Фулиньские монахи: появились ли другие христиане, кроме несториан, в Танском Китае?
Автор: Ин Линь, Университет Сунь Ятсена.
Перевод Станислава Минкова
От переводчика:
Статья Ин Линя из университета Сунь Ятсена посвящена вопросу о присутствии православных в Китае эпохи Тан.
Эпоха Тан (нач. VII — нач. X вв.) почти всеми признаётся временем блистательных успехов Китая. Невероятный расцвет в области культуры сочетался как с политической экспансией, так и с невиданной прежде открытостью внешнему миру.
В это время произошло (по крайней мере «официальное») знакомство Китая с христианством. Большая часть исследователей концентрируется на проникновении в Китай несторианства (Ассирийской церкви Востока), начиная с появления миссионера Алопэня (в тексте ниже он называется А-люо-бэнь) в 30-х годах VII века. Однако уже через несколько лет Китай посетили «монахи из Фулинь».
Фулинь — это обычное для китайцев название Византии. Тем не менее в силу "научной инерции" принято считать, что «монахи из Фулинь» были несторианами. Автор убедительно показывает, что это не так, и речь идёт о православных священнослужителях, посланных из центральноазиатских епархий Антиохийского патриархата.
В тексте статьи комментарии переводчика, в отличие от авторских, вынесены в примечания с астериском *.
I. Введение.
С тех пор, как Поль Пелльо в 1914 г. выпустил исследование [1] о происхождении названия «Фулинь», стало общепризнано, что Фулинь — это персидская или согдийская передача названия «Рум»: «Хрум» или «Фром», и обозначает Визатию в эпохи Суй (581-618г. н.э.) и Тан (618-907г. н.э.). Первые ясные замечания о посольствах из Фулинь относятся к эпохе династии Тан. Согласно «Цзю Тан шу» (официальной хронике династии Тан, составленной в X веке) и «Синь Тан шу» (новой официальной хронике династии Тан, составленной в одиннадцатом столетии), государство Фулинь отправляло послов в Китай семь раз [2]:
- в 643г. [* 1] Бо-дуо-ли, царь Фулинь, отправил дань из красного стекла, зелёных цзиньцзин [* 2] и так далее;
- в 667г. Фулинь отправил послов, чтобы выплатить дань диецзя [* 3];
- в 701 году снова были отправлены послы;
- в 708 г. Фулинь представил местные продукты;
- в 719г. правитель Фулиня оправил вождя Тухуолюо (Тохаристана), чтобы передать двух львов и двух горалов. Через несколько месяцев он отправил благочестивых монахов, чтобы опять выплатить дань.
- в мае 742 г. правитель Фулинь послал благочестивых монахов, чтобы выплатить дань.
В начале двадцатого века Ф. Хирт предположил, что Бо-ду-ли — это китайская передача слова «патриарх», титула главы Сирийской церкви. Он высказал мнение, что этот патриарх из китайских источников был на самом деле главой несторианской церкви (также известной как церковь Востока) в Персии. Он пишет [3]:
“С переселением столь многих сирийских христиан в Персию после падения Антиохии в 540 году, несторианский патриарх в Персии мог, возможно, претендовать на важную роль. Его резиденция в изгнании была лишь временной; для своей паствы и, - по их стопам, - для китайцев он был патриархом всех христиан, чтобы там еретическое духовенство запада об этом ни думало. Именно несторианский патриарх отправил первых христианских миссионеров в Китай, и сделал ли он это по приказу от более влиятельного патриарха Антиохии или по собственному почину, это, кажется, трудно решить.”
Аргументация Хирта сильно повлияла на последующие объяснения того, кем могли быть вышепомянутые загадочные послы Фулинь. Например, Сиротори и Хадсон в 1930-ых думали, что благочестивые монахи, посланные правителем Фулинь в 719 и 742 были несторианскими миссионерами, хотя и не принимали взгляд Хирта, согласно которому все послы из Фулинь были несторианами[4]. Сень Чжунмянь и Янь Цзунлинь в 1950-1960 соглашались с Хиртом полностью [5]. С другой стороны, Цы Сихе и Барретт склонны полагать, что посланцы Фулинь прибывали из Византийской империи и не имели прямой связи с несторианской церковью. Тем не менее, точка зрения Хирта повлияла на них в другом аспекте. По их мнению, причина, по которой несторианская церковь в Китае сменила название с Боси цзинцзяо («Персидская вера Писания») на Дацинь цзинцзяо («Блистательная вера Дацинь») - это то, что они хотели подчеркнуть своё более византийское, нежели персидское происхождение. Эта смена названия подтверждается имперским эдиктом 745г., 4-го года Тяньбао.
Взгляд Хирта на то, кто такой Бо-дуо-ли, небезоснователен [7]. Бо-дуо-ли звучит похоже на «патриарх» [* 4], и особенно на бафрик, патриарх на арабском языке. Следовательно, первые послы Фулинь, кажется, были посланы какой-то христианской церковью, связанной с Византией. Послы 719 и 742 гг. были названы «благочестивыми монахами». Более того, Юян дзадзю, энциклопедия редкостей IX века, упоминает фулиньского монаха, чьё имя было Вань. Эти записи свидетельствуют о тесной связи между фулиньскими послами и неким религиозным сообществом. Как видно, следующие два поставленных Хиртом вопроса по-прежнему остаются в центре дискуссии: были ли благочестивые монахи несторианами? И какая связь между фулиньскими монахами и Византийской империей?
II. Фулиньские монахи и монахи Боси.
Согласно доводам Хирта, патриарх несторианской церкви провозглосил себя патриархом Антиохии, пытаясь придать престижа своему делу. Тем не менее, Хирт не даёт никаких твёрдых оснований для своей гипотезы. На самом деле, христианские общины в Персии имеют долгую историю, и обнаруживают тенденцию к независимости даже раньше прибытия несториан из Эдессы в 431г. На трёх соборах, состоявшихся в 410, 420 и 424 гг., епископы из разных уголков Персии объединились, чтобы подчеркнуть высокий авторитет их лидера, персидского католикоса. Так они положили основы двум фундаментальным чертам восточной церкви [* 5]: одна — Никейский символ веры, а другая — независимость персидских христиан от церкви «византийского мира». Их католикос мог быть призван к ответу одним только Богом [8]. Вскоре после того приток и возрастающее влияние несториан вновь усилили дух независимости в персидской церкви. При поддержке Сасанидов Персидская церковь, теперь несторианская, провозгласила полную независимость от Запада, когда Бавай принял титул «Патриарха Востока» в 498г.
Католикос Персидской церкви таким образом провозгласил себя равным патриархам Антиохии, Александрии и Рима. К 643г., когда империя Тан увидела первого фулиньского посла, титул «Патриарх Востока» уже преобладал в Персии и Центральной Азии около полутора столетий. В такой ситуации с чего бы несториане в Китае захотели одолжить и использовать титул «Патриарх Антиохии» для того, чтобы придать славы своему делу на Дальнем Востоке?
На самом деле, имена, использованные несторианами в эпоху Тан, показывают тесную связь между ними и Персией. В 638г. первый несторианский миссионер А-люо-бень [* 6] был назван «монахом Боси» (персидским монахом) [9]. Термин «персидский монах» продолжал использоваться до 745г., когда император Сюаньцзун провозгласил, что выражение «персидский храм», исходное название для несторианских церквей в двух столицах (Чанъани и Лояне) будет заменено новым выражением, а именно «храм Дацинь». С 638 по 745 несториане в Китае и сами называли себя «персидскими монахами». Например, стела в Сиань-Фу [* 7] (Дацинь цзинцзяо люсин цзинцзяо бэй, «Хвалы на каменном монументе, относящиеся к распространению Сиятельной религии») содержит следующие строки:
“В эпоху Шенли (698-700гг.) буддисты порочили (нашу церковь) в Лояне, чтобы остановить рост числа несториан [* 8]. В конце эпохи Сяньтянь (ок. 713г.) даосы оклеветали (нашу церковь) в Чанъани. Люохань, настоятель нашего монастыря, Цзиле, благочестивый монах, и аристократы запада, и монахи из монастыря приложили усилия, чтобы защитить (нашу церковь) и, наконец, изменили положение дел.”
О благочестивом монахе Цзиле также написано в 546-м цзюане «Цэ фу юань гуй»:
“Лю Цзе принял должность дяньчжун ши юши (имперского инспектора двора) и Линнань цзянсюань ши (инспектора провинции Линнань) в 714г. (2-ой год Кайюань). В это время Чжоу Цинли, чиновник во главе торговых сношений в Линнани и Цзиле, персидский монах, создали много редких орудий, намереваясь вручить их императору.”
Ясно, что ок. 713-714 гг. несториан называли «персидскими монахами». Имперский декрет, изданный императором Сюаньцзуном в 745г. (в 4-ом году эпохи Тяньбао), гласит [10]:
“Персидская религия Писаний, начавшаяся из Дацинь (отсылка к Римской империи в китайских источниках с I в. по V в.) и прибывшая учить и жить, долго существовала в Срединном государстве.”
Ясно, что несторианство считалось персидской религией. На стеле Сянь-фу, воздвигнутой в 781г., можно видеть слова: «А-люо-бень, благочестивый монах из государства Дацинь», а не «А-люо-бень, персидский монах», как в имперском декрете 638г. Это исправление показывает, что несториане пытались подчеркнуть свою связь с Дацинь, то есть с Римской империей. Их усилия, однако, кажется, не имели немедленного успеха. «Циньюань синьдин шицзяо му лу» (Новый перечень буддистских творений эпохи Циньюань), написанный Юаньчжао в 800, упоминает следующую историю:
“Боре, индийский монах, сотрудничал с Цзинцзином, персидским монахом из храма Дацинь (автором стелы Сянь-фу в 781г.), с целью перевести Сутру Шести Болюми [* 9] и разделил её на семь частей. В это время Боре не знал языка Ху (языка Центральной Азии), и при том Цзинцзин не знал санскрита, не говоря уж о доктрине буддизма. Они провозгласили свою работу «честным переводом», однако вообще не смогли передать правильный смысл. Чего они хотели, так это только собственной славы и богатства. Они даже представили свой перевод престолу, надеясь, что их работа будет издана официально. Наш великий император (император Дэцзун, 780-805г.) был весьма умён и сведущ в буддизме. Он нашёл их перевод неудачным и неточным. Более того, монах из буддийского монастыря и монах из монастыря Дацинь имели различную догматику и принципы поведения. Цзинцзин должен был распространять религию Ми-ши-ке (Мессии). Буддист должен распространять учение Будды. Из-за этого [* 10] можно было распознать разные религии. После этого верное было отделено от неправильного.”
Судя по этой записи, китайцы за пределами несторианской общины продолжали называть несториан «персидскими монахами» и после указа 742г. В Xв. (поздняя Тан и ранняя Сун) Гуйичжунши янэй май ю по юнли (Отчёт о расходе масла и пшена из канцелярии Гуй И, командующего армией) сообщает:
“Выдача персидским монахам из Жанчжоу пшеничной муки семь доу (доу — ок. 10 литров [* 11]) и масла один шэн (шэн — ок. 1 литра) на месячное содержание.
Выдача персидским монахам, которые делают лекарства, пшеничной муки один ши (1ши — ок. 90 литров), и масла три шена 26 числа? на месяц.”
Также Ван Янде упоминает несториан в своём «Сичжоу шиченьджи» (Дорогах в Сичжоу) в ту же эпоху:
“В этой области есть храмы Мони (манихейский) и персидских монахов. Они в буддийских писаниях называются вайдао (внешние).”
Сян Да и Цзян Боцин идентифицируют «персидских монахов» в этих контекстах как несториан [11]. Видно, что китайцы не из числа несториан, жившие как в двух столицах (Юаньчжао из Чанъани), так и в приграничье (области Дуньхуан) именовали несториан «персидскими монахами» на протяжении всей эпохи Тан. Примерно столетие с 638г. (когда А-люо-бэнь посетил китайского императора в первый раз) до 742г. (когда имперский декрет официально подтвердил смену названия несторианской церкви) потребовалось несторианской церкви, чтобы завершить процесс китаизации. Мы вправе спросить, почему, если А-люо-бэнь сам называл себя персидским монахом, посланцы из Фулинь не делали того же, если только они и правда были несторианами?
«И-Шэн люнь» («О Едином Боге»), ранний несторианский документ на китайском, был скорее всего написан примерно в эпоху Чженгуан (627-649гг.), то есть во время, когда персидские монахи и монахи Фулинь достигли Китая. Он гласит [12]:
“Есть в мире только один Бог. Его небеса беспредельны. Он — один, но не населяет какое-то одно место. Он Сам не какое-то место и не прикреплён к одному месту. Он не ограничен первым и вторым местом, ни первым или вторым состоянием. Например, нет границы в пространстве и времени между Китаем и Персией и Персии с Фулинь (Византией). (Такова Его природа)”
Ясно, что несторианские миссионеры знали, что Боси (Персия) и Фулинь (Византия) географически различаются. В эту эпоху мы видим также частые визиты посланцев Фулинь. На этих основаниях можно предположить, что фулиньские монахи не были персидскими монахами, то есть несторианами.
После 742 несториане в Китае начали называть себя Дацинь цзинцзяо (вероятно, «Блистательная религия Рима»). Старая Таншу (официальная история династии Тан, составленная в X веке) говорит, что Фулинь — это то же самое, что и Дацинь, упомянутая в древних документах. Тем не менее, стела Сянь-фу, единственная хроника миссионерской деятельности, написанная самими несторианами, не упоминает Фулинь вообще. Фулинь, напротив, кажется термином, которого намеренно избегали в этой стеле. В Сю тин мишисуо цзин (Книге Иисуса Мессии), несторианском документе, написано:
“Итак, есть Господь на небесах, и Он вершит Свой замысел на небесах и на земле. Ишу Мишихе (Иисус Мессия) будет рождён (согласно Его замыслу). Большая яркая звезда виднана небесах людям по всему миру. Ишу Мишихе будет рождён (согласно Его замыслу). Синь син (звезда синь) появляется на небе, большая, как колесо повозки. Звезда есть яркое и чистое место, которое создал Господь. После года или около того (Иисус) родился в Вулишилиань (Иерусалиме) в государстве Фулинь.”
Однако на стеле Сянь-фу то же событие описано другими словами:
“Небесный мир праздновал рождение Святого Сына от Девы в Дацинь. Сияющая звезда стала благим знаменем и повела персидских магов, чтобы призвать Его и выплатить Ему дань.”
Ясно, что Иерусалим, место рождения Иисуса, расположен в Фулинь в раннем документе, но в Дацинь — на стеле Сянь-фу. Стела Сянь-фу также упоминает вот что:
“Согласно Сию туцзи и историческим работам династий Хань и Вей (I-IIIвв.) государство Дацинь правило Коралловым Морем на юге, граничило с Горами Сокровищ на севере, охватывало Небесные Земли и Лес Цветов на западе и смыкалось с Долгим Ветром и Слабой Водой на востоке.”
«Сию туцзи» в этом тексте может быть отсылкой к работе Пей Цзю о западной области (Сию) в эпоху Суй (написан около 605-615гг). Судя по биографии Пей Цзю в «Суй шу», термин Фулинь появился в «Сию туцзи». Более того, в 762-763 году (в эпоху Баоин) Ду Хуан, который путешествовал по Западной Азии свыше десяти лет, отчётливо говорит о связи между Фулинь и Дацинь в своей «Цзин син цзи» («Приключения в дороге»):
“Государство Фулинь – на запад от государства Шан (Шам, Сирия). Оно отделено горами от Шан и тянется на тысячи миль. Эта страна также назвается Дацинь.”
Ясно, что китайцы знали о том, что Фулинь — это древняя Дацинь, когда в 781 году Цзинцзин, глава китайской несторианской церкви, изготовил надпись на стеле Сянь-фу. Источники, описывающие западные области в эпоху Тан, также свидетельствуют, что термин Фулинь стал более популярным начиная с эпохи Суй. Термин Дацинь, то есть Римская империя, более не появляется в географических документах династии Тан. Стела Сянь-фу предоставляет дополнительное свидетельство по этому вопросу. Объясняя географическое положение Дацинь, надпись говорит только о Сию туцзи (вероятно, эпоха Суй) и исторических работах династий Хань и Вэй (I-IIIвв.). Современные географические работы, напротив, не упомянуты даже мимоходом. Это ещё одно свидетельство того, что китайская несторианская церковь не хотела подчёркивать связь между древней Дацинь и нынешней Фулинь. Тогда возникает вопрос: почему глава несториан предпочёл Дацинь, термин, который больше не использовался, а не Фулинь, современное ему название Рима? Выбор Цзинцзина, возможно, вытекает вот из чего: Бо-дуо-ли, «царь Фулинь», был не Донфан фачжу (Правитель закона на востоке, титул для патриарха Восточной церкви на стеле Сянь-фу), а персидские монахи – не то же самое, что фулиньские монахи. Следовательно, скрытая причина была в том, что несториане не хотели быть перепутанными с какой-то другой группой христиан. Они заявляли, что они из Дацинь, то есть древнего Рима, а не из Фулинь, современного им Рима.
III. Вань и фрагменты «De materia medica» Диоскорида в Юян дзадзу.
Дуань Ченши (803?-863), хорошо известный писатель поздней эпохи Тан, описал девятнадцать видов трав в «Юян дзадзю», энциклопедии редких вещей и религиозных историй. Из девятнадцати растений пятнадцать или происходят из Фулинь, или названы на языке Фулинь. Дуань Ченши также упоминает Ваня, фулиньского монаха. Именно Вань наставлял Дуаня в области ботаники. Следует заметить, что это проявляется в тексте систематически, например [13]:
“Боси цяоцзя (Cassia abbreviata [* 12]) произрастает в стране Боси (Персии), где её называют ху-же-жень-мо, а в Фулинь её именуют а-ли-ку-фа. Дерево высотой от трёх до четырёх чжан [* 13], и от четырёх до пяти чи в обхвате ствола. Её листья напоминают листья цзююань (Citrus medica), но меньше и короче. Не опадает в холодное время года. Не цветёт, а плоды приносит. Стручки длиной два чи, со створками внутри. Каждый отсек заключает в себе одно семя размером с палец, красного цвета и очень твёрдое. Вутренность (мякоть) чёрная как ми (китайская тушь) и сладкая как и (драже). Съедобны, также используются при изготовлении лекарств.”
В целом, остальные растения описываются в том же формате: происхождение, название на персидском, фулиньском и индийском; морфологическое описание, размер растения, листьев, цветов, плодов или семян, их вкус и использование в фармацевтике. Такой метод весьма отличается от описания других, китайских растений в этой книге. Например [14]:
“Сяньтао (мифический персик) происходит из алтаря, устроенного для Су Даня в месте Биньчжоу. Если кто помолится ему от всего сердца, сможет увидеть, как сяньтао градом падает на алтарь. Иногда падает целых пять или шесть штук. По размерам он напоминает камень; красно-жёлтый. Если его разломать, внутренность содержит трёхслойные ядра. Их можно растолочь в порошок и сделать питьё. Этим напитком можно лечить различиные болезни и некоторые порочные склонности.”
Ясно, что ботанические описания Дуаня Ченши в «Юян дзадзю»главным образом подчёркивают странности и чудесные свойства растений. Поскольку западные лекарства были восприняты и широко использовались китайским обществом эпохи Тан, мы можем предположить, что описания фулиньских растений могли быть взяты из какого-то другого подобного пособия по фармакологии. Сравним теперь описание «Юян дзаздю» с тремя хорошо известными фармакологическими пособиями эпохи Тан.
Во-первых, луннаосян в «Юян дзаздю»[15]:
“Луннаосян происходит из страны Поли. Он называется гу-бу-по-лю на полийском. Он также встречается в Боси. Дерево растёт до высоты восьми или девяти чжан. Обхват ствола в шесть или семь вэй (вэй равняется длине обхвата рук взрослого человека), листья круглые, белые и чёрные. Не цветёт и плодов не приносит. Деревья делятся на тонкие и толстые. Тонкое дерево выделяет смолу полю [* 14]. Говорят, что тонкое дерево выделяет луннаосян гао, а толстое выделяет смолу полю. Смола идёт из середины ствола. Её собирают, разрубая ствол. Смола течёт с верхушки дерева. Следует срубить ствол и подготовить ёмкость, чтобы собрать смолу. Она своеобразно используется в медицине.”
Во-вторых, луннаосян, то же растение, в «Синьсю бэньцяо» (составлена в 659г.) [16]:
“Луннаосян, дерево, напоминающее шань-му (Cunninghamia). Говорят, что смола полю происходит из цинчжи (жидкой смолы) в его корне, но смола луннаосян происходит из ганьчжи (твёрдой смолы) в стволе. Его семя напоминает доукоу (круглый кардамон). На коре чешуйки и твёрдая оболочка. Смола напоминает лоннао (голову дракона). Смола имеет острый вкус и очень хорошо предотвращает дурные наклонности. Она также лечит расстройство желудка и поддерживает во рту приятный запах. В прошлом говорили, что смола родом из страны Полю, поэтому она и называется соответственно именованию страны. По сути же это смола дерева шань (Cunninghamia). Дерево шань растёт на юге Китая, но никто не пытается добыть из него смолу. Может быть, тамошнее дерево шань не образует смолы, как и банановые деревья в тех краях не имеют плодов.”
Третье описание полуомэнь дзаоцзя (кассии) в «Беньцяо шиъи», написанной Чень Дзанци в первой половине VIII в. [17]:
“Аболе, вкус горький и от природы очень холодный. Не ядовит. Исцеляет жар между предсердиями и желудочками сердца, в жёлтой кости. Убирает жар и озноб, убивает древесных червей. Произрастает в стране Фоши. Его семена напоминают стручки, круглые и длинные по виду. На вкус сладкие, их приятно есть. Называется также полуомэнь дзаоцзя.”
Наконец, луннаосян в «Хайяо бэньцяо», составленной в начале X века, вскоре после конца эпохи Тан [18]:
“СогласноДао Гунцзину (?-502г.) дерево растёт в стране Лю в Западном Море. Его смола из середины ствола, напоминает белый клей. Успокаивает сердце и усиливает выделение семени. Также существует чёрный луннао, исцеляющий шрамы и если продуло спину. Лучше работает, когда отварен. При закапывании непосредственно в глаза может их повредить. «Минъи биэлу» говорит: в случае дистоции растереть немного лоннао в порошок и смешать его с пресной водой, этот напиток сразу уменьшит боль. Дополнительно: страна Лу отправила луннаосян во время правления императора Тайцзуна. Поэтому известно, что луннаосян происходит из этой страны.”
«Синьсю бэньцяо», «Бэньцяо шиъи» и «Хайяо бэньцяо» - три основных справочника по медицинским веществам, составленных в эпоху Тан. В сравнении с ними описание в «Юян дзадзю» идёт совершенно другим путём. Китайский способ подчёркивает медицинские функции и болезни, которые можно вылечить растением. Более того, большое место занимают цитаты из предыдущих пособий по фармакологии, в соответствии с китайской научной традицией. Морфологическому описанию, однако, уделяется меньше внимания. Фонетическая передача названия растения или полностью игнорируется, или лишь вскользь упоминается.
Ботаническое описание в «Юян дзадзю», с другой стороны, напоминает «Materia medica» Диоскорида (написана около 78 г. н.э.). Например, четвёртая запись «Сыть (Cyperus rotundus)» в четвёртой книге Диоскорида, «Ароматические вещества», гласит [* 15]:
“Сыть, римляне называеют его камышовый корень или камыш. Некоторые назвают «киперус» или «аспалафус», или именуют «эрисисцептрум». У него такие же листья, как у Porrum, но длиннее и стройнее. Стебель вырастает из листьев и семян, корни лежат ниже, длинные как у оливы, собранные вместе или разбросанные вокруг, чёрные, пряно пахнущие, горькие. Растёт на вспаханных местах, а также на болотах. Но лучший корень, -- тот, что тяжелее, гуще, полнее, с трудом ломается, шероховатый, с остротой на конце, – такой есть у киликийцев и сирийцев, а также на Кикладских островах. В нём есть согревающая сила, открывающая узкие места сосудов; он обладает мочегонными свойствами; выпитый, помогает при проблемах с камнями в почках и водянке, и тем, кого укусил скорпион. Хорошо для раскрытия матки путём припарок, ослабляет менструацию. [* 16] Некоторые говорят таже о другом роде сыти, который растёт в Индии, как имбирь, который, если жевать, на вкус как шафран, но горчит. Применяется как мазь, в настоящее время выходит из употребления.”
Описание Диоскорида начинается с названия растения на разных языках. Затем следует морфологическое описание, содержащее последовательно размер растения, листьев, ствола и плодов. Потом идёт перечень мест, где оно встречается, и наконец — лечебные свойства. Легко видимое сходство обнаруживает западное происхождение текста, сообщённого Ванем. Более того, арабский перевод (датировка отсутствует) Диоскорида также раскрывает некоторые интересные моменты [20]:
“Акурун аль-вадж, его листья напоминают листья ириса, но тоньше, и его корни мало чем отличаются от корней ириса, но тоньше, закрученные, не прямые, а изогнутые и с узловатой поверхностью, беловатого цвета, слегка острые на вкус, без неприятного запаха. Лучший вадж — белый, толстый, неповреждённый, налитой и сладко пахущий. К таким относится тот, что происходит из города, называемого Халкида, а также из земли, называемой Галатией и называется ἄσπληνον (бесселезёночник). Сила его корня горячая, и если его потушить и выпить воду, выделяется много мочи. Вода из корня помогает против боли в боку (рёбра, плевра), в груди и печени, против колик и порванных мышц. Рассасывает опухоль селезёнки и помогает против стангурии и укусов насекомых (пресмыкающихся). Столь же эффективна при болях в урерте, как ирисовая вода. Корень ваджа — полезная составляющая электуария [* 17].”
Если сравнить этот текст с Диоскоридом [21], видно, что арабская версия – скорее вольный пересказ, чем буквальный перевод. Заумные греческие медицинские термины заменены такими, которые легко понять. Такие замены были объяснены Ас-Сафади в «Аль-Гаиф аль-мусаджам» (Каир, 1305г.) [22]:
“Вторым способом пользовались Хунаин бен Исхак, аль-Джанхари и другие. При таком подходе переводчик рассматривает целое предложение, устанавливает его полный смысл, без заботы о передаче отдельных слов. Этот способ лучше, и потому нет нужды в улучшении работ Хунаина бен Исхака.”
При переходе от переводов к пересказам сформировался особый стиль «фармацевтического арабского». Он основан на структуре текста Диоскорида, но более гибок и практичен. В «Китам аль-адвийя аль-муфрада», написанной Ахмадом аль-Гафики (?-1164) приводится пример из лучших арабских пособий по фармакологии [23]:
“Басбайидж, ветвистый. Растёт на заросших мхом утёсах и на стволах старых дубов и на древесном мху (ушна). В высоту он такой же, как и по размерам, и напоминает растение, называемое птирис, мужской папоротник (аль-сарахс). На нём есть пух, длинный, но не такой правильный, как у птириса. У корня есть ответвления, как у рыбы, называемой полип (кафр аль-арджуль). Толщиной с мизинец. На изломе его внутренность зелёная. На вкус вяжет и отдаёт сладким, – такой самый лучший. Сушит; с остринкой”.
Мы теперь можем заключить, что текст «Юян дзадзю» был написан в форме арабского пособия по лекарственным средствам, происходящего от труда Диоскорида, и именно поэтому столь отличается от современных ему китайских фармакологических текстов.
С другой стороны, работа Ваня не следовала западным образцам полностью. Ясно, что Вань писал для китайского читателя. Все единицы измерений при описании растений – китайские, например, чи (около 33 см.) или чжан (около 330 см.). Также для лучшего пониманя указываются параллельные тексты из китайских ботанических трактатов, которые могли бы быть знакомы читателю. Кратко говоря, кажется, что Вань жил в Китае много лет, иначе бы он не знал так хорошо китайские растения.
Растения в тексте Ваня распадаются на три категории: во-первых, растения, которые есть и в Персии, и в Фулинь; во-вторых, растения из Индии; в-третьих, растения из Фулинь. Когда растения происходят из Персии или Индии, Вань даёт их имя вначале на языке Фулинь. Для фулиньских растений персидских или индийских имён не приводится. Более того, о растениях из Фулинь говорится, как их используют именно в Фулинь, в то время как для персидских или индийских растений нам говорят только об их применении в Сию (западной области) – это общее понятие, которым в китайских источниках называется и Индия, и Персия, и более далёкий запад. Ясно, что Фулинь в истории Ваня — ключевое место, что созвучно тому факту, что Вань был монахом из Фулинь. Знание лекарств Индии и Персии тоже важная часть текста. Некоторые растения персидского происхождения или даны их персидские названия. Ясно, что Вань также знал персидские и индийские растения.
Вышеприведённый анализ естественно приводит нас к следующим вопросам: почему Вань назывл себя «фулиньским монахом»? В представлении Ваня где и чем была Фулинь? Означает ли Фулинь в тексте Византию? Кратко говоря, откуда появились Вань и другие фулиньские монахи?
IV. Фулиньские монахи похожи на византийских православных (мелькитов) Центральной Азии?
Были ли фулиньские монахи посланцами из Константинополя, то есть официальными послами, отправленными кем-то из византийских императоров? Греческие источники и китайские документы не дают свидетельств в пользу этой гипотезы.
Некоторые китайские учёные верили, что Византийская империя в начале VII века хотела союза с Китаем на Дальнем Востоке, чтобы противостоять арабам. Следовательно, монахи и посланцы Фулинь выполняли дипломатические задачи, как, скажем, послы, отправленные сбежавшим персидским царём и княжествами Центральной Азии. Тем не менее, Китай не был в фокусе внимания византийских императоров той эпохи. Например, Тавгаст, Китай в истории Феофилакта Симокатты (написанной в начале VII века) был далёкой и легендарной страной. Как могли византийские императоры рассчитывать на союз с такими сказочными землями? На самом деле, византийцы заключили союз с Хазарским каганатом, своим северным соседом. Именно хазары оттеснили арабов на севере и облегчили военное давление на империю [24].
Китайские сведения о послах Фулинь, с другой стороны, предполагают у них какие-то религиозные черты. Тем не менее, византийские императоры редко направляли духовенство на дипломатическую работу, кроме случаев, когда их посылали к папе в Рим. [*18] Более того, главными дипломатическими дарами империи западным королям были изысканные ткани, изделия из драгоценных камней и книги в красивом переплёте, а дары восточным кочевым вождям состояли из золотых монет или изделий из золота и серебра. Для сравения, подарки из Фулиня представляют из себя красное стекло (посуда? – в 643 г.), зелёный цзиньцзин (в 643 г.), лекарства (диецзя в 667 г., опиум по идентификации Хирта [*19]) или животных (львов и горалов в 719г.). Стеклянные изделия были без сомнения знамениты по всему Ближнему Востоку, однако, неправдоподобно выглядит предположение, что стеклянные вещи посылались бы как подарок от имперского двора, потому что на византийский вкус стекло выглядело вполне обыденно. Животные и лекарства тоже выбиваются из ряда византийских дипломатических даров. Наконец, фулиньское посольство в 719г. было на самом деле вообще не из Константинополя, а из Тохаристана.
Более внимательное рассмотрение фулиньских подарков показывает, что они скорее происходили из Тохаристана в Центральной Азии. «Синь Тан Шу» (новая официальная история Тан, составленная в XI в.) пишет:
“Тухуолюо (Тохаристан), называемый Тухелюо или Духуолюо, и Тухулюо в эпоху Северной Вэй (386-534гг.). Расположен к западу от Памира и к югу от реки Оксус [* 20]. В древние времена это была Бактрия. Население Тухуолуо также включает эфталитов. В стране 100.000 солдат. Среди местных больше мужчин, чем женщин. На севере этой страны есть гора Бо-ли (стеклянная гора).”
Ещё там же читаем следующее:
“Цзюлянь, называемая Цзюлюовань или Цзюланьмо, граничит с Тюхулюо (Тохаристаном). В окружности она 3000 ли [ок. 1500 км. - прим. перев.]. На юге её расположена Дасюе шань (большая снежная гора). На севере — Цзюлю хе (река Кокча?). Там производят Цзиньцзин, который делается из камня. В 646 г. (20-ом году Чженьгуань) их царь, Ху-ти-по, отправил посольство заплатить дань. Его письмо выглядело как буддийская сутра.”
Ясно, что стекло и цзиньцзин были продуктами из Тохаристана. Согласно «Сефу юаньгуй» (энциклопедии, составленной на основе государственных архивов, изданной в начале XI в.) стекло, цзиньцзин и лекарства часто служили данью из стран этого региона.
Это вызывает следующий вопрос: как Фулинь, то есть Рим, был связан с Тухуолюо (Тохаристаном) в Центральной Азии? И по какой причине фулиньские монахи называли себя римлянами, если на самом деле они начинали своё посольство в Тухуолюо?
Чтобы ответить на этот вопрос, полезно взглянуть на историю восточных церквей. Халкидонский собор 451 года, при поддержке императора Маркиана и императрицы Пульхерии, осудил монофизитов (или яковитов [*21]) как еретиков. После этого последователи халкидонского вероопределения были названы мелькитами (малкайя по-сирийски), то есть людьми, преданными византийским императорам и империи. В течение периода с 431 по 616 гг. мелькиты контролировали большие города Египта и Сирии при поддержке имперской армии. По большей части они были горожанами, которые говорили по-гречески и поддерживали византийскую империю. Яковиты, с другой стороны, были сиро-говорящими крестьянами и монахами из сельской местности. В 616 году персы-Сасаниды завоевали Сирию, а потом её захватили арабы в 630г. После этого мелькиты потеряли защиту со стороны византийской армии, а новые власти их подозревали и преследовали. В сасанидскую эпоху по причине мелькитской лояльности византийской империи их называли румаги, то есть римляне. Это название оставалось в употреблении и в исламские времена [25].
C VI по VIII век многие мелькиты Сирии были переселены на восток сасанидскими шахами и арабскими халифами. Переселения случались минимум дважды. В первый раз вынужденная миграция случилась в 590г., когда Хосрой I разрушил Антиохию и переселил жителей куда-то под Ктезифон. Мелькитам приказали построить новый город, который был официально назван Антиохией. Однако обычно в сасанидский период новое поселение называли Румагхан, то есть город римлян. После этого Ктезифон стал центром мелькитской Церкви в Месопотамии. Поселения мелькитов постепенно появлялись во многих регионах Сасанидской державы [* 22], и посылал их патриарх Антиохии. Дж. М. Фийе на основе печатей, собранных в Национальной Библиотеке Парижа, предположил, что мелькиты учредили каталикосат Центральной Азии уже в сасанидскую эпоху [26].
В последующее время исламского владычества арабские правители позволили христианам и иудеям сохранять их веру. Мелькитский католикос и епископы уцелели в военных и политических неурядицах. Тем не менее, VII и VIII века ознаменовались интенсивным военным конфликтом между арабами и византийцами. Затянувшиеся войны могли вызвать широкомасштабные перемещения населения в приграничных районах, что привело к увеличению числа мелькитов на востоке. Поскольку Византия считалась главным врагом арабов, мелькиты, без сомнения, были «первыми в очереди» на гонения. В середине VIII века Ду Хуань пишет в своей «Цзинсин чжи» [27]:
“Когда людей Фулинь захватывали и переселяли в страны арабов, они часто хранили свои обычаи, даже если им приходилось платить жизнью (за своё упорство).”
В этом положении мелькиты были вынуждены переселиться вновь, на этот раз по приказу аль-Мансура, основателя Багдада, в 762г. Согласно Ибрагиму бин Юханне (?-после 969г.) [28]:
“Агаряне, по словам Ибрагима, решили изгнать христиан из своего окружения. Они переселили их в далекую страну, которую персы называли Шаш. Одновременно туда сослали их католикоса. Это племя (sic) эмигрантов называется «Колония румов». Такое название хорошо подходит этой группе.”
Шаш можно идентифицировать как Сас, то есть Ташкент [29]. Есть множество мнений о времени появления мелькитского католикоса в Ташкенте. Тем не менее, мы по меньшей мере знаем, что кафедра мелькитского католикоса располагалась в Согдиане в середине VIII века [30]. Согласно аль-Бируни из Хорезма (Абу Рихан М. Аль-Бируни, 973-1048), некоторые христиане в Сирии, Ираке и Хорсане были мелькитами. Судя по мелькитскому календарю, записанному в его труде, два мелькитских поселения в Мерве (основанные Вирсавией) и Нишапуре просуществовали до XI века [31].
Стоит заметить, что мелькиты в исламский период назывались «римлянами», то есть людьми Фулинь. В сасанидскую эпоху «Рим» обозначал византийскую территорию и подданных, как можно обнаружить в вышеупомянутых несторианских текстах, составленных до середины VIIв. В конце концов, «Рум» в арабском стало специальным словом для обозначения мелькитов [32]. Мелькитский католикос в Центральной Азии носил титул «католикос румагирис» причём, кажется, неизменно до XII века. Следовательно, когда мелькитский католикос в Центральной Азии отправлял послов в Китай, они естественно заявляли китайским императорам, что они священники римлян, то есть монахи из Фулинь.
V. Выводы.
В отличие от глубоко исследованной истории христианства в средневековой Западной Европе, история христианства в Центральной Азии и на Дальнем Востоке остаётся загадкой. Более того, начинания несториан – единственная христианская миссия, которая обсуждается на этом обширном поле. Тем не менее, существование ряда других христианских сообществ к востоку от Евфрата логически приводит нас к тому, чтобы поставить под сомнение эту одноцветную картину.
Только ли несториане развили миссионерство на восток, особенно после арабского завоевания Персии? Играли ли какую-либо роль яковиты и мелькиты в распространении христианства на восток в эпоху Pax Arabica?
Именно на этом международном фоне китайские источники о фулиньских монахах обретают для нас смысл. То, что фулиньские монахи не оставили какого-либо каменного памятника, подобного несторианскому, намекает на ограниченность их предприятия. Тем не менее, фиксация различия между фулиньскими монахами и монахами Боси и фрагменты греческой Materia Medica в «Юян дзадзю» напоминают нам, что история христианства [на востоке — прим. перев] не является исключительной прерогативой несторианской церкви, но включает в себя и историю распространения других восточных церквей.
______________________________________________
[1] P. Pelliot, “Sur l’origine du nom Fou-lin”, Journal Asiatique 1914, 497-500. See also, F. Hirth, China and the Roman Orient, Shanghai and Hong Kong 1885 (reprint Chicago 1975); D.D.Leslie and K.H.J.Gardiner, The Roman Empire in Chinese Sources, Roma 1996.
[* 1] Автор приводит даты китайского летоисчисления, в переводе они опущены.
[* 2] Может быть, золотые зеркала в зелёной рамке? «Платить дань» - стандартный термин китайского официоза для посольских подарков; в русском переводе это часто «вручить дары», но мы следуем авторскому переводу оборота на английский.
[* 3] Териак, якобы «универсальное противоядие»? См. «‘The healer of all illnesses’: the origins and development of Rûm’s gift to the Tang court: theriac». Ming Chen,Studies in Chinese Religions 5(3):1-24
[2] Цзию таншу, цзюань 198. Це фу юаньгуй, цзюань 971.
[3]F. Hirth, “The Mystery of Fu-lin”, Journal of American Oriental Society 30, 1910, 9.
[4]C.F. Hudson (Wang Zunzhong tr. ), Europe and China, London 1931- Beijing 1995, 195; K. Shirotori, “A New Attempt at the Solution of the Fu-lin Problem”.
[5] Cen Zhongmian, “Liqian, Daqin and Fulin in the Chinese Sources”, The Supplement of Documents on the Western Turks, Beijing 1958, 223-233; Yan Zonglin, Yan Zonglin shixue wenji, Taiyuan 1998, 326-327.
[6] Qi Sihe, Zhongguo yu Baizhanting diguo de guanxi (China and Byzantium), Shanghai 1956, 35-36; T.H. Barrett, “Buddhism, Taoism and the eighth-century Chinese term for Christianity: a response to recent work by A Forte and others”, BSOAS 63.3, 2002, 555-560.
[* 4] Видимо, с точки зрения носителя китайского языка, такого, как автор статьи.
[7] About the several identifications for Bo-duo-li, see Zhang Xinglang, Zhongxi jiaotong shiliao huibian, I, Beijing 1977, 97-98.
[* 5] Автор пишет Oriental Church, но, как видно, не в терминологическом смысле группы церквей, объединённых вокруг коптской (т. н. монофизитов\миафизитов), а в смысле церковных сообществ неевропейского происхождения.
[8] W.S.McCullough, A Short History of Syriac Christianity to the Rise of Islam, Chicago 1982, 123-126.
[* 6] Написание автора. В русской традиции он Алобэнь, как и в английском обычно Alopen.
[* 8] Автор, предположительно, всюду переводит абстрактные описания стелы конкретными: вместо «церкви востока» - «несториане», вместо «западной столицы» - Чанъань и т.п.
[9] Имперский декрет 638г. говорит: «А-люо-бэнь, персидский монах, привёз писания и религиозные предписания издалека и представил их великой столице». См. Тан хуэйяо, цзюань 49.
[10] Тан хуэйяо, цзюань 49.
[* 9] Так в тексте. Может быть, имеется в виду «Сутра помоста шестого патриарха»?
[* 10] Видимо, в тексте перевода?
[* 11] В оригинале здесь и далее сравнивается с имперской системой мер (пинтой и бушелем).
[11] See Jiang Boqin, Dunhuang tuluofan wenshu and Sichou zhi lu (Turfan Documents and Silk Road), Beijing 1994, 37.
[12] Weng Shaojun, Hanyu jingjiao wendian quanshi (The Chinese Nestorian Documents: Text, Note and Critical), Shanghai 1996, 118. Дальнейшее обсуждение текстологического критицизма китайских несторианских источников см. в: Lin Wushu, Tangdai jingjiao zaiyanjiu (Rethinking Nestorianism during the Tang period) Beijing 2003.
[13] Фан Наншен, Youyang zazu: a Version of Textual Criticism, Beijing 1981, пункт 799.
[* 12] У автора — cassia pod. (кассия стручковая?). Для понимания того, насколько условно отождествление китайской и западной таксономии, см., напр., введение и комментарии в: «Каталог гор и морей (Шань хай цзин)» / предисл., пер. и комм. Э. М. Яншиной. М.: Наука, 1977.
[* 13] Чжан чуть больше 3 метров, состоит из десяти чи.
[14] См. [13], пункт 793.
[* 14] Здесь и далее в текстах то, что «говорят», противопоставляется мнениям авторов пособий.
[15] См. [13], пункт 785.
[16] Тан Шенвэй, Jingshi zenglei daguan bencao, Wuchang 1904, книга 12, раздел один, первоклассные деревья.
[17] Сочинение не дошло до нас. Отдельные главы сохранились в фармакологических трудах, изданных при династии Сун (960-1279). В сохранившемся тексте не упоминаяется луннаосян (также возможно, что «Беньцяо ши-и», как следует из названия, ставило целью представить ботанические данные, которых нельзя найти в «Синьсю бэньцяо»). Я даю описание аболе, которое похоже на полумэнь дзяоцзя, описанное в «Юян дзадзу».
[18] Shang zhijun (ed.), Haiyao bencao, Beijing 1997, 55-56.
[* 15] Мы переводим английский текст 1635 г., представленный автором. Кажется, работа Диоскорида не переводилась на русский.
[19] John Goodyer (tr.), Robert T. Gunther (ed.), The Greek Herbal of Dioscorides (1st ed. 1635, Facsimile of the 1934 edition, London), 8.
[* 16] Дальше я пропускаю пару предложений в переводе, там всё в том же духе.
[20] Franz Rosental, The Classical Heritage in Islam, London 1975, 197.
[* 17] Лекарство, размешанное с мёдом или чем-то сладким.
[21] Gunther, 6-7.
[22] Rosenthal, 17.
[23] M. Levy, Early Arabic Pharmacology, Leiden, 1973, 110. Согласно Леви, “Аль Гафики, в свою очередь, брал тексты из прекрасной работы куда более раннего автора, ибн Самаджуна, который должен быть теперь признан одним из величайших ботаников и фармацевтов всей арабской эпохи, далеко превосходящего ибн аль-Байтара и аль-Гафики широтой познаний”. Ибн Самаджун (832-932?) примерно того же времени, что и «Юян дзадзю».
[24] P.B. Golden, The Khazar Studies, Budapest 1980.
[* 18] Однако как раз в «сказочные земли» Византия иногда отправляла представителей духовенства, впрочем, обычно не в составе официального посольства. См., например, миссию Григория\Григентия Омиритского (https://www.pravenc.ru/text/166481.html) или Симеона Бет-Аршамского.
[* 19] См., однако, ссылку [* 3].
[* 20] Амударья.
[25] Hugh Kennedy, “The Melkite Church from the Islamic Conquest to the Crusades: Continuity and Adaptation in the Byzantine Legacy”, The 17 International Byzantine Congress, Washington D.C., 1986, Major papers, New Rochelle 1986, 325-343.
[* 21] Яковиты получили имя от Иакова Бар-Адая, это случилось куда позже Халкидона.
[* 22] В английском тексте «capital», столицы, но, кажется, это опечатка. Может быть, имеется в виду, что поселенцы двигались из столицы.
[22] Введение в вопрос печатей см. в: Ph. Gignoux, “Sceaux chrétiens d’époque sassanide”, Iranica Antiqua (Gent)XV, 1980, 305-306. Обсуждение вопроса в J.M. Fiey, “Le sceau sassnide d’un catholicos melkite d’Asie central”, Proche-Orient Chrétien 45, 1995, 6-9.
[27] Cf. Du You, Tong dian, цзюань 191. «Цзинсинчжи» не сохранилась, некоторые фрагменты сохранены у Ду Ю.
[28] Французский перевод, цит. по H. Zayat в POC 2, 1952, 23.
[29] Больше по вопросу этой идентификации см. в кард. J. Nasrallah “L’ Église melchite en Iraq, en Perse et dans l’Asi central”, POC 26, 1976, 21.
[30] Есть и другие свидетельства о мелькитской общине в Согдиане после IX века. Фрагмент, найденный в несторианской библиотеке в Булаике (после 866г.) содержит первую фразу псалма 33 на греческом, продолженную на согдийском. Согдийский перевод частично согласен с греческим вариантом Септуагинты, но также показывает влияние версии Сирийской Пешитты. Документ должен был принадлежать мелькитской общине, единственной сирийской церкви, которая когда-либо использовала греческий в литургии. См. Nicholass Sims-Williams “Sogdian and Turkish Christians in the Turfan and Tu-Huang Manuscripts”, Turfan and Dun-Huang: the Texts Encount of Civilizations on the Silk Route, Edited by Alfredo Cadonna, Firenze 1992, 43-61.
[31] Jean Dauvillier, “Byzantins d’Asie central et d’Extrême-Orient au Moyen Age”, Revue des etudes byzantines XI, Paris, 1953, 66-67.
[32] Encyclopedia Islamica, “Rum”.