Творчество и степени творческого совершенства

Когда люди говорят о творчестве, то обыкновенно даже в словах искусствоведов, филологов и философов наблюдается отсутствие конкретизации этого понятия. Дело в том, что довольно удобно называть что-то «творческим», если там есть некие зачатки новизны, а также называть нечто «нетворческим», если там есть некоторые зачатки банальности. Так, например, оказывается довольно легко навесить на любого кумира-классика ярлычок творческого человека, и, наоборот, лишить этого ярлычка любого не нравящегося деятеля искусства (особенно, если он не популярен и вызывает лично у вас отвращение). То есть это понятие в современном дискурсе по преимуществу является беспредметным и субъективным.

В данной статье мы попробуем разобраться с тем, что такое творчество, а также выделить некоторые степени творчества, которые помогут различать новое и банальное, а также сделать беседы о творческом более предметными и объективными.

Определение творчества

Творчество – это создание нового. Таково самое лаконичное определение. Главный критерий творчества – это новизна созданного. Из этого следует, что наименее творческие произведения содержат в себе меньше новизны, а наиболее творческие – больше. Это своеобразный закон, который следует из определения творчества.

Следует отметить, что мы пока ничего не конкретизировали. Мы оперируем абстрактным критерием, который в обсуждениях людей обыкновенно размывается и теряет значение. «Новое». Что же такое новое? Это то, чего не было раньше или же то, что возникло посредством спонтанных актов (даже в случае совпадения содержания). Но ведь можно просто поменять местами слова в стихотворении, и тогда получится нечто новое. «Творчество» большинства людей к этому и сводится: меняют и заменяют слова (либо другие элементы того или иного искусства), оставляя тот же смысл. Именно поэтому у нас возникают трудности в понимании «нового» и, как следствие, в понимании творчества.

Абсолютное творчество и абсолютная банальность

Сразу же бросается в глаза стремление многих людей свести всё к той или иной крайности. По вопросам творчества люди обыкновенно не только не конкретны, но и крайне радикальны.

С одной стороны у нас имеется крайность абсолютного творчества, а с другой – абсолютной банальности. Это критерии оценки искусства и по совместительству целые мироощущения. Но у них есть нечто общее: они в радикальной степени абстрактны и недостижимы.

Абсолютное творчество – это критерий, согласно которому в качестве эталона берется идеал абсолютной новизны. Но абсолютной новизны не существует. Именно поэтому требование абсолютного творчества никогда не соблюдается. Человек либо пишет на банальном языке, либо оперирует банальными идеями, либо использует банальные приёмы. Впрочем, даже эти факты не мешают некоторым людям находить абсолютно творческие произведения искусства. Более того, это не мешает тем же людям сравнивать произведения творцов с этим абстрактным эталоном, которого также не существует.

Абсолютная банальность – это ещё одна абстрактная единица. Дело в том, что лишь чистый повтор может быть абсолютно банален. Например, вы берете стихотворение Пушкина и переписываете его на листок. И то это не будет абсолютным повтором, потому что вы с помощью своего отчасти уникального почерка переписали чье-то произведение. В этом смысле, абсолютной банальностью будет только компьютерное копирование файлов. Человек всегда в той или иной степени добавит что-то новое при прочтении, при переписывании, при осмыслении.

Именно потому что абсолютного творчества и абсолютной банальности не существует, необходимо различать их степени, особенно когда речь идет об искусстве и людях, претендующих на звание творцов. Впрочем, искусство и творчество не всегда находятся по одну сторону.

Соотношение творчества и искусства

Искусство далеко не всегда ставит себе целью достижение наибольшей степени творчества. И наши классики являются тому отличным примером. Очевидно, для большинства из них новаторство никогда не было целью. Тот же Пушкин занимался по большей части адаптацией западной поэзии и прозы под русский язык и некоторые аспекты русской культуры. Но и сами западные авторы продолжали повторять друг за другом или за самой жизнью. Новаторы иногда появлялись и продвигали искусство вперед. Но в целом искусству свойственно сопротивляться творчеству, как и любой коллективной традиционной системе, базирующейся на определенных классических образцах, авторитетах. Новаторам в искусстве не только приходится создавать что-то новое, но и самим становиться авторитетами, чтобы их творения продвигались.

Искусство слишком часто выступает против нового, чтобы считать его синонимом творчества или хотя бы верным союзником. Впрочем, нередко к самым банальным классикам применяется эпитет «творческий». Думаю, они сами не были бы довольны этому «комплименту», потому что не стремились создавать нечто радикально новое. У них не было даже такой ценности и стремления. Я думаю, для многих мастеров прошлого эпитет «творческий», если правильно понимать его значение, был бы оскорбительным, так как их «творчество» основано на тяжелой ремесленной работе, оно стоит на плечах сотен предков, на признании тысячи законов.

Для искусства творчество – далеко не единственный критерий оценивания, и в большинстве случаев он не является определяющим или даже важным.

Впрочем, современность подарила нам положительный эпитет «творческий», который применяется ко всему, что нравится. Но для более строгого анализа искусства и жизни нужны более конкретные параметры.

Степени творческого совершенства

Я выделяю восемь степеней творческого совершенства, две из которых – это абстрактные абсолюты, то есть абсолютное творчество и абсолютная банальность. Более конкретные степени являются промежуточными между ними и уже встречаются в реальности.

1. Абсолютная банальность;

2. Степень перестановки;

3. Степень повторения;

4. Степень подражания;

5. Степень минимального творчества;

6. Степень срединного творчества;

7. Степень подавляющего творчества;

8. Абсолютное творчество.

Степень перестановки. Это такая степень наличия творчества, при которой имеет место лишь перестановка элементов и замена одних элементов другими (например, перевод), сходными с ними (ни по сути, ни по технике изменений нет). Произведения, созданные в такой степени, обыкновенно считаются банальными или представляют собой перевод чьей-то работы. Впрочем, имеются случаи, при которых перестановщики становятся известными или даже великими деятелями искусства. Следует заметить, что ростки творчества есть уже здесь, но они крайне малы.

Степень повторения. Повторение строится на копировании стиля, духа, техники, смысла, но всё, что происходит на этом уровне, нельзя описать лишь перестановками. Иногда авторы, которые в сущности своей лишь повторяют, не делают это дословно. Многое дописывают или убирают. В общем, больше времени работают над своей копией. Подобного рода повторения также содержат в себе ростки творчества.

Степень подражания. Это уровень, на котором автор, вроде бы, никого конкретно не повторяет, но при этом у него нет ни одного уникального аспекта в творчестве. Всё, что он делает, он у кого-то взял, а не разрабатывал самостоятельно. Данная степень искусства свойственна большинству классиков. Они достигли вершины мастерства в тех аспектах, которые не создали сами.

Здесь проходит граница между тем, что следует называть творческим и тем, что следует называть банальным. Делом в том, что именно наличие уникальных аспектов является относительно объективным критерием отличия творческого от банального. Чем творческий автор отличается от банального? У него хоть один из аспектов его деятельности может быть назван бесспорно уникальным, то есть не встречающимся у предшественников, а если и встречающимся, то лишь по воле случая, но не по воле культуры и подражания.

Степень минимального творчества. Один или несколько (небольшое количество) аспектов творчества данного автора являются уникальными, то есть не встречающимися ни у одного автора до него, а если и встречающимися, то лишь по воле случая, но это только при условии, что авторы не имели прямого и косвенного взаимодействия, то есть оба сами независимо породили данный аспект. На мой взгляд, людей, достигших этого уровня, уже следует именовать творцами, потому что создать хоть что-то новое – уже великое достижение. Многие классики могут похвастаться тем, что они достигли степени минимального творчества.

Степень срединного творчества. Это степень, на которой количество творческих аспектов приближается к середине. Если половина аспектов (например, стиль, язык, словарный запас, техника, философская идея, творческая задумка, сюжет и многое другое) уникальны, то можно говорить о степени срединного творчества. Я бы выделил лишь единицы авторов, достигших данной ступени: Гёте, Данте, Шекспир – и то по той причине, что эти авторы стали основателями писательского искусства в своём регионе.

Степень подавляющего творчества. Это степень, на которой творческих аспектов больше половины. Перешагнуть рубеж в половину – крайне трудно, так как любой автор автоматически копирует некоторые традиции своего искусства, без которых его просто напросто не оценят положительно. Я не думаю, что кто-то из известных авторов достиг этого уровня. Как минимум, не встречал такого автора.

Вывод

На самом деле, данная статья не ставит точку на теме творчества. Дело в том, что количество аспектов, выделяемых в произведениях искусства, может варьироваться, как следствие, последние три ступени могут в разных трактовках меняться. Также остается открытым вопрос о том, в какой степени аспект должен быть уникальным, чтобы всё же обнаружить творческого человека. Все это ещё довольно спекулятивно и требует дальнейшей проработки и конкретизации.

Но достижениями данной статьи следует считать: во-первых, обнаружение границы творческого и банального, а, во-вторых, возможность более предметно обсуждать творчество, творческое и творцов. Напоминаю, что граница определяется наличием бесспорно уникальных аспектов. Более сложные ситуации, связанные со степенями уникальности аспектов, мы разбирать здесь не стали.

В любом случае, эта статья создана не для того, чтобы дать решающие ответы. В большей степени она нацелена на начало разработки полноценного предметного дискурса о природе новизны, а также выступает против примитивного абстрагирования понятия творчества. Говорить о творчестве предметно, точно, тонко – вот к чему надо стремиться, а для этого следует разбирать степени, аспекты и степени аспектов произведения.