Джордж Гордон Байрон или «Тираны давят мир, — я ль уступлю?»
Наш сегодняшний персонаж появился на свет 22 января 1788 года в Лондоне, в аристократической семье. Про таких как Джон Байрон (отец) говорят: «у этого человека из положительных качеств только реакция Вассермана», и с этим невозможно не согласиться: будучи офицером британской армии первую свою жену он, отбив предварительно у мужа, «пустил по миру» и довел до смерти.
Дочерью от первого брака, Августой, не занимался никак, а когда понял что ему все ещё хочется пожить (и очень красиво), женился на Кэтрин Гордон, матери нашего героя. Впрочем, леди Кэтрин была «той ещё штучкой», но это не помешало бравому капитану оставить без средств и её. В итоге, когда у Кэтрин кончились деньги, то у Джона ВНЕЗАПНО прошла к ней любовь (ага! бывают же такие неожиданности!). Признав, что их взгляды на жизнь «диаметрально противоположны», супруги решили разойтись каждый в свою сторону света.
Таким образом, мать берет своего маленького сына и увозит в шотландский город Абердин. Я не зря назвал Кэтрин Гордон «той ещё штучкой», ибо она была достаточно сурова в обращении со своим ребенком, который, кстати, страдал хромотой. Вместо того что бы сказать ему что-то вроде: «Джордж, сынок, не печалься, ты все сможешь, ты справишься, ты ж у меня сильный!», она говорила «ну что, хромой, спляшем?» - или как-то так.
Прожив несколько лет в Абердине, они получают известие об открытии наследства (по смерти одного из родственников) и мать с сыном уезжают в Ньюстедское аббатство в Ноттингемском графстве. То, что они, приехав, увидели, очень удручало, а денег все это восстанавливать у матери-одиночки не было. Поэтому территория вместе с помещениями сдавалась в аренду, а жить решили в Саутвелле. Тем не мене, Ньюстедское аббатство произвело на маленького Байрона достаточно сильное впечатление, которое впоследствии он, при отъезде на учебу, описал таким образом:
«Ньюстед! Ветром пронизана замка ограда,
Разрушеньем объята обитель отцов.
Гибнут розы когда-то веселого сада,
Где разросся безжалостный болиголов.
Воет ветер; трещит от любого порыва
Щит с гербом, говорящий в унынии нам
О баронах в броне, что вели горделиво
Из Европы войска к палестинским пескам.
Роберт сердца мне песней не жжет раскаленной,
Арфой он боевого не славит венка,
Джон зарыт у далеких твердынь Аскалона,
Струн не трогает мертвого барда рука.
Спят в долине Креси Поль и Губерт в могиле,
Кровь за Англию и Эдуарда пролив.
Слезы родины предков моих воскресили;
Подвиг их в летописном предании жив.
Вместе с Рупертом в битве при Марстоне братья
Бились против мятежников - за короля.
Смерть скрепила их верность монарху печатью,
Напоила их кровью пустые поля.
Тени предков! Потомок прощается с вами,
Покидает он кров родового гнезда.
Где б он ни был - на родине и за морями
Вспоминать вашу доблесть он будет всегда…..»
Учась же в закрытой школе в Харроу, наш герой времени даром не терял: помимо познания иностранных языков умудрился безумно влюбиться в некую Мэри Чаворт, бывшую его на пару лет старше, но вот умней ли – сложно сказать.
Их отношения закончились ничем и дело тут не в хромоте молодого лорда, которую, к слову, он достаточно неплохо излечивал, а в том что…. Да какая, собственно, разница уже? Если очень интересно, то могу предположить, что имела место быть кровная вражда ибо её отца убил кто-то из Байронов. Однако думаю, что речь шла, скорее, о несовместимости характеров молодых людей. Это сильно опечалило Джорджа, да так, что, узнав о её замужестве, он написал:
«Бесплодные места, где был я сердцем молод,
Анслейские холмы!
Бушуя, вас одел косматой тенью холод
Бунтующей зимы.
Нет прежних светлых мест, где сердце так любило
Часами отдыхать,
Вам небом для меня в улыбке Мэри милой
Уже не заблистать»
Как трогательно, не находите?
Что ж, детство проходит, появляются иные цели в жизни и Байрон отправляется далее получать образование в Кембридж, где становится прекрасным спортсменом. Учитывая его телесный дефект – это правильное решение! Здесь же он приступает к активной творческой деятельности, в печать выходят его первые сборники. В этот же период он сталкивается и с обидной критикой, которая, впрочем, не останавливает его.
Мне сложно понять на какие доходы жил Джордж Гордон Байрон, но, видимо, о хлебе насущном вопроса остро не стояло, потому что в 1809 году он отправляется в путешествие (Португалия, Испания, Греция, Турция), которое, в итоге, длилось 2 года. Тогда же поэт даст такую характеристику увиденному, например, в Испании:
«Не говорите больше мне
О северной красе британки;
Вы не изведали вполне
Все обаянье кадиксанки.
Лазури нет у ней в очах,
И волоса не золотятся;
Но очи искрятся в лучах
И с томным оком не сравнятся.
Испанка, словно Прометей,
Огонь похитила у неба,
И он летит из глаз у ней
Стрелами черными Эреба.
А кудри - ворона крыла:
Вы б поклялись, что их извивы,
Волною падая с чела,
Целуют шею, дышат, живы...
Британки зимне-холодны,
И если лица их прекрасны,
Зато уста их ледяны
И на привет уста безгласны;
Но Юга пламенная дочь,
Испанка, рождена для страсти -
И чар ее не превозмочь,
И не любить ее - нет власти...»
Уверен, что он знал то, о чем писал!))
Жилось ему, видимо, не так уж и плохо вдали от «зимнее-холодных британок», но известие о тяжелой болезни матери заставило его вернуться в Англию…Увы: Кэтрин Гордон умерла в одиночестве. Мать есть мать: какие бы отношения не были, кто бы как на кого не обижался, но это, все же, был единственный родной ему человек и, потому, печали милорда не было предела. Какое-то время он ведет уединенный образ жизни, но перешедшее ему по наследству место в Палате Лордов кардинально меняет обстоятельства. Вместо того что бы тихо дремать или сдавленно зевать на заседаниях, Байрон начинает активно выступать в защиту простого народа занятого на производстве.
О чем я? Ну, дело в том, что чем совершеннее оборудование – тем меньше рабочих рук требовалось на производстве. Как итог: многие работяги оставались без работы и средств к существованию и им было нечем кормить свои семьи. Возьмите поправку на то, что тогда не было права социального обеспечения и трудового законодательства как такового. Оставшись без работы по сокращению, ты просто выгонялся «мокрыми тряпками на мороз» без каких-либо дополнительных выплат. Поэтому рабочие начинали просто-напросто громить оборудование, а Правительство внесло в Парламент закон, предусматривающий за умышленную порчу станков квартальную премию смертную казнь.
Против этого нормативного акта Байрон и выступал. Пламенно. Искренне. Убежденно. Без толку. Ибо когда частный капитал заинтересован, то его не остановит ничего!
Уж не знаю, скучно лорду Байрону жилось или нет, но связал он себя в январе 1815 года узами брака с Аннабель Мильбенк.
Быть может, эти строчки он написал своей будущей жене, которую добивался продолжительное время:
Она идет во всей красе -
Светла, как ночь ее страны.
Вся глубь небес и звезды все
В ее очах заключены,
Как солнце в утренней росе,
Но только мраком смягчены.
Прибавить луч иль тень отнять -
И будет уж совсем не та
Волос агатовая прядь,
Не те глаза, не те уста
И лоб, где помыслов печать
Так безупречна, так чиста.
А этот взгляд, и цвет ланит,
И легкий смех, как всплеск морской,
Все в ней о мире говорит.
Она в душе хранит покой
И если счастье подарит,
То самой щедрою рукой!
У пары родилась дочь, Ада Августа, впоследствии талантливый математик (в маму пошла).
Сразу с началом семейной жизни они друг друга возненавидели или чуть погодя, я сказать не могу, но факт есть факт: через год, в январе 1816го, они разошлись. Предполагаю, что у них были серьезные идеологические несовпадения, потому что супруга Байрона была дамой старых убеждений и считала, что верноподданному, дворянину и аристократу «не с руки» критиковать родное и любимое Правительство. Нормальные люди разводятся по-тихому, но родители Аннабель из этого действа устроили такое шоу, что милорд решил покинуть Англию, чтобы вернуться туда только вперед ногами.
Во время своих скитаний по Швейцарии и Италии он наконец-таки встретил свою любовь, которой оказалась Тереза Франсуаза Олимпия Гамба (графиня Гвиччиоли), но «семейный» покой подействовал на него удручающе, и он решил уехать в Грецию, где попал ровно в начавшееся греческое восстание против турецкого владычества, в котором решил принять деятельное участие.
Однако, безуспешно. Предположу, что как греки недавно из ЕС выходили, так они и с турками в XIX веке воевали. В итоге, отдав немалую часть своих средств повстанцам, Джордж Гордон Байрон, 19 апреля 1824 года, скончался от лихорадки в возрасте 36 лет. Его забальзамированное тело было погребено в родовом склепе.
Я сознательно упустил на столько, на сколько это возможно интимные подробности жизни великого англичанина, ибо не считаю их тем, что может повлиять на личное восприятие его творчества.
С уважением ко всем прочитавшим,
Хандога Дмитрий
https://vk.com/catx2 (наш авторский паблик. заходите, рады всем!)
https://vk.com/kaiserundallah (наши партнеры)