Теория подковы, или Банка с пауками
1960-е и 1970-е годы в США и странах Западной Европы были временем странных иллюзий. Молодые люди из семей среднего класса, выросшие в мире без светомаскировки, похоронок и продуктовых карточек, мучились скукой. Лютый сплин превратился в настоящее моровое поветрие. Кто-то боролся с ним, расширяя сознание или познавая «Великие тайны Востока»™. Иные предавались политическому штурму снежного городка и принимали те или иные стороны в зависимости от собственных вкусов и моды.
В 1968-м году, например, скучающие левые студенты парализовали жизнь Парижского мегаполиса почти на месяц. В это время по ту сторону «железного занавеса» правительство Чехословакии старательно кликало на свою голову советские танки.
Как это обычно и бывает, пока в Первом мире скучающие интеллектуалы занимаются почти что безобидными глупостями, во Втором и Третьем мирах сотнями (и это в лучшем случае) гибнут люди.
Парижские «маоисты» 1968-го года к настоящим китайским маоистам не имели не малейшего отношения, а столкновение с реальным хунвейбином половину из них навсегда оттолкнуло бы от политики. Это тоже естественно.
Но иногда миры европейской интеллигенции и реальной политики пересекались.
В июне 1970-го года в Израиле был задержан гражданин Швейцарии Бруно Бреге (Bruno Breguet). При обыске у него было обнаружено 2 килограмма взрывчатки, а также запалы советского производства и восточногерманские детонаторы. Вскоре было установлено, что Бреге был связан с Народным фронтом освобождения Палестины (НФОП) – арабской леворадикальной организацией, ведшей борьбу против Израиля.
Бруно Бреге родился в 1950-м году в Швейцарии, в кантоне Невшатель. Учился в Лугано и, как и многие люди его возраста, был настоящим кормом для левых пропагандистов. Считается, что палестинцы вышли на Бреге еще в Швейцарии. В 19 лет Бруно отправился в Ливан воевать за дело палестинских арабов. Спустя всего несколько недель он попался в руки израильтян.
Целью акции, бомбу для которой доставил Бреге, должен был стать порт Хайфы (по другим данным, первый небоскреб страны – Шалом Меир в Тель-Авиве).
Интересно, что сам Бруно незадачливо заявил, что должен был получить за провоз взрывчатки 5 000 долларов США. Таким образом, чистый лик идейного борца против сионизма и империализма несколько омрачился его меркантильными интересами.
Израильский суд приговорил Бреге к пятнадцати годам, но еще до вынесения приговора «нужные люди» начали проявлять странный интерес к этому делу.
Началось все осенью 1970-го. НФОП организовало массированную атаку на пассажирские рейсы крупных международных авиакомпаний. Угон самолета израильского перевозчика «El Al» удалось сорвать, при этом один из угонщиков был убит, а еще один задержан. Но вот еще четырем рейсам американских, швейцарских и британских авиакомпаний повезло меньше – самолеты были захвачены и направлены в Иорданию. Угонщики требовали освободить активистов НФОП из тюрем Израиля, Германии и Швейцарии. В частности, было выдвинуто и требование освобождения Бруно Бреге. Однако в тот раз палестинцам освободить своего швейцарского друга не удалось.
Примерно на этом этапе на родителей Бреге с предложением о помощи вышел Франсуа Жену. Этот скромный швейцарец из Лозанны был серым игроком такого уровня, что какой-нибудь Ян Флеминг вполне мог бы сделать его врагом Джеймса Бонда, и он выглядел бы в этой роли весьма органично.
Согласно официальным данным, Жену родился в 1915-м году в семье среднего предпринимателя со связями в Германии. В 1932-м году, находясь в Бонне по делам магазина своего отца, семнадцатилетний Франсуа лично познакомился с Адольфом Гитлером. Это знакомство (что бы за ним не скрывалось на самом деле) стало поворотным моментом в жизни Жену. В 1934-м он вступил в Национальный фронт – организацию швейцарских национал-социалистов. Стараясь походить на НСДАП, Национальный фронт все время разбивался об швейцарскую специфику. Очень высокий уровень суверенности не только различных кантонов, но и самих народов Швейцарской конфедерации привел к тому, что Национальный фронт пытался объединить германских нацистов, итальянских фашистов и французских синдикалистов и натянуть сову на глобус. В итоге Национальный фронт так и остался скорее клубом для ультраправых, чем реальной политической силой. Зато он отлично подходил на роль прикрытия для контактов части швейцарской финансовой элиты с германскими нацистами.
Ах да – есть информация, что еще до вступления в Национальный фронт, но после встречи с Гитлером Жену побывал в Лондоне. Разумеется, по коммерческим делам отца.
В 1936-м году этот вундеркинд от мира финансового представительства вдруг появился в Палестине. Здесь как раз начиналось восстание арабского населения против властей Британского мандата, установленного в Палестине после Первой Мировой войны. Восстание было вызвано непрекращающейся миграцией евреев, которая проходила под протекцией британцев.
Сам Жену говорил, что хотел совершить автомобильное путешествие из Европы в Китай, но в Индии был вынужден развернуться и как-то нежданно оказался в Багдаде, где был впечатлен арабскими усилиями по борьбе с британским империализмом и сионизмом. Без комментариев.
Франсуа был настолько впечатлен, что тут же свел знакомство с одним из ключевых идеологов арабской борьбы, муфтием Иерусалима Мухаммадом Амином аль-Хусейни. Обычно считается, что Жену был связан с немцами и выступил их финансовым представителем. Итальянцы участвовали в игре против англичан на Ближнем Востоке и в Африке, а потому почти не скрывали свою поддержку арабскому восстанию, а вот немцам светить своим фельдграу вполне могло быть немного не с руки. Поэтому дела за них вел швейцарский вундеркинд.
Чем занимался Жену во время войны не до конца понятно. Очевидно, что он работал на Абвер, то есть, на Канариса – большого друга британских спецслужб. Есть свидетельства посещения Жену Чехословакии, Венгрии, а также Бельгии. Не были заброшены и его ближневосточные дела – известно, что Франсуа продолжал регулярно встречаться с муфтием Амином аль-Хусейни.
Конец войны Жену встретил в Брюсселе сотрудником швейцарского Красного креста (хорошо хоть не по коммерческим делам отца). Стоит ли говорить, что первыми «союзниками» в Брюсселе были бойцы британской Гренадерской гвардии?
После войны Жену был одним из ключевых организаторов ODESSA – организации, созданной для побега нацистов в третьи страны по «крысиным тропам», а также для юридической защиты тех, кому уйти не удалось. Здесь вундеркинд (в 1945 Жену было только тридцать) ведал финансами. Он находился в относительной безопасности – Франсуа никогда не состоял ни в НСДАП, ни в СС, ни в Вермахте. Нет и доказательств его непосредственного участия в преступлениях против человечности.
В Европе большая война завершилась, но на Святой земле все только начиналось. После войны британцы передали палестинский вопрос на рассмотрении свежесозданному ООН. ООН рассмотрел проблему и предложил создать на бывшей территории Британского мандата два национальных государства – еврейское и арабское. Евреев предложенный вариант устраивал, арабов – нет. Между ними началась война. Евреи в этой войне победили, а значительная часть арабского населения Палестины лишилась дома (была изгнана, стала беженцами, покинула свои дома – подчеркните то, что вам больше по вкусу). Так начался один из самых продолжительных конфликтов последних веков.
Жену в это время совмещал спасение нацистов с финансовой помощью арабам, причем, не только в Палестине, но и, например, в Алжире, где потихоньку разгонялся маятник насилия. Известно, что Франсуа участвовал в нескольких швейцарско-арабских банковских учреждениях. Один из созданных тогда банков мелькал даже в 1990-х, когда Усама бен Ладен вдруг стал не мил американцам.
Во время Алжирской войны Жену был лоббистом арабских интересов и на вторых ролях участвовал даже в организации Эвианских соглашений, завершивших войну. Есть информация об усилиях Жену по защите Адольфа Эйхмана в 1962-м году. К этому же периоду относится его знакомство (или, по крайней мере, сближение) с адвокатом Жаком Вержесом – пока просто запомните это имя и прозвище, данное ему во Франции – «Адвокат дьявола».
Практически все источники, посвященные Франсуа Жену, отдельно указывают на то, что он был держателем прав на публикацию некоторых работ Геббельса, а также высказываний Гитлера и Бормана. Якобы, именно от изданий этих работ и происходило его богатство. Опять же – без комментариев.
С НФОП Жену тоже связывали разнообразные дела. Он сам называл основателя организации Жоржа Хабаша своим личным другом. Помимо финансовой поддержки, он оказывал этой организации и юридическую. Например, именно Франсуа Жену спонсировал судебную защиту боевиков, атаковавших пассажиров рейса компании «El Al» в аэропорту Цюриха в 1969-м году. И вот тут мы возвращаемся к Бруно Бреге. Жену привлек к его защите в суде своего зятя, адвоката Мориса Крюшона. Однако избежать обвинительного приговора Жену и Крюшону не удалось – доказательства были слишком очевидны. Впрочем, апелляция защиты привела к сокращению срока заключения до десяти лет вместо пятнадцати.
Однако Жену не остановился на этом. В 1975 году в Швейцарии был зарегистрирован «Национальный фронт освобождения Бруно Бреге». «Фронт» развернул настоящую информационную кампанию в защиту Бреге, педалируя его имя и обеляя его репутацию всеми возможными способами. Вскоре среди участников и подписантов петиций «Фронта» начинают фигурировать весьма заметные имена – Альберто Моравиа, Гюнтер Грасс, Мишель Фуко, Ноам Хомский, Жан-Поль Сартр с Симоной де Бовуар… И, разумеется, Франсуа Жену.
Вы понимаете весь абсурд ситуации? Флагманы западной левой мысли – Хомский и Сартр, кооперируются со старым нацистом Жену для спасения из израильской тюрьмы швейцарского наемника палестинских арабов.
В свое время кто-то из австрийцев, (кажется, Витгенштейн) назвал XX-й век «веком трёпа». Каждый раз, когда я натыкаюсь на подобный парадокс в истории XX-го столетия, я вспоминаю эту оценку.
Учитывая место создания «Фронта» (Швейцария), а также то, что имя Жену без контекста абсолютно меркнет в сравнении с именами Хомского и Сартра, именно швейцарца стоит считать организатором этого «Фронта» и кампании по освобождению Бруно Бреге.
Как именно Жену вышел на Грасса или Хомского не до конца понятно, но тот же Хомский был известен тем, что порой готов был высказаться в пользу даже откровенного варварства. А вот Сартра и де Бовуар Жену, скорее всего, привлек благодаря упомянутому выше Жаку Вержесу. И пора занести в этот бестиарий еще одного черта.
Вержес имел смешанное франко-вьетнамское происхождение. Он сделал себе имя, защищая террористов из алжирского Фронта национального освобождения. Здесь он получил первый опыт по выворачиванию нападений на мирных граждан в акты антиколониальной борьбы. Наиболее громким делом с его участием было дело Джамили Бухиред – террористки, взорвавшей переполненное кафе. Тогда погибло одиннадцать человек. Бухиред была приговорена к смерти, но благодаря усилиям Вержеса приведение приговора в исполнение все время откладывалось, и отложилось в итоге до Эвианских соглашений, а там и амнистия подоспела. После этой истории Вержес и Бухиред поженились и даже прожили в Алжире некоторое время, но в итоге Вержес вернулся во Францию.
В молодые годы Вержес был близким другом Пол Пота, а в более зрелом возрасте защищал интересы палестинских боевиков, Ильича Рамиреса Санчеса по прозвищу «Шакал» (он тоже еще проявится в этой истории), нацистского преступника Клауса Барби, а также одного из лидеров «красных кхмеров» Кхиеу Сампхана.
1970-е считаются «белым пятном» в жизни Вержеса. Есть даже версия, что он лично партизанил вместе с «красными кхмерами». Однако в действительности в этот период «адвокат дьявола» просто на время устранился от публичной деятельности.
Сотрудничество Вержеса с Жену началось еще во времена Алжирской войны и с тех пор периодически возникало в Палестине, а иногда и в Европе. Например, уже в 1980-х именно Жену будет спонсировать защиту «лионского мясника» Клауса Барби, а вести защиту будет Вержес. Их сотрудничеству не мешали даже формальные идеологические различия – Жену был ультраправым, а Вержес всю жизнь изображал из себя ультралевого.
Когда именно и на какой почве произошло знакомство Вержеса с Сартром трудно судить. Известно, что в начале 1950-х Сартр достаточно плотно общался с представителями интеллигенции из Французского Индокитая. Есть даже версия о его близком знакомстве с молодым Пол Потом. А возможно, знакомство Сартра с Вержесом произошло позже на почве общих взглядов.
Автор «Тошноты» тоже любил выражать поддержку самым оголтелым дикарям своего времени – от алжирских боевиков до германской «Фракции Красной армии». Причем, иногда кажется, что он специально находил самых отталкивающих радикалов, чтобы оказать именно им поддержку. Примерно в то же время, когда шла кампания за освобождение Бруно Бреге, Сартр с де Бовуар подписали, например, петицию, призывавшую правительство Франции отменить возраст согласия и полностью декриминализировать половые отношения с несовершеннолетними «по согласию сторон». Кроме них, в числе подписантов были, например, Луи Арагон и Мишель Фуко…
Пользуясь именами Хомского и Сартра, как тараном, Жену и Вержес смогли «продавить» амнистию Бреге, хотя известно о том, что Жену вел с израильтянами и какие-то дополнительные переговоры. В 1977-м году Бруно был освобожден и выслан из Израиля на родину.
Казалось бы, хеппи-энд?
Три года о Бреге не было вестей. По слухам, он общался с какими-то итальянскими ультралевыми, но без акций. В 1980-м в Милане была издана книга Бреге, посвященная его пребыванию в израильской тюрьме. Разумеется, левые интеллектуалы из «Фронта» получили от автора заслуженные слова благодарности. А о Жену ни слова. Но вряд ли ему от этого было обидно. Скорее всего, Франсуа было не до того.
Известно, что в конце 1970-х Жену пытался спасти оставшихся членов «Черного сентября» от сорвавшихся с цепи «моссадовцев». В 1972-м именно «Черный сентябрь» устроил теракт на Олимпиаде в Мюнхене, и после этого евреи начали крошить на форшмак всех, кто был хоть как-то связан с организацией. Есть даже информация, что именно Жену оплачивал реабилитацию лидера «Черного сентября» Али Хасана Саламе после одного из покушений.
А в начале нового десятилетия Бреге вдруг нашелся в террористической группе «Шакала» Рамиреса Санчеса – еще одного клиента Жака Вержеса.
«Шакал» изображал из себя идейного, хотя в действительности был весьма небрезгливым наемником и «мускулами» самых разнообразных организаций, начиная с Организации освобождения Палестины и заканчивая «Красной армией Японии». Можно еще упомянуть о связях Санчеса с Лондоном, но в этом тексте и так слишком много британцев. К началу 1980-х «Шакал» был одним из самых разыскиваемых преступников в Европе, имел за спиной с десяток крупных акций и гору трупов. Правда, сам в операциях уже не участвовал, предпочитая координировать своих агентов из Третьего или Второго мира.
Немцы подозревали Бреге в участии в атаке на мюнхенское представительство «Радио Свобода» в 1981-м. Считается, что именно Бруно привел в действие заранее установленное взрывное устройство. К счастью, никто не погиб. Интересно, что, согласно данным «Штази», заказчиком акции выступила румынская «Секуритате».
Зимой 1982-го Бреге участвовал еще в одной акции группы «Шакала» - целью должен был стать парижский офис журнала «Аль-Ватан Аль-Араби». Напарницей Бреге была Магдалена Копп – жена «Шакала». Однако акция сорвалась еще до ее начала – на подземной парковке в районе Елисейских полей парочка привлекла к себе внимание полицейского патруля. Завязалась погоня, в ходе которой Бруно выстрелил в полицейского, но его пистолет дал осечку. В итоге Бреге и Копп были арестованы, а в их автомобиле были обнаружены пакеты со взрывчаткой, две гранаты и пистолет.
Люди, которые несколько лет назад боролись за освобождение Бреге, стали иметь очень бледный вид. Сартру было все равно – он умер в 1980-м, до последних дней имея в своем окружении бандитов из «Фракции Красной армии». В остальном же кампания по освобождению Бреге стала ударом по репутации подписантов и была названа прессой того времени «позором левых интеллектуалов».
Кроме Жену и Вержеса, конечно – для них, чем хуже, тем лучше. Защиту Бреге и Копп спонсировал Жену, а проводил Вержес.
Одновременно с разбирательством дела «Шакал» перешел в наступление. Он начал с ультиматума, направленного в адрес французского министра внутренних дел Гастона Деффера. «Шакал» требовал освободить Бреге и Копп в месячный срок и угрожал терактами в случае отказа. Известно, что передал ультиматум Вержес.
Ультиматум был проигнорирован, и по стране прокатилась целая волна терактов. В атаках во Франции и против французских граждан на Ближнем Востоке погибло больше двадцати человек, сотни были ранены. Все это время Вержес в зале суда угрожал европейскому государству дальнейшей кровью от имени небольшой террористической организации.
Самым отвратительным было то, что это сработало – приговоры были поразительно мягкими. Бреге получил пять лет, а Магдалена Копп – три. Для этого прокурорам пришлось отказаться от обвинения в покушении на убийство полицейского при исполнении. «Шакал» не остановился даже после этого, продолжив акции, но большего ему добиться не удалось.
В 1985-м году обоих террористов освободили – судьба все еще благоволила Бреге. Но, пожалуй, в последний раз. Последняя достоверная информация о нем относится к осени 1995-го года, когда Бруно сел на паром, отправлявшийся из Италии в Грецию, где он в последние годы жил с семьей. Больше его живым никто не видел. Считается, что скелет, найденный греческими полицейскими в 2001-м году, с высокой долей вероятности принадлежит Бруно Бреге. Кто убил его и был ли он вообще убит – на эти вопросы ответов нет и не предвидится.
«Шакал» попал в руки французских спецслужб в 1994-м – его сдали власти Судана, где Санчес обосновался в начале 1990-х. С тех пор сидит во французских тюрьмах с несколькими пожизненными сроками на шее. Разумеется, в суде его защищал Жак Вержес, а спонсировал защиту Франсуа Жену.
Вержес умер в 2013-м году, в возрасте восьмидесяти восьми лет. А Жену пошел на эвтаназию в 1996-м. В 1992-м году в одном из интервью он вновь подтвердил верность всем взглядам своей юности и заявил, что мир был бы лучше, если бы Гитлер победил. Карл Вольф (кстати, личный друг Жену) в начале 1980-х называл себя «верным паладином фюрера». Франсуа Жену в начале 1990-х мог бы назвать себя «последним тамплиером фюрера».
В политологии есть такое понятие, как «теория подковы». Согласно этой теории, ультралевые и ультраправые в действительности находятся не на противоположных полюсах линейного политического спектра, а «склоняются» друг к другу, как концы подковы. Именно подобный подход помогает решить, например, проблему расположения гитлеризма на «право-левой» линейке – нет никакой линейки. Радикальные политические силы вообще не годятся для расположения на этой линейке, созданной вообще-то для описания политических сил, существующих в рамках парламентской системы.
Теория подковы редко применяется на уровне отдельных людей, но вполне для этого пригодна. Потому что дикий парадокс поддержки одного и того же человека представителями обоих полюсов политического спектра существует только, если мы оцениваем их в рамках этого спектра.
Франсуа Жену оказывал поддержку Бруно Бреге не потому, что был нацистом или антисемитом, а потому, что имел бизнес с НФОП. Жак Вержес поддерживал «Шакала» не потому, что сочувствовал его взглядам, а потому что его репутация строилась на том, что он поддерживал любого встречного мерзавца. Наконец Сартр поддерживал Бруно Бреге потому, что был кровожадным дураком (такой вот парадокс - умный дурак), а за одно и единственным искренним человеком из перечисленных в этом абзаце.
Когда в 1970-х политическое насилие захлестнуло Италию, его обузданию очень помогли добрые личные отношения между секретарем Итальянской компартии Энрико Берлингуэром и его абсолютным политическим антагонистом, секретарем неофашистского Итальянского социального движения Джорджио Альмиранте. Два хороших человека согнули края подковы для блага общества.
В истории Бруно Бреге нет ни одного хорошего человека, поэтому и их политическая ориентация в действительности не важна. Грязь, есть грязь, в какой ты цвет ее не крась.
В 1980-х радикализм такого рода в Европе начнет уходить – поколение 1968-го повзрослеет, поколение Второй мировой постареет. А нам останутся странные истории о том, как левые и правые совместными усилиями спасали наемников из израильских застенков.
***
Ваш Мещанин
Также я пишу художественные произведения, которые можно найти на litres.
Для желающих поддержать меня монетой номер карты Сбербанка: 2202 2050 3032 0201.