Сопротивление, перенос и почему больно когда все делаешь правильно
Кабинет психолога. Два кресла. Психолог и клиент смотрят друг на друга. Тишина. Тикают часы. Вроде бы не происходит ничего плохого, но в воздухе есть напряжение. Откуда берется стресс, если не происходит активного конфликта? Статья подготовлена по мотивам эпизода подкаста не.психологии: Сопротивление и перенос (Youtube, Яндекс Музыка, Apple Podcasts).
Сопротивление и оперантное избегание
Сопротивление — это психоаналитический термин, который означает, что клиент игнорирует определенные темы или уклоняется от них. Этот концепт важен для психоанализа потому, что считается индикатором бессознательных процессов. Сопротивление действительно существует, его можно определить с поведенческой точки зрения, и оно действительно несет в себе важную информацию о проблемах клиента, но не о каком-то мифическом бессознательном, а об истории подкрепления разных активностей клиента.
Пример сопротивления — клиент может «застрять» в одной теме и не переходить к другим. Может подумать о том, сколько времени осталось до конца сессии, и пять минут объяснять, почему ему это важно:
— Сейчас, мистер Психоаналитик, я вам наконец-то расскажу, что я не просто так посмотрел на часы.
С поведенческой точки зрения сопротивление можно рассматривать как пример избегания. Клиент избегает разговоров на определенные темы потому, что ожидает чего-то плохого в случае, если он будет говорить на эти темы. В крайнем случае избегание может принимать форму полного молчания.
Избегание — это поведение, которое возникает потому, что в некоторой ситуации отсутствие этого поведения приводит к наказанию, то есть избегание — это поведение, которое поддерживается отрицательным подкреплением. Представим первого мистера Крысу. Он бегает по клетке и его периодически бьют током. Если он нажмёт на рычаг, то отложит удар током. Мистер Крыса «вынужден» нажимать на рычаг, чтобы избежать ударов током. Его наказывают, если не он трогает рычаг и спокойно бегает по клетке, занимаясь своими крысиными делами.
Это отличается от ситуации, когда второй мистер Крыса-ну-совсем-крыса внешне делает то же самое, но в контексте положительного подкрепления. Он нажимает на рычаг и за это получает еду. Удар током ему не грозит. До этого мистер Крыса-ну-совсем-крыса сидел в обычной клетке, а в экспериментальной клетке он может получить дополнительную еду. Крыса-ну-совсем-крыса может нажимать рычаг, когда ему «захочется». На него никто не давит и никто не наказывает, что бы он ни делал.
Сопротивление у клиента напоминает ситуацию первого мистера Крысы. Клиент чувствует, что вынужден избегать определенные темы, иначе начнутся какие-то проблемы. Но как великий мудрец-психоаналитик понимает, что у клиента сопротивление? Без долгих наблюдений отличить мистера Крысу от мистера Крысы-ну-совсем-крысы затруднительно. Нужна информация о том, что называется матрицей возможностей — анализом разных активностей и их последствий.
Вернёмся в первому мистеру Крысе. Независимый наблюдатель с трудом определит избегание мистера Крысы, если не видел эксперимент с самого начала. Если Крыса будет в этом эксперименте достаточно долго, то можно прореживать режим, чтобы Крыса сначала нажимал на рычаг раз в пять минут, потом в раз в пятнадцать, раз в час и так далее. Не зная контекста, понять почему Крыса нажимает рычаг раз в два часа невозможно.
Терапия в классическом психоанализе длится несколько лет со встречами пять раз в неделю, но психоаналитик может заметить сопротивление гораздо раньше. Это происходит двумя путями.
Анализ детства и остаточный стресс
Можно провести параллель между выбором темы клиентом на сессии и событиями в детстве. Например, родители наказывали за какие-то действия. Или они сами стрессовали в похожих ситуациях и клиент стал это имитировать.
Представим мистера Ребёнка. На Ребёнка давят на тему вежливости. Не просто подкрепляют вежливое поведение:
— Мистер Ребёнок, привет. Как жизнь? Вот тебе немного правил по жизни: уважай других людей, пожалуйста, и ты будешь очень замечательным.
А активно наказывают невежливое поведение:
— Привет, мистер Ребёнок. Либо ты уважаешь других людей, либо ты совершаешь преступление. Ты отказался помахать той доброй тёте в ответ, так что мы будем тебе припоминать, какой же ты неприветливый и плохой ребенок, как родители тобой расстроены.
Клиент так делал в детстве, и на сессии делает то же самое — пытается быть вежливым. На него давит стресс, потому что он либо вежливый, либо плохой. Психоаналитик может обратить внимание на вежливость как на форму сопротивления потому, что это напоминает историю клиента из детства.
Второй способ сравнительно быстрого (порой быстрее, чем анализ детства) обнаружения сопротивления основан на побочном эффекте режима отрицательного подкрепления. Благодаря ему, психоаналитик может заметить сопротивление до того, как он получит информацию о том, что есть наказание за альтернативное поведение.
Например, клиент выглядит напряженным, когда говорит о чём-то определённом. Если это избегание, то можно найти остаточный стресс. На клиента все равно давит альтернативное развитие событий: «Что случится, если сейчас не закрою эту ситуацию и не объясню, почему я спросил о том, сколько времени осталось до конца сессии? Терапевт может подумать, что я плохой человек. И на меня это давит». Вдруг все же перестанет избегать и допустит такое развитие событий, и его посчитают невежливым. Если этот стресс случается, терапевт может его заметить. Даже без тщательного наблюдения за микровыражениями клиента, как в «Обмани меня»:
— Так-так-так, мистер Клиент. У вас мышцы лица дернулись, когда вы сейчас говорили. Это что, было сопротивление? Я вас заметил. Я вас раскрыл.
Терапевт может почувствовать стресс клиента. Ему достаточно наблюдать за своими физиологическими реакциями.
Терапевт может заметить состояния, которые он обычно не испытывает в таких ситуациях. Он знает свою историю и знает, как работает его организм. Например, обычно у терапевта нет напряжения, когда разговаривает о оставшемся времени сессии. Если это сопротивление, терапевт может «заразиться» этим стрессом от клиента, может почувствовать напряжение в груди.
Клиент чувствует постоянный стресс несмотря на успешное избегание, потому что ситуация, в которой может случиться наказание, вызывает не только основное поведение — избегающую реакцию — но и дополнительные активности — те, которые изначально случались в ответ на наказание. Однофакторная модель избегания говорит, что когда клиент избегает определенных тем, значит, всё остальное поведение наказывалось в таких ситуациях.
Здесь помимо оперантного научения участвует и респондентное (павловское). Сама ситуация вызывает стресс, если «неправильное» поведение может привести к «плохим» последствиям. Например, клиент стрессует из-за ответственности. Он не просто пытается быть ответственным. Безответственность — это штраф. Клиент может справляться с рабочими обязанностями, ходить на все созвоны, на всех встречах участвовать, закрывать все задачи. Этот стресс появляется из-за последствий альтернативного развития событий: что, если он остановится? не попадет на какой-то созвон? или не сделает задачу? В рабочее время случались штрафы за безответственность, поэтому теперь рабочая атмосфера не только вызывает избегание непродуктивности, но и стресс как будто штраф за безответственность уже выписали (хотя казалось бы клиент старательно его предотвращает).
Может показаться, будто терапевт клонит к тому, что клиенту не нужно хорошо работать и ходить на созвоны. Но здесь проблема не в избегании, потому что избегание может согласовываться с ценностями. Клиент может стрессовать по поводу работы, но работать в этой компании и быть ответственным профессионалом — это его ценность. Проблема в остаточном стрессе от возможных последствий отклонения от ценностей. Можно обсудить это, начать рассматривать матрицу возможностей: «Если бы вы не были сейчас не выполнили задачу или пропустили созвон, что случилось бы? Что пошло бы не так?».
Клиент не первый год занимается избеганием, он мастер избегания. Он избегает всё, что нужно избегать, но ему всё равно плохо. В психоанализе стресс на фоне успешного избегания называют бессознательным, в поведенческой психологии — условной реакцией на ситуацию избегания. Согласно функционально-аналитической психотерапии проблемы клиента повторяются на сессии. Происходит перенос стимульного контроля. Клиент начинает ведёт себя на сессиях так же, как ситуациях, когда его могли как-то осудить или отругать. Клиент может начать стрессовать на опережение и пытаться предотвратить этот сценарий. Но предотвращение сценария не убирает сам стресс.
С появлением сопротивления на сессии можно начать анализ переноса. Можно проводить параллели с тем, в каких еще ситуациях у клиента бывают, когда он что-то делает и потом оправдывается, бывает ли такое на сессиях. Спросить, что будет, если он не станет оправдываться. Предложить отказываться от избегающего поведения в каких-то мелочах, помочь развивать толерантность к стрессу, чтобы либо не избегать, либо избегать без стресса.
Резюмируя, напряженное молчание на сессии — один из примеров сопротивления. Психолог может заметить сопротивление, сопоставив поведение клиента с историей подкрепления или понаблюдав за эмоциональным контекстом, потому что ситуация избегания помимо избегающего поведения индуцирует стрессовую реакцию. Проблема сопротивления не в избегании, а в остаточном стрессе — именно он является мишенью психотерапии в подобных ситуациях. Избегай или не избегай, но чувствуй себя свободно в процессе.
Текст подготовил Артем Ефремов, отредактировал Иван Чистяков, иллюстрация и обложка — Вероника Пачина. Подписывайтесь на не.психологию, чтобы не пропустить новые материалы!