«Заповедуем венчаться, а не блудом житие свое растлевать...»

Автор: Алексей Гоков

1. Об отношение Церкви к невенчанному браку

К сожалению, среди верующих распространилась пагубная иллюзия о снисходительном отношении Церкви к невенчанному браку у православных христиан. Согласно этому предрассудку считается, что если верующие супруги оформили свои отношения в ЗАГСе, то их сожительство не является грехом (далее в статье речь будет идти только о зарегистрированных брачных союзах, которые мы будем именовать «гражданским браком»). В результате многие христиане стали считать, что Таинство Венчания для их семейного союза хоть является и желательным, но далеко не обязательным. Обычно сами молодожены маскируют свое нежелание венчаться псевдоблагочестивыми рассуждениями о необходимости «созреть» к этому великому Таинству, предварительно испытав на прочность свои чувства по отношению друг к другу в гражданском браке.

Самое печальное, что поводом к появлению такого заблуждения, вначале среди духовенства, а затем и среди прихожан, стала неверная интерпретация определения Священного Синода Русской Православной Церкви от 28-29.12.1998 года[1] , где Церковь якобы считает недопустимым отождествлять невенчанный брак с блудом.[2] На самом деле, если мы обратимся к самому документу, то такого запрета мы там не обнаружим, а найдем лишь утверждение об уважительном отношении Церкви к гражданскому браку, в том числе и к такому, где «лишь одна из сторон принадлежит к православной вере». Но само собой разумеется, что это церковное уважение простирается далеко не на всякий гражданский брак, а значит есть среди них такие браки, которые в глазах христиан сопоставимы с блудным сожительством.

Согласно церковным канонам Церковь действительно издревле признавала законность гражданского брака, когда речь шла о семейном союзе неверных. Об этом ясно говорит 72 правило Шестого Вселенского Собора: «аще некоторые, будучи еще в неверии, и не быв причтены к стаду православных, сочеталися между собою законным браком». Т.е., если брак между неправославными заключается по гражданским законам, не вступающим в противоречие с христианскими нравственными нормами, то Церковь, естественно, относится к нему «уважительно». Понятно, что неверующим совершенно безразлично, что об их супружестве думает Церковь, но для христиан это имело важное значение, когда одна из сторон такого брачного союза принимала христианскую веру.

Но что касается православных христиан, то брак для них согласно каноническим положениям, сформулированным в Византии, «составляется не словесным соглашением, а священным молитвословием»[3], т.е. Таинством Венчания. «Отсюда, – как заключает знаменитый русский канонист А.С. Павлов, – само собой следовало, что кто начал супружеское сожитие без благословения Церкви, тот состоит не в браке, а в любодейной связи»[4]. Окончательно эти правовые нормы были сформулированы новеллами императора Льва VI (893 г.), когда свободным лицам было вменено в обязанность заключать брак по церковному обряду, и императора Алексия Комнина (1095г.), который распространил это правило и на рабов. В таком виде эти юридические требования к браку вошли в церковный канонический сборник Номоканон (Кормчую книгу) и тем самым стали священным правилом для православных христиан: «Книга эта (Номоканон), в которой божественные правила, заповеди Господни и изречения святых отцов смешались с гражданскими законами, составилась не случайно, но по Божьему Промыслу… Так кто же дерзнет разделить и похулить то, что было воспринято от Святаго Духа и святых отцов и сочетается со всем Священным Писанием?» (преподобный Иосиф Волоцкий)[5].

Не нужно смущаться поздним и гражданским происхождением этих церковных определений. Учение Церкви о браке христиан как священнодействии берет свое начало с апостольских времен и согласно святителю Сильвестру (Малиновскому) (+1908г) прямо следует из посланий апостола Павла: «Вместе с тем, находим у ап. Павла и такие места, из коих видно не только то, что брак со всеми, касающимися его, вопросами и недоумениями подлежал ведению и суду Церкви, но и то, что его заключение должно было быть соединено с богослужебным освящением, необходимо предполагающим существование в Церкви особенного для сего священнодействия». Так в послании к Тимофею он говорит, что брак для верных хорош и непредосудителен, если он принимается «с благодарением, потому что освящается словом Божиим и молитвою» (1Тим.4:3–5). В другом месте, рассуждая о дозволении вдове выходить замуж, Апостол требует, чтобы это супружество совершалось «точию о Господе» (1Кор. 7:39), что само собой разумеет именно церковный брак. Но особенно ясно учение апостола Павла выражено в послании к Ефисянам, где брачный союз христиан именуется им «великой Тайной» (Таинством) в соотношении с союзом Христа и Церкви (Еф. 5:22–32) [6].

Вслед за апостолом Павлом христианское учение о браке, как священнодействии и Таинстве, в своих писаниях раскрывали последующие святые отцы и учителя Церкви. Так святой Зенон Веронский (ум. ок. 260 г.) называет «достоуважаемым таинством» церковное священнодействие, которое через супружескую любовь сочетает двух людей в плоть едину. Святитель Амвросий Медиоланский (+397) прямо утверждает, что «брак (христианский) должен быть освящаем покровом и благословением священническим». А святитель Григорий Богослов указывает, что священник - совершитель брака: «Я сочетатель, я невестоводитель... Я буду подражать Христу, чистому невестоводителю и жениху, который чудодействует на браке и Своим присутствием доставляет честь супружеству». То же самое повторяет и святитель Иоанн Златоуст: «Как поступили жители Каны галилейской, – говорит он, – так пусть поступают и, ныне вступающие в брак: пусть они имеют среди себя Христа. Но как, спросят, может быть это? – Через священников. Иже вас приемлет, – сказал Господь, – Мене приемлет». Подобным же образом учил и современник Златоуста святитель папа Римский Иннокентий I: «Благословение, полагаемое священником на брачующихся, содержит форму закона, древле постановленного Богом» [7].

На основании такого высокого учения о семейном союзе, как церковном священнотаинстве, уклонение от него в среде христиан испокон веков приравнивалось к блудному сожительству, даже если это супружество официально было оформлено государством. Так святой Игнатий Богоносец (+115) в послании к Поликарпу пишет: «А те, которые женятся и выходят замуж, должны вступать в союз с согласия епископа, чтобы брак был о Господе, а не по похоти» [8]. Т.е., нецерковный брак уже для первых христиан имел негативную оценку – «по похоти». Еще более прямо говорит Тертуллиан (II-III вв.): «У нас (христиан) браки тайные, то есть не объявленные предварительно в церкви, подвергаются опасности быть судимыми наравне с прелюбодеянием и блудом» [9]. Такое же отношение к невенчанному браку мы находим и во времена святителя Иоанна Златоуста (IV в.): «Первее по вшествии Господа нашего Исуса Христа на небеса, вере распространившейся, видевше апостоли мнози мятежи и бла́зни злы в житии сем, повелеша им венчаватися: И священником заповедаша не ходити на таковыя пиры идеже не сущу венчанию. Тем святии отцы любодеяние нарекше таковый брак» (Иже во святых отца нашего Иоанна Златоустого, Слово о любодейцах и двоженцах) [10].

Тем не менее, мы должны признать, что вплоть до вышеупомянутых законов императоров Льва VI Мудрого и Алексия Комнина в Византийской империи Церкви приходилось мириться с существованием нецерковных браков у некоторых категорий православных христиан. Это прежде всего касалось браков рабов-христиан. Но мириться - не значит признавать! Так в одной из древних редакций Жития преподобного Василия Нового (Xв.), в повествовании о мытарствах блаженной Феодоры, ангелы в споре с бесами не признают за законный брак её супружество, в котором она, будучи рабой, состояла по произволению её госпожи (до новеллы царя Алексия Комнина брак рабов заключали их господа): «Яко сия раба бе, ни от иерея благословися, ни в церкви венчася с мужем, его же взят…» [11].

Но когда в Византийской империи языческие пережитки в брачном законодательстве были устранены, то и в Церкви окончательно канонически оформилось догматическое учение о браке, как одном и семи Таинств: «Знаменитый греческий канонист XIIв. Федор Вальсамон говорит: «Непостижимое нисхождение к нам Единородного Сына Божия и залог спасения рода человеческого проявляет свое величие и славу как во многих других таинствах, так не менее того и в брачном священнословии». Здесь… это самое священнословие и признается таинством брака, которое священник совершает, а брачующиеся – только приемлют» [12].

Поэтому позднейшие византийские канонисты с полным вероучительным основанием именуют невенчанный брак грехом и блудным сожительством и запрещают таковых супругов причащать и принимать от них пожертвования. Так Петр Хартофилакс (1092 г.), а за тем и Константин Арменопул (сер. ХIV в.) в своих трактатах указывают: «Поелику совокупление без священнословия блуд есть, то будет ли неблагословен (невенчан) раб, или свободный, то ни дара, от него приносимаго, принимать не должно, ни допускать его на молитву в дом Господень»[13].

Именно в таком оформленном виде учение о браке христианство принесло на Русь. Древнерусские памятники канонического права во всем своем многообразии свидетельствуют, что с началом христианизации Руси русские святители насаждали в сознании духовенства, знати и народа, что единственным законным супружеством может быть только брак, венчанный в Церкви.

Так уже святитель Иоанн II Киевский (+ 1089г) в своих канонических ответах всех, кто «без благословенья счетаются», требует признавать «чужим быть нашей веры, отвержены соборной церкви». Кроме того, искореняя мнение, что венчание в Церкви только для бояр и князей, а не для простого народа, святитель дает следующее указание: «иже кроме божественной церкви и кроме благословения творят свадьбу, таинопоимание наречется (т.е. по греко-римскому праву незаконный брак): иже тако поимаются, якоже блудником епитимию дать» [14].

Новгородский святитель схиархиепископ Иоанн (в монашестве Илия) в своем поучении 1166 года велит священникам тех, кто из их паствы живет беззаконным браком, понуждать венчаться, но между тем и накладывать епитимию «занеже не по закону Божьему сочеталася» [15].

В этом же духе наставляет своих читателей Правило святителя Максима, митрополита Киевского и всея Руси (1283-1305гг.): «Пишу же и се вам, детям моим, и да все чада мои, порожденные в купели новосвященной. Да держите жены от святой соборной и апостольской церкви, занеже жена спасения ради человеческого бысть. Аще же их держите в блуд, без благословения церковного, то что ти в помощь есть? Но молись им и нуди их, аще и старые суть и младые, да венчаются в церкви» [16].

В этом контексте очень примечателен ответ на вопрос: как поступать со вступившим в третий брак святителя Киприана, митрополита Киевского и всея Руси (1389—1406), который тот даёт некоему игумену Афанасию. Святитель таковых настаивает венчать: «сим заповедуем венчаться, а не блудом житие свое растлевать... Аще ли же венчаться не восхотят, таковых благословию не сподобить, ниже просфоры от них или свечи в церковь не приимать, дóндеже венчаются, или разлучатся» [17]. Т.е., даже к такому экстраординарному для христианина событию, как третий брак, предлагается относиться снисходительно и стремиться повенчать, чтобы супруги не погибали в блуде.

О необходимости наказывать нежелающих венчаться в Церкви писал в своих посланиях святитель Фотий, митрополит Киевский и всея Руси (1408-1431). Так он велит налагать на живущих с женами «без благословения поповского» епитимию «как блуднику», «и приводить их к православию: со благословлением бы поимались с женами. А не со благословлением восхотят жить, ино их разлучать» [18]. Тех же, которые упорствуют в своем нежелании венчаться, святитель Фотий уподобляет «разрушителям и ругателям Закона Божьего», подлежащих гражданскому и духовному наказанию, «яко душегублены суще». Священникам же велит таковых «от церкви удалять, и доры не давать, ни Богородичного хлеба, ни святого причастия, дóндеже с покаянием и со слезами законным браком совокупятся» [19].

Преемник святителя Фотия, святитель Иона, митрополит Киевский и всея Руси (1448-1461), также уподоблял жизнь христиан «с женами незаконно в невенчании», делом «Богу сопротивным и ненавистным», ведущим «к крестьянской погибели» [20].

Итак мы видим, что святые угодники Божии Древней Руси, прославленные Церковью в лике святителей, едиными устами признают единственным законным супружеством у православных христиан – брак, венчанный в Церкви, а прочие брачные сожительства, которые могли еще сохраняться у славян по обычному праву, уподобляют греху блудодеяния, влекущему душу к вечной погибели.

Такое отношение к браку сохраняется в Русской Церкви и в дальнейшем. Об этом свидетельствует Кормчая книга - основной сборник церковных законов, в том числе норм брачного права, которым руководствовались в своей деятельности как иерархия церкви, так и гражданская власть Российской империи, вплоть до Поместного Собора 1917-1918 гг [21]. Так в ее состав вошла «Новая заповедь благочестивого царя Алексия Комнина» (глава 43) гласившая, что «браку не именоваться законным и достойным христианского состояния, если священнословие не свяжет совокупляющихся», и объявляющая такой брак грехом и блудом: «сочетовающие рабов без священнословия, не составляют для них богоприятнаго брака, но утверждают блудное смешение. Ибо те, коих не сочетовает Бог, призываемый чрез священнословие, решительно сходятся на грех между собою». А в главе 51 «О тайне супружества» говорится: "Вся прочая супружества, яже не с благословением церковным и чинным от своего си пастыря, сиесть, от епископа, или от тоя парохи́и священника, венчанием при двух или триех поне́ свидетелей свершаемая, по соборному уставлению, и святых отец учению, не законна, паче же беззаконна и ни что же суть" (лист, 522).

Поэтому не удивительно, что святой праведный Иоанн Кронштадтский дает такую страшную характеристику нецерковного брака: «Тебе нравится гражданский брак – но это брак по плоти, а не по духу… союз, скажу одним словом, прелюбодейный, животный, бесовский» [22]. А в другом месте он пишет: «Агрипина, девица, служанка вдовы Прокофьевой, умерла от родов, от приращения младенца к матке – это в показание праведного Суда Божия прелюбодейцам и прелюбодеям и в страх всем, живущим в так называемом гражданском браке» [23].

Конечно, можно возразить: раз государство в Российской империи гражданские браки православных не признавало, то и Церковь относилась к таковым бракам как блудному сожительству.

Однако с явлением официально-признанных гражданских браков православные столкнулись еще в XIX веке в Австро-Венгрии. Но и там воспитанник Русской Церкви епископ Далматинский и Истрийский священноисповедник Никодим (Милаш) продолжал учить, что «кроме этого церковного венчания брака, Православная Церковь не считает законною никакую другую форму брака, хотя бы при ней были соблюдены все предварительные условия и отсутствовали бы все препятствия. Поэтому она не признает никакого церковно-юридического значения за так называемым гражданским браком, введенным в некоторых странах государственным законодательством» [24].

Спустя десятилетия такую же церковную реакцию мы увидим и в России, когда после прихода к власти большевиков их правительство признало «гражданский брак» законным. В своем постановлении от 19 февраля (4 марта) 1918 года Поместный собор Православной Российской Церкви признал декрет большевиков о гражданском браке направленным «к ниспровержению церковных законов» и осудил сам такой брак, для совершения которого уже не требовалось венчания, а было «достаточно простой записи в суде». Все, кто заключал подобные брачные союзы, по определению отцов Собора вступали «на широкий путь греха, ведущий к погибели» и «навлекали на себя гнев Божий и церковное осуждение». Поэтому Собор определил, что все «так называемые гражданские браки, непременно должны быть освящаемы церковным венчанием»[25].

Таким образом, святые отцы собора, память которых мы празднует 18 ноября, выразили общий тысячелетний взгляд Православной Церкви на брачный союз, зарегистрированный по гражданским законам, но не освященный Таинством Венчания, как брак греховный и душегубительный для православных христиан.

Поэтому осуждение, хотя и зарегистрированного государством, но невенчанного брака, как блудного сожительства, мы находим у многих святых секулярного ХХ века[26]. Например, священномученик Онуфрий (Гагалюк) (+1938г.) прямо говорит о таком браке: «по учению Церкви Божией невенчанный церковным браком и живущий плотской жизнью квалифицируется как блудник…».[27] Святитель Лука Крымский (+1961г.) живущих в зарегистрированном невенчанном браке называет «сожительствующими вне брака» и требовал отлучать таковых от Причастия до покаяния[28]. А в русской эмиграции святитель Иоанн Шанхайский (+1966г.), обличая невенчанный гражданский брак, напоминает, что «всякое сожительство, не освященное церковным венчанием является блудом или прелюбодеянием».[29]

Вот почему один из наиболее почитаемых старцев Русской Православной Церкви архимандрит Иоанн (Крестьянкин) (+2006г.) строго предупреждал уже наших современников: «Есть грехи и явного блуда: если кто из приносящих покаяние живет в брачном союзе, не освященном Таинством Церкви, кайтесь с горькими слезами покаяния, ибо вы проводите жизнь в блуде! Просите Господа освятить ваш брачный союз Таинством Церкви, в каком бы возрасте вы ни были. Господи, прости нас, грешных!»[30].

2. Когда «освящается» брак верного с неверным

Между тем, наш обзор темы был бы неполным, если бы мы, осветив общее отношение Церкви к невенчанному браку, как беззаконию, не коснулись исключения, которое, как известно, только подтверждает правило. Дело в том, что всегда были, есть и будут такие браки православных христиан, которые Церковь не может венчать, но тем не менее признает их законными. Как было сказано в определении Священного Синода РПЦ от 28-29.12.1998 года, Православная Церковь уважительно относится к гражданскому браку, «в котором лишь одна из сторон принадлежит к православной вере, в соответствии со словами святого апостола Павла: «Неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим» (1 Кор. 7:14)».[31] Однако очень существенно, что и в этом случае Церковь признает этот брачный союза не в силу его гражданского заключения, а в силу его освященности верой православного супруга: «Как же понять: «святится»? – Надо понимать: святится муж, яко муж, и жена, яко жена, то есть в брачном отношении. Иначе сказать: брак твой, верная жена, с мужем неверным не превратился в незаконное сожительство от того, что ты уверовала; напротив, твое уверование освятило сей брак (святится – ηγιασται освятился уже) и мужа твоего в брачном отношении» (святитель Феофан Затворник)[32]. Т.е. в данном случае сама вера православного супруга восполняет отсутствие освящения брака через Таинство Венчания.

Святитель Сильвестр (Маливанский) вслед за Тертуллианом так объясняет коллизию, почему верующим, вступающим в брак, следует освящать свое супружество Венчания, а брак с неверным святится самим верным: «Освящающая благодать крещения настолько велика и широка, что освящает крещающегося всецело по душе и телу, а потому, освящает собою и брачный его союз, если в таком он находится (ибо муж и жена единое тело (Еф. 5:31)). Но, освящая, таким образом, всё, что находит в настоящем положении крещающегося, она (благодать) не простирает своего освятительного действия на его, еще не существующее дальнейшее положение, к которому должно быть отнесено и состояние брачное, если бы только он после крещения пожелал вступить в брак. Необходима, поэтому, для освящения брака после крещения особая, отличная от благодати крещения, благодать, каковая и преподается в Церкви. Но, для ее получения необходимо, чтобы оба брачующиеся были христиане, а не один только из них христианин при другом – язычнике. Потому что в последнем случае… их брак не может быть заключенным законно».[33]

Под благодатью крещения, здесь вполне можно подразумевать и благодать веры, так как в наше время часто встречаются неверующие крещеные еще в детстве, но это крещение остается формальным до момента пока их не «настигнет» благодать веры.

Вместе с тем не всякий брак с неверным при вышеназванных условиях освящается, но лишь тот, где неверующий «согласится» жить с верующим (1 Кор. 7:12), что, согласно святоотеческому и каноническому толкованию, означает, «чтобы в брачной жизни разноверных супругов господствующей была православная вера, т.е. что православный супруг должен пользоваться не только полной свободой в исповедании своей веры и совершении добрых дел по учению Христа, но и иметь нравственное влияние на всю семейную жизнь, так как (только) этим, по словам апостола, «святится» этот смешанный брак» (Священноисповедник Никодим (Милаш). Толкование на Правило 72 Шестого Вселенского Собора )[34].

Вот что об этом говорит святитель Иоанн Златоуст: «Если он (неверующий супруг) повелевает тебе (верующему супругу) приносить жертвы и участвовать в его нечестии по праву супружества, или уйти, то лучше оставить брак, нежели благочестие. «Брат или сестра в таких случаях не связаны». Если неверный ежедневно из-за этого оскорбляет и заводит ссоры, то лучше разлучиться. Это выражает (апостол) словами: «к миру призвал нас Бог». Он (неверный) сам подает к тому повод, подобно как и прелюбодействующий».[35]

В связи с этим представляются крайне ошибочными советы некоторых пастырей, которые понуждают верующих идти на «компромиссы» с неверующими супругами ради сохранения «мира» в семье: например, нарушать пост, «исполняя супружеский долг» или даже угождать в извращениях в супружеской близости. Само по себе брачное состояние не является самоцелью христианской жизни. И если супружество с неверующим становится преградой для спасения, православный без укора совести должен оставить его. Этому нас учат жития святых. Так апостол Андрей Первозванный (память 30 ноября) пострадал за то, что обратил в христианство Максимиллу, жену проконсула Эгиата, и та по апостольскому наставлению стала гнушаться супружеских отношений с мужем-язычником; также и апостол Фома (память 6 октября) после крещения царицы Тертианы убедил её отказаться от плотского сожительства с неверующим супругом и за это принял мученическую кончину по приказу разгневанного царя; мученики Хрисанф и Дария (память 19 марта) были обвиняемы римской толпой язычников в том, что они разрушают браки, склоняя уверовавших христиан оставить своих супругов-идолопоклонников; святая мученица Голиндуха (память 12 июля) после своего крещения, по наставлению духовного отца, перестала повиноваться мужу в исполнении супружеского долга и тот, отчаявшись склонить её к сожительству, донес на нее царю. И это только часть примеров, которые Церковь восхваляет как образец христианской добродетели и подвига веры.

Заметим также, что в канонической практике слова апостола Павла «Неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим» (1 Кор. 7:14)» трактовались также как согласие и со стороны верующего супруга жить с неверующим: «Впрочем, смотри, что и божественный Апостол, допуская снисхождение, говорит: «аще благоволит» верная половина сожительствовать с неверною, посему, если не благоволит, брак, без сомнения, должен быть расторгнут... Как и было при патриархе Феодоте: ибо царский трубач, приняв крещение, по патриаршей грамоте развелся с женою, которая не послушалась мужа, неоднократно убеждавшего ее избрать благочестие».[36] Т.е., при сохранении брака православного с неправославным учитывается взаимное(!) согласие на это обоих супругов, а не только неверующей стороны.

Всё вышесказанное имеет отношение исключительно к такому супружескому союзу, который состоялся еще до обращения в веру одного из супругов. И только поэтому апостол Павел, (а вместе с ним и Церковь) снисходительно допускает возможность сохранения таких смешанных браков: «Апостол говорит не о тех, которые еще не сочетались браком, но о сочетавшихся; он не сказал: если кто хочет вступить в брак с неверным, но: если кто имеет неверного, т. е. если кто после женитьбы или замужества примет благочестивое учение, а другое лицо останется в неверии и между тем пожелает жить вместе, то брак не расторгается» (святитель Иоанн Златоуст).[37]

Что же касается ситуации, при которой крещеный в Православии желает создать семью с неправославным человеком, то Церковь «с давних времен осуждала такие браки и считала их незаконными, если случайно они заключены были. Церковное же законодательство, начиная с IV века, строго запрещало православным вступать в брак не только с язычниками и иудеями, но и с еретиками».[38] Об этом красноречиво говорит 72 Правило Шестого Вселенского Собора: «Недостоит мужу православному с женою еретическою браком совокуплятися, ни православной жене с мужем еретиком сочетаватися. Аще же усмотрено будет нечто таковое, соделанное кем либо: брак почитати не твердым, и незаконное сожитие расторгати. Ибо не подобает смешивати несмешаемое, ниже совокупляти с овцею волка, и с частью Христовою жребий грешников. Аще же кто постановленное нами преступит: да будет отлучен». Причем каноны «под еретиками разумеют тех, кои приемлют наше таинство, но в некоторых частях учения погрешают, почему и отличаются от православных, а под иудеями разумеют христоубийц, и под эллинами – совершенно неверующих и страждущих недугом идолослужения».[39] Из вышеизложенного видно, что совершенно не соответствует действительности следующее утверждение Основ социальной концепции РПЦ: «В соответствии с древними каноническими предписаниями, Церковь и сегодня не освящает венчанием браки, заключенные между православными и нехристианами, одновременно признавая таковые в качестве законных и не считая пребывающих в них находящимися в блудном сожительстве». Если уж с еретиками браки православных однозначно считались незаконными и беззаконными и Церковь требовала их расторгать,[40] то тем более эта строгость распространялась на браки верных с нехристианами.

Тем не менее, согласно Основам социальной концепции РПЦ, «исходя из соображений пастырской икономии, Русская Православная Церковь как в прошлом, так и сегодня находит возможным совершение браков православных христиан с католиками, членами Древних Восточных Церквей и протестантами, исповедующими веру в Триединого Бога, при условии благословения брака в Православной Церкви и воспитания детей в православной вере. Такой же практики на протяжении последних столетий придерживаются в большинстве Православных Церквей»[41]. Не касаясь полемики насколько данная практика имеет каноническое обоснование, следует заметить, что и в данном случае подобный брак считается законным только при условии благословения брака в Православной Церкви, что практически выражается в совершении над брачующимися Таинства Венчания.

Таким образом, подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод, что Православная Церковь для своих чад признает законным только венчанный брак, приравнивая неосвященные супружеские союзы православных христиан к блудному сожительству. Исключением являются только такие смешанные браки с неправославными, которые были заключены по гражданским законам, не противоречащим нравственным христианским нормам, еще до обращения в Православие одного из супругов, и которые сохраняются по взаимному согласию сторон при условии господствующего положения православной веры в их семейной жизни. Но и эти браки признаются законными Церковью не в силу их гражданского заключения, а по причине мистического их освящения благодатью веры мужа или жены православного исповедания.

_______________________

[1] Определение Священного Синода Русской Православной Церкви от 28-29.12.1998 года «Об участившихся в последнее время случаях злоупотребления некоторыми пастырями вверенной им от Бога властью «вязать и решить»»// http://www.patriarchia.ru/db/text/4970081.html

[2] Такое заблуждение транслирует даже официальный документ Русской Православной Церкви «О канонических аспектах церковного брака», который почему-то указанному решению Священного Синода усваивает название «Определение... о недопустимости практики лишения Причастия лиц, живущих в невенчанном браке, и отождествления такового брака с блудом». На самом деле Определение Священного Синода Русской Православной Церкви от 28-29.12.1998 года имеет название «Об участившихся в последнее время случаях злоупотребления некоторыми пастырями вверенной им от Бога властью «вязать и решить»». Относительно отождествления некоторыми «пастырями-духовниками» невенчанных браков с блудом в негативном контексте говорится лишь в Справке Священному Синоду, носящей сугубо информативный характер. Само же решение Священного Синода не имеет никакого суждения «о недопустимости отождествление невенчанного брака с блудом»

[3] Матфей Властарь. Алфавитная Синтагма. НАЧАЛО БУКВЫ Γ. Гл. 8// https://azbyka.ru/otechnik/Matfej_Vlastar/Alfavitnaia_Sintagma/3_8

[4] Павлов А. 50-я Глава Кормчей Книги.-М.,1887.-стр.70

[5] преподобный Иосиф Волоцкий (Санин).Просветитель. Слово тринадцатое// https://azbyka.ru/otechnik/Iosif_Volotskij/prosvetitel/13

[6] Святитель Сильвестр (Малеванский). Опыт православного догматического богословия. Том IV// https://azbyka.ru/otechnik/Silvestr_Malevanskij/opyt-pravoslavnogo-dogmaticheskogo-bogoslovija-tom-4/3_54

[7] Святитель Сильвестр (Малеванский). Опыт православного догматического богословия. Том IV// https://azbyka.ru/otechnik/Silvestr_Malevanskij/opyt-pravoslavnogo-dogmaticheskogo-bogoslovija-tom-4/3_56

[8] Св. Игнатий Богоносец. Послание к Поликарпу// https://azbyka.ru/otechnik/Ignatij_Antiohijskij/poslanie-k-polikarpu/#0_5

[9] Павлов А. 50-я Глава Кормчей Книги.-М.,1887.-стр.63

[10] Златоструй. Слово 111// Электронная копия: Московская Православная Духовная Академия – 2006г, – С.525-526

[11] Вилинский С. Житие св. Василия Нового в русской литературе. Ч. 2: Тексты жития. Одесса, 1911. С. 773.

[12] Павлов А. 50-я Глава Кормчей Книги.-М.,1887.-стр.69-70

[13] Тулупов Т.С. Беседа о таинстве брака// http://starajavera.narod.ru/tulupov2.html

[14] Павлов А.С. Памятники древнерусского канонического права// https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Pavlov/pamjatniki-drevne-russkogo-kanonicheskogo-prava/1_1

[15] Павлов А.С. Памятники древнерусского канонического права// https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Pavlov/pamjatniki-drevne-russkogo-kanonicheskogo-prava/137_2

[16] Павлов А.С. Памятники древнерусского канонического права// https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Pavlov/pamjatniki-drevne-russkogo-kanonicheskogo-prava/13

[17] Павлов А.С. Памятники древнерусского канонического права// https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Pavlov/pamjatniki-drevne-russkogo-kanonicheskogo-prava/32

[18] Павлов А.С. Памятники древнерусского канонического права// https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Pavlov/pamjatniki-drevne-russkogo-kanonicheskogo-prava/33

[19] Павлов А.С. Памятники древнерусского канонического права// https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Pavlov/pamjatniki-drevne-russkogo-kanonicheskogo-prava/60

[20] Павлов А.С. Памятники древнерусского канонического права// https://azbyka.ru/otechnik/Aleksej_Pavlov/pamjatniki-drevne-russkogo-kanonicheskogo-prava/77

[21] Статья «Кормчая книга» в Православной энциклопедии// https://www.pravenc.ru/text/2458663.html

[22] Праведный Иоанн Кронштадтский. Дневник. Том XVII. 1872–1873// https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Kronshtadtskij/dnevnik-tom-17-1872-1873/14_12

[23] Праведный Иоанн Кронштадтский. Дневник. Том XVIII. 1873–1874 гг.// https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Kronshtadtskij/dnevnik-tom-18-1873-1874-gg/12_25

[24] Священноисповедник Никодим (Милаш). Православное церковное право// https://azbyka.ru/otechnik/Nikodim_Milash/pravoslavnoe-tserkovnoe-pravo/4_20

[25] Русская православная церковь и коммунистическая государство. 1917-1941. М.: 1996. С. 17-18

[26] См. более подробнее: Сергей Федоров. Трансформация значения венчания в Русской Православной Церкви// https://azbyka.ru/semya/transformacija-znachenija-venchanija-v-russkoj-pravoslavnoj-cerkvi/

[27] Священномученик Онуфрий (Гагалюк). Письма и статьи. Над Словом Божиим.60// https://azbyka.ru/otechnik/Onufrij_Gagaluk/pisma-i-stati/70

[28] святитель Лука (Войно-Ясенецкий). Указы святителя Луки Войно-Ясенецкого// https://azbyka.ru/otechnik/Luka_Vojno-Jasenetskij/ukazy/#0_27

[29] иеромонах Серафим (Роуз). Блаженный Святитель Иоанн Чудотворец. Часть III. Духовное состояние русской эмиграции// https://azbyka.ru/otechnik/Serafim_Rouz/blazhennyj-svjatitel-ioann-chudotvorets/3_131

[30] Архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Опыт построения исповеди// https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Krestjankin/opyt-postroenija-ispovedi/1_7

[31] Определение Священного Синода Русской Православной Церкви от 28-29.12.1998 года «Об участившихся в последнее время случаях злоупотребления некоторыми пастырями вверенной им от Бога властью «вязать и решить»// http://www.patriarchia.ru/db/text/4970081.html

[32] Святитель Феофан Затворник. Толкование первого послания апостола Павла коринфянам// https://azbyka.ru/otechnik/Feofan_Zatvornik/tolkovanie-na-pervoe-poslanie-k-korinfjanam/3_1_4

[33] Святитель Сильвестр (Малеванский). Опыт православного догматического богословия. Том IV// https://azbyka.ru/otechnik/Silvestr_Malevanskij/opyt-pravoslavnogo-dogmaticheskogo-bogoslovija-tom-4/3_56

[34] Священноисповедник Никодим (Милаш). Правила Святых Апостолов и Вселенских соборов с толкованиями. Толкование на Правило 72 Шестого Вселенского Собора, Трулльского иначе Пято-Шестого Собора

[35] Святитель Иоанн Златоуст. Беседы на первое послание к Коринфянам. Беседа 19// https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Zlatoust/tolk_64/19

[36] Матфей Властарь. Алфавитная Синтагма// https://azbyka.ru/otechnik/Matfej_Vlastar/Alfavitnaia_Sintagma/3_12

[37] Святитель Иоанн Златоуст. Беседы на первое послание к Коринфянам. Беседа 19// https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Zlatoust/tolk_64/19

[38] Священноисповедник Никодим (Милаш). Правила Святых Апостолов и Вселенских соборов с толкованиями// https://azbyka.ru/otechnik/Nikodim_Milash/pravila-svjatyh-apostolov-i-vselenskih-soborov-s-tolkovanijami/223

[39] Матфей Властарь. Алфавитная Синтагма// https://azbyka.ru/otechnik/Matfej_Vlastar/Alfavitnaia_Sintagma/3_12#note82

[40] Матфей Властарь. Алфавитная Синтагма// https://azbyka.ru/otechnik/Matfej_Vlastar/Alfavitnaia_Sintagma/3_9

[41] Основы социальной концепции Русской Православной Церкви// https://azbyka.ru/otechnik/dokumenty/osnovy-sotsialnoj-kontseptsii-russkoj-pravoslavnoj-tserkvi/#0_10_1