Совет Незеба

Кабинет Незеба встретил собравшихся привычным интерьером. Высокие сводчатые потолки терялись во мраке, едва рассеиваемом магическими светильниками, мерцающих на мраморных колоннах. Тяжелые портьеры на окнах были задёрнуты, на столах были разложены карты с многочисленными пометками — здесь принимались решения, определившие судьбу Империи.

Незеб восседал за массивным столом, его пальцы сплетены в замок перед лицом. Внимание владыки Империи было подобно лезвию — оно резало, и те, на кого падал его взгляд, невольно съёживались. Рядом с Незебом замерла командующая Соколами Севия, известная также как «Серый Принц», чьё лицо оставалось непроницаемой маской, выдавая не больше эмоций, чем мраморные изваяния, что украшали зал.

Яскер сидел справа от повелителя, его поза сохраняла достоинство, но выдавала напряжение. Рядом с ним устроилась Елизавета Рысина, глава Комитета Незеба, её глаза изучали всех присутствующих с профессиональной въедливостью. Чуть вдали, скрестив руки на груди, стоял Штурм Бешеных — военачальник выглядел так, словно готовился к бою. Великий Маг Яхча Феликс, занявший место недалеко от главы Хранителей Империи, наблюдал за происходящим с едва заметной усмешкой — он знал, что собрание принесёт нечто большее, чем просто обсуждение.

— Начнём, — голос Незеба прозвучал ровно, но от него по спинам пробежал холодок.

— Елизавета, — Незеб даже не повернул головы, но все знали, что обращение адресовано ей. — Докладывай.

Рысина поднялась, одёрнула мундир и взяла папку с документами. Глаза её бегали по строчкам, но голос звучал уверенно.

— Изун. Ситуация ухудшается ежедневно. На данный момент на аллоде действуют как минимум девятнадцать вооружённых группировок орков. Крупнейшая — так называемые «Воины Свалки». Они набирают силу с пугающей скоростью.

— Кто их возглавляет? — спросил Незеб, хотя ответ знал заранее.

Рысина помедлила, и пауза была красноречивее любых слов.

— Ярость Бешеных, повелитель. Дочь генерала Штурма.

Тишина повисла в зале, осязаемая, как стена. Штурм не шелохнулся, но его челюсти сжались — достаточно, чтобы Феликс заметил и растянул губы в понимающей ухмылке.

— И она не единственная проблема. — Рысина перевернула лист. — Наши информаторы сообщают о регулярных поставках вооружения мятежникам. Мы нашли несколько схронов, качество оружия весьма неплохое. Следы ведут... в Гоблинград, независимое поселение под защитой Свободных Торговцев, где находится ставка эльфийской агентуры.

— Эльфы, — протянул Незеб, медленно, словно пробуя слово на вкус. — Королева Антуанетта наконец решила показать зубы?

— Не факт, что идёт прямое указание от королевы, — вмешался Яскер, его голос прозвучал слишком мягко в этой атмосфере. — Инициатива могла исходить от отдельных структур. Возможно, стоит передать ноту протеста. Дипломатические каналы позволяют...

— Дипломатия, — перебил Незеб, и его голос стал подобным льду. — Ты говоришь о дипломатии, когда наши солдаты гибнут на Изуне?

Яскер замолчал.

— Продолжай, Елизавета.

— Основная проблема — не поставляемое оркам вооружение. Основная проблема — нехватка наших собственных войск. До восстания основой наших гарнизонов были орки. Теперь, когда они перешли на сторону мятежников... — она развела руками. — У нас остались лишь преданные хадаганские части, которых недостаточно для подавления бунта. Кроме того, мы потеряли практически всех Восставших Зэм.

— Потеряли? — вскинул бровь Незеб.

— По факту, они вышли из подчинения, — Рысина опустила взгляд. — Некоторые всё ещё остаются на территории Империи, но в большинстве — это гражданские специалисты. Остальные отбыли на Кадаган.

— Отлично, — в голосе Незеба звучала глухая ярость, затаившаяся под ледяной маской. — У нас нет орков, нет Зэм. На что же мы можем рассчитывать?

Феликс подал голос первым, едва дождавшись разрешения.

— Механоиды, господин. Заводы Номарха Ивлиса готовы поставить нам партию боевых машин нового, усовершенствованного образца в течение месяца. Этого достаточно, чтобы переломить ситуацию.

— Механоиды... — задумчиво произнёс Незеб. — И сколько они стоят?

— Сумма обсуждаема, — уклончиво ответил Феликс.

— Я не спрашиваю, обсуждаема ли сумма. Я спрашиваю, сколько они стоят!

— Триста миллионов золотых за партию.

Незеб помолчал, осмысливая цифры. В зале стало тихо, только светильники мерно гудели, разгоняя мрак.

— Мы выделим, — наконец сказал он. — Но не больше. Феликс, ты займёшься этим лично.

— Будет исполнено, повелитель.

— Я хочу, чтобы вы понимали: у нас есть исторический шанс объединить весь Сарнаут. Новый глава Кании, так называемый «король» Антон Валирский, — слабый правитель. Наивный, неопытный, окружённый советниками, которые думают только о своей выгоде. Он не готов к войне. И мы не дадим ему времени подготовиться.

Он подался вперёд, опираясь руками о стол.

— Как только мы покончим с этим бунтом, мы двинемся на Канию. Захватим её аллоды, поставим везде гарнизоны, и Сарнаут снова будет единым. И я не позволю, чтобы какая-то шайка орков и эльфийские интриги сорвали этот план. Мы не должны были допустить волнений в Империи, Империя — едина и неделима. И сейчас, — продолжил Незеб, переводя взгляд на Штурма, — я хочу услышать мнение того, кто должен был предотвратить эту ситуацию.

Штурм выпрямился, выдержав взгляд владыки.

— Господин, я докладывал о нарастающем напряжении среди орков. Мои рапорты не раз ложились на стол. — Его голос звучал глухо, но твёрдо. — Я предлагал усилить гарнизоны, провести превентивные меры. Предлагал арестовать зачинщиков...

— И кого же ты предлагал арестовать, Штурм? — вкрадчиво спросил Незеб.

— Шаманов. Они разжигали пламя мятежа. Коловрат Северный...

— Коловрат, — усмехнулся Незеб без тени веселья. — Твой старый товарищ. Тот самый, с которым рука об руку ты воевал у Джунских Врат? Интересно.

— Я предлагал его арестовать, — повторил Штурм сквозь зубы.

— Но не арестовал.

— Мне не дали полномочий.

— Ах, полномочий! — Незеб подался вперёд, и все в зале невольно затаили дыхание. — Ты командир Хранителей Империи, Штурм. Какие тебе ещё нужны полномочия? Или, может быть, ты не хотел арестовывать старого друга? Или, быть может... — его голос упал до шёпота, от которого у присутствующих побежали мурашки, — ты чувствовал, что твоя дочь может оказаться втянутой?

Рысина быстро глянула на Штурма. На его лице дрогнула мышца, единственная, но все это заметили.

— Моя дочь — мятежница. — Штурм выпрямился в полный рост. — И я готов лично её остановить, если прикажете.

— Прикажу? — Незеб откинулся на спинку кресла. — Ты и так должен был это сделать, но ты этого не сделал. Знаешь почему?

Наступила мёртвая тишина.

— Потому что, Штурм, — продолжил Незеб, — у тебя больше нет авторитета среди орков. Ты — патриот Империи, я знаю, но твои соплеменники видят в тебе предателя, ты стал для них врагом, а враг не может командовать войсками, особенно если большая часть этих войск — из его же народа.

— Повелитель, я готов...

— Я знаю, что ты готов. — Незеб поднял руку, останавливая его. — Но я не могу этого позволить. С этого момента командование Хранителями Империи переходит к Феликсу.

Штурм замер. Его лицо окаменело, но ни один мускул не дрогнул. Он молчал так долго, что присутствующие начали переглядываться.

— Слушаюсь, повелитель, — сказал он наконец, склонив голову.

Феликс поднялся, едва сдерживая торжествующую улыбку.

— Я не подведу.

— Не сомневаюсь, — Незеб изучал его взглядом. — Но я жду от тебя не слов, а действий. Займёшься механоидами. Организуешь обеспечение. И подготовишь войска к отправке на Изун.

— Будет исполнено, господин. — Феликс сел обратно.

— Яскер, — произнёс Незеб. — Ты безмолвствуешь.

Великий Маг Игша поднял глаза на владыку.

— Повелитель Незеб, — начал он осторожно. — Я разделяю Вашу озабоченность, но хотел бы отметить один аспект, который, возможно, стоит учитывать.

— Какой же?

— Мы говорим о подавлении восстания, но мы не спрашиваем себя, что будет после. — Яскер подался вперёд. — Орки — это не только вечные мятежники. Это наша рабочая сила, наши солдаты, наши ресурсы, и если мы уничтожим их на Изуне, мы потеряем их навсегда. Вы говорили о подчинении Кании, но кто будет воевать за нас, если мы перебьем большую часть орков?

Незеб смотрел на него долгую минуту. Яскер выдержал этот взгляд, хотя это было тяжело.

— Ты предлагаешь переговоры?

— Я предлагаю ещё раз подумать и поискать варианты. — Яскер набрал воздух. — Череп Степных, Великий Маг орков, обученный Найаном — не просто рядовой мятежник. Он символ надежды для своего народа... если мы сможем его переманить, если мы найдём способ убедить его...

— Убедить?! — голос Незеба загудел под сводами. — Ты хочешь вести переговоры с орками? С теми, кто убивает наших солдат и грабит наши города?

— Я хочу избежать ненужных жертв.

— Война всегда означает жертвы, Яскер. Или ты забыл, как мы создавали Империю?

Яскер склонил голову.

— Нет, повелитель. Я помню.

— Тогда не говори мне о переговорах. — Незеб перевёл взгляд на Рысину. — Что ещё?

— Мятежники разделены, господин. Между группировками идёт война. Мы можем стравить их друг с другом. Но это рискованно, потому что если они объединятся против нас...

— Они уже объединились вокруг этого Черепа, — хрипло сказал Штурм.

— Не все, — Рысина покачала головой. — Есть те, кто не признаёт его власть. Есть некая группировка, связанная с дикими орками, которая не подчиняется Ярости. Мы можем использовать это.

— Так используй, — сказал Незеб. — Твоя задача — ослабить их изнутри.

— Будет исполнено.

Тишина вновь повисла в зале, густая и напряжённая. Затем Незеб заговорил, и его голос зазвучал с удивительной, почти зловещей ясностью. Он смотрел на каждого из присутствующих по очереди, словно взвешивал их души.

— На Изуне сейчас хаос. Хаос, который мы не можем и не должны терпеть. Мы теряем территории, теряем ресурсы, теряем солдат. И пока мы собираемся здесь и обсуждаем, кто прав, кто виноват, орки вырезают наши гарнизоны.

Он помедлил, давая своим словам осесть.

— Нам нужна решительная и быстрая операция. Яскер, ты лично отправляешься на Изун, чтобы провести расследование и восстановить порядок. Ты будешь отвечать за переговоры, но не с мятежниками, а с теми, кто ещё колеблется.

Яскер кивнул, хотя его лицо оставалось непроницаемым.

— Елизавета, ты берёшь на себя всю разведывательную работу. Мне нужны имена, лица, связи. Я хочу знать, кто поставляет им оружие, кто даёт убежище мятежникам. Ты тоже отправишься, чтобы быть ближе к ситуации.

Рысина кивнула, делая пометки в блокноте.

— Феликс, ты организуешь военную кампанию. У тебя будут механоиды, хадаганские войска с Игша, Яхча. Ты должен быть готов вступить в бой по первому моему приказу. Если переговоры не помогут, война решит всё.

Феликс улыбнулся — коротко, деловито.

— А ты, Штурм, — Незеб взглянул на военачальника, в чьих глазах уже погас блеск, — передан в распоряжение Феликса. Ты больше не командуешь войсками. Но ты можешь быть полезен в других вопросах.

Штурм стиснул кулаки. Он помнил этот взор — взор, который означал скорый приговор.

Совещание подходило к концу. Присутствующие начали собирать бумаги, вставать из-за стола. Штурм вышел первым, его шаги гулко отдавались в коридоре. Феликс задержался на мгновение, обмениваясь с Рысиной понимающими взглядами. Яскер подошёл к Незебу, но тот лишь коротко кивнул.

Когда зал почти опустел, Незеб поднял руку.

— Севия, задержись.

Серый Принц, до того неподвижная как статуя, приблизилась к столу.

— Да, Незеб?

— Ты читала тот странный доклад с Кадагана? От этого Восставшего? Малд... Макул.. Макалани?

— А то как же. Говорят, сейчас такое модно. Писать небывальщину про иные миры, заговоры и прочую чушь. А что думаешь ты?

— Рысина, — Незеб произнёс это имя медленно, пробуя его на вкус. — Мне нужна её биография. Не та, что хранится в официальных архивах. Детали. Её прошлое, связи, знакомые. Всё, что на неё есть. Вроде как официально она сирота, чьи родители погибли во время нападения демонов?

Севия молчала, ожидая продолжения.

— Ты понимаешь, о чём я?

— Ты хочешь проверить версию Макалани.

— Именно. Она слишком уж усердна. — Незеб подался вперёд, его голос стал тише. — Узнай, где она была до Комитета. Кто были её родители, как она попала на службу. С кем она поддерживает связь вне работы. Мне нужно всё.

— Будет исполнено, — Севия склонила голову.

— Иди.

Серый Принц бесшумно удалилась, оставив Незеба одного в мерцающем свете магических ламп. Великий Маг смотрел на опустевший зал, на кресло Штурма, на места Рысиной и Феликса. В его голове уже сформировался новый план, новая игра, в которой все они были лишь фигурами.

Орки, эльфы, мятежники, предатели — все они не более чем инструменты. Сарнаут ждал нового порядка, и Незеб намеревался построить его любой ценой.

В коридоре Рысина остановилась, чувствуя на себе чей-то взгляд. Она медленно обернулась — никого. Длинный коридор был пуст. Она улыбнулась собственным мыслям: она работала в Комитете достаточно долго, чтобы научиться видеть тени там, где их нет.

Реализация финального этапа её плана была близка.