окружали шедевры мировой архитектуры, что уходили прямо в туманное серое небо Санкт-Понибурга, растворяясь в сыром свежем воздухе. Устроившись поудобнее на жестяной кровле, пегаска блаженно зажмурилась, достала из рюкзака ланч-бокс, предвкушая, как сейчас насладится салатом и свежайшим круассаном с шоколадом.

Она потянула за крышку пластиковой коробки, распахнула её и... замерла на месте. Глаза отличницы-архитекторши округлились от шока, а к горлу мгновенно подступил ком.

Нет, содержимое вовсе не промокло от столкновения в коридоре. Всё было гораздо хуже.

Вместо пышного, посыпанного сахарной пудрой, её любимого круассана и салата с огурцом, внутри плотными рядами лежали крупные роллы с ярко-оранжевым атлантическим лососем, завёрнутые в тёмные водоросли нори. От коробки отчётливо пахло морем, йодом и свежевыловленной рыбой. Аврора почувствовала, как её щёки, усыпанные веснушками, стремительно бледнеют, приобретая отчётливый мятно-зелёный оттенок. Она судорожно захлопнула крышку.

— Это... это не моё! О мамочки, я перепутала коробки с той морской пони! — в панике пропищала пегаска.

Аврора немедленно взмыла в воздух и ринулась обратно в холл. Проносясь над лестничными пролётами, она лихорадочно всматриваясь сквозь перила вниз, в заполненные водой прозрачные дорожки, надеясь заметить яркие сполохи чешуи цвета северного сияния.

Услышав издалека, как кто-то громко расспрашивает учеников в зимнем саду, пегаска ринулась на знакомый голос. Там, в тихом уютном уголке, посреди которого мерно шумел старинный, украшенный витиеватой лепниной фонтан. Заметив ту самую сияющую чешую в прозрачной чаше фонтана, Аврора стремительно спикировала прямо на его мраморный бортик. Увидев её, морская пони подплыла к ней, держа в копытах её ланч-бокс.

— А вот и катастрофа, летящая на крыльях ночи, — произнесла она, и её щёки забавно надулись от обиды. — Может уже вернёшь мне мою рыбу?

— Кажется, это твоё, — виновато улыбнулась Аврора, протягивая ланч-бокс. — Прости ещё раз за ту аварию в коридоре, я ужасно неловкая.

Морская пони вздёрнула бровь.

— Когда в следующий раз захочешь искупаться, просто скажи, а не прописывай мне с вертухи в щи.

Кобылки одновременно уставились друг на друга, а затем, не выдержав абсурдности ситуации, дружно и громко рассмеялись, эхом заполняя оранжерею.

— Ладно, проехали. Меня зовут Люми. — Морская пони коварно улыбнулась, обнажив острые зубки, отчего Аврора невольно вздрогнула.

— Аврора, — нервно представилась она.

Русалка ловко выхватила свою коробку и вернула пегаске её законную еду.

— Знаешь, твой странный печёный рогалик меня знатно напугал. Как это вообще можно есть без свежей рыбы?

Морская пони тут же подцепила копытом один ролл, с удовольствием отправив его в рот, на что пегаска лишь поморщилась.

— А как вообще можно есть сырую рыбу?

— Зубками, дорогая, — самодовольно улыбнулась Люми, сверкнув клыками. — Исключительно зубками. — Она достала из своего рюкзака высокую стеклянную бутылочку. — На, держи в знак примирения. Мой фирменный огуречный смузи. Отлично бодрит!

Аврора с опаской приняла ярко-зелёный напиток, сделала осторожный глоток и удивлённо приподняла брови — вкус оказался невероятно свежим. В ответ она разломила пышный круассан и протянула половинку Люми. Панк-русалка скептически принюхалась, укусила воздушное тесто с шоколадным кремом, и её большие глаза удивленно блеснули от непривычной сладости.

За высокими арочными окнами зимнего сада расстилалось привычное серое небо Понибурга, а по стеклу мягко застучали первые капли дождя. Но здесь, под успокаивающий шум фонтана, этот серый день стал чуточку светлее. Теперь они сидели рядышком, весело делясь друг с другом обедом и увлечённо болтая обо всем на свете — от защиты экологии каналов до старинной городской архитектуры. Утончённая пегаска и свободолюбивая русалка даже не заметили, как прямо из этой нелепой школьной путаницы родилась их уникальная, самая искренняя и крепкая дружба.

Автор: Анонимус

Фанфик 4. Подарок для рыбки!

Понибург – далёкий городок на краю Эквестрии, расположенный возле глубокого моря, где живут дивные морские существа! С одним из таких познакомилась Аврора – молодая пегаска из архитектурного колледжа, знаменитого колледжа талантливой молодёжи! К слову, сейчас на дворе конец лета – 31 августа, ах, как же быстро пролетело это время… А ведь совсем недавно Аврора выходила из колледжа с облегчением в груди после трудной аттестации. Но не время унывать! Всё-таки сегодня её ждёт встреча со своей лучшей подругой! И вот бежит кобылка в розовом свитере по деревянному мостику, где обычно рыбачили местные, а её кожаная коричневая сумка качалась из стороны в сторону! Подбежав к краю мостика, она остановилась, посмотрев на своё отражение в голубых водах.

– Люми? – неуверенно спросила пегаска, и тут же из воды показалось два ярких голубых глаза! А затем из воды выпрыгнуло удивительное создание! С виду голубая кобылка, но вместо гривы у неё плавник, а вместо задних ног – хвост! Одета она тоже была странно: чёрная, дерзкая маечка из специальной непромокаемой волшебной ткани, строгий чёрный ремень на поясе с различными стальными побрякушками из зачарованного материала – она словно на рок-концерт собралась! И вот сидит удивительная морская кобылка на краю мостика, широко улыбаясь своей подруге.

– Чё как? – игриво спросила та.

Аврора едва сдержала писк и тут же подлетела к чудному созданию, крепко его обняв!

– Люми! Я так скучала по тебе! – Наконец-то пегаска отпустила подругу, слегка нахмурившись. – А ты где была всё лето? – спросила она.

– Ну как же! Сейчас же лето, а это значит, что глупые рыбаки снова заняты своим глупым «хобби», вот и боролась с ними всё время! В этот раз они были упрямы, только недавно сдались… Ой, точно! У меня столько историй для тебя, короче, слушай… Один дедок как-то хотел бросить сетку, так вот я накидала в неё кучу камней, а этот старый дурак подумал, что поймал огромного сома, и тянет он такой, тянет… А вытащить не может! – Говорливая рыбка даже не думала помолчать, она с большим энтузиазмом рассказывала историю за историей. Впрочем, Аврора не была против, ей нравилось слушать истории о приключениях подруги, всё-таки пегаска была ещё той домоседкой, и такое приключение ей могло только присниться! Ах, какая же всё-таки Люми крутая, всё делает для своего моря! Вот бы как-то ей… Сидела кобылка, слушала свою подругу и вот наконец-то подняла голову вверх! Солнце… Солнце уже садилось за горизонт! Неужели так быстро пролетел день? Кобылка испуганно вскочила.

– Йоу, подруга, что случилось? – испуганно спросила рыбка, посматривая по сторонам, пытаясь понять, что могло так напугать кобылку.

– Ах, ничего… Просто не могу поверить, что так быстро пролетело время… Ты уж извини, но мне пора! Завтра же первое сентября, мне в колледж надо… – Поджала ушки пегас, не хотелось ей так рано уходить, но она понимала, что если останется подольше, то завтра встанет не с той ноги…

Услышав о колледже, рыбка с тоскою вздохнула, повернув голову на красивый закат.

– Эх… Вот же тебе повезло! Я тоже хочу ощутить этот школьный вайб… Не то что у нас под водой совсем не было школ… Но вайб там всё-таки не как у вас! Хотелось бы хоть одним глазом взглянуть… Но… – Люми посмотрела на свой хвост, а затем подняла голубые глазки на пегаса. – Ну ты поняла! – хихикнула кобылка.

И тут пегасе осенило! Она подпрыгнула от радости, аж завизжав.

– И-и-и! Не волнуйся, подруга! Я обязательно найду способ показать тебе мой колледж! Обещаю, обещаю, обещаю! – Кобылка обняла подругу на прощание и, помахав копытом на прощание, попрыгала домой, повторяя одно и то же: «Обещаю, обещаю, обещаю!»

Люми уже хотелось остановить подругу, сказать, что ей и так хорошо, но она понимала: когда Авроре приходит мысль сделать что-нибудь этакое, её уже не остановить! Так что остаётся только улыбнуться и проводить пегаску взглядом, махая ей копытом вслед…

На следующий день…

Вот и наступил первый осенний день – первое сентября, день, который проклинает каждый школьник! Люми смотрела, как мелкие пони вместе с родителями суетливо бегали по городку, словно муравьи по муравейнику. Все так нервничают и боятся опоздать! За этим и правда весело наблюдать, ах, как же и ей хотелось посмотреть, как проходит первое сентября…

– Эй! Люми! – послышался знакомый голос, и, обернувшись на звук, голубая рыбка увидела свою лучшую подругу Аврору, а рядом с ней… Огромный аквариум на колёсиках?

– Это же…

– Аквариум специально для такой огромной рыбки, как ты? Ага! – перебила подругу пегаска. – Я так хотела, чтобы ты тоже ощутила тот самый в.. в.. вайб? Но не знала, как тебе помочь! И тогда в кровати мне пришла мысль! Вот если бы у меня был большо-о-о-ой аквариум для большо-о-о-ой рыбки, то я бы смогла её отнести посмотреть на линейку в моём колледже! Пришлось обратиться к единорогам, получилось… Не так круто, как хотелось, но… Ты же не против такого скучного аквариума? – Аврора опустила взгляд в пол, будто ожидая отказа.

Но Люми едва сдерживала слёзы от счастья и крепко обняла подругу!

– Ты что, на приколе!? Это же… Просто чума! – Кобылка высоко подпрыгнула, словно её хвост был на пружине, и оказалась прямо в аквариуме! Усевшись в нём, словно в джакузи.

– Так вперёд! А то на линейку опоздаем! – воскликнула рыбка, и пегас сразу же запрягла себя в импровизированную повозку. К счастью, таскать было несложно, единороги заколдовали и повозку, и аквариум – сейчас он был легче пёрышка! И вот пегас сделал первый уверенный шаг, совсем скоро исполнится мечта её подруги!

Линейка была прекрасной, сам директор вышел с торжественной речью, поприветствовал учеников, а затем вышли и первокурсники – совсем зелёные и неопытные! В их глазах был огонь, кажется, они счастливы! Сама рыбка тоже не осталась без внимания, каждый ученик с интересом наблюдал за удивительным существом. В их городке часто видели, как подобные существа нежатся на солнышке или шутят над моряками, но видеть их вживую считалось невероятной удачей! Сама же Люми не была против такого внимания, напротив, её поразила гостеприимность учеников. Этот день был поистине прекрасен! Казалось бы, такая мелочь, как первое сентября, но сколько эмоций он может принести! А всё-таки именно школьная пора – самое прекрасное, что может быть в жизни!

КОНЕЦ!

Автор: BorisUwU