Одна маленькая династия
В XIX-м веке в Британии жило семейство землевладельцев Митфордов, или, точнее, Фрименов-Митфордов. Они происходили из Северной Англии, хотя сами возводили себя к самому нормандскому завоеванию Англии в XI-м веке и, вроде бы, могли, более-менее, проследить генеалогическое древо до XIV-го столетия.
Несмотря на это, дворянами Фримены-Митфорды не были.
Из этой фамилии вышел известный историк XVIII-го века Уильям Митфорд, однако наша история начинается не с него, а с его правнука Элджернона, точнее, Элджернона Бертрана Фримена-Митфорда, родившегося в 1837-м году.
В 1858-м году юноша начал свою государственную службу и сразу по линии Форин-офиса – Элджернон был командирован в британское посольство в Санкт-Петербурге. Однако в нашей стране Фримен-Митфорд ничем не отметился и куда более известна его работа в Японии.
Тогда в этой стране происходили кардинальные перемены – Япония открывалась миру после столетий добровольной самоизоляции. Точнее, ее принуждали открыться люди вроде Элджернона Фримена-Митфорда.
В 1871-м году Фримен-Митфорд издал в Англии книгу «Tales of Old Japan», из которой британская публика впервые узнала многие классические сюжеты японской литературы, например, историю о сорока семи ронинах из Ако. Через два года Элджернон формально вышел в отставку, еще через год женился на леди Клементине Хелен Огилви и начал делать детей, наделав пять сыновей и четырех дочерей. И это только официально. Неофициально же у Элджернона было двое детей от японки, а также ему иногда приписывают отцовство над Клементиной Огилви (будущей женой Уинстона Черчилля).
Несмотря на то, что после отставки Фримен-Митфорд вел образ жизни британского богатого бездельника, похоже его дипломатические усилия на японском направлении продолжались. В 1902-м году он получил пэрство и баронский титул, став 1-м бароном Редесдейлом. Обычно это связывают с коронационными торжествами по поводу восхождения на трон Эдуарда VII, однако в 1902-м году состоялось еще одно событие, в котором Фримен-Митфорд мог принимать некоторое участие – в январе этого года был подписан первый англо-японский союзный договор.
Поздняя биография Элджернона пуста и бессодержательна, кроме одного момента – именно Фримен-Митфорд руководил первым англоязычным изданием «Основ XIX века» Хьюстона Стюарта Чемберлена и написал к этому изданию обширное предисловие.
Не так давно я уже писал о том, кто такой Хьюстон Чемберлен и какова его роль в становлении германского нацизма.
На этой ноте Элджернона Фримена-Митфорда можно оставить и вернуться в XIX-й век, в 1878-й год, когда в мир пришел его второй сын Дэвид.
Старший сын Элджернона Клемент прожил обычную жизнь британского денди и пал за Англию во Второй битве при Ипре весной 1915-го года. А вот Дэвид с детства был смутьяном. То ли образование к нему не липло, то ли он сознательно с раннего возраста саботировал свое воспитание. Возможно, у Дэвида были какие-то психические проблемы, потому что он с детства был известен своими вспышками неудержимой ярости.
Из всех занятий британской богатой юности Дэвид предпочитал верховую езду и даже во взрослом возрасте бравировал тем, что, якобы, прочитал за свою жизнь лишь одну книгу – роман Джека Лондона «Белый клык». В этой шутке на самом деле две шутки – во-первых, «Белый клык» вышел в 1906-м году, когда Дэвиду Фримену-Митфорду было уже двадцать восемь, во-вторых, Джек Лондон был американцем, причем, американцем левых взглядов.
Иными словами, Дэвид Фримен-Митфорд был троллем.
Тотальное нежелание мальчика учиться привело к тому, что Дэвида не стали даже пытаться отправить в Итонский колледж. Вместо этого его отправили в колледж Рэдли. Среди заметных выпускников этой школы превалируют армейские офицеры, театральные актеры, второстепенные политики и звезды спорта. В общем, это было заведение для ребят попроще.
После Рэдли Дэвид попытался поступить в военную академию в Сандхерсте, но завалил вступительные экзамены…
На этом на него все махнули рукой, и Дэвид отправился на Цейлон в качестве помощника одного из чайных плантаторов. Однако уже вскоре он вернулся в Англию, где вступил в полк королевских нортумберлендских фузилеров в унтер-офицерском чине, и участвовал со своим подразделением во Второй англо-бурской войне.
Выяснилось, что именно на поле брани Дэвид и был хорош – он доблестно сражался, попал в плен и бежал из него, а также был трижды ранен и лишился одного легкого. Однако выше лейтенанта не вырос.
После войны Дэвид занимался в различных, присталых сыну свежеиспеченного барона, предприятиях – неизменно неудачно. Например, он вкладывал деньги в разработку золотоносного участка в Канаде, известного тем, что там не было золота. Зато Дэвид любил там отдыхать.
В 1904-м Фримен-Митфорд женился на Сидни Боулз – дочери журналиста и консервативного парламентария. Как и его отец, Дэвид оказался весьма плодовит, сделав семерых детей.
Он служил и в Первую Мировую войну на интендантских должностях, и даже при этом ухитрился отметиться своей храбростью. В 1916-м не стало Элджернона Фримена-Митфорда, а старший брат Дэвида, как я выше упоминал, погиб еще в 1915-м – так Дэвид стал 2-м бароном Редесдейлом. Военное ведомство тут же вспомнило, что у него нет легкого, и комиссовало барона с инвалидностью.
Неумение вести дела и тяга к переездам привели к тому, что Дэвид все время был в долгах, но разориться ему не давали. Тем не менее, домашние условия Фрименов-Митфордов для их круга были весьма скромными – многочисленные дети жили по двое в комнате, а всей прислуги было пять человек.
Тем не менее, почти все дети Дэвида и Сидни получили домашнее образование, что было для Британии нетипично.
Последние годы Дэвида были не очень примечательны, и основное его занятие составляли перепалки с повзрослевшими детьми, которым он пытался что-нибудь запретить. Не получилось ни разу. В 1958-м году он умер.
И вот теперь вопрос – кем же могли стать дети такого отца, кичившегося собственной ограниченностью (пускай и напускной), да еще и решившегося воспитывать их на дому?
А давайте посмотрим.
И так, старшая дочь - Нэнси Митфорд, родилась в 1904-м году. В 1931-м году она без какого-либо специального образования дебютировала, как писательница романистка. Ее романы в 1930-х пользовались определенной популярностью, но главное литературное наследие Нэнси относится в послевоенной эпохе. Впрочем, еще до нее у Нэнси успела завязаться очень крепкая, на десятилетия, связь с одним из ближайших соратников де Голля Гастоном Палевским. Во время Второй Мировой и сразу после нее Палевский был руководителем канцелярии де Голля, а в начале 1960-х курировал французскую ядерную программу. И все эти годы он поддерживал нежную и трепетную неофициальную связь с Нэнси Митфорд.
После Второй Мировой Нэнси перебралась через Ла-Манш и занялась биографическими изысканиями, написав труды о мадам де Помпадур и о Людовике XIV. Разумеется, она продолжала держать тесную связь с Родиной посредством обильной переписки.
А собственно в английской среде Нэнси еще раз отметилась в середине 1950-х, популяризировав лингвистическое наблюдение Алана Росса о разнице в лексике между аристократией и разбогатевшими мещанами. По наблюдению Росса и Нэнси Митфорд, разбогатевшие представители среднего класса, чтобы показать свой новый статус, использовали в лексике много переусложненных и вычурных конструкций, эвфемизмов и иностранных заимствований, в то время как язык истинных аристократов, оставаясь литературно правильным, был куда более простым и близким языку народных низов.
В переводе с английского на русский это значило: «То, что вы, холопы, разбогатели, не значит, что вы стали нам ровней. Французские словечки и итальянские тряпки не помогут вам избавиться от запаха навоза из ваших гнилозубых пастей. В стойло и не выделывайтесь. Суки.»
Намек был понят – в среде британского среднего класса сошла на нет мода на подражание аристократизму. Напротив, стало принято держать себя в соответствии со своим пролетарским или крестьянским происхождением.
К тому моменту со времен мольеровского «Мещанина во дворянстве» прошло почти три века, а Британия так и оставалась социальной средневековой дырой.
Вторая дочь Дэвида Фримена-Митфорда Памела единодушно описывалась родственниками, как самая покладистая и спокойная. Эта покладистая и спокойная девушка вышла замуж за физика Дерека Джексона – наследника миллионного состояния. Джексон был открытым бисексуалом и вел скандальный образ жизни. В 1951-м году Памела с ним развелась и следующие двадцать лет провела в союзе с итальянской наездницей Джудиттой Томмази. Также в нее был безнадежно влюблен (и держал переписку) поэт Джон Бетчеман, который во время Второй войны был пресс-атташе британского посольства в нейтральном Дублине.
Дальше еще интереснее. Третья дочь семьи Фрименов-Митфордов Диана рано вышла замуж за Брайана Гиннеса, будущего 2-го барона Мойна, что было хорошей партией. У них родилось двое сыновей, однако через четыре года брака у Дианы начался роман с баронетом (то есть куда менее знатным человеком), который был на четырнадцать лет старше нее. Любовника Дианы звали Освальд Мосли.
Примечательно, что начало их отношений относят к 1932-му году – тогда же Освальд Мосли создал Британский союз фашистов. Еще примечательнее то, что в следующем году Диана развелась с мужем, а у Мосли умерла жена. Однако пара узаконила свои отношения только в 1936-м году, в Германии, где главный британский фашист был желанным гостем. Свадьба была проведена в доме Йозефа и Магды Геббельсов (с Магдой Диана была очень дружна), а одним из немногих гостей на ней был Гитлер, подаривший молодоженам… свою фотографию (что же еще?).
В 1940-м году после запрета Британского союза фашистов Диана последовала за мужем в тюрьму. Впрочем, нужно понимать, что в застенках английского ЧК у каждого из супругов было по личному слуге. В 1943-м году их выпустили по причине слабого здоровья Освальда, который прожил после этого еще тридцать семь лет.
А сама Диана дожила до 2003-го года, пописывая мемуары и время от времени шокируя политкорректную публику заявлениями в духе: «я не думаю, что их действительно было шесть миллионов».
Кстати, ее второй сын от Освальда Макс был заметным автоспортивным чиновником. В 2000-х Макс угодил в жуткий скандал, когда один из таблоидов уличил его в проведении костюмированной оргии с пятью проститутками, которые якобы были одеты в нацистскую форму и в робу узников концлагерей. Доказательств последнего, впрочем, представлено не было.
За Дианой с детства увязывалась четвертая дочь Фримена-Митфорда с замечательным именем Юнити Валкири (Валькирия). Увязалась она за старшей сестрой и в Германию, где завела знакомства со всеми, с кем их надо было завести. Причем, если чета Мосли была в Германии пусть и частыми, но все же гостями, Юнити жила в Мюнхене почти все время между 1934-м и 1939-м годами.
Есть информация, что за этот период Юнити Митфорд около ста раз встречалась с рейхсканцлером Гитлером, в том числе тет-а-тет.
В сентябре 1939-го года после того, как Англия объявила войну Германии, Юнити пришла в Английский сад в Мюнхене и дважды выстрелила себе в голову из пистолета. Она выжила, хотя одну из пуль извлечь не удалось. Вскоре Юнити по особому разрешению фюрера покинула Германию и через Швейцарию вернулась на Родину, где и умерла от последствий ранения в 1948-м году.
А теперь пара штрихов. Известно, что Ми-5 (то есть, контрразведка) хотели допросить Юнити после возвращения, но кто-то сверху их урезонил. А уже в начале нашего века мелькала информация из отчета ответственного агента Ми-5, который утверждал, что Юнити на момент возвращения не была похожа на недееспособного инвалида, которым ее описывали в своих воспоминаниях родственники. Еще чуть позднее мелькнула информация о том, что вскоре после возвращения из Европы Юнити, якобы, лежала некоторое время в санатории, специализировавшемся на частных родах. Разумеется, просто поправляла нервы. Информация мелькнула и исчезла – Англия.
Пятая сестра Митфорд — Джессика, не была похожа ни на Диану, ни на Юнити. Она вышла замуж за своего троюродного брата Эсмонда Ромили – для британцев это ничего страшного. Важно было то, что Ромили был британским леваком и участвовал в Гражданской войне в Испании на стороне республиканцев.
В 1939-м году супруги переехали в США, что, разумеется, было абсолютно естественным и ни капельки не странным поступком для двух обеспеченных британцев, которые, впрочем, изо всех сил корчили из себя бедняков. В США двое британцев в основном занимались «бесцельными» поездками по стране.
Ромили погиб над Северным морем осенью 1941-го года. Нужно было срочно делать ставку на другого человечка, и вскоре Джессика нашла такого – американского юриста венгерско-еврейского происхождения Роберта Тройхафта. Примерно в это же время Джессика с новым мужем стали членами Коммунистической партии США и оставались в ней до 1958-го года, когда она окончательно стала бесполезной.
В течение этих лет Джессика боролась за права женщин, негров, заключенных, в общем, за все хорошее против всего плохого. Чуть позднее ругалась в прессе с истеблишментом и занималась прочим левым активизмом. Одновременно Джессика пустила легенду о том, что в детстве она отделила свою половину комнаты от половины сестры Юнити меловой чертой. На стороне Джессики висели портреты Ленина, Сталина и плакаты с трудящимися пролетариями, а на стороне Юнити – портреты Гитлера и антисемитские карикатуры.
Ах да, чуть не забыл — летом 1971-го года Митфорд свела знакомство с юной студенткой Хиллари Родэм, которая проходила летнюю стажировку в юридической конторе мужа Джессики. Возможно, она даже успела познакомиться с новым парнем Хиллари Биллом Клинтоном, который приехал к своей девушке во время этой стажировки.
Учитывая столь активную жизнь старших сестер, младшей Деборе пришлось заняться укреплением семейного имени. Она вышла замуж за Эндрю Кавендиша, 11-го герцога Девонширского, прожила с ним в браке шесть десятков лет и родила ему шестерых детей, из которых до взрослого возраста, правда, дожили лишь трое. Кавендиш был ходоком, но за герцогский титул Дебора могла закрыть на это глаза. Основным полем ее деятельности стало приведение в порядок обширных (и порой запущенных) владений мужа, с чем она успешно справилась.
Но был у Дэвида Фримена-Митфорда и один сын - Томас. Том был третьим ребенком в семье и получил более классическое британское образование. Его отправили в Итон, где Том вступал в гомосексуальные связи как минимум с двумя другими учениками. Традиции, есть традиции.
После колледжа Том отправился изучать юриспруденцию в Берлин, что, опять же, вот ни капельки не странно для выпускника Итона. Это было в конце 1920-х, тогда же начались его дружеские контакты с германскими нацистами. А в 1930-х Том неожиданно стал настоящим плейбоем, прославившимся многочисленными романами с женщинами. Там были начинающие журналистки, позже трудившиеся в голливудской прессе, были и жены известных коллекционеров искусства.
Воевать с немцами Том не хотел, поэтому его отправили в Северную Африку (где все равно пришлось воевать с немцами), а затем в Бирму, где он в 1945-м году погиб.
Последнее, что хочется отметить, так это то, что все дети Дэвида Фримена-Митфорда использовали одну фамилию «Митфорд». Что, впрочем, логично – в контексте английской аристократии, к которой с 1902-го года относились бароны Редесдейл, фамилия «Фримен» не имеет смысла – аристократу нет необходимости утверждать свой статус свободного человека.
К чему вся эта пространная галерея? К чему намеки и полунамеки? Ну, меня и так часто обвиняют в англофобии, выискивании везде британского следа и всем подобном. Поэтому я просто отмечу, что в период 1930-1950гг представители семейства Митфорд имели связи одновременно в ультраправой и ультралевой средах Европы и Северной Америки, обращались в высших эшелонах власти во Франции и в Германии, участвовали в богемной и гомосексуальной тусовках, а также имели выход в мир искусства. Кроме того, они формировали часть общественного дискурса в США, Франции и в самой Британии. И все это не занимая никаких официальных постов.
И это были воспитанные на дому внуки человека, который работал дипломатом в России, Китае и Японии, а также редактировал Хьюстона Чемберлена, и дети человека, который, якобы, прочитал в своей жизни только одну книгу.
Ну, что тут скажешь?
***
Создано при поддержке Cat_Cat.
Для желающих поддержать меня монетой номер карты Сбербанка: 4276 6300 1771 2483.
Также я пишу художественные произведения и публикуюсь на Litres. Моя авторская страничка для интересующихся.