Гнёздовская надпись на кириллице первой четверти 10-го века н.э.
В 1949 году, во время исследований материальной культуры знаменитого Гнёздовского комплекса (Смоленская область) была найдена надпись на корчаге (большом глиняном сосуде). В том же захоронении были обнаружены арабские дирхемы. Самая поздняя монета отчеканена в 907/908 г. н.э.
Археологи датируют захоронение 1-й четвертью 10-го века, то есть почти за за полвека до крещения Руси (988 год). Однако корчага могла быть и импортной.
Большая часть надписи читается без проблем: ГОРОУ…А. Проблему представляет лишь неведомая ломаная НШ или ХЩ.
Ученые предлагали разные варианты прочтения.
1-й вариант. ГОРОУХЩА. Авдусин, археолог и первооткрыватель надписи.
Слово горуха, известно. Оно есть в сербохорватском, это горчица. Однако, что тогда такое -щ-? Такого суффикса не было. Кроме того, для 10-го века совершенно невозможно сочетание согласных хщ (например, в древнеболгарском щ произносилось и произносится как шт, а в древнерусском - шч). Вывод: чтение негодное.
Вариант 2: ГОРОУШНА. Черных, лингвист.
Это чтение предполагает, что надпись обозначала [зьрна] гороушьна, то есть горчичные зёрна. С точки зрения семантики, кажется, неплохо, но в плане формы тоже есть проблемы. Во-первых, в начале 10-го века в слове гороушьна ь должен был ещё произноситься (как звук типа краткого и) как на Руси, так и в Болгарии, откуда сосуд мог быть импортирован. Во-вторых, это чтение предполагает уникальную вертикальную лигатуру ШН, аналогов которой нигде не обнаружено. Хотя тут, конечно, можно сказать, что автор надписи ориентировался на букву Щ, которая как раз являлась вертикальной лигатурой Ш и Т.
Вариант 3: ГОРОУЩА. Корзухина, археолог.
По этой версии, надпись означает «горючая [нефть]». Эта версия совсем никуда не годится. Действительно, по старославянским памятникам нам известно причастие горѫщии (ѫ – носовое о), но оно значит «горящий». Позднее в древнерусский это слово попало как гороущии «горящий, палимый, раскалённый». Как мы видим, во-первых, это слово не означало «горючий». Во-вторых, именно в таком фонетическом оформлении (горущий) – это старославянское книжное заимствование в древнерусский. Оказаться в начале X века на сосуде оно вряд ли могло. Ну и наконец данная версия никак не объясняет букву Х.
Вариант №4: ГОРОУНЩА. Львов, лингвист.
Львову предыдущая версия показалась привлекательной, но формальная сторона его, конечно смущала. Поэтому он попытался объяснить надпись так: при помощи -ун- здесь передали старославянское носовое ѫ. Это маловероятно, поскольку ни одного другого случая такой субституции нам не известно. Кроме того, это не снимает семантической проблемы из предыдущего пункта: горѫщии всё же «горящий», а не «горючий».
Вариант №5: ГОРОУХѰА. Мареш, лингвист.
Чешский учёный Мареш увидел в загадочной лигатуре сочетание букв Х и Ѱ (пси), читавшейся как пс. В его интерпретации надпись звучит как горух пса, то есть «Горух написал». Буква ѱ использовалась в словах греческого происхождения типа ѱалъмъ, но с некоторого времени также и в слове пьсати (ѱати) «писать». Но вот только это некоторое время наступило только тогда, когда там в этом слове исчез звук ь (см. выше комментарий к чтению №2) и оно стало произноситься именно как псати, а не пьсати.
Вариант №6: ГОРОУНЯ. Якобсон, лингвист.
Это чтение исходит из двух предпосылок. Во-первых, известны находки «подписанных» вещей, то есть, когда на вещи ставилось имя владельца.
Во-вторых, древнейшие притяжательные прилагательные (то есть, те, которые отвечают на вопрос «чей?») образовывались при помощи суффикса *j (й), который сложным образом взаимодействовал с последним согласным основы. Например, от имени Ярославъ таким прилагательным будет Ярославль, а от Переяславъ – Переяславль. Если основа заканчивается на –н, то притяжательное прилагательное будет на –нь. Таким образом, если читать надпись как «Горуня», то здесь можно усмотреть именно такое прилагательное: (чья?) «Горуня [корчага]», то есть, принадлежащая некоему Горуну. Оставлю в стороне вопрос о том, было ли у славян такое имя, и насколько оно было распространено. Важен тут тот момент, что закорючка на букве Н в рамках этой гипотезы трактуется как обозначение мягкости согласного.
Действительно, мягкость (если точнее, палатальность) согласных в древнейших памятниках могла обозначаться тремя путями: одной из «йотированных» букв (ю, я и др.) после этого согласного; специальным надстрочным значком; комбинацией этих способов.
Звучит это всё достаточно правдоподобно, что позволило данной гипотезе стать довольно популярной. Но и у неё есть слабые стороны, самая главная из которых – уникальность такого обозначения мягкого согласного. Нигде больше такого знака не встречается.
Вариант №7: ГОРОУНА. Медынцева, историк.
Медынцева отталкивается от того же имени, Горун, однако исходит из предположения, что «лигатура преткновения» на самом деле является знаком собственности, а все остальные буквы к ней были дописаны позднее. Действительно, какие-то знаки у славян были. Скорее всего, именно их черноризец Храбр назвал чертами и резами.
Предположение интересное, но нуждается в подкреплении доказательствами. Кроме того, Медынцева видит в надписи родительный падеж единственного числа – «[корчага] Горуна».
Но для 10-го века это практически нереально, родительный падеж в значении принадлежности от одиночного существительного тогда в славянских языках не употреблялся, для этого использовались как раз таки притяжательные прилагательные: раб божий, а не раб Бога и т.д.
Литература:
Трубачёв О. Н. В поисках единства IV. Смоленские мотивы
Львов А. С. Ещё раз о древнейшей русской надписи из Гнёздова