Так быть не должно

Сегодня число студентов, обучающихся платно и за счет бюджета, примерно равно (https://www.forbes.ru/biznes/403155-my-uchim-luchshe-chem-v-ssha-rektor-vshe-o-revolyucii-v-vysshem-obrazovanii-vuzah-dlya). Бесплатность образования для лучших студентов государством обеспечивается потому, что по умолчанию предполагается, что такие студенты после окончания обучения будут «двигать» образование, науку и экономику нашей страны.

Приведу пример такого высказывания с умолчанием. Недавно министр науки и высшего образования Михаил Котюков в интервью газете «Комсомольская правда» сказал: «Образование должно быть близко к развитию экономики. Чтобы человек с навыками, полученными в университете, мог быстро находить себе применение на рынке труда. Чтобы это была интересная, содержательная работа, и она обеспечивала достойный уровень оплаты труда».

Как Вы думаете, экономику, какой страны мира имел министр в виду, и где находится этот рынок труда? Я думаю, что по умолчанию он имел в виду Россию, но не все считают так, и уезжают «двигать» науку и экономику в другие страны. Поэтому, как говорил Жванецкий, выражаться надо тщательнее.

Я думаю, что государство предполагает, что мы должны готовить специалистов для народного хозяйства страны, которое является частно-государственным. «Народное хозяйство – это исторически сложившийся комплекс отраслей производства данного государства или страны, взаимосвязанных между собой разделением труда. Некоторые используют в этом случае термин «национальная экономика – А.Ш.». Обратите внимание, что здесь используется термины «данное государство» и «национальная экономика», а не термины «мир» и «мировая экономика».

Большинство из тех, кто поступил на платное обучение, слабее, своих соотечественников, поступивших на бюджет, и не они являются основным источником оттока специалистов из страны. Парадокс сложившейся ситуации состоит в том, что из России в основном уезжают те, кто учился бесплатно – те, на кого государство надеялось.

Выходит, что «платные» студенты мало того, что заплатили за свое образования, но они еще и остаются работать в стране, хотя часто и не по специальности, а те, кто не платил образование, не только отучились бесплатно, но еще часто покидают страну, в том числе и навсегда.

Считаю ненормальной ситуацию, когда молодые люди бесплатно обучаются в лучших школах, бесплатно получают прекрасное дополнительное образование, потом бесплатно учатся в лучших вузах, а, возможно, и в аспирантурах, а затем в чем-то якобы разочаровываются (например, в науке, но никогда в себе), и уезжают.

Есть «публика» и по наглее. Приведу последнее из этой области: «Хотел бы (с некоторым опозданием) сообщить, что до 17.04.2019 г. включительно я буду в Los Alamos National Lab в США для работы над статьей и на завтрашней комиссии (по рассмотрению студентов-хвостистов – А.Ш.) присутствовать не смогу. С учетом того, что обучение в магистратуре в следующем году продолжать не планирую, так как буду учиться в аспирантуре в Штатах (есть предложения от трех университетов, а еще из трех жду ответ), имеет ли смысл приходить на комиссию после приезда? И можно ли рассчитывать, что меня не отчислят до конца весеннего семестра, и не возникнет проблем с воинской службой? Заранее спасибо. Антон».

Видите, как мальчик хорошо соображает: и статью во всемирно известной лаборатории пишет, и в кучу американских университетов его могут принять в аспирантуру, а обслуживающий «персонал» должен устранить ему проблемы с воинской службой в России!

При этом он уехал в Америку, когда захотел, без предупреждения и согласования с кем-либо в университете, и ему наплевать, какие неприятности будут у нас, если с ним там что-то случится. Его также не интересует, важно ли нам, чтобы он закончил магистратуру. Его интересует только одно – чтобы его ненароком не забрали в армию. Наглость и эгоизм, которые в настоящее время не знают границ, как в прямом, так и в переносном смыслах, у многих продвинутых молодых людей растут с каждым днем.

Выполним небольшое сравнение. В школе британского Итона образование стоит 40 тысяч фунтов в год. У нас лучшая школа России – Президентский физико-математический лицей № 239 в Санкт-Петербурге учит бесплатно, как, впрочем, и прекрасный математический центр при нем, осуществляющий дополнительное образование.

После Итона человек поступает, скажем, в Кембридж или Оксфорд – и платит, 27-29 тысяч долларов в год, если он иностранец, и более 12 тысяч, если он гражданин Великобритании. При этом только единицы учатся на гранты, а многие берут кредиты в банке и возвращают их после окончания обучения. И не думайте, что высокая плата упрощает поступление или обучение там.

В наших лучших вузах одаренные дети учатся бесплатно и еще получают стипендию, в том числе, и весьма значительную, и это далеко не уникальное явление. Талантливый молодой человек, бесплатно получивший отличное образование, потом говорит: «Я разочаровался, всем спасибо, я поехал»? Как же уезжать не расплатившись? (https://spbvedomosti.ru/news/obshchestvo/kuda_nbsp_zh_ne_nbsp_rasplativshis/). Хотя бы диссертацией, если ты был аспирантом?!

А уезжает он очень просто: государство держит лишь тех, кто нарушил законодательство, например, не заплатив какой-либо копеечный налог, а уезжающие без какой-либо компенсации за образование никаких Законов и договоров, которых с ними никто не подписывал, не нарушают…

Они, по моему мнению, нарушают этические нормы, но это моя проблема: этику «к делу не пришьешь» – она у всех разная. Никаких других нарушений у уезжающих обычно молодых людей нет…

Ниже я предлагаю один из вариантов решения указанной проблемы. Естественно, что могут быть и другие подходы, но они должны быть реалистичными, деликатными и юридически выверенными, предусматривающими обязательства сторон, как во время обучения, так и после него, а также при отчислении или переводе обучаемого в другое образовательное учреждение по собственному желанию. При этом должна оговариваться компенсация (не обязательно материальная) при невыполнении сторонами тех или иных обязательств.

Примерно так построены отношения между курсантами, поступающими в военные училища, и государством. Отмечу также, что, если в ходе выполнения научно-исследовательской работы по тому или иному гранту авторы в одностороннем порядке прерывают его выполнение, исполнитель штрафуется и весьма существенно.

Поэтому пусть наши дети готовятся к взрослой жизни заранее, и при поступлении в вуз или аспирантуру адекватно оценивают свои силы и отдают себе отчет, куда и зачем они поступают: смогут ли они, например, там учиться? Мне, например, в свое время даже в голову не приходило поступать на матмех ЛГУ несмотря на то, что я хорошо учился, в том числе и в в том числе и в физико-математической школе № 30. Поступил же я в ЛЭТИ, так как считал, что это как раз и есть то, что называется «по Сеньке шапка». Известно также и то, что Стив Джобс ушел из университета со второго курса, сказав своим приемным родителям, что образование стоит для них очень дорого, а какой будет с этого прок никому не известно. При бесплатном образовании он, видимо, остался бы учиться, и многие технологии в мире развивались бы иначе!

Для того чтобы и мы внесли свой вклад в развитие технологий :-), предлагаю ввести социально-ориентированное платное высшее образование ДЛЯ ВСЕХ, кроме определенных категорий лиц – например, сирот и инвалидов. Военные училища, естественно, должны оставаться бесплатными, как и колледжи. При этом за высшее образование должны платить не родители, а сами дети в течение некоторого времени после окончания университета и только из своей зарплаты, но не более 33% от нее, как это имеет место, например, с алиментами на двух детей, и не больше, так как тому, кто платит, на что-то надо еще жить. Если это будет кредит, то он может быть беспроцентным – государство может оплатить проценты, так как сегодня оно целиком оплачивает бюджетное образование.

И не надо говорить, что родители детей, которые будут платить за образование, своими налогами его уже оплатили, так как, например, в Америке налоги значительно выше, а образование значительно дороже, чем у нас. Я как-то был в выходной день в Принстоне, где было много родителей, приехавших проведать своих чад. При этом ни у одного из них не было вида человека, скрывающегося там от уплаты налогов или боявшегося, что его спросят об очередной оплате учебы ребенка.

Теперь главный вопрос: стоимость образования. Ведь от этого зависит, получится ли предложение изуверским, как у академика Георгиева в газете «Поиск» (http://www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=99b55941-0810-49a6-bc16-7b8a21bc6a84), или значительно более деликатным.

В мире по оплате высшего образования существуют три типа стран: «капиталистические», где образование дорогое (например, США и Англия), «социалистические», где «свои» обучаются бесплатно (например, Германия, что связано с ее очень сильной экономикой практически во всех землях) и «промежуточные», где образование платное, но не очень дорогое (например, Эстония).

При этом отмечу, в Германии «вечер еще не наступил» и платное образование может еще вернуться (https://gradstudyabroad.ru/education-germany/tuition-fees-are-abolished-in-german-universities).

В Америке обучение даже в государственных университетах (университетах штатов) недёшево, однако, одаренные дети из семей с невысоким достатком могут получать стипендии и другие материальные поощрения для компенсации затрат на образование. Интересно, что в Японии обучение в старшей школе и в университете всегда платное, но в государственных учреждениях оно дешевле. Есть страны, где высшее образование бесплатно, но государство, как в Греции например, определяет вуз и специальность из перечня предпочтений, указанных поступающим.

В некоторых странах бесплатные дипломы (и соответствующие им требования к обучающимся), как им и положено, в прямом и переносном смысле не стоят ничего, в то время как платные дипломы, получение которых требуют от студентов больших трудозатрат, часто обеспечивают успех в жизни. При этом во многих университетах платность обучения, не спасает «хвостистов» от отчисления.

Отмечу, что в Эстонии студенты платят около трех тысяч евро в год (Израиль в этом вопросе не далеко ушел – четыре тысячи, но долларов, в год) – это около 240 тысяч рублей, что совпадает со средней стоимостью платного образования в России. Будем в своих рассуждениях о высшем образовании ориентироваться на эту стоимость.

Много это или мало? Для большинства россиян эта сумма существенна, но это не смущает эмиссаров из Америки, уговаривающих родителей российских школьников поступать, например, в American University (Вашингтон), в котором стоимость только обучения составляет ... $ 52 881 в год, а ведь еще надо платить за жилье, учебники и питание, да на карманные расходы деньги надо иметь. При этом утверждается, что в качестве бонуса возможен переход после первого курса в университеты из Лиги Плюща, однако скромно умалчивается сколько будет стоить учеба там. Также здесь не звучит любимый довод некоторых наших бывших соотечественников, что за бедных :-) и талантливых детей практически ничего платить не придется.

Итак, если принять мое предложение по стоимости обучения, то за шесть лет она составит 1 440 тысяч рублей. Кого будет беспокоить эта сумма? Только тех, кто собирается быстро уехать из страны, так как тот, кто остается, сможет платить «по копейке» весьма долго, тем более, если процент по кредиту платить не придется.

Теперь о тех, кто торопится расплатиться. К категории специалистов, которых академик Георгиев предлагает долго держать в стране, относятся, в частности, программисты. Те из них, кто закончил хорошие вузы вузы и имеет опыт работы (с третьего-четвертого курса, а то и раньше) в известных ИТ-организациях Москвы и Петербурга могут получать зарплату после окончания вуза более 120 тысяч рублей в месяц (https://students.superjob.ru/reiting-vuzov/it/). Это значит, что если они будут выплачивать за образование 30% своей зарплаты – 40 тысяч рублей в месяц, то за 36 месяцев (три года) с долгом рассчитаются и будут свободны как «птицы». Но первые три года – это как раз то время, когда выпускники в основном и уезжают. Если их на три года «придержать», то за это время может многое произойти, например, они могут жениться и отъезд может стать неактуальным.

При этом отмечу, что если программист поступит на работу в одну из организаций Долины, и при этом не женат, то он будет себя хорошо чувствовать материально. Если он приедет туда с женой, и она не будет программистом, то с деньгами в семье будет значительно менее свободно. Появление каждого следующего ребенка, если не будет приводить к необходимости вернуться в Россию, то будет активно указывать родителям на то, что из Долины надо съезжать…

Что дает мое предложение? Во-первых, позволяет «отработать» образование внутри страны, во-вторых, приостановить отъезд талантливой молодежи по крайней мере на некоторое время, а, в-третьих, при соответствующей организации повысить зарплату молодым людям, остающимся на работе в вузах.

Кроме того, при таком подходе выпускники вузов не будут соглашаться на «серую» зарплату, потому что захотят быстрее расплатиться за образование, а еще никто не станет поступать в вуз с целью откосить от армии: легче год отслужить, чем несколько лет учиться, а потом еще и расплачиваться за него. Многие не будут поступать «для корочек»: если уж получать платное образование, то такое, которое обеспечит работу с нормальной зарплатой.

Кстати, об армии. Если перейти на контрактную армию, вузы сразу во многом очистятся балласта не только мальчиков, которые «скрываются» там от службы, но и девочек, многие из которых идут в университеты не за знаниями, а за мальчиками, так как без них на свободе скучно. Особенно «очистятся» магистратуры и аспирантуры. Сегодня в вузы страны поступает очень большое число выпускников школ, что явно ненормально (в Америке число поступающих в вузы в процентном отношении значительно меньше). Хочется сказать, что освободившиеся от обучения бюджетные деньги можно будет направить на содержание контрактной армии, но это вряд получится, так как «балласт» в основном учится на платной основе.

Вузы в настоящее время во многом выполняют социальную роль приюта, за попадание в который родители готовы платить деньги, чтобы дети полдня были «под присмотром», а остальное время заняты выполнением домашних заданий, так как в противном случае им нечем было бы заняться, что чревато во всех отношениях. Будет, вероятно, значительно лучше, если эти дети пойдут работать или учиться в колледжи и техникумы для получения рабочих специальностей – но и здесь сегодня все «упирается» в армию.

В этой ситуации я не исключаю возможности введения социально-ориентированного «откупа» от армии, когда сами дети и только из своей зарплаты смогут поддерживать содержание контрактной армии, хотя это требует очень серьёзного обсуждения.

Все сказанное, конечно, не решает проблему утечку талантливых мозгов из России, но, по крайней мере, сделает более чёткими ориентиры для государства, которое в этой ситуации будет, например, понимать, что 120 тысяч толковых программистов в год вузы подготовить не смогут, как понимать и то, что плохие программные продукты могут принести больше вреда, чем их отсутствие.

Конечно, при реализации моего предложения может возникнуть новый вид коррупции – оформление за деньги на работу с фиктивно высокой зарплатой, однако нам к этому не привыкать, ведь, наверняка сегодня существует оформление на работу с фиктивно низкой зарплатой для снижения алиментов, но это уже проблема правоохранительных органов.

Ещё о «балласте» и платном образовании. В Нидерландах, например, в средней школе дети делятся на классы по уровням знаний. В классах высшего уровня изучают предметы более глубоко по сравнению с другими классами. Выпускники «высшего уровня» могут поступить в любой университет страны. Остальные выпускники тоже очень будут нужны обществу, как стилисты, парикмахеры, механики и т. д. В их вузах бюджетных мест нет. Каждый платит 2000 евро в год (остальное вузам компенсирует государство), но еще надо платить за жилье (при необходимости), книги и т. д. Государство может дать субсидию, которую, когда студент находит работу, должен будет вернуть! Это очень похоже на то, что предлагаю я, но у меня жестче, так как мы еще недавно жили при социализме, а они еще нет. Возможно, все сказанное обеспечивает то, что 13 государственных университетов Нидерландов входят Топ-250 мира по рейтингу THE!

Интересно, что мое предложение во многом реализовано на ... Сейшелах. Обучение в местном университете, который дает прекрасное образование за счет привлечения профессоров из Европы, стоит 10 000 тысяч долларов в год. За студента платит государство, но, закончив университет, надо обязательно несколько лет отработать в стране, но те, кто не собирается уезжать, а таких подавляющее большинство, считают, что это прекрасный вариант!

В Иордании стоимость академического часа 105 $ или 15 000 $ год (!), а если ты отличник – оплата в три раза меньше. Льготные категории граждан платят меньше, вплоть до того, что не платят ничего.

Вернемся на Родину. О сохранении талантов время от времени вспоминают, но за них мало кто борется. Это, в частности, делаю я на кафедре «Компьютерные технологии» Университета ИТМО, за что одним из первых в стране в 2018 г. был отмечен государственной наградой – знаком отличия «За наставничество» (http://news.ifmo.ru/ru/blog/100/).

Отмечу, что излагать идеи по этому поводу – сохранению талантов в российских университетах, я начал уже давно, причем одна из первых моих публикаций на эту тему была, как и у академика, в газете «Поиск»! (Шалыто А.А. Не отпустить выпускника! Как удержать в вузе талантливую молодежь // Поиск. 2010. № 6, с. 7. http://is.ifmo.ru/works/2010/02/ne-otpustit-vypusknika-Poisk-20100205.pdf).

И вот, наконец, при награждении победителей олимпиады «Я – профессионал» второго апреля 2019 г. заместитель главы Администрации Президента РФ С.В. Кириенко произнес слова, которые я хотел услышать много лет: «Вы точно попали под прицел руководителей крупнейших российских компаний. HR-директора этих компаний – лидеров рынка, ходят с записочками, выписывая победителей. В общем, они начинают за вас драться. Это здорово, это очень важно» (https://m.ren.tv/novosti/2019-04-02/kirienko-rabotodateli-derutsya-za-medalistov-olimpiady-ya-professional).

Интересно, что год назад на форуме «Наставник» в Москве я в своем выступлении просил Сергея Владиленовича и Помощника Президента РФ Андрея Рэмовича Белоусова (http://d-russia.ru/v-odnom-rukopozhatii-do-prezidenta.html) помочь мне в сохранении талантливой молодежи в стране, так как мне одному это делать трудно, и процесс, похоже, пошел. Но оказалось, что не далеко :-).

Предположение Кириенко, что за победителей компании сразу же стали бороться, удалось проверить уже девятого апреля. Я первым пообщался с нашим студентом, который был одним из всего шести победителей указанной олимпиады, получившего там две медали – золотую и серебряную. Более того, еще одну серебряную медаль он завоевал в прошлом году. Так, вот, за него кадровики лидеров рынка, видимо, уже начали драться, но делают это так медленно, что он об этом не знает (https://vk.com/@1077823-oni-vse-esche-derutsya)!

Поэтому, когда в передаче «Ледниковый период. Дети» Илья Авербух говорит: «Талантливые дети – это наше все», ему верится значительно больше, чем HR-директорам указанных компаний, потому что в фигурном катании за таланты уже давно дерутся, что дает классные результаты.

А вот универсальный совет по сохранению талантов на родине, который еще в 1972 г. дала оперная певица Н.А. Казанцева: «Все наши потери проистекают от того, что мы не создаем талантливым людям особых условий, которых они заслуживают, не вникаем в их проблемы и не помогаем остаться творить на Родине». Вот, оказывается, все как просто! А еще к этому надо добавить то, о чем я уже неоднократно говорил: с молодежью, особенно талантливой, государство должно быть деликатным (https://news.itmo.ru/ru/blog/55/).

А пока снова об отъездах. Мне долгие годы уехавшие, особенно немолодые, предвещали, что все таланты уедут, и они, действительно, уезжают, но далеко не все. Теперь вместо этого пишут: «Не понимаю, как молодой человек, получивший несколько офферов из ведущих компаний мира, остается в российском университете». Оказывается, они там понимают, но не всё. Да и здесь не все всё понимают. Например, один олигарх, когда ему подарили мою книгу «Мои счастливые годы на кафедре «Компьютерные технологии» Университета ИТМО», сказал передававшему книгу: «Не понимаю, как могут быть годы на кафедре счастливыми?». Не помню, добавил ли он при этом, что-либо о российском университете, как это обычно принято…

Мы никому не дарим нефть, газ, другие ресурсы – а мозги дарим. Не знаю, как другие – я против! По-моему, должно быть так: сначала расплатись, а потом езжай куда угодно, если ты не носитель секретов.

Кстати, некоторым уехать мешает порядочность, и они сами себя назначают носителями секретов. «Анатолий Тарасов не уехал в Америку работать за 3,5 миллиона долларов в «Нью-Йорк Рейнджерс». Это связано с тем, что он был великим тренером и считал свои тренерские секреты – секретами Родины, сравнимыми с военными. Он понимал, что, уехав туда, должен будет эти секреты выдать и предаст, таким образом, свою страну, и это несмотря на, что в 55 лет он не был востребован в нашей стране». Говорят, что в этом смысле таких, как Тарасов, больше нет, но это я не верю!

У высказанного предложения, мне кажется, только один недостаток –несоответствие Конституции. Её 43-я статья гарантирует бесплатное высшее образование на конкурсной основе. Это, конечно, так, но, во-первых, уже более половины студентов в стране учатся платно, причем значительная их доля в государственных вузах, а, во-вторых, известно, что, когда надо, Конституция может быть и изменена. Президент РФ на встрече со студентами 25.01.2021 г. сказал, что этом году добавят 30 тысяч бюджетных мест в вузах, что позволит снизить число платных мест в стране до 40% от выпуска школ.

Предложенный подход, естественно, не является единственным. Он может быть и совсем иным – например, не нарушающим Конституцию, но решающим рассматриваемую проблему весьма деликатно по отношению талантливым молодым людям. При этом я считаю, что главное, чтобы между ними и государством был заключен договор, который позволит устранить ненормальную ситуацию с односторонним принятием решений талантливыми молодыми людьми, которые в той или иной форме не «расплатившись» с государством за образование покидают страну.

В договоре должны быть прописаны условия компенсации (возможно, и нематериальной) затрат за обучение. В отсутствии договора каждый в каждый момент времени поступает по совести, а не по закону, как это веками принято в России, а «совесть», как и мораль, у всех разная. Здесь мне сразу на ум приходят «помещики» и «крепостные».

По моему мнению, корень проблемы отъездов состоит в том, что государство никак не может определиться с тем, что такое образование – услуга или подготовка кадров. Если первое, то никто никому ничего не должен, если же подготовка кадров, то сразу возникает вопрос: «Для кого?» со всеми вытекающими отсюда последствиями. При этом у государства вряд «повернется язык», чтобы произнести словосочетание: «для заграницы». Это, конечно, не исключает возможности обучения иностранцев на коммерческой основе или по межправительственным соглашениям.

При этом я точно знаю, что в военных училищах не оказываются услуги поступившим – там готовятся кадры для вооруженных сил России. Поэтому там с поступившим через некоторое время подписывается долгосрочный контракт, и всё – шутки в сторону. К сожалению, сегодня и в армии бывает возможность до окончания училища за сравнительно небольшую компенсацию затрат на обучение этот контракт не продлевать. Эта компенсация весьма велика только у летчиков, так как их подготовка стоит очень дорого. Авиационное оборудование и керосин дорогое удовольствие, а вот мозги и знания преподавателей по всей стране…

В СССР тоже готовили кадры. При этом образование было бесплатным, но с обязательным распределением на три года, по истечении которых выпускник мог поменять место работы. В России система распределения была, почему-то, признана нарушением прав человека, противоречащим Конституции (хотя, где это в ней это написано, я не знаю), однако теперь в связи с отъездами, похоже, нарушаются права государства, которые, правда, никто не хочет защищать, так как они юридически не сформулированы.

Я, конечно, понимаю, что распределение при огромном числе частных предприятий труднореализуемо, но на производственную практику мы всех студентов, как-то, «пристраиваем».

Однако все идет к тому, что, например, для того, чтобы врачу пройти специализацию, ему надо будет сначала отработать три года в качестве врача общей практики.

Еще в 2010 г. известный детский врач Л. Рошаль утверждал, что кадровую проблему в здравоохранении не решить без обязательного распределения выпускников медвузов, получивших образование за счет бюджета: «Этот вопрос мы ставили неоднократно. Вопрос о распределении выпускников медицинских образовательных учреждений, которые обучаются за государственный счет. Огромное число из них не идет работать в практическое здравоохранение. Государство тратит деньги на их обучение, и потом они уходят даже из медицины. У нас кадровый дефицит. Не хватает специалистов. И мы не решим кадровую проблему, если не будет возвращено распределение выпускников медицинских институтов после окончания на работу. Это единое мнение медицинского сообщества» (https://ria.ru/20101005/282537403.html).

Голос профессора Рошаля 16.05.2019 г. услышал Президент РФ (http://kremlin.ru/events/president/news/60535), поддержавший предложение о расширении целевого приема в вузы, при этом добавив, что «если человек отказывается ехать по распределению, то он должен штраф заплатить в размере тех средств, которые были потрачены на его обучение и на сопутствующие расходы».

После этого Президент продолжил: «В современных условиях очень трудно заставить человека при поступлении в вуз сразу обязать потом ехать куда‑то и распределять его, инструментов таких практически у государства нет. Но если человек учился бесплатно, за счёт государства и взял на себя обязательство вернуться назад и отработать энное число лет, уклонился после этого, – пожалуйста, штрафные санкции в объёме сумм, выплаченных за него в ходе обучения. Это в принципе действует. По этому пути, наверное, и пойдём».

Оказывается, все, что говорил Президент о целевом приеме, не наше будущее, а настоящее, так как по этому вопросу уже действует Постановление Правительства РФ от 21.03.2019 г. № 302 «О целевом обучении по образовательным программам среднего профессионального и высшего образования» (https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/72103006/).

На встрече с Президентом доктор Л. Рошаль «пошел дальше» целевого набора, и сказал: «Я опять говорю одно и то же: если бы мы приняли пять лет тому назад распределение выпускников учебных заведений, которые обучаются, подчеркиваю, за государственный счет, а не только тех, которых по целевому набору направляют и оплачивают учебу, на работу на три‑четыре года, как это было раньше, и никто от этого не помер, то мы бы быстро, в течение года‑двух, решили бы проблему обеспечения медицины кадрами».

На это Президент ответил: «Давайте подумаем. Я прошу Министра к этому вернуться, пообсуждаем с Правительством возможность и реализуемость идеи распределения тех выпускников вузов, которые учатся на бюджетной основе». Если появится распределение у врачей, то этот процесс может пойти и дальше...

Целевой прием в вузы и распределение после их окончания тех, кто учится за счет бюджета, совместно с предлагаемым мной социально-ориентированным платным образованием для всех остальных (за исключением, как отмечено выше, определенных категорий граждан), включая тех, кто хочет быть свободным от обязательств перед государством, может стать отсутствующим сейчас инструментом, определяющим права и обязанности как обучающихся, так и государства.

Замечу, что многие медики мечтают учиться как «целевики» от престижных медучереждений, так как иначе на работу в них практически не попасть.

Мое предложение в этом вопросе состоит в том, что все бюджетники должны поступать в вуз по аналогии с «целевым набором», при котором государственная структура, заинтересованная в специалистах, посылает абитуриентов на учебу, а выпускники после окончания вуза должны отработать там минимум три года, только место «государственной структуры» должно занимать само государство. Однако даже сегодня при целевом приеме четко не прописаны обязательства выпускника. «По идее :-), если он не идет работать туда, откуда был послан (отчислился или не хочет идти), молодой человек должен вернуть государству потраченные на него деньги, но в настоящее время в базе решений судов можно найти только учреждения Минздрава, которые подают иски о взыскании средств, если их целевики не поступили к ним на работу».

Сейчас существуют паллиативы того, что было в СССР: некоторые компании имеют базовые кафедры в вузах, есть, как отмечено выше, и целевое обучение…

15.01.2020 г. в послании Федеральному собранию Президент РФ предложил решить для врачей вопрос о целевом приеме следующим образом: «К 2024 г. все уровни здравоохранения должны быть обеспечены специалистами, и в приоритетном порядке первичное звено. В этой связи предлагаю в новом учебном году существенно изменить порядок приема в вузы по медицинским специальностям. По специальности лечебное дело – 70% бюджетных мест станут целевыми, по специальности педиатрия – 75%. Квоты на целевой прием будут формироваться по заявкам регионов Российской Федерации, но они в свою очередь должны предоставить гарантию трудоустройства будущим выпускникам, чтобы специалисты приходили на работу именно туда, где их помощи ждут люди. Что касается ординатуры, предлагаю по самым дефицитным направлениям установить почти 100% целевое обучение. Причем при поступлении преимущество будут иметь врачи со стажем работы в первичном звене, особенно на селе. Естественно, что целевое обучение надо предусмотреть и для федеральных медицинских центров». Вот так...

Известно, что бесплатных услуг, за исключением волонтерства, не бывает: за них всегда платит человек, их получающий – либо непосредственно, либо через государство из налогов. При этом возникает интересный вопрос: как оказать услугу тому, кто не хочет ее получать? Ректоры некоторых вузов решили этот вопрос, запретив преподавателям ставить двойки, чтобы бюджетное финансирование не уменьшалось.

Долгое время «сильные мира сего» утверждали, что высшее образование в стране направлено «не на формирование творческих людей, а на выращивание квалифицированных потребителей, способных пользоваться результатами творчества других» – в некотором смысле «продавцов услуг». При этом отмечу, что предоставление услуги не предполагает воспитания, так как в обязанности «продавца» не входит воспитание «покупателя», и это при том, что в соответствии с «Законом об образовании»: «Образование – это воспитание плюс обучение».

В этом же направлении была перестроена и работа аспирантуры – из «научной» она стала «образовательной». При этом считается, что «сейчас главная функция российских университетов – не учить людей, а их социализировать».

Отметим, что наука и образование в стране, в отличие от СССР, во многом не самостоятельны, а относятся к социальному блоку правительства, что также приближает их к сфере услуг. Более того, Никита Михалков утверждает, что «и образование, и медицина у нас относятся к сфере услуг, а услугой можно пользоваться, а можно и не пользоваться», в то время как подготовка кадров – это труд, ответственность и обязательность. Кстати, многие считают, что многие проблемы в нашей медицине связаны с тем, что она теперь относится к сфере услуг, а не направлена на оказание помощи людям!

Вопрос о том, что такое образование, является весьма актуальным. Так 31.08.2018 г. в газете «Коммерсант» появилась статья декана экономического факультета МГУ А. Аузана на тему «Борьба системы с одаренностью. Почему в процессе образования российские учащиеся деградируют» (https://www.kommersant.ru/gallery/3725107). «В начальной школе наши дети отличаются умом и по международным рейтингам входят в первую пятерку. В средней школе мы на 26-32-м месте, а в высшей несмотря на то, что наши команды побеждают на олимпиадах, по общему уровню мы едва дотягиваем до Испании. Это означает, что реализовать свой потенциал мы не можем и, более того, – во многом растрачиваем».

По его мнению, образование требует смены самой экономической модели, принятой в середине 90-х годов. «В эти годы было принято, что образование – такая же сфера рыночной деятельности, как и многие другие и на этой основе была построена модель, которая сейчас дала «ошеломляющий» результат. В советское время говорили: образование – это борьба системы с одаренностью. Система выиграла эту борьбу.

Это во многом связано с тем, что в 90-ые годы стал использоваться термин «образовательная услуга». Однако при всем уважении к парикмахерским, образование – не услуга. В крайнем случае это инвестиционная деятельность. Продукт образования – это успешная инвестиция в будущее выпускника. Успех выпускника определяется не набранными баллам, а достижениями в жизни. «Человеческий капитал» не может проявиться в процессе обучения или даже через два года после выпуска, так же как от саженца яблони сразу же не появятся яблоки». Образование – это долгая инвестиция.

Статья Аузана легла в основу передачи «Что такое образование?» на канале «Культура», которая прошла 26.03.2019 г., в рамках цикла передач «Тем временем. Смыслы». В ней прозвучало, что понятие «образовательная услуга» не используется в законе «Об образовании в Российской Федерации», а вместо него в статье 2 применяется еще более загадочный термин «общественно значимое благо», которое в бюджетном законодательстве бывает только двух видов: товар и услуга, и других опций нет (инвестиция – это долгая услуга). Именно по этой причине в финансовых документах в вузах и используется термин «услуга», который «пролез» в упомянутый выше закон: «расчеты нормативных затрат оказания государственных услуг по реализации образовательной программы». При этом ни в статье, ни в передаче не прозвучал используемый мной термин «подготовка кадров», применение которого для высшего образования, как показано выше, все ставит на свои места. Более того, в рассматриваемом законе в статье 69 записано: «Высшее образование имеет целью обеспечение подготовки высококвалифицированных кадров по всем основным направлениям общественно полезной деятельности в соответствии с потребностями общества и государства».

В настоящее время есть основания предполагать, что в этом вопросе будет положительный сдвиг, так как в поручениях Президента РФ по итогам заседания президиума Государственного Совета от 25.08.2021 г. (http://kremlin.ru/acts/assignments/orders/66780) сказано «об исключении из законодательства об образовании понятия «образовательная услуга».

Есть мнение, что платность образования, нужна, по крайней мере для того, чтобы воспитывать ответственность детей. Вот, что, например, пишут В. Хеннер и И. Макарихин в статье «Техническая деградация», опубликованной в журнале «Эксперт». 2019. № 20, с. 36-40: «Возможность подачи заявлений сразу в несколько университетов, бесплатность образования, умеренный конкурс, почти неограниченные ресурсы столичных университетов – в этих условиях региональные вузы не могут с ними конкурировать. У абитуриентов выбор специальности при поступлении в вуз почти случаен, и вместе с нашей спецификой – бесплатное образование, возможность пересдачи экзаменов, упрощение программ – делает обучение каким-то расслабленным».

Платность образования в Америке стимулирует студентов приходить в университет для того, чтобы задавать профессорам трудные вопросы, что не может быть решено традиционными (только очень дорогими) онлайн-курсами. Более того, после прослушивания таких курсов многие записываются на реальные курсы этих профессоров, так как платность образования во многом связана с обеспечением «доступа к телу» таких профессоров для того, чтобы получить максимальную отдачу за вкладываемые в образование деньги.

Когда люди платят за образование по-настоящему, то у них возникают такие мысли: «Я не хотела уходить из Стэнфорда, но пропускала занятия, и деньги уходили впустую. В результате пришлось уйти». В нашей стране, даже многие из тех, кто платят за образование, об этом не задумываются – видимо, мало платят!

У нас воспитывать ответственность даже при платности образования не получится, так как и в этом случае, многие ректоры запретят ставить двойки, чтобы вуз не потерял финансирование, на этот раз контрактное. В нормальной ситуации за деньгами обычно идет ответственность и интерес к делу, а за бесплатностью часто не идет ничего, хотя в СССР это во многом было не так.

Когда стоимость образования, как в Америке, зашкаливает, совмещения работы и образования практически нет – остается только учеба. Работать часто и негде, так как за рубежом университеты обычно находятся в маленьких городках. Но и там, где это возможно обычно разрешают работать только на территории университета (в столовых и библиотеках, например).

Интересно, что я еще никогда не слышал от родителей тех, кто платит за образование детей, что они платят за него повторно: ведь, налоги они уже заплатили, а с них опять просят деньги. Про налоги любят вспоминать те, кто за образование в явном виде не платит. И еще. Те, кто говорит о налогах, никогда не знает какая доля налогов идет именно на образование…

Помню, как на одной IT-тусовке (11.11.2003 г. на первом заседании IT-Клуба в Санкт-Петербурге), я затеял разговор о том, что компаний должны помогать тем, кто готовит для них кадры, так как у государства это получается не очень. На это хозяин одной из компаний сообщил, что он законопослушный налогоплательщик, и предложил мне обращаться за помощью к депутату Государственной думы по месту жительства. Я утерся.

Но долг платежом красен. Не прошло и двух недель, как ко мне обратилась за кадрами представительница одной из IT-компаний. Можете представить мою радость, когда узнал, что она из той самой компании, что упомянута выше, и, как Вы думаете, куда я ее послал? Нет не туда, куда Вы подумали, а к … депутату Государственной думы по месту ее жительства.

Поговорим еще о подготовке кадров несмотря на то, что многим хотелось бы, что мы (Парфенов, Станкевич, Корнеев, Маврин, Нигматуллин, Васильев, Короткевич, я и другие) оказывали студентам услуги! Интересно, чтобы ответил Гена Короткевич на это предложение? Даже спрашивать страшно…

Представление о том, что образование – это услуга, приводит, в частности, к тому, что студенты иногда высказывают недовольство тем, как она им оказывается, высказывая претензии к тому или иному преподавателю или организации учебного процесса. Когда информация об этом доходит до меня, то я передаю этому студенту, что у нас не парикмахерская, в которой недовольный клиент требует поменять цирюльника, а Университет. И если ему кто-то из преподавателей или что-то в организации учебного процесса не нравится, то он может за лето подготовиться, согласовать свой курс с нами и с первого сентября преподавать так, чтобы все были довольны. У нас это возможно, так как учится много очень сильных студентов, которые успешно сдав тот или иной предмет, могут в дальнейшем его вести сами. На нашей кафедре такие случаи уже были…

Теперь кратко объясню, в чем разница между университетом и парикмахерской. На первый взгляд, кажется, и так считают многие, что и там, и там они предназначены для одного и того же – оказания услуг, но я недавно сделал «открытие», состоящее в том, что университеты выпускники называют Alma-mater (Мать-кормилица), а о парикмахерских клиенты никогда не говорят так!

Еще об услугах в образовании. Магаз Оразкимович Асанов, который много лет был деканом матмеха УрГУ, написал, что в начале 2000-х в одном интервью его спросили: «Какие дополнительные образовательные услуги оказывает матмех?», и он ответил: «Никакие! Услуги в банно-прачечном комбинате! На матмехе образование!»

А врач-реаниматолог, участник боевых действий в Афганистане Сергей Анденко на портале «Фонтанка.ру» написал следующее: «В Советском Союзе мы безоглядно выполняли медицинский долг. Нас учили с пеленок: доктор всегда должен больному, а сейчас – вдумайтесь: доктора и медицинские сестры не лечат больных, а оказывают услугу. Это убивает чувство ответственности перед пациентами и ведет отечественную медицину в никуда».

Один из французских королей попросил главу Парижского суда оказать ему услугу, но в ответ услышал: «Суд не оказывает услуг – он выносит приговоры».

Нормальный университет тоже не оказывает услуг, а выносит приговор: быть поступившим Специалистами или нет. При этом отмечу, что Народный учитель России Сергей Евгеньевич Рукшин считает, что услуги продаются, а страна и экономика – строятся.

Мне кажется, что из сказанного вывод напрашивается сам собой: университет не место для оказания услуг, как, впрочем, и больницы, библиотеки и т. д.

Если Вы все еще считаете, что я не прав, то посмотрите видео «Деградация образования – работа в университете Великобритании» (https://www.youtube.com/watch?v=lbVSFqbJm84). По мнению автора фильма, это связано с тем, что большинство вузов там превращается в фабрики, обслуживающие студентов, в которых «баре» недовольны, когда им за деньги родителей обслуживающий персонал ставит не те оценки, на которые они рассчитывали.

А вот еще одно мнение по этому вопросу: «У студентов в Великобритании немного другое отношение к учебе, чем в России. У нас до сих пор в университет идут, потому что так принято или чтобы откосить от армии – такая немножко обязаловка. Здесь же обучение чаще всего стоит достаточно больших денег, и поэтому многие относятся к нему как к получению услуги. Я бы не сказал, что это сильно сказывается на заинтересованности студентов, но при этом отношение все-таки другое. Просто два разных подхода к мотивации: в России – это отчисление, здесь – цена за учебу» (https://news.itmo.ru/ru/science/photonics/news/9939/).

И снова об отъездах. Почему многие из тех, кто не может уехать из России (недостаточно талантлив или специальность не конвертируема), платят за образование, а те, кто может уехать – не платят. Вариантов решения рассматриваемой проблемы много, но так как есть сейчас явно неправильно, и это ясно всем, кроме желающих уехать или уехавших!

Особенно это ясно таким людям, которые, как и я, по несколько десятилетий отдают все свои силы, энергию и время на подготовку кадров. При этом отмечу, если профессор в СССР был одним из самых высокооплачиваемых специалистов в стране, и, видимо, по этой причине, был весьма уважаемым человеком. В этой ситуации указанное отношение к работе было для него естественным.

Сейчас же доходы профессоров даже близко не лежат с доходами самых богатых людей страны со всеми вытекающими отсюда последствиями. Я понимаю, что во всем «цивилизованном» мире такая же тенденция, но у них другая ситуация. У нас преподавателям платят мало, а сильные студенты, которые, по моему мнению, за образование должны платить, не платят вовсе. При этом, например, в Германии, студенты не платят, но преподаватели получают нормальную зарплату, а в Америке зарплата преподавателей в среднем еще выше и практически все студенты (их родители) платят, и весьма много.

Отмечу, что преподаватели, работающие с талантливыми учениками, хотя бы получают моральную компенсацию. И не надо при этом говорить, как любит наше начальство, что «за то преподавание – это работа по призванию», и поэтому почему-то за нее можно платить мало. В этой ситуации мне всегда хочется спросить: «А за то ли это?»

Я хорошо понимаю таких педагогов, как Олег Табаков, который во многом готовил таланты для двух своих театров, или профессоров в СССР, которые готовили кадры для своей страны за достойную их труда зарплату. Возможность быть «Табаковым» остается и сейчас, что я, например, всеми силами стараюсь делать, но стать полноценным советским профессором уже не удастся. При этом я очень завидую Олегу Павловичу – его суперталанты за границей были никому не нужны. Вот бы мне такое…

Еще в нашей стране мне бы очень хотелось готовить врачей, которые не могут в отличие от программистов, не имея диплома, например, после второго курса бросить вуз и пойти работать за хорошие деньги на полный рабочий день в компанию. Я уже о работе по совместительству с учебой в университете не говорю – в ИТ у нас это распространено повсеместно. А еще я знаю, что ждет врача с почти любым неамериканским дипломом в США – в стране, в которой даже американские дипломы имеют территориальные ограничения…

И еще. Скажу честно, что я ни с кем не договаривался выполнять работу «водителя трамвая», который за небольшую плату бесконечно перевозит туда-сюда (в основном туда) толпы людей без благодарности с их стороны, и это при том, что я лично с большим уважением отношусь к профессии водителя. Мне нравится труд, но ни тогда, когда он сизифов.

Когда учишь, хочется знать не только то, кого ты учишь, но и для кого. Так вот, если у меня есть обязательства, в том числе и моральные, по подготовке кадров для России или иностранцев, приехавших на учебу к нам, то формировать обратную волну – от нас за границу – меня никто не уполномочивал.

Благодарность за труд тех людей, которые помогли выпускникам вузов добиться успеха в жизни, может выражаться в разных формах. Одна из них – эндаументы. Поинтересуйтесь их размерами в ведущих американских университетах и в наших, и тогда поймете, где больше благодарят. При этом надо понимать, что большие эндаументы создаются не столько миллионерами, сколько теми, кто десятилетиями перечисляют небольшие деньги.

Интересно, что обычно мою позицию осуждают те, кто в стороне от описанного процесса, и сам не испытал чувства человека, который во многом занимается сизифовым трудом. Эти люди всегда напоминают мне, что социализм давно закончился, и за окном капитализм.

А раз это так, то почему бы и в образовании не перейти к регулированию отношений гражданским кодексом, подписывая между сторонами договор гражданско-правого характера. Тогда можно будет использовать богатый опытом в решении рассматриваемого вопроса, например, в футболе, где только «свободные агенты» могут делать все, что хотят, а «несвободные» при переходах подписывают договора не только с последующим работодателем, но и с предыдущим. Интересно, что я никогда не слышал, что такие отношения не являются цивилизованными.

У нас в образовании почему-то все «агенты» (талантливые школьники, студенты и выпускники) являются свободными… Кстати, футболисты спокойно ездят в отпуск, и никто не боится, что они оттуда не вернуться, а меня пугают, что выпускники, если станут на некоторое время «несвободными агентами», из первого же отпуска не вернутся на Родину.

Среди тех, кто не согласен с моей позицией, я ещё не встречал ни одного человека, занимающегося, практически за бесплатно, подготовкой ребят «на экспорт». Знал, правда, одного педагога и ученого, оказывающего такую услугу – Валерия Николаевича Захарова, который в своё время говорил мне, что часто подписывает рекомендательные письма в зарубежные университеты своим выпускникам. На вопрос зачем, он это делает, Валерий с сожалением отвечал: «А что я могу для них ещё сделать?» Говорить ему, что нас еще в школе учили бороться с непротивлением злу, считал неэтичным, но сам всеми силами стараюсь делать это.

И в заключение. Научный сотрудник Института Планка в Германии Иван Ямщиков, закончивший СПбГУ, с которым мы в свое время познакомились на телевизионной интеллектуальной игре для школьников «Игра ума», написал мне: «Абсолютное большинство населения страны считает право на образование справедливым правом каждого гражданина России». Я с этим полностью согласен, особенно учитывая то, что слово «бесплатное» он не упомянул. Иван, видимо, как и министр, любит умолчания.

При этом отмечу, что в СССР по вопросу образования объяснялись без недомолвок. Например, писали так: «Школа должна готовить молодежь к труду и обороне советского государства». При этом не надо было задавать вопросы «для чего?» и «для кого?» учить.

Если от умолчания отказаться, то высказанное Иваном звучит красиво, но в нашей стране, как указано выше, уже более половины студентов учатся платно, причем в государственных вузах, так что народ не сильно удивится, если доля платного образования увеличится. Да и к покупке квартир страна не была готова – ничего, приучилась.

Теперь ее стремительно приучают к платной медицине. И тоже весьма успешно… Еще в 2016 г. доля платных услуг в медицине в нашей стране достигла 40% (https://rg.ru/2016/11/01/v-rossii-vyroslo-chislo-pacientov-platnyh-klinik.html), и это не считая неофициальных трат на нее. Еще надо помнить, что практически все лекарства платные, а непрерывные призывы по телевидению по сбору денег на операции детей тоже относятся не к государству. Может быть и к нему, но оно их не слышит...

Некоторые говорят: давайте сначала построим страну, из которой не захочется уезжать. Так вот, без молодых талантов мы ее не построим.

Однако, похоже, что все идет к тому, что предлагаемые мной «драконовские» меры, направленные против «утечки мозгов», скоро и реализовывать-то не будет необходимости.

Это предположение, в частности, основано на том, что Америка уже сейчас часто не выдает визы на работу многим выдающимся IT-специалистам, за которых чиновников просят знаменитые на весь мир IT-компании. Она же резко усложнила получение виз на обучение в аспирантурах, даже для тех поступающих, кто хочет учиться в университетах, в которых они уже достаточно долго и успешно проработали. Кроме того, для тех аспирантов, кто уже учится в Америке, совершенно непонятно, сколько может продлиться получение визы на новый въезд туда, если «по неосторожности» приехать на каникулы в Россию.

А тем временем основатель и исполнительный директор компании Huawei Жэнь Чжэнфэй, якобы, предложил новосибирским студентам работу в их российском офисе с окладом выше, чем в Google (https://news.rambler.ru/other/42253299-nuzhno-sobirat-mozgi-razrabatyvat-tehnologii-pochemu-huawei-hochet-dat-rabotu-novosibirskim-studentam/). Если учесть огромную разницу в величине подоходного налога у нас и в Америке, то ясно, что наши «мозги» останутся с нами, правда, работать будут на Китай, но это уже другая история.

Похоже, начинает более широко работать подход к набору специалистов, сформулированный одним из основателей компании Yota Денисом Свердловым, который отвечая на вопрос: «Кто в Санкт-Петербурге, имеющий талант и опыт работы в сфере телекоммуникаций, пойдет работать в Ваш стартап?», сказал: «Мы пришли сюда не деньги экономить – как дадим московские зарплаты, к нам сразу пойдут все», что и произошло.

Помню эти слова уже много лет, и при случае спрашиваю: «Вы к нам пришли деньги экономить?»

Предварительное обсуждение этого текста не прошло не зря. В частности, одна моя коллега написала: «Я против платного образования. Нужны другие подходы, чтобы получивший бесплатное образование работал в стране, которая ему это образование дала». Мой ответ: «Я тоже против платного образования ... в привычном смысле. Предлагаю социально-ориентированное платное образование, при котором за него платят не родители, а сами дети после окончания обучения, как долю, не превышающую 30% от зарплаты, причем если люди не торопятся уехать из России, то могут платить в месяц совсем мало. Я с удовольствием выслушаю и другие конструктивные предложения, реализуемые в обозримые сроки. То, что предлагаете Вы, конструктивно и, возможно, даже быстро реализуемо, но требует возвращения России в социализм».

Кстати, после этого у меня родилось еще одно конструктивное :-) предложение: сегодня самые сильные учатся бесплатно, послабее – платно, но уезжают в основном первые, поэтому плату за обучение надо проинвертировать – пусть платят не слабые, а сильные! Вот и все решение проблемы :-).

28.05.2019. http://d-russia.ru/tak-byt-ne-dolzhno.html, http://is.ifmo.ru/belletristic/it_shouldnt_be_like_that

P.S. История публикаций об «утечке мозгов»

1. Статья «Отпор оттоку. Как удержать талантливую молодежь в науке» академика РАН Георгиева (в названии академик не пишет в науке какой страны молодежь надо удерживать) в газете «Поиск» (№ 6. 08.03.2019) о борьбе с утечкой мозгов, в которой он предложил толковых ребят держать в стране 15 лет (http://www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=99b55941-0810-49a6-bc16-7b8a21bc6a84).

2. Я почти сразу (14.02.2019) ответил на портале «Экспертный центр электронного государства», связанном с Администрацией Президента РФ, статьей «Держать и не пускать, или Можно ли, наконец, стать деликатнее» (http://d-russia.ru/derzhat-i-ne-puskat-ili-mozhno-li-nakonets-stat-delikatnee.html).

3. Потом опубликовали мою статью «Не раздаривать мозги» в газете «Поиск». № 10, 11, с. 9. 15.03.2019 (https://www.poisknews.ru/wp-content/uploads/2019/03/POISK_10-11_20190315.pdf).

4. После этого (28.05.2019) я опубликовал приведенный выше текст, который опубликован на портале «Экспертный центр электронного государства» (http://d-russia.ru/tak-byt-ne-dolzhno.html).

5. Кроме этого текста про социально-ориентированное платное образование я писал также в статьях «Свет в конце туннеля». 2016 (http://is.ifmo.ru/belletristic/2016/tunnel-light.pdf) и «Куда ж не расплатившись?». 2016. (https://spbvedomosti.ru/news/obshchestvo/kuda_nbsp_zh_ne_nbsp_rasplativshis/).

6. В последнее время аспирантура в стране вновь стала научной.

7. В 2025 г. в стране приняты поправки Законы, в соответствии с которыми выпускники медвузов должны будут отработать в течение не более чем трех лет с наставником в медучреждениях, участвующих в программе обязательного медицинского страхования (ОМС). Эти поправки приняты по той причине, что около 35% выпускников медицинских вузов после обучения не идут работать в государственную систему здравоохранения (https://www.forbes.ru/society/550061-putin-podpisal-zakon-ob-otrabotkah-dla-vypusknikov-medvuzov-i-kolledzej).

8. Отличие моего предложения о социально-ориентированном платном образовании от принятого решения состоит в том, что я не предлагал как-либо ограничивать выпускников с выбором места работы, что, в свою очередь, не предполагало каких-либо ограничений по зарплате, в то время как в принятом решении отработка после окончания вуза должна производиться в медучреждениях, участвующих в программе ОМС, в которой частные клиники участвуют в весьма ограниченной форме. Это приведет к тому, что у многих выпускников медицинских вузов все это время будет бюджетная зарплата...