Наука в сетчатых колготках, или Тайны озёрского двора, вып. 8
Глава 6. Цветы зла в палисаднике психдиспансера
Эта глава написана в качестве выводов по II разделу о тайных желаниях Виктории, но выводы эти будут весьма обширны. Сначала я кратенько сведу воедино все материальные причины, побудившие Викторию меня выгнать. В обвинительном заключении уголовного дела такой раздел называется «Сущность обвинения». А после этой весьма очевидной уже читателям реконструкции мы погрузимся в пучины кухонного психоанализа.
Вика материальная.
Итак, оставим для начала психологические аспекты в сторонке и ещё раз пробежимся по вскрытой нами материальной картине деятельности Виктории, какой она выглядит с моей личной точки зрения. В неведомом нам прошлом она поставила себе целью преуспеть в общественно-политической сфере – и с тех пор неуклонно рвётся в намеченном направлении, следуя своим представлениями о том, как это правильно делать. Терпя неудачи в местах, где главной являлась не она сама (самые очевидные – ЛДПР и горадминистрация), она в то же время постепенно развивала собственный политпроект, известный нам как «Трибун» и рассматриваемый ею как безусловная её собственность. Неторопливое движение проекта вверх, насколько можно судить, происходило и происходит в основном за счёт труда и идей товарищей Виктории по проекту, раз за разом убиравшихся ею по миновании в них надобности или в результате столкновений с ней, нередко на почве её нетоварищеского поведения. Постоянные задачи проекта – извлекать из него максимум в части накачки личной популярности, а во вторую очередь – также и максимум денежной прибыли. Конечная цель проекта – набрать массовку безоговорочно верных ей лично людей, стать популярной до непотопляемости левой видеоблогершей и затем проникнуть через названные ресурсы в официальное российское политическое поле. (Не могу удержаться от ядовитого довеска – «…и достойно заменить там Дарью Митину»).
Теперь история, которая произошла со мной. За счёт моих идей и трудового вклада «Трибун» в течение 2022 года приобрёл в левой среде, во-первых, неплохую известность, а во-вторых, имидж заведения, старающегося расти, развиваться и быть интеллектуальным. В то же время Виктория постоянно видела во мне угрозу – сначала воспринимала меня как подозрительный механизм (одна из декабрьских цитат: «Я вообще в тебе человека не видела, считая каким-то жутким роботом»), а затем, увидав-таки человека, стала воспринимать как потенциального конкурента за лидерский статус и твёрдого проводника политики, которая, с её точки зрения, в IV квартале 2022 года полностью себя исчерпала. С появлением Жукова и его охмурением Виктория решила, что настало время как-то от меня избавиться. Это решение она выполнила крайне своеобразным способом, что и привело в итоге к нынешнему скандалу.
В подробностях картина, вероятно, выглядела так. По мере сближения с Жуковым Виктория всё активнее советовалась с ним относительно способов своей раскрутки и слышала в ответ именно то, чего желала – что текущая красная трибуновская стратегия представляет собой мартышкин труд и необходимо менять её на стратегию жёлтую. Жёлтая стратегия заключалась в том, чтобы: 1) Виктория отныне занималась личной раскруткой, а не развитием редакции, 2) Виктория ставила основной своей целью набор подписоты, а не производство аналитических материалов и иную партийную работу, 3) Виктория использовала для этого давно освоенные Жуковым бульварные методы. Сверх того, Жуков, очевидно, обещал ей всестороннюю помощь от себя – за счёт собственного медийного веса, личной команды и финансовых ресурсов. А ещё предложил или согласился издать книжку про царскую экономику во имя конвертации данного труда в авторитет и известность Виктории – вполне вероятно, некритически полагая, что текст Пяти Статей действительно принадлежит целиком ей. Что же касается меня, то Виктория как минимум поинтересовалась у Жукова, каково его мнение относительно моих теоретических работ – и, услыхав от нашего недалёкого гегельянца, какая это дрянь, окончательно уверилась в необходимости загнать меня под плинтус. Также очень возможно, что она жаловалась Жукову, какую глупую консервативную стратегию я заставляю её исполнять и как я мешаю её прогрессивному единовластию – и тот должен был безоговорочно поддерживать её в этих жалобах. Таким образом, к концу года перед Викторией встала необходимость делать выбор – не только потому, что моя и жуковская стратегия кардинально различались между собой, и не только потому, что Жуков сказал про меня что-то нелестное, но и потому, что вопрос об издании будущей книги не мог быть решён нужным Виктории образом без моего предварительного уничтожения.
Окончательное решение относительно выбора дальнейшей дороги Виктория приняла в период с 16 по 20 декабря и оно было очевидным – смешно сравнивать, что такое с точки зрения политической карьеристки я, а что такое – охмурённый Жуков. О какой-то там благодарности, даже по свежим следам эпопеи с Альтавистой, с карьеристской точки зрения не могло идти и речи – тем более, что в ходе той эпопеи я проявил себя как слабо контролируемый Викой фактор. Поэтому с 20 декабря Виктория принялась решать акулий вопрос; однако способ его решения она избрала столь ненормальный, что в рамках «материального» пункта нет смысла его рассматривать. Надо полагать, она всё же хотела в дальнейшем продолжать использовать меня себе на пользу, но исключительно в виде «Грустного Хайфиша, Маленького Хайфиша, Смирного Хайфиша, Хайфиша, который говорит: “Милая Вика, как я рад тебя видеть!”». Это ей, разумеется, не удалось, но зато хотя бы удалось от меня избавиться и вернуть «Трибун» в своё безраздельное распоряжение.
Вопрос о книжке, однако, продолжал быть фактором неопределённости – ведь ушёл-то я всё-таки недружелюбно. Так что 14 августа Виктория, вероятнее всего, написала мне то коротенькое послание именно с целью разрешить данную неопределённость – например, попытаться запудрить мне мозги относительно зимних событий (чтобы я поверил, будто это было просто маленькое недоразумение), а затем каким-то образом добиться от меня согласия не мешать ей издавать книжку. Поскольку я не отреагировал на её приглашение к диалогу, Виктория решила действовать, не учитывая больше акулий фактор – ну и дальше последовало всё то, что последовало.
Таково материальное объяснение делу Хайфиша и всей викторианской деятельности в целом.
Вика психиатрическая.
Ну а теперь обратимся к кухонному психоанализу, поскольку, как мне кажется, не только я и не только неудачно контактировавшие с Викторией люди, но и многие читатели данной саги должны согласиться, что психически здоровый человек ТАК себя вести не может. Не буду тянуть кота за хвост и держать интригу и сразу объявлю свой кухонный диагноз – Виктория страдает нарциссическим расстройством личности плюс ещё целым пакетом психических расстройств, сопровождающих нарциссизм (для подобных характерных сочетаний используется термин «коморбидность»). В предыдущих главах работы я настолько подробно нарисовал вам Викин портрет, что сейчас достаточно будет просто изложить, что́ я здесь понимаю под нарциссизмом, а затем показать на уже расписанных в цветах и красках примерах поведения Виктории, насколько хорошо оно укладывается в такой диагноз. Собственно, я и убедился-то по-настоящему в нарциссизме Виктории только в ходе написания данной работы и составления Викиного портрета из мелкой мозаики.
При этом я категорически настаиваю, чтобы читатель уяснил – я не имею никакого отношения к медицине и, естественно, могу ошибаться в своих заключениях. Тем более, что заняться расследованием меня побудило описанное в главе 4 аморальное поведение Виктории в моём отношении – и поэтому я, в довесок к отсутствию у меня медицинской квалификации, формально ещё и оказываюсь здесь пристрастен. Всё написанное далее представляет собой дилетантскую попытку рационально объяснить ненормальное, с моей точки зрения, поведение Виктории и не является утверждением о несомненном факте реальности.
Приступим. Что делает кухонный психоаналитик первым делом? Ясен пень, смотрит в Википедию. Для начала давайте взглянем на критерии расстройств личности вообще (не обязательно нарциссического), включённые в МКБ-10. Википедия приводит две версии таких критериев; я возьму российскую версию, а к международной обращусь за дополнительным пояснением.
Итак, расстройства личности – это:
Состояния, не объясняющиеся прямым образом обширным повреждением или заболеванием мозга или другим психическим расстройством и удовлетворяющие следующим критериям:
а) заметная дисгармония в личностных позициях и поведении, вовлекающая обычно несколько сфер функционирования, например аффективность, возбудимость, контроль побуждений, процессы восприятия и мышления, а также стиль отношения к другим людям; в разных культуральных условиях может оказаться необходимой разработка специальных критериев относительно социальных норм;
б) хронический характер аномального стиля поведения, возникшего давно и не ограничивающегося эпизодами психической болезни;
в) аномальный стиль поведения является всеобъемлющим и отчётливо нарушающим адаптацию к широкому диапазону личностных и социальных ситуаций;
г) вышеупомянутые проявления всегда возникают в детстве или подростковом возрасте и продолжают своё существование в периоде зрелости;
д) расстройство приводит к значительному личностному дистрессу, но это может стать очевидным только на поздних этапах течения времени;
е) обычно, но не всегда, расстройство сопровождается существенным ухудшением профессиональной и социальной продуктивности.
Пункт «а». Чтобы понять, что подразумевается под «дисгармонией», взглянем на уточнение из международной версии: «характерные и постоянные типы внутренних переживаний и поведения индивидуума в целом существенно отклоняются от культурально ожидаемого и принимаемого диапазона (или “нормы”)».
Проще говоря, человек, например, начинает истерить в ситуациях, когда обычно в данном обществе никто не истерит; или неверно оценивает свои и окружающих роль и место в обществе (скажем, принижая себя и возвеличивая других, или наоборот); или не способен контролировать свои влечения (например, клептоман не может удержаться от совершения бессмысленных краж); или систематически неадекватно строит отношения с окружающими (к примеру, выйдя на улицу, кидается бить не понравившиеся морды прохожих).
Есть ли подобная неадекватность у Виктории? Посмотрите на длинный ряд обиженных ею всего за три года самых разных людей (от Альтависты до худрука танцевальной студии, чтобы контрастнее было); оцените адекватность её способа решить связанную со мной проблему (буквально любой человек, включая прожжёных манипуляторов, сделал бы всё иначе); проанализируйте её странные реакции в ситуации с Альтавистой (реагировать на ту ситуацию можно было по-разному, но не на Викин же манер); вспомните совершенно серьёзные её высказывания, граничащие с бредом величия («то, что я не могу контролировать, должно быть уничтожено»); обратите внимание на противоречивость её поведения на канале (сегодня зовём кого-то в эфир, завтра сами же подозреваем приглашённого в преступном покушении затмить главную звезду).
Итого, стиль поведения Виктории действительно существенно отличается от принятых в нашем обществе норм.
Пункт «б». Хронический характер аномальностей Викиного поведения налицо – левацкое сообщество наблюдает её уже несколько лет, и ничего в этом плане не меняется.
Пункт «в». Аномальный стиль Викиного поведения действительно всеобъемлющий. Он одинаков, находись Виктория в левой тусовке, танцевальной студии, городской администрации, неважно. Аналогично, никаких конкретных триггеров, запускавших бы неадекватное поведение только в определённых ситуациях, у неё нет – она неадекватна всегда (скажем, в любой ситуации внутренне убеждена в своём превосходстве над окружающими).
Пункт «г». Виктория мне как-то говорила, что в школе и в институте все её терпеть не могли, потому что она была самая умная. И ещё пару вещей аналогичного рода из времён её юности упоминала.
Пункт «д». Ситуациями типа конфликта со мной (в нынешней его фазе) или с Альтавистой Виктория вовсе не наслаждается, она от них страдает. Одно дело манипулировать каким-нибудь наивным Хайфишем за закрытыми дверями или там гнобить подвернувшегося под каблук влюблённого хомячка – это да, это годно и очень приятно; а вот когда её не принимают, когда с ней ведут конфликт на равных, просто на неё кричат – тогда ей плохо. Точно так же ей плохо, например, когда её уличают в некомпетентности – что, впрочем, ничуть не мешает ей продолжать есть кактус: сколько бы ни высмеивали её за эпизоды типа тонкохимического, она и впредь будет хвастаться своими несуществующими знаниями вновь и вновь – и страдать от неизбежных последствий.
Пункт «е». Викторию по причине её аномального поведения выставили по крайней мере из танцевальной студии и, надо полагать, из горадминистрации (с учётом накопленного опыта я плохо верю её объяснениям, что её там невзлюбили только за коммунистический канал). Вполне может быть, что выставляли и из других мест. Продуктивность в рамках «Трибуна» у неё тоже сниженная – из-за неспособности делегировать обязанности, из-за многочисленных конфликтов с кем-либо внутри или вовне «Трибуна», из-за постоянной смены концепции организации, из-за депрессивных эпизодов её хозяйки.
Таким образом, факт наличия у Виктории неких обобщённых расстройств личности мы установили.
Переходим к собственно нарциссизму. Давайте для начала ознакомимся с, так сказать, общепонятным описанием явления в первом абзаце википедийной статьи:
Нарциссическое расстройство личности – расстройство личности, характеризующееся убеждённостью в собственной уникальности, особом положении, превосходстве над остальными людьми, грандиозностью; завышенным мнением о своих талантах и достижениях; поглощённостью фантазиями о своих успехах; ожиданием безусловно хорошего отношения и беспрекословного подчинения от окружающих; поиском восхищения окружающих для подтверждения своей уникальности и значимости; неспособностью проявлять сочувствие; идеями о собственной свободе от любых правил, о том, что окружающие им завидуют. Нарциссические личности постоянно пытаются контролировать мнение окружающих о себе. Они склонны обесценивать практически всё окружающее их на свете, идеализируя при этом то, с чем ассоциируют самих себя.
Заодно я сразу процитирую критерии этого расстройства из американского классификатора DSM-IV:
…данное расстройство, кроме соответствия общим критериям расстройства личности, проявляется всеобъемлющей напыщенностью (в фантазиях и поведении), потребностью в восторженном отношении и недостатком эмпатии, что можно заметить начиная с раннего юношеского возраста в различном контексте по пяти или более из следующих признаков:
1. Грандиозное самомнение (напр. преувеличенное мнение о своих талантах и достижениях).
2. Поглощённость фантазиями о неограниченном успехе, власти, великолепии, красоте или идеальной любви.
3. Вера в свою «исключительность», вера в то, что должен дружить и может быть понят лишь себе подобными «исключительными» или занимающими высокое положение людьми.
4. Нуждается в чрезмерном восхвалении.
5. Ощущает, что имеет какие-то особые права (напр. необоснованное требование предпочтительного отношения к себе или автоматического удовлетворения собственных ожиданий со стороны окружающих).
6. Использует других для достижения собственных целей.
7. Не умеет сочувствовать.
8. Часто завидует другим и верит, что другие завидуют ему.
9. Демонстрирует высокомерное, надменное поведение или отношение.
Как лучше всего распорядиться этим материалом? Я пройдусь по признакам, представленным в классификаторе, а затем посмотрю, не осталось ли чего-нибудь в описании. Но прежде всего обратите внимание, что в описании мы встречаем термин «грандиозность», который в данном случае имеет конкретное психологическое значение; впоследствии он ещё нам понадобится. Определение:
Грандиозность – самооценка, характеризующаяся гипертрофированными идеями собственной значимости, превосходства, возможностей и величия. Вера в собственную исключительность, требование от окружающих особого отношения и эгоцентризм. <…> Помимо этого, грандиозность является признаком нарциссического расстройства личности, проявляющаяся в поведении или фантазиях таких людей, наряду с потребностью в восхищении со стороны окружающих и недостатком эмпатии.
В классификаторе DSM, как мы только что видели, это определение разделено на несколько более мелких признаков.
Пункт 1 – грандиозное самомнение (преувеличенное мнение о своих талантах и достижениях). У Виктории это по-настоящему проявилось только с воцарением Жукова – почему я и говорил выше по тексту о стремительном прогрессировании её болезни ввиду пагубного влияния на неё Климсаныча. При мне она хвалилась всякими успехами в довольно застенчивой форме и тоном мелкого чиновника – как на том стриме 2 июня, где она опасливо тянула на глобус всяких филологов и категориальные аппараты. Теперь же она без стеснения размахивает на публику «её» книгами:


хвастается будущими региональными подразделениями:
и пёс знает, чем ещё (где-то – наверное, в отсмотренном нами декабрьском стриме – она заявляла, что-де видимая зрителям деятельность «Трибуна» составляет едва 10% от её реального объёма). При этом тон её исполнен чрезвычайной самоуверенности: при такой крыше, как Жуков, она считает, будто держит Маркса за бороду.
То же самое и с талантами – в 2022 году она разве что скромно рассказывала мне в личных беседах, что она очень творческий человек (не подражательный, не подумайте!), а тут приходится каким-то экономическим занудством заниматься. А теперь глядите-ка – один телеграм-канал чистого самолюбования чего стоит.
Пункт 2 – поглощённость фантазиями об идеале. Тут не знаю – если она и фантазирует, то я этого не видел, но вот в этой статье, которая нам тоже ещё понадобится, Виктория сама рассказывает, как «хотела стать идеальной» в смысле внешности.
Пункт 3 – вера в дружбу с «исключительными» людьми. Комическая гордость близостью с Самим! Климом! Жуковым! – типичный пример убеждённости в том, что она достойна высшего общества и высшее общество достойно её. Аналогична ситуация и с Мятежником Джеком – Вика всерьёз верит, что если она с ним теперь дружит, то это является доказательством её величия.
Пункт 4 – нуждается в чрезмерном восхвалении. Виктория, конечно, в нём нуждается – чтобы не ощущать себя ничтожной. Но в 2022 году она опять-таки была несмела по данной части – достаточно вспомнить историю с днём рождения, когда похвал-то хочешь, но если кто-то начинает обсуждать их рациональность, то лучше не надо. Теперь же… само преобразование «Трибуна» в клуб поклонников Виктории свидетельствует, насколько ей требуется общественное восхищение. Ну и Жуков своими прямолинейными подкатами в личке добился же в декабре 2022 своего, хотя Виктория и сокрушалась тогда, что женщине вроде неё требуются тонкие комплименты, а не вот эта вот брутальность. Ещё можно поставить вопрос, а не хвалила ли она меня в 2022 году только для того, чтобы, в свою очередь, её хвалил я.
Пункт 5 – ощущает, что имеет особые права. Вспоминаем, в каком тоне она вела беседы во время моего изгнания. Ну вот этот скрин наиболее характерен, наверное:
Железобетонная уверенность, что я должен восхититься её решением всех нас разогнать; а если и не восхититься, то всё равно заткнуться, дабы не выбешивать и не расстраивать Викторию. Пренебрежение уставом (а лучше сказать, попрание устава и неверие, что её он тоже касается) – в эту же кассу. Абсолютная убеждённость в том, что может беспричинно облить человека (меня, худрука, очевидно, многих покинувших «Трибун») отборным дерьмом, а тот поймёт, простит и продолжит действовать в интересах Виктории – тоже из этого разряда.
Пункт 6 – использует других для достижения своих целей. Моё сочинение рассказывает об этом практически непрерывно. Использование Пяти Статей для создания себе имиджа историка-экономиста-исследователя, использование проектов и труда трибуновцев, чтобы в конечном итоге светиться на экране только лично и создавать у зрителей иллюзию абсолютно главенствующей роли её труда, использование ЛОМов для собственной прокачки, даже использование ресурсов организации и моих представлений о товариществе для сугубо личной войнушки с Альтавистой.
Пункт 7 – не умеет сочувствовать. Эпопея с изгнанием меня подтверждает этот пункт красноречивее некуда – там не то что отсутствие сочувствия, но совершенно бессмысленная жестокость. Но можно вспомнить ещё и тему с пенсионерами. Человек, который всерьёз посочувствовал тем, кто угодил в нищую болезненную старость, будет по возможности тянуть однажды взятую гуманитарную тему. (Вон Мария занимается зоозащитой, и никакие коммунистические дела не в силах её отвлечь). Ну а если нет, то сегодня вы кому-то помогли, а назавтра о нём забыли, даже если он по-прежнему нуждается в помощи.
Пункт 8 – завидует другим и верит, что другие завидуют ему. Не знаю насчёт собственной зависти – открыто это не проявлялось. Может быть, зависть можно углядеть в той её реплике, где она возмутилась, что меня тоже воспринимают как лидера:
да и вообще счесть зависть второстепенным мотивом попытки загнать меня под плинтус. Впрочем, можно проверить… Эй, Вика, ты взорвёшься внутренне, если я совершенно честно тебе скажу, что… кто там у нас из женщин в левом Ютубе присутствует… Завацкая, Саакян, Орленко, Чепикова, Арабаджян внесли много больший вклад в просвещение аудитории, чем ты; что ведущая из тебя хуже, чем из Искровой; что исчезни ты из эфира, и тебя не будут вспоминать годами, как Ритарту; что это Люба с канала «Радости скупые телеграммы» может за год на редком качественном поп-контенте набрать 50 тысяч подписчиков без жукодопинга, а ты и с Жуковым и серийной желтизной не можешь? Или если я скажу, что «Трибуну» в нынешней форме никогда не достичь и пятой части популярности тех же Жукова или Сёмина, а равно и десятой доли полезности «Революционной инициативы» или Чумного Доктора? Если не взорвёшься – ладно, ты не завистлива.
А вот что Виктория верит, будто остальные завидуют ей – это наверняка. Вот ведь она же общается с Жуковым, а всякие насИкомые – нет. Как они могут такому не завидовать? И она тычет это в нос всем и каждому при всяком удобном случае.
Пункт 9 – демонстрирует высокомерие и надменность. Тут я и комментировать-то ничего не буду. В жизни не встречал такого концентрата высокомерия и надменности, какой она пытается применять ко мне с 21 декабря. И если вам вдруг не хватило всех тех скриншотов, то я даже и не знаю…
Таким образом, по DSM-IV Виктория у нас – практически стопроцентный нарцисс. Ведь достаточно всего пяти признаков, а тут почти что все девять в наличии. А что из признаков ещё осталось в «бытовом описании»?
«Ожидание безусловно хорошего отношения и беспрекословного подчинения от окружающих». Это вариант 5-го пункта из DSM-IV, но применительно к личности Виктории он звучит ещё более узнаваемо. Сюда подходят Викины ожидания, что все левые деятели, кому она пишет, должны немедленно ей отвечать и соглашаться на любое сотрудничество; что я должен скрыться под плинтус, как только она пожелала, и не сметь с ней об этом спорить; что народ должен выбирать ту эмблемку, которую она выбрала сама; что никто не смеет её критиковать (чтобы для разнообразия не обращаться больше к моим примерам – например, Якову достаточно было в начале лета 2023 года поднять вопрос о неадекватно огромном объёме сотрудничества с Жуковым в ущерб всей прочей деятельности «Трибуна», чтобы наши руководители начали в рамках организации публично его шельмовать).
«Идеи о собственной свободе от любых правил». Наплевательство на нормы устава во время изгнания меня – яркое тому доказательство по поводу формальных правил. Что же касается правил неформальных, то совершённое ею по отношении ко мне предательство, не говоря уж о проявленной ею неблагодарности – из той же оперы. То же самое (предательство и неблагодарность) Виктория проявила к худруку её танцевальной студии.
«Постоянно пытаются контролировать мнение окружающих о себе». Собственно, это занятие, которому Виктория посвящает как бы не больше всего времени. По этой (в том числе) причине она ввязалась в конфликт с Альтавистой, по этой причине она ищет крыш у ЛОМов, по этой причине она объясняет сейчас кому может, каким плохишом являюсь я, по этой причине существует телеграм-канал самолюбования. Ну и ещё раз – то, что она не может контролировать, должно быть уничтожено:
«Склонны обесценивать практически всё окружающее их на свете, идеализируя при этом то, с чем ассоциируют самих себя». Об этом я уже писал, когда рассказывал о самопиаре Виктории – что, рекламируя себя, она одновременно стремится отодвигать в тень всех остальных. А уж перешедшая в гротеск попытка обесценить меня и мою деятельность сначала в послании по поводу книжки от 28 октября, а затем и в набеге 16 декабря – доказательство наиболее недвусмысленное. Если бы я был не нужен и бесполезен, меня бы не держали в «Трибуне» год и не писали всего этого:




Чтобы избежать обвинений в том, что-де этот Хайфиш Википедию переписывает (хотя, ещё раз, переписывает он официальные американские диагностические критерии) – вот вам ролик, где кандидат психологических наук (по крайней мере, так он о себе сообщает) Дмитрий Смыслов рассказывает то же самое. А с 33:23 он рассказывает о тех же самых признаках; можете послушать его и переложить его изложение на Викторию самостоятельно.
Теперь переходим к сущности нарциссизма. До сих пор мы говорили только о признаках, но чисто через признаки определять явления всё-таки нельзя (хотя вот диагнозы ставить, как видим, можно). Выше я привёл определение грандиозности; на совсем простом языке это означает, что человек считает себя даже не просто центром мира, но единственной значимой в целом мире фигурой. У Фромма в «Душе человека» на этот счёт приводится такая иллюстрация:
Некто звонит врачу и требует назначить дату приема. Врач говорит, что на этой неделе у него все расписано, и предлагает назначить прием на следующей неделе. Пациент настаивает на более раннем сроке и в качестве объяснения говорит не о том, зачем нужна такая срочность, чего следовало бы ожидать, а объясняет, что он живет в пяти минутах ходьбы от кабинета врача.
Когда врач отвечает ему, что этот факт отнюдь не решает его проблем со временем, пациент не проявляет понимания и продолжает настаивать на своем аргументе, считая его обоснованным для назначения более раннего срока визита. Если врач психиатр, то он сделает важное диагностическое наблюдение, а именно – он имеет дело с исключительно нарциссичным человеком, то есть тяжелобольным. Обоснования лежат на поверхности. Пациент не в состоянии отделить ситуацию врача от своей собственной ситуации. Он не видит ничего, кроме своего желания посетить врача, поскольку у него не займет много времени прийти к нему. Врач не существует для него как самостоятельная личность со своим расписанием приема и своими потребностями. Логическое заключение этого пациента гласит: если для него удобно посетить врача, то и врачу должно быть удобно его принять. Диагноз будет иным, если пациент после первого объяснения врача будет способен ответить: "Конечно, я понимаю вас, доктор, пожалуйста, извините меня, с моей стороны было действительно глупо сказать такое". Хотя в этом случае мы также имеем дело с нарциссичным пациентом, который сначала не делает различия между собственной ситуацией и ситуацией врача, однако его нарциссизм не столь интенсивен и упрям, как у первого пациента. Такой человек еще в состоянии понять подлинную ситуацию, если на нее будет указано, и отреагировать соответственно ей. Ему будет неловко за свой промах, после того как он это поймет; пациент же первого типа, напротив, ни в коем случае не будет смущен – он будет только критиковать врача и говорить, что тот слишком глуп, поскольку не понимает таких простых вещей.
Виктория пыталась загнать меня под плинтус строго по этому образцу: ЕЙ захотелось изменить ситуацию с «Трибуном» как ей надо – ну и всё, стало быть, ситуация должна соответствующим образом измениться. Что «Трибун» – не её частная лавочка, что у него есть устав, совершенно неважно. Что там думают, чувствуют, планируют всякие хайфиши и прочий мусор, значения тоже не имеет. Ведь они не существуют для неё «как самостоятельные личности со своими планами и потребностями». И сколько ей ни втолковывай, как ситуация обстоит на самом деле – Хайфиша она всё равно «будет только критиковать и говорить, что тот слишком глуп, поскольку не понимает таких простых вещей».
Грандиозность – это, скажем так, первый столп нарциссизма. Но этого недостаточно. Самоощущение грандиозности, которое нарцисс ухитряется не терять со времён самого раннего детства, ещё сочетается с неразвитостью его собственной эмоциональной сферы, местами – с полной её атрофией. И чтобы как-то функционировать в человеческом обществе, недостающие чувства нарцисс вынужден копировать извне. Лейтмотивом моего описания деятельности Виктории не случайно был лозунг «казаться, а не быть»: для нарцисса-то «казаться» и означает «быть», и он не понимает, что, собственно, с этим не так. Самоощущение грандиозности плюс неразвитость эмоциональной сферы дают нам нарциссизм как таковой; а всякие признаки типа обсуждавшихся выше растут из этого сочетания.
Тут причём имеется такая любопытная для нашего случая деталь. Нарцисс, сколь ни парадоксально это может показаться, нередко не способен самостоятельно уважать себя – всё из-за той же неразвитости эмоциональной сферы. Согласно Нэнси Мак-Вильямс, взгляды которой описывает та же самая википедийная статья, «для нарцисса локус контроля за его самоуважением находится где-то вне его, что и заставляет его постоянно пытаться контролировать мнение окружающих о себе». То есть, вообще-то говоря, нарцисс в большинстве случаев – это вовсе не крайне самоуверенный социопат, шагающий по трупам, весело насвистывая, а слабая неуверенная личность, которой непременно требуется подпитывать извне собственное восхищённое мнение о себе. Извне – потому что сама она в собственной замечательности совершенно не убеждена, будучи не в состоянии её прочувствовать. Для обозначения такой личности в интернетах попадается термин «уязвимый нарцисс».
Поэтому вот в 2022 году Виктории было нужно, чтобы я в двусторонних беседах расхваливал её целеустремлённость и активность, столь редкие в нашей тусовке, шутил о наших ролях в будущем революционном правительстве и пародировал Володина лозунгом «Есть Виктория – есть “Трибун”, нет Виктории – нет “Трибуна”». Это поддерживало её в достаточно, так сказать, надутом состоянии, чтобы не валиться на землю в приступе депрессии. Но одновременно я же её и мягко критиковал за то-сё, не позволяя её самомнению раздуться до грандиозных величин. Кроме того, я же ведь никто – просто какой-то рандомный чел, пришедший поднимать «Трибун» и благодаря своим качествам занявший в её глазах позицию суррогатного авторитета. Ну а к концу года объявился Жуков, который ничего не знает ни про какое коммунистическое товарищество, а на женщин смотрит сугубо утилитарно – и обрушил на неё поток подлинно мужских комплиментов. Кто у них там кого в конечном счёте отдоминирует, в контексте нарциссической темы неважно – а важно то, что, во-первых, Жуков-то Авторитет с большой буквы А, самый настоящий, не какой-то суррогат в моём лице, а во-вторых, Викусю он нахваливает наверняка без малейшей доли объективности. Следовательно, теперь пузырь самомнения Виктории раздут до невиданных прежде величин – со всеми наблюдаемыми нами последствиями.
И, конечно, охота за ЛОМами и коллекционирование симпов служат той же самой цели. Виктории нужно, чтобы ею восхищалось всё больше людей и всё более крупные авторитеты, потому что для её нарциссической сущности это как наркотики для наркомана – доза требуется всё больше, вещества нужны всё тяжелее…
А ещё именно по этой причине Виктория сейчас так отчаянно пытается внушить мне чувство стыда и доказать мне, что я плохой – ведь для неё-то самой это и есть самая страшная перспектива. Снова цитирую абзац о взглядах Мак-Вильямс:
Также обращается внимание на то, что нарциссическая патология – это не сохранившееся до взрослого возраста нормальное детское чувство собственной грандиозности, а скорее компенсация ранних, и потому глобальных разочарований во взаимоотношениях. “Субъективный опыт нарциссических людей пропитан чувством стыда и страхом почувствовать стыд”. В отличие от чувства вины, которое связано с ощущением, что ты поступил или поступал плохо, стыд – это чувство, что ты воспринимаешься плохим, что причина твоей “плохости” не в том, как ты поступаешь, а в том, как к тебе относятся другие.
Вот и вся разгадка. Виктория не рассуждает в категориях, виновата она в чём-то или нет, и не считает, что её «хорошесть» или «плохость» зависят от её поступков. Нет, «хорошесть» Виктории, её счастье не испытывать чувства стыда зависят строго от того, принимают ли её Жуков или Мятежник Джек. (А на более ранней стадии – принимают ли её Альтависта, Снейк, Злой Левак и прочие парни-ровесники определённого менталитета, бывшие для неё тогда, очевидно, наиболее значимой социальной группой). И она уверена, что и прочие люди мыслят в том же самом ключе, даже не догадываясь, что таким манером работает только её больная психика – здоровые-то люди и сами в состоянии разобраться, хорошие они или плохие, они оценивают свои поступки в том числе самостоятельно, а не прислушиваются с трепетом ко мнению очередного Авторитета даже не об их поступках, а об их личностях в целом. (В более развёрнутом виде можете почитать об этом явлении у Карен Хорни в работе «Новые пути в психоанализе»).
Наиболее тяжкое последствие для широких левацких масс и живого Викиного окружения, наступившее вследствие её взаимодействия с Жуковым, заключается в том, что теперь Виктория, пожалуй, уже выбралась из категории «уязвимых нарциссов» и перебирается в «грандиозные», накачав уверенность в себе за счёт жуковской подпитки и став значительно опаснее для окружающих. (Параллельно она пытается поменять имидж с Простой Девчонки на Светскую Даму, хотя выглядит это довольно забавно). Например, вот Фромм толкует прямо про последние стримы Виктории:
Перед нами человек, который говорит поверхностные и банальные вещи, но делает это с таким видом и произносит их таким тоном, как будто он рассказывает о чем-то необычном и интересном. Субъективно он пребывает в эйфорическом ощущении своего невероятного превосходства над всеми, в действительности же он находится в состоянии самовозвеличения.
Уязвимый же нарцисс не мог бы быть так восторжен – он опасался бы, что какой-нибудь очередной Альтависта опять бы его заругал…
Вообще, об «уязвимых нарциссах» есть вот такая статья; это весьма достоверный портрет Виктории образца 2021-2022 годов. Поскольку же, однако, знание о такой категории нарциссов не особо распространено в массах, распознать Викторию в этом качестве мне было трудно даже при близком общении с ней. Статью рекомендую прочитать самостоятельно, а я лишь приведу следующие примечательные цитаты:
«Игра в жертву. При столкновении с трудностями или негативной обратной связью уязвимые нарциссы могут принять образ жертвы, представляя себя беспомощными и несправедливо обманутыми. Такая тактика используется для получения сочувствия и поддержки со стороны окружающих, при этом они уходят от ответственности за свои действия». Это то, что Виктория делала при каждом конфликте, в который оказывалась вовлечена. И сейчас делает то же самое.
«Или же он может расплакаться и сказать: "Во всем всегда виноват я" или "Почему все меня ненавидят"». Это почти дословно то, что она мне ответила, когда я выкатил ей список ошибок, допущенных в ходе цирка с Альтавистой – причём мне не помогло даже то, что половину ответственности я взял на себя.
«Скрытое манипулирование. Несмотря на кажущуюся уязвимость, ранимые нарциссы все равно будут использовать тактику манипулирования, чтобы добиться сочувствия или внимания со стороны окружающих. Это может включать в себя газлайтинг, упирательство, игру в жертву, эмоциональный шантаж (например, "если ты меня бросишь, я покончу с собой") и другие виды пассивно-агрессивного поведения». ГАЗЛАЙТИНГ. Заметьте себе это и вспомните, что я уже говорил про нелепость использования против меня тактики газлайтинга в декабрьско-январский период. Оно нелепо (ведь такими штуками можно затравить только людей, живущих с манипулятором под одной крышей или ещё каким-то образом находящихся в полном его распоряжении), но нарцисс иначе не может. Тем убедительнее звучит утверждение, что Виктория – именно нарцисс.
«Повышенная чувствительность к критике. Уязвимые нарциссы очень чувствительны к критике и любым оскорблениям. Критика воспринимается ими с враждебностью, яростью и обидой. Они могут реагировать оборонительной реакцией, замкнутостью или даже агрессией, когда их действия или убеждения подвергаются сомнению». Викторию можно было даже не критиковать словами – она и редактуру-то её священных текстов воспринимала как критику. С соответствующей реакцией. А уж невозможность забыть о существовании Альтависты и решение ввязаться с ним в войну чего стоят… Тоже ведь «критика»! Разве можно такое терпеть?
«Заставляют других ходить "по стеклам". Из-за глубоко укоренившейся неуверенности в себе и склонности к перепадам настроения уязвимых нарциссов другие люди часто чувствуют себя так, будто им приходится "ходить по стеклам", находясь рядом с ними. Они могут бояться высказать свое искреннее мнение, сомневаться во всем, что говорят, и испытывать постоянное чувство тревоги». В общем, да. Даже летом-осенью мне было не очень психологически удобно приводить в порядок экономический текст – жалко Вику, обидишь её очередными исправлениями и улучшениями… А уж зимой, когда я видел свою миссию в приведении Виктории в адекват, опять-таки не обижая её при этом, я буквально так себя и чувствовал – натурально хождение по битому стеклу.
В чём ещё, помимо неспособности к самооценке, выражается редукция эмоциональной сферы Виктории? Это, во-первых, отсутствие эмпатии (опять обращаемся к кампании по изгнанию меня), во-вторых, неспособность к дружбе и иным долгосрочным эмоциональным привязанностям
(вспоминаем её реплику о дружбе, постоянную смену составов «Трибуна», поведение в танцевальном коллективе, регулярное превращение вчерашних сетевых друзей во врагов), в-третьих, подражательство ввиду неспособности делать любые самостоятельные творческие шаги – Вика плохо понимает, как воздействовать на людей за пределами искусства манипуляции (выше я описывал множество примеров подражательства – принятие жуковской стратегии, подражательство самому Жукову, присвоение Викторией идей, подававшихся трибуновцами, и т. д.). Да и манипуляции-то в её исполнении нередко дают сбои. Из этой же серии – «отсутствие подлинного интереса к внешнему миру» (эту нарциссическую черту называл Фромм): в I разделе я всеобъемлюще показал, что Виктория не любит науку и исследования, а ведь они тоже во многом следствие наличия у человека такой эмоции, как любопытство.
Таким образом, с коренной сущностью нарциссизма мы тоже разобрались – в Виктории оная сущность укоренена в полной мере. Что же касается классификаций нарциссов, то на самом деле там всё довольно сложно, изучено не до конца и не исчерпывается постепенной градацией между «грандиозными» и «уязвимыми» нарциссами. Но для целей моей брошюры углубляться так сильно будет излишне. Если хотите покопаться сами, можете послушать ролик Смыслова с 50:52 или включить вот этот ролик, где упомянутая градация истолковывается несколько иначе. Материалы данного канала вообще не помешает плотно изучить, если хотите погрузиться в проблему на популярном уровне.
Теперь перейдём к дополнительным доказательствам Викиного нарциссизма. Берём вот этот конспект и прокручиваем до заголовка «психологические стратегии». Что же мы там видим?
Первая стратегия – подчинение, то есть внутренняя готовность нарцисса общаться с внешним объектом в соответствии с желаниями этого объекта. Это, между прочим, как раз про наши отношения в 2022 году: принимая мою стратегию развития «Трибуна», Вика в числе прочего ещё и стремилась доказать мне, что она хорошая, а не «вон какая» – в обмен на моё одобрение и подпитку её самооценки. А ещё она через меня доказывала себе, что она действительно политический лидер, а не самозванец – я-то ведь постоянно толковал ей, что в нашей тусовке, где никому ничего не надо, она со своим желанием чего-то добиться и высокой активностью – практически бриллиант. Зато с приходом Жукова я ей в этом качестве стал не нужен – и она тут же постаралась отомстить мне за эпоху, когда считала себя подчинённым мне субъектом, а заодно и попыталась превратить меня в хомячка.
Вторая стратегия – грандиозность. Здесь это истолковывается как стремление нарцисса коллекционировать достижения в обмен на уважение со стороны объекта. Так что не зря Виктория мне с марта и до настоящего времени рассказывает о своих великих свершениях. И удивляется, что я почему-то и в свершения не верю, и не ценю успешное превращение «Трибуна» в политический онлифанс.
Третья стратегия – обесценивание. Объект должен быть низведён к полному ничтожеству, чтобы нарцисс не чувствовал ничтожным себя самого. Об этой стратегии я уже сказал много раз; здесь можно только добавить, что Виктория после 20 декабря вообще применяла ко мне в первую очередь стратегию обесценивания, а уж последние эпизоды (послание о ЕЁ книге от 28 октября и набег от 16 декабря) переполнены обесцениванием настолько, что выходят за все разумные рамки. Это означает, что я в её глазах по-прежнему серьёзная величина, хе-хе. Иначе зачем бы тратить на меня столько усилий?
Четвёртая стратегия – идеализация. Необходимо купаться в лучах славы объекта и подтверждать за его счёт собственный статус. Тут тоже всё сто раз сказано – Жуков, а теперь ещё попытка примазаться к Джеку.
Пятая стратегия – компульсивная привязанность. Речь идёт о привязанности к объекту попроще, чтобы великолепно смотреться на его фоне. Это про Дмитрия, тут всё просто. Кстати, это сильно повышает его шансы удержать супружество с Викторией при любом дальнейшем развитии событий.
Я лично считаю, что все эти стратегии на поведение Виктории ложатся как влитые.
Другое косвенное доказательство. Выше неоднократно упоминалось, что Виктория в «Трибуне» много работала (да она и сама рассказывала мне об этом – что помимо «Трибуна» она тоже очень много работала). Если мы сочтём это трудоголизмом, то о его связи с нарциссизмом есть вот такая англоязычная статья, в которой говорится, что для нарцисса его трудовые свершения – это в первую очередь опять-таки способ повысить свою самооценку через одобрение окружающих; плюс, если он оказывается начальником – удовлетворить также и свою потребность во власти. Далее, есть вот такая книжка о различных видах зависимостей, в том числе о трудоголизме, а в ней – несколько неожиданный п. 3 на стр. 165, касающийся трудоголизма в нарциссическом исполнении. В этом пункте упоминается пара узнаваемых для Виктории черт – в частности, привычка к опозданиям (опаздывала она не только на стримы, но и на совещания) и преувеличение значения своей деятельности:


Эта же книжка рассказывает о «созависимости», или «зависимости отношений»; но, пожалуй, для ознакомления с данной темой удобнее будет сунуть нос в эту статью. Сущность отношений созависимых с нарциссами заключается в следующем:
Зачастую созависимые находят себя в отношениях с личностями с пограничным расстройством и нарциссическим расстройством. Созависимых, которые находятся в отношениях с личностями с нарциссическим расстройством, зачастую называют “co-narcissists” (“ко-нарциссы”). Созависимые могут предоставить нарциссам совершенную способность слышать их потребности и нарциссы удовлетворяют за счет компульсивного желания помогать и спасать других свою нужду чувствовать себя значимыми и особенными.
Там по тексту ещё много любопытного (настоятельно рекомендую статью прочитать), но я экономии времени ради просто выскажу на базе прочитанного два суждения. Во-первых, «Трибун» в конечном счёте оказался фильтром, отсеивающим людей, не готовых идти на роль созависимых к нарциссу Виктории – там остаются только наиболее предрасположенные к такой форме поведения товарищи. Во-вторых, Виктория, очевидно, имеет большой практический опыт в отборе таких людей (начиная хоть с того же Дмитрия с его «служением») – и в отношении меня она пыталась провернуть стандартный способ такого отбора (обязательно загляните сейчас в раздел статьи «Фазы отношений с нарциссами»). Отсюда и все дикие странности её поведения – вы почитайте, чего в статье в этом разделе написано. Вика ведь прямо по этой методике работала и работает, от первой буквы до последней (ну, если переложить ситуацию с супружеских или любовных отношений, о которых там рассказано, на рабочие и товарищеские). Но я-то, хоть я человек добрый и ответственный, особенно по отношению к друзьям, всё же не несчастный созависимый хомячок – поэтому вместо хомячка она своими действиями включила во мне следователя, который после начальной растерянности довольно быстро записал её во враги народа, а теперь вот докопался до самой сущности происходивших событий…
Продолжаем идти вперёд. Теперь на нашем пути – коморбидные нарциссизму расстройства. Википедия сообщает по этому поводу следующее:
Люди с нарциссическим расстройством личности имеют склонность к депрессивным эпизодам. Кроме того, нарциссическое расстройство личности может быть связано с биполярным расстройством, анорексией и злоупотреблением психоактивными веществами, в особенности с употреблением кокаина. Также нарциссическое расстройство личности может быть коморбидно с истерическим расстройством личности, пограничным расстройством личности, диссоциальным расстройством личности и параноидным расстройством личности.
Про депрессивные эпизоды и склонность Виктории к маниакально-депрессивному синдрому я уже говорил, да она и сама мне кое-что говорила. Так что этот пункт в наличии есть. Анорексический эпизод, как мы видели выше, с Викторией тоже был; ниже поговорим об этом чуть подробнее, а пока просто его засчитаем. Нехорошие вещества вычёркиваем – нам о таком ничего не известно.
Дальше идёт истерическое расстройство личности, которое, как видим, характеризуется «самодраматизацией, театральностью, эгоцентризмом, эмоциональной лабильностью, преувеличенным выражением эмоций, стремлением к нахождению в центре внимания и чрезмерной озабоченностью физической привлекательностью». Если мы заглянем в признаки этого расстройства по DSM-5, то, между прочим, искомые пять признаков мы можем для Виктории даже набрать, но неуверенно. Так что, может быть, в этой части Вика до психиатрии и не дотягивает, но определённый уклон в том направлении у неё есть. Засчитаем полпункта.
Следующее – пограничное расстройство личности. Это вроде бы в целом нет, хотя надо наблюдать Викторию вблизи, чтобы говорить о подобных вещах точно. Но с дивана этот пункт вычёркиваем.
Следующее – диссоциальное расстройство личности, оно же социопатия, оно же психопатия; «характеризуется антисоциальностью, игнорированием социальных норм, импульсивностью, иногда в сочетании с агрессивностью и крайне ограниченной способностью формировать привязанности». Откройте вики-статью и загляните в классификаторы. Вы увидите, что по части социопатии Виктория тоже весьма подозрительна: по DSM-критериям она точно проходит по пунктам 2, 3 и 7, а трёх пунктов хватает. По МКБ всё даже ещё хуже, потому что эти критерии не так ориентированы на прямое насилие и незаконное поведение, как у американцев: по ним Виктория удовлетворяет пунктам «а», «в», «д» и «е», плюс, возможно, дополнительному признаку «постоянная раздражительность». Так что социопатию я ей засчитываю.


И последнее – параноидное расстройство личности; это тоже проще сразу вычеркнуть, чем копать там тайные глубинные смыслы.
Итого перечислено семь возможных сопутствующих нарциссизму расстройств. У Виктории можно обнаружить как минимум три с половиной из них, в том числе такой выразительный и нечастый, как нервная анорексия.
По поводу последней я считаю нужным привести вам одну научную статью. Нас тут будет интересовать преимущественно пара абзацев, которые замечательно раскрывают противоречия личности Виктории, могущие ставить в тупик при общении с ней.
Раз:
К другим характерным для больных нервной анорексией личностным особенностям относятся нарциссизм, социотропность и автономия. Нарциссизм отражает патологическую озабоченность своим внешним видом и впечатлением, производимым на окружающих. Социотропность характеризуется потребностью быть принятым и получать одобрение социальной среды. Автономия проявляется независимостью, контролем и стремлением к достижениям. Несмотря на очевидную противоречивость, нарциссизм, социотропность и автономия специфическим образом сочетаются у многих пациентов с нервной анорексией. В результате личностный портрет таких больных определяется стремлением демонстрировать собственную исключительность, игнорируя требования реальности, добиваться восхищения и принятия со стороны окружающих.
И два:
Было показано, что в возникновении нервной анорексии большую роль играют наследственные факторы, и что это расстройство тесно сопряжено с нарушениями индивидуального психического развития. При этом повышенная психопатологическая уязвимость создает условия для обостренного реагирования предрасположенных лиц на отклонения в характере воспитания. Результатом этого является формирование специфической структуры личности, противоречиво сочетающей нарушения образа «Я», идентичности, перфекционизм, импульсивность, потребность в автономии и признании. Расстройства личности и поведения, выражающиеся в патологическом контроле над весом, отражают глубокие когнитивные сдвиги, связанные с аномалиями психосоциального развития таких пациенток.
Оба абзаца, с моей точки зрения, очень достоверно описывают портрет Виктории.
И завершим мы наш кухонный психоанализ совсем мрачной вишенкой на и без того готическом торте. Оказывается, в психологии есть понятие с очень романтичным названием «тёмная триада». Весьма эффектная цитата:
Тёмная триада в психологии представляет собой группу, включающую три личностные черты: нарциссизм, макиавеллизм и психопатию. Определение «тёмный» указывает на злонамеренные, негативные для окружающих особенности данных черт.
Нарциссизм характеризуется грандиозностью, гордыней, самовлюблённостью и отсутствием эмпатии.
Макиавеллизм включает в себя манипуляцию и эксплуатацию других, циничное пренебрежение нравственностью, сосредоточение на собственных интересах и лживость.
Главными особенностями психопатии являются асоциальное поведение, импульсивность, эгоизм, бессердечность и беспощадность.
Все три черты связаны с бессердечно-манипулятивным межличностным стилем.
Что касается злонамеренности, то про тягу Виктории ко злу вы, надеюсь, помните:
Ещё советую вам обратить внимание на ВК-адрес Виктории (hypocrisy_666); именно по поводу столь замечательного адреса я завёл с ней когда-то тот разговор о скелетах в прихожей, с которого два месяца назад начал писать данную брошюру. Если человек сам себя объявляет воплощением дьявольского лицемерия – ну, наверное, с ним всё же стоит быть поосторожнее, а не трепаться весело про скелетов, рассчитывая, что уж тебя-то это дьявольское лицемерие по дружбе не коснётся.
Теперь собственно триада. С нарциссизмом лично мне всё совершенно ясно и, полагаю, ясно также и вам. Относительно социопатии я уже написал выше, что Виктория по этой части как минимум весьма подозрительна. И, наконец, макиавеллизм.
Смысл понятия заключается в трёх ключевых психологических составляющих (факторах):
1. Поведение. Использование манипулятивных техник в процессе межличностного взаимодействия. Важно отметить, что макиавеллист манипулирует всегда осознанно с целью достижения выгоды для себя, применяя утончённые техники лести, обмана, подкупа, подлога.
2. Отношение. Циничное отношение к другим людям как к слабым и зависимым от социального давления. Макиавеллисты относятся к другим людям с подозрением, эмоционально отчуждённо, ориентируясь не на партнёра, а на свою выгоду, которую они могут получить через него. То есть в процессе манипуляции партнёр по взаимодействию является для макиавеллиста не более чем инструментом, благодаря которому можно достичь желаемого результата.
3. Игнорирование социальной морали, когда она мешает достичь желаемого результата, и манипулирование её догмами для достижения нужной цели.
Первый пункт. Виктория – несомненный манипулятор. О её лживости я неоднократно упоминал по ходу брошюры, приводя конкретные примеры. Лесть… ну, вы видели, что́ она обычно писала мне до 20 декабря. Подлог? Вырезки про мою ужасную алчность в ходе набега использовались; это вполне подойдёт как пример использования подлога. Ещё один важнейший способ манипуляции – внушение объекту чувств вины и стыда; этим она занимается в такой полный рост, что стыдно становится разве что за неё саму.
Второй пункт. Как вы видите на примере нашего текущего столкновения, Виктория очень даже считает, будто я завишу от социального давления, пытаясь так и сяк меня устыдить. Как слабака она меня рассматривала по крайней мере с 22 декабря, когда я имел глупость напрямую спросить, не желает ли она, чтобы я подставил ей горло. Ну и, уж конечно, выгод она из меня извлекла массу – отблагодарив вы знаете как. Люди как инструменты – это тоже про неё; вряд ли прочитавшие мою брошюру будут нуждаться в дополнительных доказательствах данного факта.
Третий пункт. Да, Виктория отбрасывает мораль, когда надо, допустим, вышвырнуть меня из организации. Зато на публику рассказывает всем, сколь аморальны её враги.
Таким образом, мы имеем немало оснований обнаружить у Виктории также и макиавеллистические наклонности. И заподозрить, что в наличии у неё – вся тёмная триада. Вы ещё спрашиваете, почему я считаю её опасным для нашего сообщества человеком, которого нужно остановить? А ведь мы ещё не наблюдали её в обыденной жизни – если бы наблюдали, то, подозреваю, нам открылись бы новые бездны!
Но не забывайте, конечно, что полномочий ставить диагнозы у меня никаких нету. Всё вышеизложенное – мои кухонные психоаналитические рассуждения. Соглашаться с ними или нет, решать, имеют ли они отношение к действительности или нет – воля ваша.
Что ж, вот и пришёл конец II разделу трактата. Вы ведь не верили, что он вас где-то ждёт? Всё плохое когда-нибудь заканчивается. Теперь вы знаете почти столько же тёмных тайн Виктории, сколько знаю я.
Текущему окружению Виктории я настоятельно советую как следует поразмыслить обо всём, что вы за это время узнали. Мало ли, вдруг этот Хайфиш вовсе не хейтер, а дело вам говорит. Полагаю, никакой Жуков или Джек, а равно почти никто из трибуновцев манипулируемым объектом и питательной средой для нарцисса быть не хочет, и всем небезынтересно будет узнать, что Вика за фрукт… или за ягодка. Впрочем, если вы не прислушаетесь, а затем столкнётесь с последствиями, то я всегда смогу произнести любимую фразу: «А я же говорил!».
Пострадавшим от Виктории я, во-первых, от души сочувствую, во-вторых, надеюсь, что моё объяснение причин произошедшего в том числе и с вами поможет вам окончательно перестать переживать из-за вашего инцидента, если вдруг он вас ещё беспокоит, а в-третьих, предлагаю вам при желании дополнить мою сагу своими историями.
Широкую общественность я очень прошу распространять по тусовке информацию по крайней мере о методах Виктории. Предупреждён – значит, вооружён. Скажем, я не распознал с ходу Вику как нарцисса, потому что не знал о существовании уязвимых нарциссов. Зато я опознал газлайтинг в применяемой ею ко мне тактике, потому что теоретически давно знаю, что это за штука; если бы не знал, то идентификация Виктории как явного врага могла бы с моей стороны значительно задержаться (я потратил бы ещё больше времени, пытаясь понять, что происходит).
А тебе, дорогая Вика – ведь ты же это читаешь – я скажу только одно. Посмотри на себя в зеркало. Никто лучше меня тебе твоё отражение не покажет. Ты в этом зеркале, как ни прискорбно – глубоко больная личность, поэтому по медицинской части мой тебе совет – осознай и иди лечиться. А совет по этической части – используй свой последний шанс сойти с дороги зла, которого ты за эти годы натворила предостаточно. Без понимания этического аспекта ситуации лечение всё равно не сможет быть удачным. Впрочем, можешь ещё подойти к проблеме прагматически – в политике, тем более вне нашего смешного травоядного левацкого болота, тебя сожрут: не говоря уж ни о чём другом, здоровые злодеи пользуются против больных преимуществом своего здоровья. Так что добрые люди в белых халатах ожидают тебя с нетерпением и готовы оказать любую помощь, на какую способна современная медицина. К сожалению, в нынешнем буржуазном обществе они могут только ждать; скрутить тебя и привести в палату с мягкими стенами, чего ты вполне заслужила как общественно опасная личность, они не имеют права. Поэтому окажи обществу королевскую милость сама, будь так великодушна, тонкохимическая моя.
Заключение
В завершение моей брошюры следует сказать хоть несколько слов всё о той же вечной нашей коммунистической проблеме – неспособности организоваться – в свете полученного мной опыта.
Что касается организационных мыслей, с которыми я пришёл в «Трибун», то в них я скорее даже укрепился. Из сетевой тусовки как таковой, где и варится основная масса пытающихся быть условно активными леваков (то есть хотя бы способных написать коммент), ничего не вызреет, кроме бесконечных скандалов, склок и холиваров, составляющих основной смысл её существования. Поэтому всякое коммунистическое заведение в сегодняшней России с самого начала должно строиться вокруг какого-то полезного и серьёзного дела, которое участники заведения должны осваивать всё лучше и лучше. На следующей стадии развития организация может иметь и несколько профилей; к тому же ей всё равно нужно наладить контакты с другими коммунистами, делающими ещё что-то полезное, устроить взаимную координацию – и тогда многопрофильная организация получится из нескольких однопрофильных.
Работает ли это? Моя концепция развития «Трибуна» как аналитического центра в общем-то реализовывалась вполне успешно, несмотря даже на отрицательную составляющую фактора Виктории и Дмитрия; таким образом, в более ординарных случаях (не каждый же день у вас на пути встречаются нарциссы) это вполне рабочая стратегия. (Конкретно в «Трибуне» она была отягощена злом неустойчивости и шараханий туда-сюда, но и тут проблема заключалась в Виктории персонально). Точно так же и организации вроде «Сталинского букваря» доказывают, что развитие вокруг полезного и серьёзного дела вполне эффективно. Правда, такого рода заведения должны иметь долгосрочную стратегию и амбиции развиться затем в партию, а не просто застрять вокруг своего конкретного дела, но это уже следующий вопрос и я оставлю его за скобками.
Ключевая проблема развития организаций, как всегда, заключена в людях. Кадры решают всё. Причём я сейчас даже не про рядовых участников – тот же опыт «Трибуна» доказывает, что при правильной постановке дела вполне можно добиться притока качественных работоспособных кадров. Пусть даже они не смогут уделять организации слишком уж много своего времени, но на ранней стадии с этим ничего не поделаешь. Главное, уметь поддерживать в участниках энтузиазм и интерес к выбранному организацией делу, а также сохранять в организации здоровый микроклимат, чтобы в принципе исключить возникновение глупых склок (либо, если вдруг склока всё же началась – гасить их в зародыше к удовлетворению всех сторон).
Так что почти нерешаемой я сейчас вижу конкретно проблему начальства. С одной стороны, оно должно быть – никуда вы от вертикальной демцентралистской системы не денетесь, да и всё равно, даже маленькие кружки стихийно выделяют лидеров. А с другой стороны, с начальством возникает слишком много проблем, которые должны быть обойдены все сразу, что очень, очень, очень трудно…
Кто вообще может оказаться в роли начальника в добровольных небольших левых организациях? (Прежде чем отвечать на этот вопрос, вспомним ещё, что организации эти зачастую непонятного назначения – например, сидеть в интернетах и трепаться о великом Ленине и негодяйском Путине – и лишь немногие делают что-то более осмысленное). Такой начальник должен обладать массой свободного времени, быть достаточно амбициозным и худо-бедно харизматичным. Это довольно сомнительное сочетание – то есть человек с такими качествами не обязательно будет плох, но всё же плох он будет с весьма некислой вероятностью. Свободное время в основном есть у разгильдяев и, гм, представителей непролетарских классов, амбиции у людей в современном обществе чаще всего оказываются дурного толка (достаточно взглянуть на Викин нарциссический пример), а харизма усиливает человека вне зависимости от того, хорош он или плох – и, значит, если большинство потенциальных начальников у леваков плохи, то в большинстве случаев харизма усиливает плохишей.
А вот чего обстоятельства существования наших организаций от начальников не требуют, так это наличия у них ряда явно положительных качеств. Например, полезные практические навыки в каком-либо деле начальнику оказываются нужны лишь в том редком случае, когда организация начинает делать что-то нормальное. А такие черты, как добросовестность, ответственность, умение управлять людьми, сочувствие к людям, способность к долгосрочному планированию, знание коммунистической тематики в самом широком смысле слова – всё это в современном обществе и так-то нечасто встречается, и уж тем более редко эти качества встречаются все вместе, тем более в сочетании с амбициозностью, харизматичностью и свободным временем. Поэтому выбивающийся в левацкие начальники человек чаще всего никакими подобными качествами не обладает, гробит начинания своих трёх с половиной инвалидов уже в самом начале, и больше об очередном несчастном марксистском кружке никто уже не вспоминает.
Но, допустим, карта легла удачно, и вот некий гражданин, обладающий набором перечисленных достоинств на приемлемом среднем уровне, всё же собрал дееспособный коллектив, после чего они вместе приступили к великому делу партийного строительства. В этом случае перед начальником очень быстро начнут маячить дьявольские соблазны буржуазных общественных законов и нарциссической культуры современного общества, не просто сбивающих его на путь порока, но буквально требующих идти по нему. В случае же, когда соблазнов и демонов удаётся избежать, впереди встают глухие непреодолимые стены.
1. Денежный соблазн. На Ютубе он особенно коварен: сначала люди просто хотят, чтобы их слушало побольше народу, из-за этого пытаются подстраиваться под массовый запрос, потом подсаживаются на донутики от возросшей аудитории, а потом у них ещё и исчерпывается запас оригинальных тем. И вот со дня начала проекта не прошло и пары лет, а люди вовсю производят всеми любимый пятикратно переваренный кал в обмен на устойчивый спонсорский поток от привыкших уже к такой модели развития добрых зрителей. Вне Ютуба ситуация развивается примерно так же. Предположим, люди собрались не просто почитать Маркса (это сразу же навеки и ограничивается чтением Маркса в уютном кругу друзей), а хотели делать какое-нибудь доброе и полезное дело. Они начинают его делать и быстро понимают, что без денег-то почти ничего существенного не совершишь. Тогда они пытаются выйти на какое-то самообеспечение – но уже этим шагом подготовлено превращение доброго дела в бизнес. И уже очень скоро бизнес просто начинает доминировать над добрыми коммунистическими намерениями. Конец.
(Причём самое интересное, что ведь бизнес для партии и в самом деле нужен – а где ей ещё финансовые ресурсы добывать. Какой кристальной чистоты человеку можно такой бизнес доверить, я даже представить себе не могу).
2. Соблазн личной популярности. Амбициозный и харизматичный начальник может стремиться удовлетворить своё тщеславие – сперва попутно и слегка, потом, если процесс пойдёт, постепенно превратить это в основной смысл деятельности организации. Ещё потом популярность конвертируется в денежки и в индивидуальную политическую карьерку в официальной российской политсреде. Тоже конец.
3. Сектантский соблазн. Поскольку в больших масштабах в нынешних условиях сделать всё равно ничего нельзя, то очень приятно окуклиться в секту из десятка-другого верных адептов, которая будет устойчиво существовать многие годы – исправно выдавая вовне интересное лишь небольшому проценту тусовки политическое творчество или вовсе ведя сугубо внутреннюю жизнь, наполненную исключительно поучениями местного гуру. Гуру может после этого пойти в два предыдущих соблазна, а может просто наслаждаться наличием адептов, но, так или иначе, а это опять-таки конец.
4. Фактор психиатрии. Если начальник – психически нездоровая личность, он может учинить всё что угодно (столь обширно описанный случай Виктории – лишь один вариант развития событий из многих), но с успехом строить политическую партию и приближать наступление социализма он точно не будет, к гадалке не ходи. Конец до всякого начала.
5. Препятствие мартышкина труда. Мало избежать всех соблазнов – надо ещё каким-то образом преобразовать изначальное дело во всестороннее партстроительство и затем в серьёзную массовую политику. Если начальник и коллектив не понимают, куда конкретно они идут, то наступают кризис и выгорание – ведь теоретические статьи по марксизму можно писать десятилетиями, точно так же десятилетиями можно помогать пенсионерам, издавать книжки, развивать профсоюзы и делать что угодно ещё. Да, конкретное полезное дело помогает удержаться от соблазнов – но ведь оно только одно, и от создания дееспособной партии, вступившей бы в реальную политическую борьбу, даже самый успешный котоспасательный проект отделяет пропасть. Не конец, но глухой безысходный тупик.
6. Крайняя сложность объединительных процессов. Если коллектив и его руководители прошли через все ужасы левацкого пути плотно спаянным отрядом и обрели в конце блистательно работающее предприятие и большую группу отлично организованных квалифицированных кадров, то, как только что было сказано, далее потребуется переходить от узкой специализации к широкой – вбирать в себя проекты других направлений, объединяться с такими же успешными, как они, коллективами. А это отдельная невыполнимая задача. У каждого начальника будут свои амбиции – и теперь не только потому, что в начальники попадают преимущественно амбициозные люди и каждый хочет порулить, как принято в сетевом левацком болоте, а ещё и потому, что каждый действительно добившийся коммунистического успеха начальник никому другому доверять уже не будет – «я вон какое дело провернул, а этим разве можно доверить выстраданное мною дело?». Снова тупик. Не менее глухой и безысходный.
И вот что со всем этим можно сделать, я не знаю. Ну то есть частности-то поправить – задача относительно (но лишь относительно!) лёгкая. Так, для нашего примера – достаточно научиться распознавать нарциссов и пришибать их на взлёте, а ещё обязательно развивать в организации горизонтальные связи помимо вертикальных, не надеясь причём, что для этого будет достаточно горизонтального трёпа в чатике. Но перечисленные мною только что препятствия, проблемы и соблазны более общего характера никуда от этого не исчезнут. Равным образом, просто сидеть ждать на диване революционного подъёма в обществе тоже бесполезно. Можно сколько угодно надеяться на то, что вот ужо поднимется рабочее движение, сорганизуется в стальные батальоны пролетариата и прихлопнет всех буржуев набитым трудовым кулачищем, но: а) я думаю, вы и сами понимаете, что это чушь, б) готовить почву под завтрашние успехи мы так или иначе должны своими действиями прямо в сегодняшнюю глухую (а ведь объективно не столь уж и глухую) эпоху.
Поэтому на текущий момент остаётся одно – продолжать пытаться создавать практические проекты, продолжать пытаться объединяться хотя бы на уровне десятка леваков и сплачивать их организованностью и пожизненной дружбой, продолжать осваивать конкретные маленькие дела, помня при этом о нашем общем большом деле. О преодолении будущих неразрешимых проблем следует думать не на диване, а преодолевая одновременно вполне разрешимые проблемы начального этапа самоорганизации. Не можете сами так активничать – продолжайте искать коллективы, достойные вашей хотя бы эпизодической помощи. Делайте по возможности добрые дела хоть бы даже и в одиночку. Поменьше ругайтесь друг с другом в интернетах из-за всякой чепухи. В конце концов (должен же я тоже вставить рекламную интеграцию?!), позвоните Марии (телефон справа вверху) и спросите, не нужна ли её котикам какая-нибудь помощь – хоть практическая, хоть денежная. Вот реально, там ваши донаты не отправятся на прокорм нарцисса, а пойдут на благо кошкам, собакам и людям, на уменьшение объёмов страдания и увеличение объёмов счастья в этом мире, я гарантирую это. Мы все можем понемногу объединяться на базе самых разных практически полезных добрых дел. Преодолевать тотальную атомизацию и недоверие друг к другу, отсекать злонамеренные элементы, учиться коллективному действию, хотя бы в малых формах для начала. И вот только через это в будущем и организуются стальные батальоны пролетариата, направляемые своим авангардом – большевистской партией. Внезапного самозарождения всего этого не будет никогда. Хотя бы потому, что коллективизму в сегодняшнем мире необходимо учиться специально. И только люди, наученные коллективистской практикой конкретных дел, смогут как объединяться затем в более крупных масштабах, так и выдвигать более подходящих для большого дела лидеров, а равно контролировать их.
Отрясаю прах некогда любимого мною «Трибуна» от ног своих и перехожу к новому этапу своего барахтанья в левом болоте. Таиланд по-жуковски нам не нужен. First we take Manhattan and then we take Berlin. Аминь.
Автор: Александр ХайфишВремя написания: 22 октября – 25 декабря 2023 годаВыражаю глубокую благодарность всем, кто помогал мне писать и распространять данную работу.