Приграничье: не мирная жизнь прифронтовой России
Статья опубликована в Вестнике Аналитического центра ТАСС «Россия. Юго-Запад» №45
Ситуация в приграничных регионах России остаётся крайне напряжённой. В Брянске вечером 10 марта произошла самая массированная атака ВСУ за всё время обстрелов области: они нанесли удар по центру города семью крылатыми ракетами Storm Shadow. Погибли семь человек, 42 получили ранения, девять из них в тяжёлом состоянии эвакуированы в Москву. Разрушения масштабны: повреждены 33 объекта экономики, более 20 многоквартирных домов и свыше 200 квартир, а также стоматологическая поликлиника, автомастерская и более 20 единиц транспорта. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что эта атака была невозможна без участия британских специалистов. Официальный представитель МИД России Мария Захарова назвала удар преднамеренным и потребовала от ООН дать реалистичную оценку этому нарушению международного гуманитарного права, предупредив, что молчание будет расценено как потакание террористическим действиям. Следственный комитет России возбудил уголовное дело по статье 25 УК РФ «Террористический акт».
По ежедневной интенсивности атак ВСУ печальное лидерство сохраняет Белгородская область. За минувшие выходные, по данным губернатора Вячеслава Гладкова, в результате ударов ВСУ погибли два человека и 19 получили ранения, причём только за сутки 10 марта регион атаковали 153 беспилотника – удары пришлись на десятки населённых пунктов в 13 районах области. Системный характер угрозы подтверждается масштабом разрушений: в настоящий момент федеральная помощь требуется для восстановления 262 многоквартирных домов, пострадавших от атак. Особенно тяжёлым стал массированный ракетный удар 7 марта: ВСУ серьёзно повредили объекты энергетической инфраструктуры Белгорода, что привело к масштабным перебоям с электричеством, водой и отоплением.
Под постоянным огневым давлением находится и Курская область. Губернатор Александр Хинштейн сообщал, что с 6 по 7 марта в регионе пострадали три мирных жителя в Глушковском и Хомутовском районах, а всего над областью сбили 35 вражеских дрона. За сутки 10 марта над регионом сбит 41 беспилотник, ВСУ 30 раз обстреливали отселённые районы из артиллерии, а в результате удара по объекту энергетики около пяти тысяч человек остались без электричества. С 12 по 13 марта украинские войска атаковали регион 62 беспилотниками и 96 раз применяли артиллерию.
Обозреватель Аналитического центра ТАСС Ирина Альшаева разбиралась, как живёт приграничье в условиях постоянной угрозы и почему военное положение в этих территориях — закономерная мера, без которой становится всё сложнее обойтись.
«Невидимки», Пикуль, кошки-мышки
Политик и посол по особым поручениям МИД РФ Родион Мирошник накануне отметил в беседе с ТАСС, что на минувшей неделе в результате действий ВСУ пострадали более 150 человек, из них более 50 людей — жители Белгородской области. Он подчеркнул, что уровень и опыт выживания в регионе требует особого внимания и уважения:
Действительно, в Белгородской области ведётся комплексная работа, охватывающая физическую защиту инфраструктуры, внедрение технических средств, перестройку социальной сферы и оперативное реагирование на меняющиеся угрозы. В первую очередь, большое внимание уделяется созданию укрытий: на сегодняшний день в регионе установлены более 2 500 защитных сооружений, причём их размещение постоянно корректируется в зависимости от сезона и текущей оперативной обстановки. По данным Управления ГоЧС Белгородской области, в Белгороде установлены 550 так называемых бетонных комнат, в Белгородском районе — около 800.
Как рассказал обозревателю АЦ ТАСС волонтёр, участник белгородской Добровольной народной дружины (ДНД) Евгений Бакало, есть и укрытия из блоков - без верхнего перекрытия, также - с января 2024 года мешками с песком обложены остановки общественного транспорта.
«Но за два года все мешки рассыпались и находятся в жалком состоянии — нужно менять. Также в подъездах жилых домов монтируются контроллёры для экстренного открывания дверей (уже внедрены более 6 тыс), которые срабатывают при сигнале ракетной опасности, а ключи от подвалов выдаются жильцам на руки. В каждом бетонном укрытии есть навигация, указание где аптечка. экстренные телефоны и инструкция оказания первой помощи», — рассказал Бакало.
Власти Белгородской области реализуют и масштабную программу по защите зданий: окна социальных учреждений оклеиваются специальной бронеплёнкой (уже обработано более 60 гектаров стёкол), а сами объекты закрываются антидроновыми сетками.
«В Белгороде практически все организации (детские сады, школы, медучреждения, МФЦ) работает штатно. Причём, гражданская медицина в регионе отделена от военной — они не пересекаются, в поликлиниках и больницах для пациентов всё так же, как и было до 2022 года. При опасности же все уходят в укрытия или коридоры. Примечательно, что многие учебные заведения укрыты противодроновыми сетями. Сейчас используют не плетёные, а пластиковые. Они намного дешевле и на просвет и издалека почти не видимы. Раньше проводились тренировки эвакуации, сейчас они не нужны: все уже научились, а то и не всегда вообще эвакуируются. Например, при дроновой опасности. Дроны, в отличие от ракет, не такие быстрые и у нас — всегда единичные. Кстати, в школах проходят дополнительные занятия по эвакуации и оказанию первой помощи себе и ближнему. А на уроках труда дети делают для солдат окопные свечи, пишут им письма и собирают посылки, режут ленты для масксетей. На уроках физкультуры ведутся военно-прикладные занятия», — сказал Бакало.
Вообще, безопасности детей и организации учебного процесса уделяется особое внимание. Для каждого учебного заведения разработаны безопасные маршруты, которые выглядят как «дом — укрытие — школа — укрытие — дом». В периоды наибольшего обострения обстановки власти даже рекомендуют родителям по возможности оставлять детей дома, напоминая, что существующие меры не могут гарантировать их абсолютную безопасность. Параллельно ведётся масштабное обучение населения: курсы первой помощи прошли уже 190 тысяч жителей Белогорья, включая педагогов, медиков и работников управляющих компаний.
Приоритетное внимание власти уделяют поддержанию работоспособности систем тепло- и электроснабжения: по состоянию на начало отопительного сезона тепло было подано практически во все многоквартирные дома — в 4648 из 4652, а также в подавляющее большинство социальных объектов, хотя в 16 учреждениях пуск тепла пришлось временно приостановить из-за оперативной обстановки; для обеспечения бесперебойной работы критически важной инфраструктуры в регионе создан мощный резерв генераторов, общее количество которых превысило 5 тыс единиц, причём значительная часть оборудования распределена по муниципалитетам, а резерв МинЖКХ и МЧС насчитывает 142 единицы. Помимо закупок за счет областного бюджета, регион получает помощь из федерального центра — например, из государственного резерва поступило 69 источников энергоснабжения, о чем сообщал Гладков в ноябре 2025 года, а в марте 2026 года правительство РФ дополнительно выделило почти 500 млн руб на приобретение ещё не менее 310 генераторов для наиболее пострадавших населённых пунктов. Также в регионе регулярно проходят учения по гражданской обороне, в ходе которых отрабатываются алгоритмы подключения многоквартирных домов, социальных и критически важных объектов к резервным источникам питания, что имеет решающее значение для поддержания нормальной жизнедеятельности населения.
Однако, генераторы, которыми обеспечены многоквартирные дома Белгорода, не всегда включаются в работу. Как рассказала обозревателю АЦ ТАСС жительница Белгорода Елена Нефёдова, оченеь частые отключения света происходят с 8 января.
«Мы с мужем живём в районе Крейда в восточной части Белгорода. Из своего окна вижу огромный промышленный генератор. Но если свет отключают, аварийного переподключения не происходит. В 4 утра 8 марта был обстрел, свет выключили и дали его в 5 вечера следующего дня, и так — часто, особенно на праздники. Неудобно, но у нас хотя бы не пропадает вода. Отопление индивидуальное. Но если света нет, и его не будет. Но газ есть. В январе был сильный мороз: когда совсем замёрзли, включали конфорочку — света не было 7 часов. Но другие районы Белгорода, которые имеют отношение к центральному отоплению, безусловно, в более худшей ситуации. Мы купили, как и многие земляки, пауэрбанк на 30 тысяч единиц. На двоих нам хватает, ещё не было такого, чтобы мы остались совсем без гаджетов. В смартфоны загружены фильмы, книги. Я перечитываю Валентина Пикуля. Но, на самом деле, Белгород — геройский. И не всем так везёт, как нашей Крейде. И по два, и по три дня люди сидят без света и отопления. Это очень прискорбно», — рассказала Нефёдова.
Прискорбно, но основная причина, по которой генераторы в многоквартирных домах Белгорода не включаются при отключении света — отсутствие автоматического ввода в сеть: большинство из них мобильны и требуют ручного подключения обученными специалистами. Главные трудности эксплуатации заключаются в необходимости безопасного доступа персонала к месту запуска под обстрелами, в невозможности запитать от одного генератора весь дом (только критически важные узлы вроде насосов отопления), а также в рисках, связанных с хранением топлива и тем, что работающий генератор может привлекать внимание беспилотников.
Что касается коммунальных платежей, то в Белгородской области там, где люди отселены или они проживают частично, дана отсрочка платежей и грядёт перерасчёт. Примечательно, что с 1 января 2026 года в России была проведена корректировка стоимости коммунальных услуг на 1,7% в связи с изменением базовой ставки НДС, однако официального повышения тарифов ЖКХ не происходило.
«В Белгороде свет, воду и тепло отключают периодами, а с газом в городе стабильнее. В районах, где сеть идёт над землёй, газ отключают, но работа по восстановлению уже налажена на высоком уровне. Есть мобильные группы с необходимыми материалами — запасом плёнки, утеплителя, фанеры. Они приезжают на места обстрелов в течении часа и всё сразу заделывают, главное — быстро закрыть тепловой контур. По восстановлению жилья: Гладков недавно отчитал строителей за то, что они не успевают по графику. Но их можно понять. Подрядчики делают, а обстрелы каждый день. Объёмы растут постоянно. И есть объекты, которые восстанавливали уже неоднократно», — рассказал Бакало.
В качестве новой меры безопасности регион приступает к созданию так называемых «антидроновых коридоров» вдоль дорог, перенимая успешный опыт Донецкой, Луганской, Херсонской и Запорожской областей.. Как отметил на днях Гладков, в этих регионах такая же активность дронов, как и в Белгородской области. «Направляю в те края своего заместителя Евгения Воробьёва с сотрудниками управления капитального строительства. Изучим опыт по строительству антидроновых коридоров. И как только погода позволит — начнём выполнять работу по установке опор и натягиванию сети, создавая безопасные коридоры по передвижению наших жителей. Крайне непростая работа, потому что вдоль дорог есть рельеф, расположены под землёй коммуникации, идут постоянные атаки противника. Поэтому работа крайне тяжёлая, но мы понимаем, что в наших условиях необходимо выполнить её в максимально короткие сроки», — написал Гладков в своём Telegram-канале.
Оперативное управление и правовая база также подстраиваются под реалии войны. Губернатор Белгородской области регулярно выпускает постановления, вводящие дополнительные меры по усилению охраны общественного порядка, а работа экстренных, аварийных и коммунальщиков служб полностью перестроена с учётом опыта ликвидации последствий атак беспилотников.
«Конечно, работы у служб масса и ребятам не позавидуешь. Они выполняют и регулярную работу, такую как профилактика пожаров, осмотры, проверки, учения. И — участвуют в ликвидации последствий обстрелов — это серьёзная нагрузка на тех же спасателей», — рассказал Бакало.
А один из спасателей поделился с обозревателем АЦ ТАСС, что в Белгородской области нашли своеобразный выход, и в результате ГоЧС это даже не МЧС. «Выслуга в ГоЧС своя, а не государственная, звания не идут — работающие там имеют статус гражданских лиц. А в МЧС — только начальство, и с выслугой, и со званиями всё в порядке. Но мы с коллегами загружены по полной и постоянно: ни одной смены не обходится без ЧП и обстрелы каждый день», — рассказал спасатель.
И им, в том числе, помогают участники ДНД. По словам Бакало, задачи ежедневные: бойцы ДНД всегда на связи, готовы в течение часа по первому требованию выехать на точку для выполнения задач. Среди них: эвакуация, сопровождение, вывоз упавших боеприпасов, их осколков или дронов. Помогают они и УВД в поиске людей, улик, останков, прочёсывании местности.
«Из нового в борьбе с дронами — у нас появилось спецоборудование. Блок, не буду говорить его название, который закрывает небо: сканирует определённый участок и из пушки даёт направленный радиоэлектронный луч в сторону цели. Бьёт хорошо, гасит всю электронику. На этом приборе ребята стоят целый световой день, каждый день — на новой точке. Играем с противником в кошки-мышки: он тыкаются дронами в разные места, а наши эти места постоянно меняют и сбивают дроны. Сбития идут постоянно, у нас уже множество трофеев. Из неприятного: каждый день ловим штрафы, на них скидываемся. С оружием ездим своим, охотничьим - у нас по-прежнему нет статуса, адекватного фронтовой, де-факто, территории, и мы не можем, соответственно, вооружиться от МО, МВД или Росгвардии. А так как не у всех есть своё оружие, то часто экипаж едет не полностью вооружённый. И в случае необходимости это критично», — подчеркнул Бакало.
«Так нужно сделать»
Власти Курской области также выстраивают систему защиты населения, основанную на оперативном оповещении, масштабной помощи пострадавшим и непрерывной работе по разминированию . Ключевой элемент безопасности — региональная система оповещения о приближении беспилотников, усиливающаяся новым оборудованием в районах. Работа по разминированию колоссальна: группировка сапёров на пике достигала 2 500 человек, очищено 150 тыс га, обезврежено более 2,8 млн взрывоопасных предметов, включая мины, снаряды и фрагменты дронов. Причём добровольцы отряда «БАРС-Курск» только за одну неделю в феврале обезвредили 16 боеприпасов, а всего очистили свыше 11 га земли. Восстановление инфраструктуры осложняется, конечно же, продолжающимися атаками. Так, 27 февраля удар по энергообъекту в Беловском районе оставил без света 34 населённых пункта и привёл к гибели добровольца БАРС и ранению двух энергетиков. Но даже в этих условиях Курская область готова прийти на помощь жителям Белгородской: для них подготовлены пункты временного размещения на случай массовой эвакуации
Остро в Курской области стоят два вопроса: ежемесячные выплаты в размере 65 тыс руб жителям региона, пострадавшим при вторжении ВСУ и быт после реализации жилищного сертификата.
Президент России Владимир Путин в марте прошлого года марте прошлого года поручил Минфину выплачивать курянам безотносительно дохода каждого человека 65 тыс. руб. до полного освобождения региона. Правительство РФ выделило из своего резервного фонда 44 млрд. руб. на ежемесячные выплаты жителям Курской области, утратившим имущество в результате вторжения украинской армии 6 августа 2024 года (статью о ситуации с этими выплатами можно прочитать в статье обозревателя Аналитического центра ТАСС Ирины Альшаевой в Вестнике «Россия. Юго-Запад» № 23). А 26 апреля 2025 года начальник Генштаба Валерий Герасимов доложил Путину, что ВС РФ освободили Курскую область от вторгшихся ВСУ. В мае 2025 года губернатор региона Александр Хинштейн (тогда — врио) на встрече с Путиным попросил его сохранить выплату в 65 тысяч рублей для пострадавших от действий ВСУ жителей региона.
«Вами было принято решение о выплате 65 тыс руб ежемесячно тем, кто лишился своего имущества, и тем, кто находится сегодня в очень непростой ситуации. Попросил бы такую меру поддержки, по крайней мере, на текущий период, сохранить», — приведены слова Хинштейна на сайте Кремля.
«Согласен. Так нужно сделать», — ответил глава государства, отметив, что также предстоит увеличить группировку разминирования в регионе, чтобы люди могли быстрее вернуться к родным очагам.
Как рассказал обозревателю АЦ ТАСС депутат и общественник из Суджи Василий Ильин, выплаты в размере 65 тыс руб куряне получали с февраля по декабрь 2025 года. А в декабре прошлого первый вице-премьер правительства России Денис Мантуров провёл совещание, на котором сообщил о решении перераспределить ресурсы — выплатить по 65 тыс в декабре последний раз, а потом эти средства отправить «на другие мероприятия по жизнеобеспечению региона».
«Поручения президента должны соблюдаться: Правительство РФ, согласно статьям 115 Конституции РФ и 33 ФКЗ «О Правительстве РФ», не имеет права отменять их. «Безопасного возвращения» курян в свои дома не происходит, и не известно, когда будет. Куда перераспределены эти деньги — на празднование 1000-летия Курской области, может быть? Вовсе не своевременно, если так. Кстати, изначально они предполагались 114 тыс человек, то есть, всем: и кто оказался в оккупации ВСУ, и кто нет, что, конечно, не верно. Я думаю, федеральные власти обратят внимание на этот вопрос и ежемесячные выплаты возобновятся по справедливости и закону», — выразил надежду обозревателю АЦ ТАСС депутат и общественник из Суджи Василий Ильин.
Ведь эта сумма критически необходима жителям региона, утратившим своё жильё. Особенно учитывая то, что реализация жилищного сертификата связана с рядом трудностей. Первоначально его нужно было использовать в течение полугода с момента получения, но с 1 июля 2025 года, среди прочих изменений, были продлён срок действия сертификата и скорректированы ограничения по площади приобретаемого жилья. Тем не менее, его нельзя обналичить, нельзя купить жильё меньшей площади, чем указано в нём, нельзя и использовать оставшуюся часть суммы на приобретение мебели и бытовой техники. Всего за период с 2023 по 2025 года в дирекции по жилищным субсидиям Курской области рассмотрено свыше 17 тысяч заявлений от жителей пострадавших районов,.сертификаты на общую сумму 93,2 млрд руб получили более 15 тысяч семей, Сейчас реализовано 10 тысяч сертификатов на сумму 61,99 млрд рублей. Куряне столкнулись с трудностью подбора жилья, которое подходит по метражу под условия приобретения по сертификату: например, если у человека была квартира площадью 50 кв. м., то он мог купить жильё только площадью 35 кв.м. — на 15 кв.м. меньше. Согласно условиям сертификата, жильё можно приобрести как в Курской области, так и в любой точке России. Но несмотря на такую «безграничность» выбора места будущего проживания, выбор оказался ограниченным: большинство пострадавших жителей области предпочли остаться на своей малой родине — в привычном социальном и инфраструктурном «окружении». Но главное — суммы сертификата не достаточно для приобретение жилья.
«По сертификату 1 м кв стоит 105 тыс руб, а на продажу получается от 150 за кв м — цены на жильё в регионе скакнули в 3 раза, — рассказал Ильин. — Сертификата не хватает, люди вынуждены доплачивать сверху. При этом средняя зарплата у нас — 30-40 тыс руб. Вопреки опубликованной на днях статистике Курскстата, по которой средняя зарплата в регионе — 108 тыс руб».
Депутат отметил, что пенсии в Курской области начинаются - от 10 тыс руб, некоторые получают 12 тыс руб. Но раньше у людей были свои огороды, они разводили живность, было всё своё - мясо, яйца, молоко, фрукты, овощи и зарплата даже 30-40 тыс руб была хорошей для семей.
«Сейчас же не все пострадавшие имеют возможность работать, многие до сих пор лечатся после ранений. Кстати, ситуация с ценами на ЖКХ и продукты следующая. ЖКХ зашкаливает: я получил дом и квартиру по сертификату, живём в доме, по квадратуре в два раза меньше, чем был в Судже (был 250 кв м). Раньше за газ воду и свет платили до 5 000 тыс руб в зимний период, в тёплое время — ещё меньше. Сейчас в месяц коммуналка выходит до 10 000 за газ и свет, за воду не плачу — своя скважина. Скачок цен на продукты серьёзный: фермерские огурцы — 400 руб кг, виноград — столько же, помидоры и сливочное масло — 300 руб, молоко — 100 руб, хлеб — 60 руб. И мы — аграрный регион, в котором всё это выращивается. Возвращаясь к жилью: мало купить — нужно делать ремонт. Речь не идёт о навороченном, но нужен необходимый минимум: холодильник, кровать, стол. И ко мне обращаются за помощью граждане, которые не могут себе позволить купить даже кресло. Люди надеялись, что выплаты 65 тыс руб будут продолжаться. Я обращался с этими проблемами к Хинштейну — решения нет», - рассказал обозревателю АЦ ТАСС Ильин.
Не менее острой остаётся и проблема со статусом жителей Курской области, пострадавших от действий ВСУ. По словам Ильина он обращался к губернатору с просьбой присвоить прошедшим оккупацию статус, аналогичный, например, статусу «Дети войны».
«Мне ответили, что статус этим людям будет присвоен в этом году тем. А, тем временем, мне пришлось добиваться, например, отдыха для этих людей через Госдуму — очень помогла депутат от партии «Справедливая Россия» Марина Ким. Нельзя людей, пострадавших в результате именно боевых действий и физически, и психологически, равнять со всеми остальными. И нас всего, прошедших оккупацию - меньше 1000 человек, такому количеству людей государство уж точно может помочь. Конечно, одни районы пострадали больше, другие меньше, но Суджанский район и Тёткино Глушковского района — больше остальных, здесь остро необходима всесторонняя помощь. Другим районам помогать тоже, конечно же, нужно, но по ситуации там пусть решают власти», — считает Ильин.
Необходим армейский порядок
Проблемы всего приграничья связаны с правовым статусом областей. Несмотря ни на регулярность их обстрелов ВСУ, ни на роящиеся здесь дроны, ни на снование через границу украинских диверсантов, ни даже на полномасштабное вторжение украинской армии в Курскую область эти территории в нормативно-правовом поле существует под маркировкой «мирные». Что касается граждан, то они не имеют и не могут иметь при действии режима КТО и прочих того же статуса «пострадавших от боевых действий». Страдают-то они именно от «боевых» факторов, а получают как за наводнение или пожар. Только масштабы ущерба имуществу от тех же ЧС природного характера нельзя сравнивать с ущербом от обстрела населённого пункта из ствольной артиллерии или РСЗО. Или от ежедневных прилётов дронов и ракет, или осколков от сбитых дронов и ракет.
Происходящее в Курской, Белгородской и Брянской областях давно стало практически идентично событиям, развернувшимся в ЛНР, ДНР, Запорожской и Херсонской областях — и не спроста Гладков стремится перенять их опыт «антидроновых коридоров», отмечая схожесть ситуаций там и на Белгородчине. И там — боевые действия признаются «боевыми», режим соответствует ситуации — введено военное положение, а пострадавшим от боевых действий гражданам положены и сертификаты на приобретение жилья взамен разрушенного, и — конкретная компенсация за жильё утраченное или повреждённое. В случае утраты они получают 35 тыс. руб. за 1 кв. м, в случае повреждения — 6 000 руб. за 1 кв. м. К примеру, площадь стандартной двухкомнатной квартиры — около 50 кв. м.: при повреждении компенсация составит 300 тыс. руб., утрате — 1 750 000 руб. На ремонт нового жилья хватит точно. Многострадальные регионы Черноземья тоже должны, учитывая всё в них происходящее, и стать в официальном поле «фронтовыми», и перейти на военное положение.
Должно согласно Конституции: в соответствии с частью второй статью 87, основанием для введения президентом военного положения на всей территории нашей страны или в её регионах является агрессия против России или непосредственная её угроза. И именно агрессия разворачивается в приграничье: согласно резолюции Генассамблеи ООН от 14 декабря 1974 года она определяется как применение вооружённой силы государством против суверенитета, территориальной неприкосновенности и политической независимости другого государства. А согласно статье 3 ФЗ «О военном положении», актами агрессии против России, независимо от объявления войны, признаются, кроме прочего: вторжение или нападение иностранных вооружённых сил; бомбардировка нашей территории или применение любого оружия против неё; нападение чьих-либо ВС на наши независимо от места их дислокации; позволение одного государства другому использовать его территорию для агрессии в адрес нашей страны.
Особенно под это определение подходит, конечно же, вторжение ВСУ в Курскую область — это никак не теракт. Так же — как и ракетный удар по центру Брянска 10 марта и другие удары по гражданским объектам приграничья. Статьёй 25 УК РФ «Террористический акт» теракт определяется как совершение действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий с целью дестабилизации деятельности органов власти либо воздействия на принятие ими решений. Здесь не указано, что теракт — это круглосуточные обстрелы из РСЗО мирных городов и, тем более, прорыв госграницы России пятью бригадами численностью около 15 000 военных на танках, БТРах, при поддержке артиллерии и беспилотников. Тем более, «не теракт» — боестолкновения между ВС РФ и ВСУ на территории России. Международное гуманитарное право строго запрещает подобные атаки, требуя чётко отличать их от военных целей. Удары по жилым домам, школам, больницам и тд. МГП квалифицирует как военные преступления. А в УК РФ подобное карается статьёй 361 (гл. 34) «Мародерство, применение запрещённых методов, геноцид».
Поэтому предписанное действующими в приграничье «жёлтым» уровнем террористической угрозы, ЧС и КТО, не отменённых в Курской области после её освобождения от ВСУ, здесь не состоятельно — эти меры разработаны для ситуаций иного характера и масштаба, чем военные действия. Естественно, военное положение не отменит обстрелы ВСУ и налёты дронов, но главное — с его вводом в приграничных регионах появится военная администрация, которой будут подчинены все местные власти. Опыт военно-гражданских администраций в Запорожской и Херсонской областях показал, что во время прямых и масштабных боевых действий военные, а не гражданские, должны управлять территорией, на которой именно от военных действий гибнут и калечатся мирные граждане.
И приграничные ДНД, фактически выполняющие роль теробороны, возымели бы право официально ей называться и быть. В соответствии со статьёй 22 закона «Об обороне» тероборона — это система мероприятий, осуществляемых в период действия военного положения для создании благоприятных условий для функционирования ВС РФ, других войск, воинских формирований, органов и создаваемых на военное время специальных формирований. Ключевой момент здесь в том, что мероприятия по теробороне проводятся только в регионах, в которых объявлено военное положение, а отряды теробороны действуют в рамках отведённых для них зон ответственности, границы которых совпадают с границами областей, краёв и республик. С октября 2022 года тероборона, в соответствии с указом президента России Владимира Путина, действует только в ДНР, ЛНР, Херсонской и Запорожской областях. И проблем, кстати, с её вооружением нет — решились бы они в случае введения военного положения в приграничье и у его добровольных защитников, которые сейчас называют себя в шутку «организованной преступной группировкой». Необходимость же их работы здесь уже неоднократно подтверждена, а легитимного и адекватного реалиям статуса до сих пор нет. По всему: бушующему приграничью необходим армейский порядок.