Антихристианская сущность «морального кодекса строителя коммунизма»
Моральный кодекс строителя коммунизма — свод принципов марксистской морали, вошедших в текст третьей Программы КПСС, принятой XXII съездом (1961). 44 года Большевизма прошли без этого документа: это и гражданская война, и красный террор, и сталинизм, и концлагеря и многое другое. При чем КСК был благополучно выпилен из программы партии в 1986-м году. То есть этот документ появился довольно поздно и был удален из Программы Партии за 5 лет до развала СССР.
В целом КСК преследует утопическую цель создания «нового человека» — сознательного и активного борца за коммунизм, всесторонне развитого нового человека, свободного от пороков и пережитков старого общества.
Так ли он похож на Евангелие? Есть ли в Евангелии такие пункты, как: Преданность делу коммунизма, любовь к социалистической Родине, к странам социализма; высокое сознание общественного долга, нетерпимость к нарушениям общественных интересов; коллективизм; нетерпимость к врагам коммунизма, дела мира и свободы народов; братская солидарность с трудящимися всех стран, со всеми народами?
То есть ведущим принципом КСК является преданность делу коммунизма, любовь к социалистической Родине, к странам социализма. Среди других идеологических принципов, присущих массовым гностическим идеологиям, в КСК нашли отражение: глобализм (интернационализм), коллективизм, ненависть к порокам «старого мира», непримиримость к врагам коммунизма.
Нетерпимость к нарушениям общественных интересов совершенно анти-христианский пункт. Для христианина важны интересы Бога, Его воля, а не общественные интересы, которые могут привести к какому угодно злу. Провозглашаемый коммунистами коллективизм противоречит личной ответственности христианина перед Богом и общиной.
Революционная суть марксизма выражается в заповедях КСК, предписывающих ненависть и непримиримость к врагам коммунизма.
КСК отмечен определенной враждой к Христианству, которое фигурирует в качестве жестоких и циничных заповедей эксплуататорских классов. Заповедям Христа, которые разделяют людей на верующих и неверующих, праведных и неправедных, в КСК противопоставлены принципы коллективизма и гуманизма, выраженные в словах: «…каждый за всех, все за одного», «…человек человеку — друг, товарищ и брат».
Согласно В. И. Ленину, на положения которого опирались коммунистические «моралисты» хрущевской эпохи, большевики отрицают мораль, отрицают нравственность в том смысле, в каком проповедовала ее буржуазия, которая выводила эту нравственность из велений Бога. «Всякую такую нравственность, взятую из внечеловеческого, внеклассового понятия, мы отрицаем. Мы говорим, что это обман, что это надувательство и забивание умов рабочих и крестьян в интересах помещиков и капиталистов. Мы говорим, что наша нравственность подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата».
КСК является отдаленным потомком идей эпохи Просвещения, когда заповеди разума и новой всечеловеческой морали должны были заместить Христианские заповеди, хранимые Церковью. Так, Жан-Жак Руссо хотел, чтобы в каждом государстве существовал моральный кодекс, нечто вроде исповедания гражданской веры, которое содержало бы в положительной форме те общественные максимы, которые всякий должен признавать, и в отрицательной форме нетерпимые максимы, которые следует отвергать не как безбожные, а как мятежные.
Светская религиозная суть КСК служит общей идеологической почвой для объединения верующих и неверующих. Член фракции КПРФ в Госдуме III и IV созывов Александр Шульга утверждал, что принципы морального кодекса строителей коммунизма во многом тождественны установлениям Христа, данным Им в Нагорной проповеди. Признающие этот тезис верующие могут быть приняты в коммунистическую партию. «Светская религиозность» КСК в данном случае не просто чисто внешнее стилистическое оформление, но оно придано людьми, имеющими атеистическое представление о религии.
Председатель общественно-политического движения «Союз» Георгий Тихонов (1934-2009) проповедовал:
«Если вы читали Коран, то знаете, что он проповедует социалистические ценности. То же самое можно сказать и про Евангелие. Я беседовал с церковными иерархами и те соглашались, что положения, записанные в моральном кодексе строителя коммунизма и изложенные в 10 христианских заповедях, суть одно и то же. Я их спрашивал: «А какой по-вашему политический строй в раю? Там же настоящий коммунизм! Поэтому нам надо искать не различия, а то, что нас объединяет».
С «новыми» коммунистами согласны и представители модернизма. Виктор Тростников:
«Недавно я случайно наткнулся на «моральный кодекс строителя коммунизма» – ну почти Евангелие! Пишут, что надо любить ближнего, быть самоотверженным, бескорыстным, не прелюбодействовать, и прочее в этом духе…»
Православный писатель Николай Коняев находит, что в «Моральном кодексе строителя коммунизма» изложены все библейские заповеди, кроме первой — «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим».
Общая посюсторонняя вера, т.е. идеология, появляется, когда воззрениями на КСК обмениваются марксисты-ревизионисты и «православные» модернисты. Возникают общие идеологемы: коллективизм, глобализм, критика православного Христианства за его неотмирность, революция как путь преобразования старого человека в «нового человека» массовых идеологий.
В результате глава КПРФ Геннадий Зюганов утверждает:
«Я считал и считаю, что первым коммунистом был Иисус Христос, Нагорная проповедь написана не хуже «Морального кодекса строителя коммунизма».
Собственно, «Моральный кодекс строителя коммунизма» списали с Нагорной проповеди.
Наталья Нарочницкая, близкая одновременно светскому «христианству» и реформированному марксизму, сообщает фиктивные сведения:
«Моральный кодекс строителей коммунизма целиком списан с заповедей и по сути повторяет евангельские ценности».
И ревизионистов, и модернистов привлекает в МК то, что в нем отсутствует привязка к абсолюту, в отличие от заповедей, которые даны Благим Богом. Нормы МК порождены сиюминутными обстоятельствами, конкретной ситуацией в обществе, а не даны свыше и извне человека. Поэтому вопросы добра и зла решаются в духе ленинизма, когда хорошо то, что полезно в земном плане для «интернационального рабочего класса», т.е. на самом деле — для партии.
Как утверждает Большая советская энциклопедия, «в противовес абстрактному содержанию моральных кодексов прошлого, претендовавших на выражение вечных и неизменных «добродетелей», МК строителя коммунизма объективно обусловлен существующими общественными отношениями, носит конкретно-исторический характер, отражает степень и форму распространения новых нравственных норм, высокую моральную культуру социалистического общества и определяющие тенденции нравственного развития личности в условиях перехода к коммунизму».
Священное Писание не только предписывает заповеди, но верующему Бог дает благодатные силы их исполнять. В случае КСК даются нормы, исполнимые своими силами внутри тоталитарного коллектива, что также близко модернизму, который учит о синергии, то есть спасении человека собственными усилиями.
В КСК образы религии применены для изложения политических тезисов коммунистической идеологии. В постсоветском идеологическом пространстве происходит обратное: коммунистическая образность употребляется для изложения модернистских, секулярных взглядов в области религии. Такое слияние Программы КПСС и Священного Писания может происходить только в голове человека, чей ум и совесть поражены гностицизмом.
Непосредственное сравнение КСК с Евангельскими или ветхозаветными заповедями невозможно ни в каком отношении. Если рассматривать Слово Божие в православном смысле, а «Кодекс» в коммунистическом, то между ними не будет ничего общего.
И снова уточним по пунктам отличия:
1) «Честность и правдивость, нравственная чистота, простота и скромность в общественной и личной жизни»
Нравственная чистота в коммунистическом понимании совершенно не тождественна христианской, а прямо ей противоположна. Так, для коммунизма высшей ценностью является партия и социалистическая Родина. Так что нравственно все то, что в интересах партии, и безнравственно все то, что вредит партии и социалистической Родине. Так что нормой у коммунистов было стучать на соседей, расстреливать врагов народа и воевать с капиталистами;
2) «Братская солидарность с трудящимися всех стран, со всеми народами. Гуманные отношения и взаимное уважение между людьми: человек человеку друг, товарищ и брат»
У христиан нет братской солидарности с язычниками, еретиками и атеистами. Гуманное отношение между людьми — общий для многих религий пункт. В Евангелии братьями и сестрами названы только христиане. Не принимающих Христа Сам Христос не назвал Своими братьями:
«…И некто сказал Ему: вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? И, указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь»
Евангелие от Матфея. 12:47-50
Полный текст кодекса строителя:
Преданность делу коммунизма, любовь к социалистической Родине, к странам социализма.
Добросовестный труд на благо общества: кто не работает, тот не ест.
Забота каждого о сохранении и умножении общественного достояния.
Высокое сознание общественного долга, нетерпимость к нарушениям общественных интересов.
Коллективизм и товарищеская взаимопомощь: каждый за всех, все за одного.
Гуманные отношения и взаимное уважение между людьми: человек человеку друг, товарищ и брат.
Честность и правдивость, нравственная чистота, простота и скромность в общественной и личной жизни.
Взаимное уважение в семье, забота о воспитании детей.
Непримиримость к несправедливости, тунеядству, нечестности, карьеризму, стяжательству.
Дружба и братство всех народов СССР, нетерпимость к национальной и расовой неприязни.
Нетерпимость к врагам коммунизма, дела мира и свободы народов.
(источник: https://orthoview.ru/antixristianskaya-sushhnost-moralnogo-kodeksa-stroitelya-kommunizma/)