Миннезингеры

В конце XIIго века в землях, нынче именуемыми Германией и Австрией, не существовало интернета, телевидения и радио. Как не существовало и 2х выходных в неделю, восьмичасового рабочего дня установленного для подавляющей части населения (а также социальных гарантий и прочих атрибутов современного государства Евросоюза). Досуг людей того времени был минимален по сравнению с веком нынешним, что, впрочем, не делало обитателей Средневековья менее счастливыми чем мы. Да, жили чаще всего на одном месте (особенно крестьянство и ремесленники), занимались одним и тем же от поколения к поколению, и мысли о том отелится ли корова, и будет ли урожай, занимали людей больше, чем какие-то мировые проблемы или вопросы государственного масштаба, типа "Карл Лысый - наш президент". Общество делилось на сословия и утверждение о том что «каждому – свое» имело под собой совершенно не тот подтекст, с каким оно использовалось на немецкой земле с 1933 по 1945 годы.

Итак, что же это означало в веке XIIм? Да все просто: мужичью – земля, скот и обывательская тишина, а благородному рыцарю – добрый конь, доспехи, и парочку каких-нибудь эпических сражений для галочки в личном деле (про духовенство не говорю вообще ничего). С грамотностью в те годы было не совсем гладко, ибо зачем, например, крестьянству уметь читать? Ну а феодалу оно на кой, ему итак хорошо, а что не ясно если, то какой-нибудь штатный монах при замке растолкует и напишет!

Конечно же, народ на разных уровнях развлекался как мог, чаще всего в базарный или в воскресный день, когда заезжие артисты-гастролеры устраивали благодарным горожанам представление с кучей пошлости, и нецензурщины. До поры до времени благородные господа также являлись ценителями подобного творчества.

Однако, постепенный вход образования в жизнь правящего сословия стал немного менять их мировосприятие. Душа просила прекрасного! Песен и стихов не о том как кто-то обделался или потерялся в трех соснах и "пришлепал" домой оказавшись в пикантной ситуации, но о том сколь обворожительна прекрасная дама, как благороден и храбр сюзерен и «богохранимая» сторона.
Так и появились миннезингеры, образ прекрасной дамы у которых был более востребован, и во многих стихах является определяющим творчество.

Таким образом, миннезанг стал поэзией средневековой элиты. Поэзией, где «прекрасная дама» воспевается просто за то что она есть на этом свете, что она живет, ходит, улыбается, и уже тем обязывает служить себе. Никаких укоров в её сторону. Даже в случае отказа, даже в случае если она поступила не сообразно своему сословному происхождению. Ей прощалось все, в том числе коварство и ложь. «Судьба» её в этом направлении отдавалась исключительно на откуп слушателей/читателей.
Как пример в данную тему приведу стихи фон Кюренберга, вот посмотрите:

«…Зачем сулишь мне горе, любимая моя?
С тобою распростившись, умру в разлуке я.
Мою любовь покину,
Моим суровым ближним истину явив:
Твоей любовью жизнь красна, любовью был я жив…»

или

«…Пренебрегать негоже другом дорогим.
Разумно и похвально не расставаться с ним.
Люблю я, как умею,
Я с другом не расстанусь, покуда друг мне мил,
А тот, о ком я говорю, такой же, как и был…»

Хм, а в наше-то время иные ассоциации на счет «друга дорогого»….

Или вот, более ярко по данной тематике, стихотворение барона Дитмара фон Айста

Служил я даме верно и послушно.
И с нею рядом был я как в раю.
Она же отвергала равнодушно
Мою любовь и преданность мою.
О, светлая печаль! Ей меня ничуть не жаль.
Не забыть ее вовеки ни в одном краю!

Она сказала мне, что полюбила
Прекраснейшего рыцаря. Он смел.
Она в него свои мечты вселила,
И он ее душою завладел.
О, светлая печаль! Ей меня ничуть не жаль.
Безысходная кручина! Тяжкий мой удел!

И сам не знал, что буду я несчастен.
Но лишь тебе одной хочу служить.
Вот так кораблик кормчему подвластен.
И без тебя я не сумею жить.
О, светлая печаль! Ей меня ничуть не, жаль.
Буду тосковать и плакать, горестно тужить!

Миннезингеры, также, пели о своих воинских походах, ибо старались передать ровно все то что они видели. Воспевалась личная храбрость вассала, боевое товарищество, а так же мудрость и решительность собственно сеньора, за которым рыцари шли в бой. Защита католической веры, следование отеческим заветам высшего духовенства при исполнении воинского долга (а что тут странного? Вспомните о том, зачем нужны были крестовые походы и какая основная цель ставилась!), все это средневековые поэты старались запечатлеть как для потомков, так и для современников, ибо кому не хочется быть прославленным в веках!
В тематику вышеописанного – стихи Освальда фон Волькенштейна, поэта, чьё творчество венчало эту славную эпоху, хоть он и жил в те годы, когда это явление, в целом, уже прекратило свое существование:

«Ату их!»—Лионгарт фон Волькенштейн,
И Освальд, и Георг фон Волькенштейн
Так сорвались, оставив Грёйфенштейн,
Что смельчаки от страха дали деру.

Мы не дали опомниться врагам
И по горам прошли, как ураган.
К чему мечи и шлемы дуракам?
Что им в обузу, нам придется впору!

А их лачуги, утварь и зерно
С полями мы спалили заодно,
Ты, герцог Фридрих, наш должник давно,—
Так расплатись сполна по уговору!

От перестрелки звон стоял в ушах.
Вблизи Раубенштейна в камышах
Схватился кое-кто на бердышах
И был пробит болтом из арбалета.

Крестьяне из Сент-Йоргенской земли —
Канальи! — нас едва не обошли,
Но нам раубенштейнцы помогли —
Да будет верной выручка соседа!

Метание и гром, пальба и гам.
Мышиный треск пошел по чердакам.
А ну, на корм их красным петухам,
Живее, рыцарь, смерть или победа!

Уже зарнтальцы, йенцы, всякий сброд,
Спешили с гор, а мельтенцы в обход,
Но мы их силу в слабость обратили:
Коней поворотили — и вперед!

В числе миннезингеров были как представители аристократии, так и лица с более скромным статусом, но имевшими, тем не менее личный дворянский герб (правда, наличие герба не всегда могло свидетельствовать о наличии, также, рыцарского замка, ибо по тогдашнему наследственному праву не все сыновья получали "свой комплект" при разделе имущества, поэтому такие рыцари были чаще всего в услужении у более знатных сеньоров и завидными женихами не являлись).

Как это ни печально, но миннезанг убила суровая действительность, ибо развивающееся общество в итоге было заполонено бытовыми проблемами, глупостью разных деятелей, и, главное, романтика перестала быть востребованной! У рыцарей появились иные заботы, и возможность снискать себе славу где-то, кроме поля боя, стала привлекать намного больше. Да и бескорыстное (!!!!) почитание любимой женщины сменилось прагматичным вопросом «А на кой?».

С уважением ко всем прочитавшим,
Хандога Дмитрий

https://vk.com/catx2 (наш авторский паблик. заходите, рады всем!)

https://vk.com/kaiserundallah (наши партнеры)