«Пшеничное поле в летний день»

Марк Шагал, 1942

Художественный музей Филадельфии

Казалось бы, ну откуда у еврея Шагала в 1942-м могла появиться такая наполненная светом и теплом картина? Да ещё и огромная: 9 метров в высоту и 15 в ширину! Ответ прост: художник был счастлив.

Год назад они с любимой Беллой сумели выбраться из захваченной нацистами Франции в США. Шагал реализовывал своё призвание, был свободен, любим и востребован. Хореограф Леонид Мясин предложил ему создать декорации для балета «Алеко», который Нью-Йоркский театр балета ставил по пушкинской поэме «Цыганы» в Мехико.

Шагал был восхищён Мексикой. Её солнце растопило привычную мечтательную синеву работ художника и байронические страсти Алеко и Земфиры.

Премьера во Дворце искусств прошла на ура. В зале сидел Диего Ривера. А газеты назвали балет «театрализованной выставкой гигантских картин». На бис 19 раз вызывали как танцовщиков, так и самого Шагала. Он выходил на сцену, кланялся и улыбался.