СВЕРХДЛИННЫЕ САБЛИ 9-14 вв. – СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОЕ КОЛЮЩЕЕ ОРУЖИЕ?

Сверхдлинные (110-124 см) сабли 9-14 вв. возможно, демонстрируют, что сабля как оружие конного воина восточно-европейских степей могла занимать нишу, как это ни покажется парадоксальным, узкоспециализированного колющего оружия, подобного более поздним западно-европейским колющим мечам конца 15-16 вв. (под колющим мечом (штоссшверт) при этом понимается специализированное колющее оружие, однако в отличие от безлезвийных кончаров и эстоков, не предназначенное для борьбы с кольчугой). На наш взгляд, достаточно широкое распространение подобных сабель было связано с тем, что они успешно выполняли функции в первую очередь колющего оружия, в то время как повышенные рубяще – режущие способности при подобной геометрии клинков и конструкции эфеса не могли проявиться в полной мере. Представляется при этом, что рубящая функция сабель не была востребована в полной мере по той причине, что мечи с плоскими кликами линзовидного сечения и долами успешно справлялись с ролью рубящего оружия в арсенале конников.

Рассмотрим две сабли, на наш взгляд, наиболее характерные для обозначенной группы: первая хранится в Музее Метрополитен, датирована промежутком 10-13 вв. (длина 122 см), вторая атрибутирована специалистами аукционного дома Hermann Historica как аварская или хазарская, 9-10 вв., (длина 124 см), и попытаемся охарактеризовать те признаки, которые могут в совокупности свидетельствовать о том, что перед нами – специализированное колющее оружие.

1. Общая длина значительно превышает 1 метр, при том, что перед нами – оружие для одной руки. Для сабель (в том числе поздних периодов, более универсальных с точки зрения сочетания колющей и рубящей способностей или в большей степени нацеленных на рубку) длина около 120 см крайне не характерна. Если сравнивать в более широком контексте европейского длинноклинкового оружия для одной руки, то в 16-17 вв. мы встречаем подобное оружие в виде рапир и преимущественно кавалерийских шпаг (мечей), однако, что существенно, это оружие для облегчения маневрирования им одной рукой имеет эфес соответствующей конфигурации: рапиры предполагают перехват указательным пальцем через крестовину, кавалерийские шпаги часто имеют кольцо (скобу) для большого пальца.
2. Клинок узкий, вытянутых пропорций, при этом толщина клинков ранних сабель (в том числе и сабель «нормальной» длины) составляла, как правило, 5-8 мм у основания клинка, тогда как у современных им мечей – 4-5 мм. [1] Значительная толщина при относительно небольшой ширине клинка говорит о стремлении придать клинку жесткость, необходимую для эффективного укола.
3. Сверхдлинные сабли имеют чрезвычайно малую степень изгиба клинка: порой в описаниях музеев и аукционных домов оружие с одинаково малым изгибом клинка классифицируется то как сабля, то как палаш, то как меч, подчеркивая незначительность кривизны клинка. При этом она иногда настолько мала, что создается впечатление наличия какой- либо технологической причины кривизны клинка. При этом наклон хвостовика вниз (к лезвию) компенсировал данный изгиб, позволяя выравнивать оружие в линию укола (выставлять клинок в одной линии с кистью и предплечьем), что могло быть важным в том случае, если укол рассматривался как основной или единственный способ действия подобной саблей.
4. Клинок равномерно сужается к острию, которое формируется плавным схождением лезвия и фальшлезвия (англ. spear-point). Боевой конец у большинства сабель указанного периода обоюдоострый на четверть или треть длины клинка. [2]
5. По фотографиям сабельных клинков зачастую трудно определить их сечение. В литературе указывается, что, как правило, клинки ранних сабель имели клиновидное сечение без дол. Однако сабля из Музея Метрополитен, а также приведенная ниже сабля из Эрмитажа, имеют уплощенно-ромбовидное сечение клинка с медиальным ребром жесткости (насколько можно судить, несмотря на довольно плохую сохранность клинков, по приведенным музеями изображениям). Читатель может убедиться в этом при увеличении изображений, доступных по ссылкам для сабли их Эрмитажа и сабли из Музея Метрополитен.). Сравнение с мечами показывает, что для европейских средневековых мечей до появления мечей XV типа (по Оукшотту) в конце XIII – начале XIV вв. медиальное ребро вдоль всей длины клинка встречалось крайне редко, причем распространение этой черты вполне единодушно рассматривается как свидетельство возросшей потребности в более жестком клинке, что в свою очередь было вызвано необходимостью в оружии, в большей степени подходящем для укола. [3] Любопытно, что ромбовидное сечение клинка вновь появляется, начиная с 14 в., на адыгских саблях со штыковым острием. И хотя сабли со штыковым острием при схожих размерах (120-130 см) имели более выраженный изгиб, чем рассматриваемая в статье группа сабель, и меньшую толщину (4-5 мм) (т.е. просматривается увеличение значения рубяще-режущей функции), тем не менее В.М. Прокопенко отмечает, что в одно время с появлением сабель с штыковидным острием в адыгских курганах прекращают встречаться копья – что косвенно является свидетельством того, что сабли с штыковидным острием успешно заняли нишу специализированного колющего оружия конного боя. [4]

С другой стороны, и клинок треугольного сечения при соответствующей толщине (ширине обуха) мог обеспечивать тот же эффект повышения жесткости - а как мы установили выше, ранние сабли в целом отличались значительной толщиной клинка. Данное обстоятельство также подтверждается опытом оружейников Нового времени, когда для специализированного колющего оружия могло выбираться более свойственное палашам и саблям сечение клинка – клиновидное треугольное/пятиугольное (лучше всего это иллюстрирует британский кавалерийский меч (палаш) обр. 1908 г. и некоторые из его опытных вариантов).

6. Крестовины сверхдлинных сабель, как правило, имеют небольшую щирину, их концы наклонены вперед (иногда довольно сильно) и заканчиваются шаровидными утолщениями. Сабля из Эрмитажа, как и некоторые другие сверхдлинные сабли ближе к концу исследуемого периода, уже имеет крестовину большей ширины, но ее концы также наклонены вперед. Для более поздних сабель такая форма крестовины была нетипичной (т.н. чечуги (ордынки) 17-18 вв., как сабли 9-13 вв, имели миниатюрные крестовины, однако без наклона вперед). Чем могла быть обусловлена данная форма крестовины? Полагаем, что особенностями хвата, которые, в свою очередь диктовались условиями использования оружия. Представляется, что для максимального использования выгод, даваемых наклоненной книзу рукоятью в сочетании со специфической формой крестовины, для увеличения надежности удержания одной рукой столь длинного оружия, быстрого перенацеливания острия и повышения силы и точности уколов на максимально доступную дистанцию могли практиковаться следующие виды хватов:

1) удержание с перехватом указательным пальцем через крестовину со стороны лезвия (англ. fingering, «итальянский хват»);

2) хват с большим пальцем, вытянутым вдоль спинки рукояти и вдоль крестовины;

3) сочетание двух первых способов (на илл. ниже).

Тип хвата с зацепом указательным пальцем за крестовину, известный применительно к западно-европейскому контексту как «итальянский хват», начал распространяться в западной Европе с 14 в.. Тем не менее, нет оснований считать эту технику каким-то изобретением, поскольку уже в 4-5 вв. на произведениях искусства сасанидского Ирана встречается изображение этого хвата. Учитывая столь раннее появление такого способа удержания длинноклинкового оружия, он мог быть востребован и в среде восточно-европейских кочевников раннего и классического Средневековья. При этом предложенные варианты удержания с большим пальцем, вытянутым вдоль спинки рукояти и крестовины, носят гипотетический характер (т.к. не подтверждаются изобразительными источниками этого периода), и основаны исключительно на конфигурации крестовины с наклоненными вперед концами.

7. Сохранившиеся навершия сверхдлинных сабель, так же как и подобных им кочевнических (аварских, венгерских) мечей и палашей, довольно массивны (это далеко не миниатюрный железный или бронзовый колпачок на конце рукояти) и имеют вытянутую грушевидную форму. По нашему мнению, наличие массивного навершия в совокупности с иными перечисленными выше признаками свидетельствует в пользу поиска оптимального баланса для укола: длинная сабля с узким и толстым клинков и массивным навершием определенно не подходит на роль быстрого и маневренного оружия для рубки, однако, как представляется, создает все условия для нанесения мощных и точных уколов на недостижимую для других сабель дистанцию.

Для иллюстрирования приведенных в статье предположений приведем еще несколько колющих сабель, и схожих с ними по форме мечей.

ЛИТЕРАТУРА:

[1] Всадники войны. Кавалерия Европы / Алексинский Д.П., Жуков К.А., Бутягин А.М., Коровкин Д.С. М, СПб, 2005. С. 15.

[2]. Кирпичников А.Н. Древнерусское оружие. Вып. 1. Мечи и сабли. IX-XIII вв. М-Л., 1966. С. 66.

[3] Aleksić M. Medieval swords from southeastern Europe. Material from 12th to 15th century. Belgrade, 2007. P. 88/

[4] Прокопенко В.М. Краткий очерк истории северокавказской сабли со штыковым острием. штык сабли / Военное дело улуса Джучи и его наследников (сборник статей). Астана, 2012 г. С. 286

[5] Прокопенко В.М. Там же. С. 294.

[6] Nicolle D., McBride, A. Sassanian Armies. The Iranian Empire early 3rd to mid-7th centuries AD. 1996. P. 18.

Автор — М. Звягинцев