Фиваидский легион: война есть исполнение заповеди воздавать Кесарю кесарево
Автор: Алексей Гоков
Отныне память святого Фиваидского (Фивейского, Фиванского) легиона официально в святцах Русской Православной Церкви[1]. Хотя почитание фивейских легионеров-мучеников во главе со св. Маврикием известно с IV в., но они почитались скорее как местночтимые святые дораскольной Западной Церкви. Теперь же это древнее сказание о подвиге римских солдат-христиан признано Священным Преданием и Русской Церкви.
Для темы христианского милитаризма в первые века истории Церкви предание о Фиваидском легионе имеет ключевое значение. И дело даже не в том факте, что еще до эпохи св. царя Константина Великого христиане могли составлять целый отдельный легион в Римской империи (что само по себе опровергает миф о пацифизме первых христиан). Но гораздо более важное значение имеет выраженное здесь учение древних христиан об отношении к воинской службе. Согласно этой доктрине, озвученной фивейскими легионерами, христиане поступающие на воинскую службу императору и сражающиеся на войне с врагами империи исполняли заповедь Христову «воздавать кесарю кесарево» (Мф.22:21). Однако их меч не должен был обращаться с одной стороны против невинных (в данном случае христиан) и против законной царской власти (т.е. против самого «кесаря»). В последнем случае действовали заповеди Спасителя «возврати меч твой в его место» (Мф. 26:52) и «не противься злому» (Мф. 5:39). Следуя этим принципам святые воины-мученики оставались верны и присяге императору, и заповедям Господним. В таком свете понимания первыми христианами своего долга перед Богом и Царём совершенно ясно, что убийство врагов на войне не считалось ими нарушением заповеди Божией «Не убий» (Исх 20. 13). Тем самым объясняется и парадокс жизнеописаний многих святых воинов эпохи гонений: когда, с одной стороны, в воинах-мучениках мы видим примеры крайней воинственности в бранях с врагами империи (что является согласно житиям печатью их святости), а с другой стороны, эти же закаленные в сражениях солдаты как агнцы шли на заклание за Веру и даже не думали обращать свой меч против императоров-гонителей.
Предание о Фиваидском легионе сохранилось в двух версиях. Первую изложил Евхерий Лионский († ок. 450 г.) в своем трактате «Страданий агаунских[2] мучеников». Другая версия именуется исследователями «Анонимным мученичеством». Основная разница этих версий – это повод, который привел легион к неповиновению. В Мученичестве Евхерия поводом стал царский приказ истреблять христиан, а в Анонимном мученичестве – это требование императора к фивейцам совершить языческие жертвоприношения[3].
Так как каждая версия несет свой колорит ниже мы приводим выдержки из доступных на русском языке «Страданий агаунских мучеников» Евхерия Лионского и «О святым Маврикии и его сподвижниках» Иакова Ворагинского (†1298г), который, судя по всему, отразил версии т.н. «Анонимного мученичества».
Евхерий Лионский. «Страдание агаунских мучеников»
«При Максимиане[4], который обладал властью в Римском государстве вместе с Диоклетианом[5], практически во всех провинциях терзали и убивали мучеников народа. Ведь этот самый Максимиан, с одной стороны, безумствовал, будучи объят жадностью, сладострастием, жестокостью и другими пороками, с другой стороны, преданный достойным проклятия языческим обрядам и не ведающий небесного Бога, нечестивость свою направил на истребление христианского имени. И если кто-то осмеливался тогда выражать почтение истинному Богу, его хватали разосланные повсюду воинские турмы, либо чтобы придать пыткам, либо чтобы убить; он так внезапно поднял оружие на религию, словно бы случилось опустошение со стороны варварских племен.
Был в то время в войске легион солдат, который назывался фиванским1[6] . Легионом же называлось войско, которое включало шесть тысяч и шестьсот воинов. Эти мужи, призванные из областей Востока[7] на помощь Максимиану, были отважны в военных делах и отличались доблестью, но больше отличались они верой; они сражались за императора с храбростью, а за Христа — с набожностью. Имея оружие в руках, они не забывали об исполнении евангельской заповеди и воздавали кесарю кесарево и Богу Божие (Мф.22:21). Поэтому, когда они, подобно прочим солдатам, также были отправлены на поимку множества христиан, они единственные отважились отказаться служить жестокости и подчиняться такого рода приказаниям. Максимиан находился неподалеку, ибо он задержался около Октодора, обессиленный в дороге. Когда ему было сообщено там через гонцов, что этот легион, воспротивившийся царскому приказу, остановился в Агаунском ущелье.
Итак, как мы уже сказали выше, когда Максимиан узнал ответ фиванцев на его приказ, он, кипя гневом из-за их небрежения к его повелению, приказывает убивать мечом каждого десятого из легиона, чтобы другие, устрашенные, с готовностью подчинились царским предписаниям; и, объявив вновь приказ, повелел, чтобы остальные начали преследовать христиан. Однако, когда фиванцы еще раз получили приказание, и они узнали, что на них вновь возлагается осуществление нечестивых преследований, крики и смятение поднялись в лагере [воинов], утверждающих, что они не будут нести столь нечестивое служение, что они навсегда отреклись от нечестия идолов, что он, напитанные христианскими таинствами и наставляемые в культе божественной религии, почитают одного Бога Вечности, что лучше быть убитыми, чем поступать противно христианской вере.
И вот, когда это стало известно, Максимиан, который был кровожаднее всякого зверя, снова обратился к своей свирепости и приказал, чтобы вновь каждый десятый из их числа был предан смерти, чтобы тем самым остальные были принуждены к исполнению того, от чего они отказались. Когда приказания вновь были доставлены в лагерь, был выхвачен и убит каждый, которому на долю выпал жребий быть десятым, в свою очередь остальные воины, коих было множество, в разговоре призывали друг друга и дальше сохранять стойкость в столь славном деле.
Как передают, у святого Маврикия, который был тогда примицерием того легиона[8], в то время было великое побуждение веры; он вместе с Экзуперием, которого в войске называли кампидоктором[9], и сенатором Кандидом подбадривал войско, каждого вдохновляя и увещевая. Приводя примеры верных боевых товарищей, ставших уже мучениками за службу Христу, за [верность] божественным заповедям, призывал, чтобы все, если того потребует необходимость, приняли смерть и последовали за своими товарищами и однополчанами, которые уже взошли на небеса. И в самом деле, воспылал тогда в блаженнейших мужах славный огонь мученичества.
И вот, воодушевленные своими руководителями и их авторитетом, они, движимые как благочестием, так и храбростью, отправляют письмо Максимиану, все еще охваченному безумием. Сообщается, что оно было такого рода: «Мы – твои солдаты, император, но все же мы – слуги Божии, Которого охотно исповедуем. Тебе мы обязаны нести службу, ему – невинность, от тебя мы получаем жалованье за труд, от Него мы обрели начало жизни. В том никак не можем мы следовать за императором, чтобы отречься от Бога Творца и Создателя нашего, от Бога, хочешь не хочешь, и твоего Создателя. Если мы не будем принуждены к столь постыдному [делу], чтобы наносить вред Ему, мы, как делали это и прежде, дальше также будем повиноваться тебе, в противном случае, мы будем, конечно, повиноваться Ему, а не тебе. Мы готовы обратить руку нашу против какого угодно врага, но считаем нечестием обагрять ее кровью невинных. Наши десницы знают, что до́лжно сражаться против нечестивых и врагов, но не следует терзать благочестивых и сограждан. Мы помним, что взяли оружие в руки прежде всего в защиту сограждан, а не против них. Мы сражались всегда в защиту справедливости, благочестия, во спасение невинных. И это до сих пор служило нам наградой за опасности. Мы сражались за верность; сохраним ли мы ее тебе в том случае, если не выкажем ее Богу нашему? Мы клялись сперва в службе божеской, затем клялись в службе царской, ничего не должно поручать нам из второго, если мы попираем первое. Ты приказываешь, чтобы мы казнили христиан. Тебе не следует требовать от нас подобного, если мы исповедуем следующее: «Мы верим в Бога Отца Создателя всего и в Сына Его Иисуса Христа Бога». Мы видели, как те, кто всегда были нам товарищами в [ратных] делах наших и среди опасностей, были убиты оружием и при этом мы сами обагрили себя их кровью, все же мы не оплакивали смерть святых сослуживцев и гибель братьев, не горевали, но славили их и с радостью провожали, потому что удостоились они пострадать ради Бога, Господа их. Не тяготы этой жестокой жизни заставили восстать нас, и не вооружило нас против тебя, император, отчаяние, которое весьма велико в [момент] опасности. Смотри! Мы в руках у нас оружие, но не сопротивляемся, так как скорее жаждем быть убитыми и погибнуть невинными, чем жить, неся вину на себе. Если что-либо в отношении нас установишь большее, если еще что-то прикажешь, еще что-то применишь, огонь ли, пытки, железо, мы готовы все снести. Мы признаем себя христианами и не можем преследовать христиан».
Когда Максимиан услышал такие [слова] и он увидел, как души мужей упорствуют в вере Христовой, не надеясь уже, что сможет одолеть столь славную стойкость их, решил одним разом убить всех, и приказывает, чтобы исполнили это, окружив воинов. Когда посланные [отряды] пришли к блаженнейшему легиону, они обнажили оружие против святых, не отказывающихся из любви к жизни умереть. И вот их убивали мечами без разбора, а они даже не кричали и не сопротивлялись, но, сложив оружие, вытянули перед преследователями шеи, подставляя разившим их свое горло и неприкрытое тело. Они не стали пытаться ни посредством множества своего, ни посредством крепкого вооружения защищать оружием справедливость, но думали только о том, чтобы исповедовать Того, Кто безропотно был веден на заклание и, как агнец, не открывал уст своих (ср. Ис. 53:7); и вот они, как Господне стадо овец, также позволили растерзать себя [гонителям], словно бы напавшим волкам.
Земля там была покрыта телами преданных смерти благочестивых [мужей], текли полные ручьи драгоценной крови. Предавала ли ярость когда-либо вне войны смерти такое множество человеческих тел? Какая еще свирепость одной фразой своей приказывала [когда-либо] убивать сразу стольких людей, даже виновных? Множество, стремившееся, чтобы не наказывались праведные, не было пощажено, в то время как то, что множество совершает неправедно, обычно остается безнаказанным. Так огромной жестокостью тирана был истреблен народ благочестивых, который презрел сущее ради надежды на грядущее. Так был уничтожен совершенно ангельский легион, который, как мы верим, уже вместе с легионом ангелов неизменно славит в небесах Господа Бога Саваофа»[10].
Иаков Ворагинский. «О святым Маврикии и его сподвижниках»
«Маврикий, как утверждают, был полководцем священного легиона, который носил имя Фиванский. Легион тот был назван Фиванским по своему местонахождению в городе, именуемом Фивы. Область эта находится на Востоке, у крайних пределов Аравии, она изобилует богатствами, плодородными садами и редкостными деревьями. Рассказывают, что жители той земли крепки телом, неустрашимы и храбры на войне, от природы одарены проворным умом и преисполнены мудрости. Сам же город имел сто врат и был расположен на реке Нил, которая исходит из земного Рая и носит имя Тихон.
Диоклетиан и Максимиан направили во все провинции указ, согласно которому все мужи, способные носить оружие, должны были явиться в Рим, чтобы сражаться с мятежниками и подчинить их власти империи. Указ августов отослали также и к народу, жившему в Фивах. Согласно заповеди Господней, этот народ воздавал кесарево кесарю, а Божие Богу (Мф. 22: 21). Незамедлительно был набран полный легион, то есть 6666 лучших воинов. Солдат направили к императорам, дабы в честных сражениях воины служили Риму на поле брани, но никогда не поднимали оружие против христиан и всеми силами их защищали. Вождем того священного легиона был прославленный муж по имени Маврикий, а знаменосцами - Кандид, Иннокентий, Экзуперий, Виктор и Константин. Император Диоклетиан послал в Галлию Максимиана, которого он поставил своим соправителем, и тот присоединил Фиванский легион к своей бесчисленной рати. Сам Папа Марцеллин призвал воинов лучше погибнуть от меча, чем с мечом в руках выступить против веры Христовой.
Когда римское войско перешло через Альпы и достигло Октодура Максимиан приказал, чтобы все, кто были с ним, принесли жертвы идолам и присягнули единодушно сражаться против мятежников, в особенности против христиан. Услышав о том, святые воины отошли от войска на шесть миль и разбили лагерь в некоем цветущем месте под названием Аганум, находившемся у реки Родана.
Узнав об этом, Максимиан послал к ним своих воинов и приказал, чтобы легионеры поспешили принести жертвы богам. Фиванцы ответили что не могут совершить жертвоприношение, поскольку истинно веруют во Христа. Тогда разгневанный император воскликнул: «В вашем ответе оскорбление, нанесенное мне, соединено с хулой на небеса: вы равно пренебрегаете и мною, императором, и установлениями римской религии. Так пусть узнает строптивый воин, что я в состоянии отомстить ему не только за себя, но и за своих богов». Кесарь снова послал своих воинов и приказал им или принудить легионеров принести жертвы, или немедля обезглавить каждого десятого воина. Святые радостно устремлялись навстречу смерти и спешили опередить друг друга, подставляя головы под удар палача.
Тогда святой Маврикий встал среди своих легионеров и обратился к ним с такой речью: «Поздравляю вас, ибо все вы готовы умереть за веру Христову. Я стойко перенес казнь ваших соратников, ибо видел, что вы готовы страдать за Христа. Я последовал завету Господа, который сказал Петру: Вложи свой мен в ножны (Ин 18, и). Итак, подобно крепостному валу нас ограждают тела павших воинов, наших братьев по оружию; на нас - одежды, обагренные их кровью. Так совершим же вслед за ними свой подвиг мученичества! И потому, если вы согласны, мы передадим кесарю такой ответ: «Мы - воины твои, о император, мы встали под оружие для защиты государства. В нас нет ни предательства, ни страха, но мы не можем отречься от веры во Христа».
Император услышал их ответ и вновь приказал казнить каждого десятого воина. Когда казнь свершилась, знаменосец Экзуперий взял знамя и, встав среди солдат, произнес: «Преславный вождь наш Маврикий держал речь о славе наших соратников. Клянусь, что и я, Экзуперий, ваш знаменосец, взял свой меч не для того, чтобы противиться войску кесаря. Пусть десницы наши отбросят смертоносное оружие и вооружатся одними только добродетелями. Если вы согласны с этим, передадим императору такой ответ: «Мы - воины твои, о император, но мы слуги Христа, о чем заявляем открыто. Тебе мы должны служить на войне, для Него мы должны хранить беспорочность. Ты платишь нам жалование, на которое мы живем, Он даровал нам саму жизнь. Мы готовы претерпеть ради Него любые пытки и никогда не отречемся от веры в Него».
Тогда нечестивый кесарь приказал своему войску окружить весь легион, дабы ни один воин не избежал смерти. И вот воины Христовы, окруженные воинами диавола, были казнены нечестивыми руками и затоптаны копытами коней, Так бесценные мученики посвятили себя Христу. Претерпели же они страдания в лето Господне 280-е»[11].
[1] Журнал 64 Священного Синода от 24 августа 2023 г. о включении «в Собор святых, в земле Германской просиявших, имена... мучеников Маврикия и иже с ним: Гереона, Кассия, Флорентия и иных воинов (ок. 300 г.)»// http://www.patriarchia.ru/db/text/6051881.html
[2] Агаун – место где по преданию приняли мученичество фивейцы (теперь город С.-Морис в Швейцарии)
[3] https://www.pravenc.ru/text/2561146.html
[4] Цезарь Марк Аврелий Валерий Максимиан Август, император Запада (286-293 гг.) и тетрарх Италии, Испании и Африки (293-305 гг.). Отрекся от власти вместе с Диоклетианом 1 мая 305 г. Получил прозвище Геркулий, т.е. «происходящий от Геркулеса».
[5] Цезарь Гай Аврелий Валерий Диоклетиан Август (245-313 г. (316 г.?)), император с 17.11.284 г. по 1.05.305 г. 1 мая император Диоклетиан вместе с августом Максимианом Геркулием отрекся от власти.
[6] Также фиваидский легион, названный по месту своей постоянной дислокации в Фиваиде (историческая область в Северной Африке на территории Египта).
[7] Имеется в виду диоцез Восток, который включал в себя такие провинции, как Ливия, Египет, Сирия, Палестина, Киликия, Аравия, Месопотамия, Исаврия, Кипр.
[8] Примицерий — букв. «начальник», «глава». В качестве примицерия Маврикий подчинялся трибуну и руководил легионом.
[9] Кампидоктор — инструктор, обучающий солдат военному делу.
[10] Цивилева В.Е. ЕВХЕРИЙ ЛИОНСКИЙ* СТРАДАНИЕ АГАУНСКИХ МУЧЕНИКОВ // CM. 2018. №10. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/evheriy-lionskiy-stradanie-agaunskih-muchenikov (дата обращения: 09.10.2023).
[11] Иаков Ворагинский. Золотая легенда. Т. II. М. 2018. С. 333-335